For All That You Are

Вечер измотал Эвелин. Она вернулась в свою комнату и сразу же провалилась в глубокий сон, проснувшись часами позже с лучами раннего солнца, когда пришел Калан. Рана на животе затягивалась, превращаясь в шрам, что было одним из преимуществ эльфов. Она внимательно наблюдала за Каланом, который вдруг перестал накладывать повязку, изучая другой шрам, горизонтально пересекающий низ ее живота. Эвелин, которая уже и позабыла об этом шраме, быстро подвязала бинты прежде, чем Калан успел рассмотреть шрам внимательнее. — Эвелин, — начал он. — Пожалуйста, не надо никаких вопросов, — она почти умоляла. — И ни слова… — Никому? — Леголас стоял в дверном проеме, скрестив руки. — Калан, оставь нас. Целитель кивнул и быстро удалился из комнаты. Леголас подошел к кровати, присаживаясь на край. — Я говорил с отцом прошлой ночью, когда ты уже ушла. Знаю, я обещал не вмешиваться в твои дела… — Леголас, прошу… — Эвелин не могла заставить себя поднять на него глаза. — Он не сказал почему, но отец волнуется о твоем безопасности. Эвелин недоуменно посмотрела на Принца. То, как вчера Король вел себя с ней, заставило девушку думать противоположное. — Эвелин, откуда этот шрам? Она закрыла глаза, пряча лицо в ладонях. — Леголас, обещаю, я расскажу тебе все. Но, поверь, чем меньше людей знают, тем лучше… Арагорн скоро уезжает, мы должны сначала попрощаться с ним. Леголас прикрыл глаза, глубоко вздыхая. — Ладно. Я буду ждать тебя в холле, — он поднялся и вышел за дверь. Эвелин сменила платье и снова встретилась с Принцем в коридоре. Они в тишине спустились во внутренний двор, избегая взглядов друг друга. Арагорн уже был собран и готов отправиться в путь, когда пара наконец пришла к воротам. — Моя дорогая Эвелин, очень жаль, что нам было предоставлено так мало времени. С нетерпением буду ждать нашей следующей встречи, — Арагорн взял ее за руку, нежно целуя. — До свидания, Арагорн. Я буду молиться, чтобы твое путешествие было спокойным и безопасным. Его улыбка померкла, когда он повернулся к своему другу. — Не смотри на меня так. Ты увидишь меня снова совсем скоро, — они оба положили руки на плечи друг другу. — Будь осторожен, Эстель. Буду ждать весть от тебя, когда ты прибудешь в Пригорье. Передавай Гэндальфу мои наилучшие пожелания, — Леголас выдавил из себя улыбку, отступая, когда Арагорн запрыгивал на коня. Он не сводил взгляда с друзей, пока не скрылся со двора, склонив голову. Эвелин повернулась и увидела Трандуила, поднявшего руку в знак прощания. На мгновения его взгляд встретился со взглядом Эвелин, но затем он развернулся и направился обратно к лестнице. Эльфийка все еще чувствовала огонек гнева после их вчерашней беседы где-то внутри. Она смотрела, как Арагорн последний раз махнул рукой, скрываясь в утренних лучах. Она перевела взгляд на Леголаса, глаза которого наполнялись беспокойством. Эвелин утешающе коснулась его руки. — Он будет в порядке, Леголас. Не отчаивайся. Леголас повернулся к ней, улыбнувшись. — Я знаю…он всегда в порядке. А теперь, — его лицо стало серьезным, — нам много чего следует обсудить. Эвелин вздохнула. — Сад? — Сад. Спустя некоторое время они подошли к беседке. В саду было тихо, что дарило Эвелин ощущение спокойствия. — Садись, — сказала она Леголасу. — Это довольно долгая история. Леголас разместился в беседке напротив Эвелин, сидя молча, но заинтересованно. Эльфийка сделала глубокий вдох. — Что же ты хочешь знать? — Откуда у тебя те раны, которые появились раньше атаки орков? — сразу же спросил он. — Не откуда, а от кого, — она колебалась прежде, чем продолжить. — Я была замужем. — Постой, у тебя есть муж? — Леголас выглядел шокировано. — Был…он потерял привилегию называть меня своей женой. Леголас смутился еще больше, но позволил Эвелин продолжить. — Я знала его почти всю свою жизнь. Мы вместе выросли, были на самом деле очень хорошими друзьями, включая и Халдира. Я была влюблена, — она сделала паузу, снова глубоко вздохнув. — Но я быстро поняла, что была влюблена в того, кого я только думала, что знаю. Вскоре после свадьбы все начало меняться. Он стал…ревнивым, практически одержимым. Я не могла даже покинуть собственный дом без его постоянных вопросов о том, куда я направляюсь. Я не слишком переживала из-за этого до того момента, когда я провела день с Халдиром без него… Я никогда не видела мужа в такой ярости. Он обвинил меня в неверности, — Эвелин подняла глаза на Леголаса. — Я сказала, что он глупец, если думает о таком, что мы с Халдиром лишь друзья. Это был первый раз, когда он поднял на меня руку. Он пожалел об этом сразу же, бесконечно извиняясь, обещая, что он никогда не сделает этого больше. И я поверила ему, — она сокрушенно покачала головой. — Спустя время все стало только хуже. Помню, как-то он пришел домой в ужасном настроении, я не знаю почему, и он начал критиковать меня, ругать за что-то, что я не сделала. Я начала спорить с ним, говоря, что он несправедлив ко мне, — в глазах Эвелин заблестели слезы. — Я не вставала с кровати неделю после того