Обстоятельства не важны

POV Кларк

Мне было настолько не по себе, я не понимала, откуда эти крики. Мне уже казалось, что мы с Октавией сошли с ума и нам обеим это кажется, но приглушенные всхлипы и крики начали доноситься к нам снова. — Октавия, тут должен быть где-то подвал, иначе откуда эти крики? — Конечно, я понимала, что найти нужную комнату, найти вход и вообще найти кричавшего — почти невозможно. Но где-то внутри я чувствовала, что это может быть Лекса, ей может быть сейчас адски больно, но она может быть жива. Единственное, что меня успокаивало, это то, что она ещё жива, хотя я не знала этого на сто процентов. Мы молча стояли и вслушивались в звуки, но нас окутала тишина, больше ничего не было слышно. — Нужно найти дверь, — тихо прошептала Окти. Я бы закатила глаза, но на данный момент была погружена в свои мысли и продумывала возможные действия. В самом начале коридора послышался шум: скрип половиц, треск сухих листов и всякого хлама под ногами. Это был Линкольн и он наставил Глок на нас, точнее, в конец коридора, где мы и стояли. — Эй, — тихо прикрикнула я. Парень быстро подошёл к нам. — У меня пусто, никого нет, даже зацепок никаких, — голос Линкольна был подавленным и нервным, но он по-прежнему говорил строго. — Где тут подвал? Ты говорил, он есть, — сразу спросила я. — Он в этом коридоре, — молниеносно произнес он. — Покажи, срочно! — срывающимся голосом попросила я и схватила его за руку. — Где это?! — Кларк, Кларк, — сразу начала Октавия, — уже меньше чем через десять минут прибудет подкрепление. — Я сразу повернула голову на О и даже в полумраке видела её лицо. Она переживала, переживала за Лексу, за себя, за нас всех. Она не хотела подвергать лишней опасности нас, но девушка не понимала того, что Лексе сейчас может быть намного хуже. В эту же секунду, сразу после слов Октавии, в коридоре снова стало слышно чьи-то крики. Не сказав ни слова, я вернула свой взгляд на Линкольна. — Проведи меня, — уже грубо сказала я. Парень поднял руку с пистолетом и, развернувшись, завернул в комнату, которую осматривала Октавия. Она была такая же, как и те, где была я. Но Линкольн быстро дошёл до правого конца комнаты и указал на дверь, которая почти сливалась со стеной. Я увидела ручку, и заметила, что её недавно открывали, ведь остался свежий след, а всё вокруг было в пыли. Я медленно поднесла руку к дверной ручке, протянув пальцы, я была готова открыть её. Моё сердце начало биться в сто раз быстрее, я буквально ощущала каждый удар, каждый свой вздох. Мне казалось, что время замерло, и слышу, как дышит Линкольн и Октавия, слышу их сердцебиение. Но я быстро отдергиваю руку, потому что сраный сквозняк испугал меня до чертиков. Разбитое окно полностью осыпалось на пол, треск стекла меня напугал. Переглянувшись с ребятами, я снова вернула свою руку на ручку и медленным, но уверенным движением дёрнула вниз. Как ни странно, дверь поддалась. Теперь это напугало меня ещё сильнее. Открыв полностью старую, скрипучую дверь, перед нами открылись ступеньки вниз. Всё было окутано кромешной тьмой и тишиной. Я была готова пойти вперёд, как Линкольн, выдвинув руку, остановил меня. Я уперлась в неё животом, он качнул головой, приказывая идти сзади него. Мы с Октавией молча согласились. Линкольн поднял руку с пистолетом вверх и высунул из кармана фонарик. Слава всем Богам, что у нас есть свет.

