Милая Стерва.

Pov Анна. Я отстранилась от него и посмотрела в голубые глаза. Егор молча приобнял меня за плечо и мы пошли по лестнице вверх. На крыльце дома стояла моя мама и мама Егора. — Что-же вы! — охнула мама, а потом перевела взгляд на руку Егора. — Не сказали-то… что уйдете… — усмехнулась она и Тетя Марина заулыбалась. — Ой, Ульян, мы кажется мужья там скучают! — мама кивает и они уходят в дом. Булаткин засмеялся и я вместе с ним. Мы пошли к качелям в саду и сели туда. Егор смотрел вперед, как и я. Мы просидели так еще очень долго, иногда вспоминая какие-то ситуации из этих волшебных дней. Пусть сначала мы вели себя как полные идиоты, но сейчас, черт возьми, я бы отдала многое, что бы остаться здесь. Я хочу кое-что спросить. — он смотрит в мои глаза. — Ты сама решила уехать? — я улыбаюсь, стараясь успокоить сердце. — Д-да, сама. — Егор грустно улыбается. — Определенные обстоятельства повлияли на это. — я выдыхаю. — Пойдем в дом, — поднимаюсь я. — Холодно, простынем. — резко спирает дыхание, когда я чувствую, насколько близко стоит Егор. — Идем. — говорит он и я шагаю к дому. Мы зашли в дом и Егор попросил меня подождать, а я забежала в комнату и отрыла кое-что. Те часы, которые были на мне в день нашей первой встречи. Наверное, будет правильным подарить их Егору, на память о этих минутах, хотя я так сильно люблю эту вещь! Булаткин забегает в комнату и протягивает мне часы, которые были в тот день на нем, я смеюсь и показываю Егору то, что решила подарить ему. Он надевает свои часы на мою руку, а я отдаю ему свои, улыбаясь друг другу и грустно выдыхая мы услышали, как мои родители говорят о том, что пора. — Я вас отвезу. — я киваю ему. Когда родители собрались окончательно, а мы с Егором вдоволь нахохотались и набегались, пришло время уезжать. Мы ехали в аэропорт, а я все еще не хотела верить в то, что это чудесно время утекает сквозь пальцы. В какой-то момент, я увидела аэропорт и нервно заколотила пальцами по панели машины. Егор помог утащить чемоданы, а родители потом увязали его в разговор. Я стояла около окна и смотрела на темнеющее небо. Родители прощались, я подошла к ним и обняла Тетю Марину и Дядю Колю, а потом, отвернулась. Слишком тяжело прощаться с ним. Это чувство сильно не знакомо мне, но отягощает не хило. Эскалатор поднимал родителей и сумки вверх, а я собиралась наступить, но оглянулась. — Ты успеешь, рыбка. — подмигнул папа и я со всех ног понеслась обратно. — Егор! — крикнула я и парень, обернувшись и раскинув руки для объятий, поймал меня, смеясь. Я прижалась к нему, уткнувшись в плечо и вдохнув свежесть, вечно витающую вокруг Егора. Булаткин зарылся в мои волосы и тяжело выдохнул. Мы обнимались, молча и грустно улыбаясь, пока не прозвучала моя фамилия. Я молчала. — Я не хочу… — сводя брови начала Булаткин. -…отпускать тебя… — прижимаюсь к нему сильней. — Я не хочу уходить… — моя фамилия снова звучит. — Пора… — шепчет Егор и отстраняется. — Я буду скучать по тебе, стервочка. — я улыбаюсь, смотря в его голубые глаза. — Напиши мне, как только сможешь. — выдыхает он. — Тебе пора...- шепчет он и я улыбаюсь ему. — Подожди. — я поднимаюсь на носочки и целую его в колючую щеку, задержав губы на минуту. — Я тоже буду скучать, Булаткин. — я отстраняюсь и мы улыбаемся друг другу. — До встречи… — шепчу я, отходя. — До встречи. — мягко говорит он и мы смотрим друг на друга, пока эскалатор не увозит меня наверх.

