Каждому нужен друг

* * *

- Прикройся, ради всех богов. Эрик поймал свои брюки, кинутые ему Шоу, и спокойно в них влез, не выходя полностью из воды. Он нехорошо ухмылялся, застёгивая молнию и пуговицу, низы тут же намокли, погружённые в озеро, прилипая к щиколоткам, но Леншерр не обратил на это никакого внимания. - Что, завидуешь размеру? Реакция на близость с Чарльзом и их горячий поцелуй была настолько недвусмысленной, что легко угадывалась сквозь ткань мокрого белья. Эрик едва подавил в себе желание поправить член прямо сквозь брюки, раз уж это заставляло президента школы морщиться так, словно он был барышней. Чарльз от такого зрелища непосредственно рядом вновь запунцовел и тоже поспешно поднялся на ноги. Он стоял прямо за спиной Эрика, желая также влезть хотя бы в нижнюю часть своей одежды, но ещё больше желая успокоить друга. Он отлично помнил, чем всё закончилось в прошлый раз, и не хотел снова видеть Леншерра на больничной койке, а Шоу, судя по всему, был настроен крайне серьёзно. - Давай просто уйдём, - Ксавье положил руку на плечо Эрика, но тот только снова усмехнулся, глянув через плечо. - Нам не дадут, - Леншерр снова перевёл взгляд на Себастьяна. – Да я и не хочу. Он взял руку Чарльза в свою, выводя его из воды, приближаясь к одежде. Шоу чуть отступил к своим приятелям, сунув руки в карманы и внимательно наблюдая за тем, как Ксавье одевается. Он медленно скользил взглядом по его полуобнажённому телу, изучал каждый изгиб, задерживаясь на острых ключицах, соблазнительной шее, линии талии, конечно, не такой явной, как у девушки, но обозначенной и обтянутой мокрой майкой. Эрик в свою очередь наблюдал за президентом школы, щурясь и улыбаясь очень нехорошо. За последние дни для него происходящее стало серьёзней, чем вопрос того, кто первым завоюет сердце Чарльза и завладеет им самим, гораздо серьёзнее. Леншерр испытывал странную для себя привязанность и, несмотря на то, что его беспокоило это новое чувство, избавляться от него он не хотел. Они сблизились, и речь шла не только о физике, не только обо всех этих прикосновениях и редких поцелуях, которые Эрик урывал, когда никто не видит. Ксавье был особенным: милым, добрым, отзывчивым, желанным, причём это было не одно лишь желание стащить с него всю одежду и не меньше суток не выпускать его из кровати, чтобы попробовать всё, нет… Это было желание оставаться рядом с ним, защищать его, оберегать. Эрик и раньше испытывал что-то похожее, если говорить именно о позиции «я защищаю своё», но здесь всё было немного иначе. Чарльз не был его собственностью или игрушкой, более того, Леншерр хотел нравиться ему, хотел видеть его улыбку и блеск в глазах, слышать, как Ксавье зовёт его по имени, может, когда-нибудь, обнимать его ночью, устроив рядом с собой. Этот местный Мистер Успех при ближайшем рассмотрении оказался так прекрасен внешне и внутренне, что Эрик просто не мог упустить его. И тем более – дать в обиду, а намерения Шоу не показались ему добрыми ни с какого ракурса. К тому же, этот парень ему просто чертовски не нравился. - Я говорил тебе не лезть к Чарльзу, - президент школы чуть усмехнулся. - А теперь это говорю тебе я, - Эрик смотрел спокойно, хотя уже зло, боковым зрением следя за тем, как один из приятелей Шоу обходит их. Себастьян снял пиджак и предельно аккуратно сложил его, укладывая на камень, Леншерр напрягся, готовый ко всему, но слишком много внимания уделил именно процессу снятия одежды президентом – и проглядел момент, когда Квестед (кажется, это была его фамилия, Эрик не был уверен) схватил Чарльза, чуть оттаскивая назад. Он резко повернулся на шум борьбы – и пропустил первый удар, Шоу ударил подло, со спины, кажется, ещё и зажав камень в кулаке или что-то подобное, потому что Эрик повалился на землю, мгновенно почувствовав солоноватый вкус крови во рту. Он сплюнул, как-то отстранённо смотря на красное пятно на песке, словно и не спеша подниматься. - Оставь малыша мне, Леншерр, для тебя он слишком хо… Шоу не успел договорить, потому что Эрик зарычал при одном только упоминании Чарльза, тем более – так. «Малыша»… Леншерр сбил соперника с ног, мгновенно оказываясь на нём, и успел нанести несколько сильных ударов в голову президента школы, разбивая ему нос – и сам получил пинок в живот от второго приятеля Шоу, слетев с него, хватаясь обеими руками за пояс, словно это могло унять резкую боль. Он вскочил на ноги почти мгновенно, успевая блокировать удар