POV Лекса

Последние десять минут я уже не понимала, что происходит, не ощущала своего тела, не могла и даже не хотела дышать. Единственное, чего хотела — чтобы всё это прекратилось. Просто закончилось и все разошлись по домам. Уверена, что даже мать не придёт на похороны, если меня найдут. Даже странно, что я вспомнила про неё, ведь мы не общались долгое время. Наверное, так всегда, перед смертью тебе бы хотелось увидеть всех близких и что-то им сказать. — Эй, — он снова стукнул кресло ногой, — они уже совсем близко, — с некой уже привычной ухмылкой сказал он. Мне даже не следовало открывать глаза, чтобы это понять. Моё тело всё еще подрагивало, но я этого не ощущала, лишь слышала, как скрипят и дёргаются ремни. Сглотнув, я открыла рот, чтобы схватить новый приток воздуха, который, как ни странно, требовали мои лёгкие. — Мне кажется или ты не увидишь их смерть, — теперь его голос казался грустным. Открыв глаза, я увидела уже размытый силуэт Нейла. Он что-то говорил, его рот открывался, но я уже не слышала его. Нейл схватил меня за плечи и чётко и внятно спросил: — Скажи честно, ты хоть немного сомневалась, перед тем как выстрелить не в того? Взглянув в его карие, полные злости и мести глаза, я снова вдохнула и как можно громче, насколько мне позволяли силы, сказала: — Я… никогда… об этом… не жалела… — получился злой шёпот с большими паузами. После моих слов губы Нейла искривились, заиграли жевалки, его руки сдавили мои плечи, хотя я этого почти уже не ощущала. — Какая же ты сука! — его слова злобным порывов вылетели изо рта, его взгляд был прикован к моим глазам и даже не двигался. Я не знаю, что он собирался сделать, но что-то запищало в той стороне, где стоял аппарат. Нейл молниеносно дёрнулся туда и что-то начал делать. Мне было плевать, я просто закрыла глаза и продолжила считать свои последние вздохи.