дня. Халдир был единственным, кто знал о происходящем…он хотел рассказать тете и дяде, но я запретила ему. Леголас сдвинулся со своего места, обеспокоенный рассказом. — И ты простила его? — тревожно спросил он. — Да, но не просто так, — Эвелин сделала паузу. - Я узнала, что вынашиваю ребенка несколько месяцев спустя. Халдир умолял меня уйти от мужа, но я решила остаться и попытаться все исправить, надеясь, что новость сможет изменить его, — голос эльфийки надломился. — Я была примерно на седьмом месяце…он вернулся домой изрядно выпившим. Он сказал, что ребенок не его и он больше не хочет нести ответственность за ошибки жены, — она закрыла глаза, вздыхая. — Мы с Халдиром должны были встретиться тем утром, и, когда я не пришла, он начал волноваться… Он нашел меня в полуживом состоянии, а мой муж был уже в часах езды от Лотлориэна. Они пытались спасти ребенка, но было уже слишком поздно. Они не смогли ничего сделать. Леголас встал со своей скамейки, передвигаясь ближе к Эвелин. — Дядя знал, что он вернется за мной, что Лотлориэн больше не был для меня безопасным местом. Мы разнесли по королевству слухи о том, что я направляюсь на запад, готовясь отплыть в Бессмертные Земли. Эльфы, в компании которых вы меня нашли, направлялись в гавань. Я должна была остаться в Ривенделе, а остальные продолжили бы свой путь. Элронд — мой родственник, предполагалось, что я останусь у него до тех пор, пока моего мужа не найдут и…не разберутся с ним. Но на нас напали орки, и так я оказалась здесь. Леголас сидел, подпирая голову руками, внимательно слушая рассказ. — Почему ты не сообщила тете, что ты здесь? — Ты осведомлен о даре моей тети…она уже знает, что я здесь. Однако, мы решили, что я не буду пытаться связаться с ними, пока все не уладится. Тогда она отправит за мной кого-то…но это было много недель назад. — Они все еще не нашли его… — прошептал Леголас. Эвелин покачала головой. — Дядя послал за ним поисковые отряды, но мой муж сам был в его страже. Он хитер и умен. Его не найдут, пока он сам этого не захочет, — она смахнула слезу. — Леголас, ты не должен никому говорить о том, что я тебе рассказала…даже твоему отцу. — Эвелин, если ты расскажешь ему, он все поймет. Он попробует помочь, — Леголас схватил ее за плечи. — Это то, что мне как раз не нужно. Чем меньше людей осведомлены, тем больше шансов, что он не сможет меня найти. Леголас, он не остановится, покуда я жива. Если он проглотит наживку и отправится на запад, куда должна была отправиться я по слухам, то здесь мне находиться сейчас безопаснее всего. И я бы хотела, чтобы это так и оставалось. Я не хочу, чтобы ты лгал своему отцу, но, пожалуйста, он не должен ничего знать. Леголас долгое время сидел молча. Разумом он понимал, что нужно рассказать Трандуилу. Он знал, что отец ненавидел, когда его обманывают. Но его сердце понимало, в какой опасной ситуации находится Эвелин, намного более опасной, чем злость Короля. — Хорошо, я не скажу ему. Но ты должна пообещать мне, что, если ты вдруг узнаешь что-то о его местонахождении, особенно если он где-то неподалеку, мы все расскажем отцу. Договорились? Эвелин кивнула. — Спасибо… Я не смела говорить об этом с тех пор, как мы покинули дом. Халдир был единственным, кто знал обо всем, включая только дядю и тетю. Леголас взял руки эльфийки в свои. — Для чего же еще нужны друзья? Никогда не бойся обращаться ко мне, не важно за чем, — он замолчал на какое-то время. — Что такое? — спросила Эвелин. — Вчера на празднике, уверен, ты поняла, что это было…неожиданно, когда отец пригласил тебя на танец. Эвелин нехотя рассмеялась. — Да, изумленные взгляды выдали всю правду. — Эвелин, мой отец не танцевал ни с кем с тех самых пор, когда моя мать… Вы довольно похожи, хочешь — верь, хочешь — нет, — он приподнял брови, глядя на девушку. — Леголас, если ты пытаешься быть сводником для своего отца, тебе лучше прекратить, — она рассмеялась. — Мы не можем даже вести светскую беседу, не раздражая друг друга уже спустя несколько минут. — Я это и имею в виду. Ты не покоряешься ему. Ты не позволяешь ему запугивать тебя, как он делает с остальными. Поэтому он так заинтересовался в тебе! — Принц улыбнулся. — И, кроме того, тебе не обо мне стоит беспокоиться. Уверен, тетя Бриа уже сделала свой ход вчера ночью. Эвелин засмеялась. — Я ценю ее уверенность во мне, но с трудом верю, что твой отец проявляет ко мне интерес, так же как и я к нему, — ее сердце подпрыгнуло в груди, когда она говорила это, будто бы не до конца убеждая себя в сказанном. — Просто… — он замялся, — не списывай его со счетов слишком быстро. Будет слишком плохо, если вы оба не поладите друг с другом на время твоего пребывания здесь. Эвелин вздохнула. — Я попытаюсь приложить усилия, чтобы наладить отношения, но только, если он поступит так же! Леголас улыбнулся, подставляя ей свою руку, направляясь из сада обратно в холл. Эвелин тоже улыбалась, но внутри все кричало. Попытка поладить с Трандуилом может быть одним из самых тяжелых препятствий, которое ей придется преодолеть.