Значит, война?

Джули - зануда. Я попросила ее уговорить своих родителей, чтоб они разрешили мне остаться у них на время отсутствия моих родителей, но она сказала, что ее семья уезжает на каникулы в Филадельфию. Вот ведь везет! А мне снова придется защищаться от этих корейских выскочек. Папа оплатил нам какой-то трехдневный тур по острову Чеджу, и мы с мамой тут же пошли по магазинам выбирать одежду. Мне купили красивое черное платье в горошек и шляпку. Вот Джули взбесится, когда увидит (она любит всякие там шляпки, кепки и прочее). Каково же было мое удивление, когда в автобусе по соседству с нами оказалась миссис Чхве со своими детьми. Хеюн ехидно улыбнулась, а Сынхен сделал вид, что не замечает меня. Больно надо мне ваше внимание! На острове было классно, но часто лил дождь. Сынхен обозвал меня Горошиной, и ему так понравилось это прозвище, что он его вставлял там, где надо и не надо. Я тоже в долгу не осталась и назвала его Хомяком. А что? Очень даже похож! Кстати, я подучила язык и теперь этим двоим приходилось соблюдать дистанцию. По крайней мере, когда их долго не было видно, я догадывалась, что они что-то затевают и готовилась в ответ. Конечно, не считая импровизаций, когда я могла поскользнуться, а Хеюн летела на меня с какой-то грязью в руке. Вечером, перед отъездом, Сынхен пришел ко мне в комнату. - Собираешься спать, Горошинка? - спросил он, осматривая все кругом. - Собираюсь, Хомяк! - ответила я. Он довольно улыбнулся, потоптался еще немного и ушел. Чего вообще приходил? Ночью я почувствовала, как что-то ползает по моей руке. Громко закричав, я разбудила маму, миссис Чхве и еще несколько жильцов. Это был паук. Огромный волосатый паук. Сынхен, зараза, я это запомню, можешь не сомневаться!