POV Кларк

Спустившись по ступенькам, а их оказалось мало, мы очутились в ещё одном коридоре, у которого было два поворота. Тут не должно было быть света, но старые лампы еле светились где-то вдалеке и давали хоть какой-то обзор. Мы замерли на месте, и я даже не представляла что делать. Тут так же много комнат, закрытых комнат, как и во всей больнице. Я хотела было уже предложить двигаться, но тут Октавия поднесла руку ко рту и прислушалась. Ей позвонила Рейвен. — Да… мы в подвале… всё потом… группа уже тут?.. да, хорошо, — она скривилась, видимо, связь была плохая. Отключившись, её лицо расслабилось. — Группа тут. Четверо обходят здание, трое идут к нам, ещё два внутри. — Не знаю почему, но мы все как-то с облегчение выдохнули, хотя всё самое страшное ещё впереди. Буквально через минуту в открытые двери заглядывают люди в спецодежде, в бронежилетах и шлемах, с большими автоматами. Нам сразу протягивают броники и велят идти сзади. Быстро накинув жилет поверх пиджака, я молниеносно его застегиваю и говорю: — Они должны быть здесь, мы слышали крики, — люди в форме лишь кивают. Один из них говорит: — Вы двое и Линкольн, налево, мы с вами — направо, — конечно, они все знали друг друга, но я так и не успела познакомиться с остальной группой. Все быстро начали двигаться в заданных направлениях. Парень, скорее мужчина, шёл спереди нас, держа автомат и фонарик перед собой, освещая дорогу, я с Октавией шла сзади него, так же держа пистолеты наготове. Мы двигались треугольником. Двери быстро выбивались и разносили грохот, щёлки разлетались, пыль подымалась. Заглядывая в каждую комнату, во мне образовывалась некая дыра, которая засасывала все чувства и оставляла только панику и страх. Везде было пусто, только просроченные медикаменты, развалившиеся мебель и койки, старые вещи и ничего более. Ничего и никого. Осмотрев так комнат четыре с двух сторон коридора, мы ничего не заметили. Выйдя из «новой» пустой комнаты, я опустила голову и надавила на виски, призывая себя подумать. Раскрыв глаза, я увидела шнур. Шнур? Проведя взглядом вдоль длинного провода, я начала всматриваться вглубь коридора. — Эй, смотри, — я толкнула Октавию локтем. Она также начала смотреть на шнур. Присев, я взяла его в руку и натянула, он был прикреплен к чему-то. — Срочно в конец! Мужчина выбежал из комнаты, и мы все вместе побежали в конец коридора, который, казалось, отдалялся от нас. Громкие шаги начали разноситься по всему зданию, мы снова услышали душераздирающий крик. Крик, который становился всё громче. Добежав до конца, мужчина сразу со всей дури выбивает дверь ногой. Она вылетает нараспашку, он с наставленным автоматом и криком вбегает в комнату. — Оружие на землю! Руки вверх! Вы окружены! — он грубо кричал, но я его не слышала. Я сразу забежала за ним и остановилась. В комнате оказалась лишь Лекса. Я не верила своим глазам, не верила в то, что вижу. Мне казалось, что это лишь галлюцинации. Октавия что-то говорила, толкала меня, но я как будто погрузилась в прострацию. Мужчина побежал дальше, ведь там был ещё один коридор. Казалось, вокруг Лексы мог рушиться мир, а она будет стоять, как стояла, с гордо поднятой головой, бросая надменные взгляды своими зелёными глазами, из-под копны чудных волос, но сложилось всё по-другому. Сейчас она казалась лишь сломленной, окутанной ужасной болью. Лекса была связана и содрогалась от электрических импульсов. Я мигом подбежала к ней и молниеносно оторвала все провода. Её тело рухнуло на кресло и… и больше никаких движений. Я смотрела на неё и лишь хватала ртом воздух. В этот момент время замерло… Перед глазами начало всё мутнеть, я заплакала, слёзы начали скатываться по щекам и падать на пол. Я молила всех богов, чтобы Лекса жила, она ведь столько всего перетерпела… она достойна ещё одного шанса. Я посмотрела на её лицо, оно было в слезах; её глаза и всё вокруг них было красным, места от проводов оставили мелкие ожоги на коже, и там были видны вены. Она не дышала. Я… мы нашли её, отыскали. Я сделала всё, что в моих силах, но этого было недостаточно. Мы не успели. Октавия, что-то кричала, говорила мне, но я стояла в ступоре и лишь смотрела на тело Лексы. — КЛАРК! Твою мать, очнись! Гриффин! — её голос доносился как с другого конца здания, тихим криком. Переведя голову на Октавию, увидела, что она отстегивает ремни. Я как будто очнулась и так же начала быстро растягивать кожаные браслеты. Я невольно прикасалась к коже Лексы, она была мокрой, липкой от крови. Вокруг рук образовались кровавые круги, а ремни въелись в кожу. Где-то далеко я услышала выстрелы, крики, снова выстрелы. Мне было плевать, сейчас ничего не играло большой роли. Когда мы убрали все ремни с тела Лексы, к нам подбежал Линкольн с другой группой. Взглянув на Лексу, я больше не смогла отвести взгляд. Я не знала, не знала почему, за что так с ней поступили. Именно сейчас я поняла фразу «Боль заставляет людей меняться», ведь на данный момент я хотела саморучно убить, растерзать, расчленить этого ублюдка Нейла. Испытать на нём все способы пыток из ФБР и вообще всех возможных организаций, утопить, задушить... что угодно, лишь бы Лекса вернулась. Но понимала, сколько бы раз он не умер, Лексу уже не вернуть. Я смотрела на её и видела умиротворение. Подойдя ближе, я взяла её за руку. Её мокрая рука покорно легла мне в ладонь, проведя большим пальцем по коже, я прошептала: — Прости меня, я не успела, — мои слова были настолько тихими, что мне показалось, что я их произнесла у себя в мыслях, а не наяву. Наклонившись, я поцеловала Лексу в лоб. Мои губы коснулись её кожи, с моих глаз потекли слезы. Её рука невольно дёрнулась в моей. Я быстро отстранилась и посмотрела на девушку, боясь, что сошла с ума и мне снова всё это кажется. Секунда — и я слышу тихий вздох. — Скорее уносим её! Кларк, давай, уходим! — все слова были слитными, я плохо разбирала их. Не знала, кто говорит. Линкольн поднял тело Лексы как пушинку и быстро ринулся в коридор. Я всё ещё стояла и прокручивала в голове тихий всхлип Лексы, микродвижение руки. Она жива… она справится.