***

Вечерний Сидней. Прохладный ветер заставляет меня вздрогнуть, уткнувшись в воротник рубашки. Забрав у семьи сумки и ключи от маминой машины, я села за руль. Подъехав к дому я забежала наверх, моментально скрывшись за дверью. Я плюхнулась на постель и закрыла глаза. Выдыхая, я взяла телефон и, еле привыкнув к англоязычному интернету, набрала сообщение, удивившись тому, что в два часа ночи Булаткин онлайн. Anna: Я прилетела. Подождав двадцать минут и не получив ответа я услышала, как стучат в дверь. — Рыбка, можно к тебе? — я сажусь на постель. — Конечно, пап. — он заходит и садится ко мне. — Рыбка, ты прости меня за это. Если бы мы поделили компанию, то ты бы могла остаться в Москве. — я посмотрела на него. — Даже не думай об этом, пап! — он обнимает меня. — Мы обязательно найдем выход, слышишь? — папа целует меня в макушку. — Слышу, рыбка. — я улыбаюсь ему. — Я хочу сходит на Брисбен. — папа кивает и выходит из комнаты. Я переодеваюсь и спускаюсь вниз, посмотрев по сторонам. Мам, крича и ругаясь на английском, говорит по телефону. Отец ушел в ванную и включил радио. Натягиваю обувь, надеваю наушники и иду вперед, смотря на аллею. (Включаем dalebotbeats — ty ty ty py py и ставим на повтор.) Подхожу к воде, прибавляю музыку и стягиваю один наушник, слушая шум воды. Сняв ботинки вхожу босыми ногами в воду, закрыв глаза. Раньше, я очень любила Сидней. Гулять по Брисбен, говорить по видеосвязи с Эмилией и пить коктейли в баре неподалеку. Вечно перекрашивать стены в комнате и сутками читать книги у воды. Дышать соленым бризом и не спать ночами, встречая закаты и рассветы. Но теперь, все это кажется бессмысленным, по сравнению со вчерашними днями. Серое платье колышется на ветру и я вдыхаю полной грудью, пытаясь устаканить мысли. Поудобнее устроившись в местном прибрежном баре, снова зашла в интернет и увидела пришедшее сообщение. Egor: Я приеду к тебе как только найду время, обещаю, стервочка! Улыбаюсь, прочитав сообщение и начав писать свое. Anna: Ловлю на слове! Иди отдыхай, ночной житель! Смотрю, как алеет небо. Значок того, что Булаткин в сети пропадает и я, убрав сотовый в сумку, встаю с сидения, расправляю платье. Около дома, убираю наушники в сумку, как и сотовый. Проходя в коридор, вижу, как мои родители смотрят телевизор в зале, а на столе красуется ужин. Сажусь за стол, налив себе чай. Улыбаюсь, смотря на правую руки. Наручные часы переливались на свету садящегося солнца. Помыв посуду я зашла в душ. Горячие струи воды окатили меня и заставили скатится вниз по стене, тяжело выдыхая. Сердце стучит. Если я найду выход из проблем родителей, ты мы все сможем спокойно жить. Я просто не могу смотреть на то, как они изводят на себя. Не могу не попытаться помочь. Завернувшись в черное полотенце я иду в спальню. Прыгаю на постель и утыкаюсь в подушку. В комнате прохладно и я дышу соленым воздухом, смотря, как звезды уже мелькают в небе. Закрываю глаза и слышу, что сотовый жужжит на тумбе. Беру телефон в руки и улыбаюсь. Egor: Доброй ночи, стервочка. На душе становится тепло и легко. То же самое «Доброй ночи», тот же Егор. Но черт возьми, так далеко от меня. Anna: Доброй ночи, хам. Блокирую сотовый и убираю его, укутавшись в одеяло.

А часы Егора продолжают свисать с моей руки, изредка бренча и напоминая мне о смехе и тепле, которое было с рядом Булаткиным.