Лагерь нас позвал.

POV Адажио. Память ещё мутная. Голова ещё болит. Мигрень. Немного подташнивает. Я не понимаю: что произошло со мной в это время? Почему я очнулась у клуба с больной головой? Как около меня оказался Чак и… Почему я обняла его? Я не понимаю себя. Совсем. На вопрос: что я сделала, он молчал. Почему?.. Что я такого наделала? Надеюсь, всё нормальное. Просто всё что я помню это чёрная бабочка. И… Стоп! Это же акума! Меня осенило слишком поздно. Я упала на колени. Чак оглянулся. Почему я так громко падаю? Лишнего внимания мне не хватает… — Тебе плохо? Врача? скорую? Медика? В медпункт? — так же быстро хотел сказать он. — Эм… Нет. — А что? Голова болит? Мигрень? Кровь из носа? Смерть? — Да хватит! Нет. — А что… — хотел он бы сказать, но… — Ты помолчишь?! — я стала кричать на него. И… В ту же минуту закашлялась и прохрипела. — Что я делала? — Не напрягай связки. Тебя к врачу надо. Сейчас идём! «Идиот.» — мыслишка пронеслась. И он меня взял и понёс. Биться я не стала, пусть несёт, ноги адско болят, вместо голоса хрип как при простуде и… Всё тело ныло. Мда. Чувствую себя помятым бананом в салате. Меня будто помяли, серьёзно. То есть, я орала во всю глотку, билась со всеми и… Стоп. Я пела? Знакомое ощущение хрипоты… Я была… — Ну, что, дорогуша, вот Вам таблетка, пейте ее после и до обеда, голос должен поправиться! Я уже тут? Офигеть. То есть можно задуматься и сразу переместиться туда, куда идёшь? Прикольная магия, ничего не сказать…

***

Спустя какое-то время мы дошли до пятого этажа. Ходьба далась мне немного сложновато, учитывая то, что тело и ноги ныли. Даже боюсь думать, что со мной произошло за это время. — Слушай, я понимаю, я тебя достаю и так далее. Что мне в себе исправить? — спросил Чак. Почему он это спрашивает? Я помотала головой. Стоп. Что? Он же меня бесит! Почему я делаю это?! — Ты серьёзно? — потупился он. — Я многих бешу, а ты берешь и говоришь что во мне нечего исправить. Хотя… — задумчиво произнес парень. — Говорить сейчас не можешь, жаль. Ладно. Позже поговорим. Я осталась тупо сидеть на месте. Чего со мной не так?

***

POV Фриск. Адажио не могла говорить уже несколько часов. Уже дискотека в лагере, она ведь заядлая тусовщица, а она не может говорить, да и идти тоже. Я бы была рада, если бы её забрали, поправится у себя дома. С другой стороны хотелось чтобы она вылечилась прямо тут и никуда не уезжала. Я сильно переживала за неё. Учитывая то, что она и так не может смириться с тем, что натворила (сказать нам ей пришлось.). Ну, а из Чака будто высосали душу, кровь. Он начал потихоньку утихать. Прекратил выделываться. Да и отряд наш стал мрачнее. Намного. Один человек способен изменить многих. Каждый день в палате у неё бывает почти весь отряд. Её тело ноет. Бедная жертва акумы… — О чём думаешь? — прервал меня голос Санса. — Об Адажио. Мне её действительно жалко, — закусила я губу. — Многим жалко её. Как и мне. Думаю, она поправится. — Почему ты не на дискотеке? — перевела я тему. — Мне лень идти, — покраснел он. — А ты че не там? — Скажем так… Адажио нет там, без неё дискотека не весёлая. — Ясно, — улыбнулся он. Я постаралась увильнуть от него и села на диван, дабы телевизор посмотреть. Маринетт, Лайра, Шарлотта и Адриан играли в Монополию. Присоединяться не особо хотелось. Голод. Блин, я есть хочу. — Опа! Мы тут! — сказали вожатые, неся продукты. Дискотека так быстро кончилась?.. Ух ты, время быстрое. Неужели я так быстро поеду домой? Не особо хочется. Может я и хотела вчера рано. Но нет. Не сейчас. Нет. Лишь бы эти дни не были быстрыми. — Берите апельсинчик и йогурт, — сказала Энн. Я молчаливо встала в очередь и взяла свою долю. Йогурт был как и люблю, с персиками. Я поела. Энн выключила свет. Вот опять… — Если свечки не хотите, можете идти. И так... Кто первый?