POV Лекса

Его маты тихим эхом долетали до меня. Он начал нервничать, бить ящики и материться. — Блять, черт, гребаные люди! Какого хера! — Повернув голову, я увидела, как он хватает пистолет, его взгляд гуляет по всей комнате, но после останавливается на мне. — Ради твоей боли я и умереть готов! — его злобная ухмылка навеки останется в моей памяти. Нейл снова возвращается к аппарату и, крутанув выключатель, вызывает новый порыв электричества, который пронзает моё тело. Я сразу начала кричать, боль была невыносима. Всё тело билось в конвульсиях, слёзы лились нескончаемым потоком. Руки и ноги скручивало, и я была уверена, что так даже можно сломать кости. Мгновение, я слышу чужой, совсем другой голос. — Оружие на землю! Руки вверх! Вы окружены! — Я увидела человека, а за ним и Кларк. Но после лишь темноту. Через секунду моё тело безжизненно рухнуло на кресло. Я уже ничего не чувствовала и была этому безумно рада. Возможно, напоследок моя фантазия решила поиграть, и я увидела проекцию Кларк, взгляд которой был готов убить любого, но в то же время он вызывал теплоту. Я ощущала, как ко мне кто-то дотрагиваться, как везде что-то говорят. Но проблема в том, что я сама не могла двигаться, я дышала, ещё дышала. Но того воздуха мне не хватало. Кто-то взял меня за руку, и я узнала… узнала прикосновение Кларк. — Прости меня, я не успела, — эти слова сопроводили слёзы, которые капали на мою кожу. Я чувствовала это, ощущала хоть что-то. Как бы мне хотелось ответить Кларк, сказать, что она справилась и всё хорошо. Сказать, чтобы она не боялась, ведь мы со всем справимся, но единственное, что я смогла, это лишь невольное движение руки, а после тихий глоток воздуха, который так и требовали мои лёгкие. Снова какие-то крики, моё тело кто-то подымает и начинает куда-то нести. Мне всё равно, ведь я уже ничего не чувствую. Полностью погружаюсь во тьму, и боль покидает моё тело.

POV Кларк

Быстро выбежав с полуразваленной больницы, мы оказались на крыльце. Там стояло три машины, одной из них была скорая. Линкольн быстро подбежал к белому автомобилю с сиреной и забрался вовнутрь. Я залезла следом за ним, Октавия тоже. Двери закрылись. — Гони, гони, давай! Поехали! — закричали Линкольн и медбрат одновременно. Лексу положили на раскладную койку и сразу надели на неё кислородную маску, провод от которой шёл к большому баллону. Её хрупкое тело, как сейчас казалось, лежало без движений и лишь шаталось при поворотах. Мы все сидели молча, я облокотилась на свои колени и закрыла лицо руками. В моей голове метались ужасные мысли, которые я никак не могла прогнать. Я знала побочные эффекты электростимуляции, знала, чем всё это может обернуться. — Почему вы ничего не делаете?! — я взорвалась. Я закричала на санитара, ведь Лекса может не дотянуть до больницы. — Кларк, — тихо сказала Октавия, кладя свою руку мне на спину. — Почему они ничего не делают?! Они должны… — слова смешались со всхлипами, и я заплакала, Октавия меня обняла. — Они всё сделают. Лекса будет жить. Она дышит, она жива. Ты нашла её. Ты молодец, — девушка говорила искренне и пыталась меня утешить, но её слова не давали мне надежды. Я отстранилась от её объятий с серьёзным лицом. Глубоко вдохнув, я посмотрела на Лексу. Её маска то потела, то снова становилась прозрачной. Она дышала, она действительно жива. Пока мы говорили, медбрат подсоединил к её руке капельницу и подключил к какому-то аппарату. Тот стал пикать и мы увидели её сердцебиение. Оно было слабым. — Скорее! — закричал парень. — Её сердце долго не выдержит! — его слова эхом начали повторяться в моей голове. «Её сердце долго не выдержит. Её сердце не выдержит. Не протянет».