15 игр разума

      Эта история произошла со мной и моей сестрой совсем недавно. Возможно, вы не поверите или же скажете, что у меня поехала крыша. Я не знаю. Просто прочитайте это, пожалуйста, а право на «верить или нет» полностью ваше.       Прежде, чем поведать вам эту историю, следовало бы представиться. Меня зовут Алекс Дэниэл Кэмпбелл. На момент тех происшествий мне было всего лишь шестнадцать лет. Я, как и мои ровесники, ничем особым не занимался, только если игру на балалайке можно было считать чем-то необычным. Помню, что увлекался мифологией Древней Греции: истории о богах всегда казались жутко интересными. На моё большое удивление, они были очень похожи на людей. Не знаю, стоит ли описывать внешность, скажу лишь, что у меня рыжие волосы, правда, как ни странно, нет веснушек.       Кстати, немного о моей сестре. Её зовут Николь, ей на тот момент было четырнадцать. Если честно, то я был очень рад за её успехи в школе и что она не повторила мою ошибку. Ох, черт, как можно было забыть сказать? Так вот, моя ошибка в том, что я бросил школу, а вместе с тем и девушку, с которой встречался уже очень давно. Извините, немного ушёл от темы под названием «моя семья». Пожалуй, нашу можно даже назвать неблагополучной. Почему? Матери у нас нет — она умерла три года назад, а отец теперь в беспробудном запое. Он, видите ли, горюет по жене. В общем, из-за такой ситуации в семье мы с Николь живем у тёти.       Ну, вот и всё. Хватит рассказов обо мне. Вы же пришли историю читать, а не автобиографию.

***

      Моя сестра была отличницей и, в отличие от меня, никогда не пропускала занятий в школе. Был понедельник, и, как бы банально это ни звучало, началось всё именно в этот день. Придя домой со школы, Николь зашла в мою комнату. Но, никого не увидев, решила не сидеть дома и пойти прогуляться в парке.       Николь сидела на скамье и читала один из романов, заданный сегодня учителем литературы. Она любила парки и прогулки, но особенно она любила читать в тишине среди зелёной кроны Центрального парка. На улице был лёгкий ветер, он мягко трепал рыжую копну волос девушки. Вдруг кто-то подбежал к ней сзади и закрыл своими руками её глаза. От неожиданности у девушки выпало из рук яблоко. Обернувшись, она долго не могла узнать юношу, что стоял позади неё. Через пару секунд к Николь вернулась память, и она начала смеяться в унисон с другом детства, с которым они общались ещё совсем детьми. Парня звали Адам.

***

«Алекс, где же он был всё это время? — эти мысли не давали покоя заботливой сестре. — Обычно он возвращается через пару часов после ухода».       На часах было 00:36. Волнение не покидало сердце девушки. «А если с ним что-то случилось?»

***

      Тёмная комната, головная боль, где я? Кто я? Я медленно поднимаюсь.       Вокруг было около десятка подростков без сознания. ЧЁРТ ВОЗЬМИ, ЭТО ЖЕ НАРКОПРИТОН. ОПЯТЬ, АЛЕКС, ОПЯТЬ. Главное, чтобы Николь и тётушка об этом не узнали. ГЕРОИН, ГОСПОДИ, АЛЕКС, ОПЯТЬ.       Нью-Йорк не самый маленький город, найти дорогу до дома бывает иногда сложно, особенно если ты под кайфом. Это скорее будет похоже на пьяные танцы посреди квартала в будничное утро. Смотрится это нелепо, поверьте мне. В кармане у меня было лишь два доллара. Этого не хватит даже на такси. Остаётся только метро, но не факт, что пропустят, ведь я даже не могу стоять на ногах, а своим затуманенным взглядом мало чего увижу. Впереди только белые блики и голоса возмущённых людей. Ох, чёрт, Алекс.       Через полчаса лежания на асфальте, а может, и больше, ко мне частично вернулся рассудок. На часах полседьмого.       Рассвет.       Я бы мог посчитать это действительно красивым, однако сейчас у меня были проблемы посерьёзнее.       От дома я был недалеко, но только возвращаться туда нет никакого желания. Николь, моя мудрая не по годам Николь; увидеть снова её презирающий взгляд было бы неприятно, уж никак это не вязалось с ролью старшего брата, который по идее должен быть умнее. Пожалуй, полежу еще немного на асфальте, нужно окончательно придти в себя и придумать, что сказать сестре.