Азазеля, парня, который неимоверно бесил Эрика своим напыщенным видом и ещё больше – пафосным прозвищем, которым его все и называли. Краем глаза Леншерр видел, как Чарльз пытается вырваться из мёртвой хватки Квестеда, кажется, тот ему делал больно – и тем сильнее злился сам Эрик, попадая кулаком куда-то в ухо сопернику, заставляя его схватиться за голову от мгновенно появившегося звона в голове. Но, к сожалению, он пропустил момент, когда поднялся Шоу – и теперь уже сам валялся на земле, придавленный им. Парень бил прицельно и болезненно, и Леншерр быстро схватил пальцами песок, швыряя его в лицо президенту школы, сбрасывая его с себя, перекатившись. Видя, что даже вдвоём его друзья не справляются, Квестед больно ударил Чарльза по голове, заставив того упасть, и бросился на подмогу своим. Ксавье рухнул, чудом оставаясь в сознании, но понимая это не сразу. Он приподнял голову, чтобы увидеть, как трое бьют Эрика, а тот, хоть и отбивается, но явно теряет силы. В какой-то момент Леншерр вдруг вскинул руку – и нападающие замерли, замахнувшись, не в силах шевельнуть рукой каждый. Чарльз не сразу понял, что произошло, ему понадобилось несколько секунд, чтобы сообразить: пуговицы. На форменных пиджаках пуговицы были металлическими, у президента же на руке болтались часы, тоже явно не из пластика сделанные. Ксавье широко распахнул глаза, видя, как по велению руки друга всех троих вдруг понесло к воде, кажется, пуговицы были пришиты намертво, и ни один из юношей не понимал, что происходит, безуспешно пытаясь затормозить ногами. Эрик улыбался широко и зло, лицо его было разбито, из уголка губ бежала струйка крови, глаз заплыл, но Леншерру нравилось происходящее, нравилось, как трое нападающих теперь стали жертвами, как они начали кричать, зовя на помощь… - Эрик, нет! – Чарльз, пошатываясь, подбежал к нему, падая рядом на песок и хватая его за руку. - Отчего же? – Эрик прищурился, переводя взгляд на друга. - Они же утонут! - Какая досада… - парень усмехнулся ещё злее, Шоу с приятелями уже почти скрылись под водой. - Эрик! Чарльз обхватил его лицо ладонями, поворачивая к себе и касаясь губами губ, сразу чувствуя металлический привкус крови, но тем отчаяннее целуя Леншерра. Эрик опешил от такого, опуская руку и машинально обнимая ей юношу за затылок, запуская кончики пальцев в тёмные волосы. Трое других участников драки вынырнули из воды, тут же почти бегом направляясь в сторону берега. Чарльз приложил пальцы к виску, не прерывая поцелуй, и Эрик заметил три фигуры рядом, когда они уже проходили мимо. - Ты… - он сам отстранился, удивлённо смотря вслед Шоу. - Они нас не видят, - Ксавье чуть улыбнулся, тоже смотря на спины парней. – И ничего не вспомнят. Я надеюсь. Эрик рухнул на спину, чувствуя боль во всём теле – и Ксавье, едва нападавшие скрылись в лесу, едва не упал сверху, прижимаясь щекой к его груди. Леншерр тяжело дышал, приобняв друга за плечи, глядя в небо и, несмотря на то, как болезненно отзывалась каждая клеточка на любое движение, ощущая себя счастливым. Потому что Чарльз, невзирая на поступок Эрика, обнимал его одной рукой за пояс, прижимаясь и напряжённо прислушиваясь к его сердцебиению. Словно прошло какое-то наваждение – и Леншерр не без дрожи подумал, что действительно мог бы их убить. Если бы не Чарльз. - Я перегнул палку? – получилось хрипло и тихо. - Это мягко сказано, - юноша с трудом выдохнул, приподнимаясь. Эрик посмотрел на него снизу вверх, голова Чарльза закрывала от него солнце, из-за чего казалось, что Ксавье светится, словно святой, хотя самому Леншерру он почему-то больше напоминал о сцене из диснеевского мультика, который так часто крутили в детдоме, потому что других просто не было. Эрику быстро наскучило смотреть одно и то же, к тому же история о спасении принца была абсолютно девчачьей, но сейчас воспоминание о том эпизоде приятно согрело сердце Леншерра. Он с улыбкой протянул руку, касаясь щеки Чарльза, чуть обнимая его лицо ладонью. - Может, ещё и споёшь? - Что? – Ксавье удивлённо моргнул, заставив Эрика рассмеяться, хоть это и вызывало боль в рёбрах, кажется, хотя бы одно было сломано. Леншерр с трудом приподнялся и горячо поцеловал Чарльза, прерываясь только затем, чтобы посмотреть в голубые глаза и, касаясь лбом лба, прошептать то, что заставит Ксавье вспыхнуть без единого постороннего прикосновения, а сердце заколотиться так быстро, что, кажется, вот-вот выпрыгнет. - Я тебя никому не отдам.