***

      Я стою у двери. Учащённое биение сердца отдаётся в ушах. Что я скажу Николь и тетушке Салли? Дрожащей рукой, не с первой попытки, но я решаюсь вставить ключ в чёртову дверь. Медленно толкаю её, из-за чего она издаёт неприятный скрип. Странно, никто не подбегает ко мне и не начинает допрашивать или укоризненно смотреть. Через четверть часа хождения по дому я так никого и не нашёл. «Куда они могли уйти?.. Впрочем, куда бы они не ушли, должны скоро вернуться», — подумал я. В животе неприятно тянуло: я не ел с прошлого утра, наверное. Решение разогреть себе вчерашнюю пиццу будет самым верным в данный момент. Зайдя на кухню, я заметил телефон тёти. Уведомление о непрочитанном сообщении всё ещё горит на экране. Я обычно не смотрю чужие сообщения, знаю, что это плохо и прочее, но мне нужно их найти. Сообщение было от Николь:       Я подъезжаю к участку, есть новости об Алексе?       Боже, они меня потеряли и объявили в розыск! Нужно срочно сказать, что я жив, здоров и слегка под кайфом, хотя последнее было не обязательным. Судорожно звоню сестре. Чёрт, Николь, когда ты уже будешь отвечать на телефон?! Придётся ехать в участок.       Вот и он. Большой, чистый и немного устрашающий, никогда тут не был раньше, хотя мог бы и попасться... На входе стоят два копа, которые о чём-то разговаривают, даже не замечая меня. Зайдя внутрь, меня встретил дежурный полицейский — молодой парень лет двадцати пяти. По нему было видно, что он не так давно получил работу и ещё плохо ориентируется.        — Простите, я Алекс Кэмпбелл. Здесь должны быть моя тётя и сестра. Вы не могли бы проводить меня к ним?        Парень неуверенно кивнул, что-то вбил в компьютер, и мы направились по длинным коридорам в офис офицера. Страх накатил на меня с новой силой, и ноги начали подкашиваться. А что, если он попросит пройти тест на содержание наркотических средств или чего хуже... Я медленно поднял руку и тихонько постучал в железную дверь.       — Входите! — громко раздалось по кабинету.       — Эм, извините, — моя речь часто сбивалась. — Это я Алекс Кэмпбелл. Это из-за меня столько суматохи. Прошу прощения, — я чувствовал себя жутко неловко перед этим офицером и своей семьей.       — Алекс, где ты был?! Мы уже все морги и больницы обзвонили! — громко кричала тётушка на весь участок.       — Я вам всё дома объясню, простите, что побеспокоили вас, офицер, — тихо ответил я.       — Подождите минутку, Алекс. Вы должны сказать, где вы были. Мне нужно для протокола и вообще понять из-за чего столько паники у ваших близких.       — Эм, ну я, ходил к другу, — начал запинаться я на каждом слове. — А потом, когда вышел и уже шёл домой, я увидел, как хулиган отнимает у девушки сумочку. Я знаю, эта ситуация, ну, слишком банально звучит, но уверяю вас, так и было. Мне пришлось подбежать к ним, и в эту же секунду хулиган бросился бежать в противоположную сторону. Я заметил, что он был вооружён ножом, а затем бросился его догонять. Догнав, я завёл его в тупик; преступник был, вроде, подростком, возможно, поэтому был очень труслив. Он попросил не сдавать его копам и вернул сумочку, отдал мне нож. Пока я думал, что с этим делать, он нашёл пожарную лестницу и ускользнул. Сумочку я вернул, а от ножа избавился на первой помойке.       — Звучит не очень убедительно, но вы рассказали в таких подробностях. Где же вы пропадали всю ночь?       — Я вернулся к девушке и увидел, что она ранена. У неё были порезы на руке, я повязал на её руку рубашку и оказал медицинскую помощь. После чего мне пришлось купить ей еды, так как хулиган успел забрать из сумки все деньги, и она сказала, что была проездом в Нью-Йорке. Так что мне пришлось провести с ней всю ночь. К сожалению, доказать я это не смогу, так как мы не успели обменяться контактами, а она уже сегодня уехала в Пенсильванию.       — Вы — молодец! Это и вправду достойный поступок! Такие люди нам нужны. У нас сейчас проходит набор стажёров, вы работаете где-нибудь? — с интересом спросил офицер.       Как бы мне хотелось ответить «да», но рядом сидела тётя, и по её глазам было видно, что она рада тому, что я мог бы уже хотя бы чем-нибудь заняться. Ну, спасибо, тётя Салли.       — Нет, — неуверенно ответил я.       — Замечательно. Жду вас в завтра в восемь часов утра в моём кабинете. Добро пожаловать в команду! Все документы оформим завтра. Я проведу вас к выходу.       Я застыл от непонимания. Работа? Ещё и в полиции? А если всплывет то, что я иногда балуюсь наркотиками? Работать в участке я, естественно, не собирался, нужно было как-то отвертеться, но как?       Всю дорогу домой Николь и тётя расспрашивали меня про эту ночь. Мне нужно было говорить как-то убедительно, это у меня получалось, мягко говоря, не очень. Как хорошо, что наш дом не так далеко от участка, иначе бы вся моя фантазия была бы исчерпана.       — А знаешь, я так рада за тебя! — неожиданно воскликнула тётя. — Может, отметим твою новую работу? Я пойду испеку твой любимый пирог с черникой.       — Ага, хорошо.       — А мы пока с Алексом обсудим ещё немного тот случай, — мило улыбается тёте Николь, берёт меня под руку и ведёт наверх в спальню.       Нет, нет и ещё тысячу раз нет. Только не это. Я так не хочу больше об этом говорить.       Как только мы зашли в мою комнату, у Николь сразу изменилось выражение лица, и она начала вести монолог:       — Твоя история — полная хрень! И так думаю не только я, но ещё и офицер. Кого ты вообще пытался этим провести?! Ты ведь знаешь, что пригласил он тебя в стажёры в качестве воспитательных работ, ну и потому, что у них мало стажёров, наверное. Ты действительно рассчитывал, что кто-то поверит в этот бред?       — Но, но… Зачем мне воспитательные работы? Я, я же… ничего плохого не сделал, — ох, чёрт, я опять запинаюсь.       — Ты прекрасно знаешь, что сделал. Над твоей верхней губой белый порошок, ладно его ещё не видно, но, если присмотреться, то заметно. Ты понимаешь, как ты влип? Ты же обещал завязать! — уже почти со слезами в голосе говорила Николь.       — Что мне делать?       Знаю, что мне нужно идти и отрабатывать свои «грехи». Я же подставил не столько себя, сколько Николь и тётушку, ведь именно Салли будет нести за меня, бездаря, ответственность. А что будут говорить о Николь в школе? «Сестра наркомана», вместо «лучшая ученица параллели». Всё, что я сейчас хочу, так это вернуться на день назад, переиграть ситуацию... Но время мне не подвластно.       — Ты думаешь, я буду тебе помогать? Безработный малолетний наркоман. Что может быть хуже? Ты сам эту кашу заварил — тебе и расхлебывать.       Я не мог уже скрывать слёз от осознания того, что мне светят месяцы, если не года, реабилитации в центрах для наркоманов. Никакой зависимости у меня не было, однако я начал употреблять ещё до смерти матери. Для врачей это как моё чистосердечное признание.       — Тебе повезло, Алекс, что офицер сразу не забрал тебя под арест. Он верит в то, что ты исправишься. Хоть кто-то в это верит.       На этих словах она хлопнула дверью и удалилась в свою комнату. Да, не ожидал я такого. Чтобы младшая сестра учила меня? Мне было не по себе от услышанного от неё. Хуже всего, что это была правда.