Learn to Love What Burns

      Санса с ногами забралась на кровать, Леди легла у неё на коленях. Она провела рукой по мягкой шерсти лютоволчицы, глядя, как Арья ходила по её комнате. Вид её повзрослевшей сестры вызывал у неё странное чувство. В следующем году ей будет уже двенадцать. — Ты так похожа на Джона, — произнесла Санса, наблюдая за тем, как Нимерия верно следует за Арьей. Младшая сестра посмотрела на неё с любопытством. — Принц? — спросила она, открывая один из сундуков. Санса утвердительно промычала и слегка улыбнулась, когда Арья сморщила нос, увидев внутри платья. — У вас внешность Старков, у вас обоих. Мы с Роббом больше похожи на маму, на Талли, — сказала Санса. — Ты тоже похожа на папу, — отозвалась Арья, откладывая платья в сторону. Санса усомнилась в сказанном, она не видела ничего похожего на себя во внешности отца. Её сестра словно почуяла сомнение. — Твои глаза. Не их цвет, а сам взгляд. Когда ты улыбаешься, у тебя такой же добрый и нежный взгляд, как и у него. Санса наклонила голову и улыбнулась. Когда Арья удивлённо вдохнула, Санса опять подняла голову и увидела, что та держала в руках брюки, камзол и рубашку, лежавшие до этого на самом дне сундука. — Это оказалось вместе с твоей одеждой случайно? — спросила она, отмечая взглядом контраст между её светлым платьем и тёмно-серыми брюками. Санса покачала головой, и Арья с любопытством посмотрела на неё. — Когда мы сбежали из Королевской гавани, было решено, что бежать в юбке будет трудно. Должна признаться, что опыт езды не в платье позволил мне ощутить себя свободнее, хотя за пределы этой комнаты, я об этом распространяться не хочу. Я люблю свои платья, — с дразнящей улыбкой сказала Санса. Младшая сестра посмотрела на неё с таким восхищением, будто бы недооценила Сансу. — Мама никогда не позволяла мне носить их, как бы я не хотела. — Она не может говорить тебе, во что одеваться. Подожди, пока не станешь взрослой, и тогда ты сможешь носить, что пожелаешь, будь это брюки или вообще ничего, — произнесла Санса, вызвав у сестры смех, пока та складывала вещи обратно в сундук. Арья подошла к кровати, усадила на неё Нимерию, а затем сама залезла на неё. — Почему ты сбежала из Королевской гавани с Таргариенами? Я думала, ты на попечении Ланнистеров, — спросила она, прильнул к одному из столбиков кровати. Санса замешкалась, глядя на засыпающую Леди. — Королевская семья была довольно-таки добра ко мне, в отличие от Ланнистеров. Когда они узнали, что ко мне относились не совсем... справедливо... корона забрала меня под свою опеку, позволив мне больше не жить с ними, — ответила она, не желая раскрывать Арье всю правду. — Что они сделали с тобой? — спросила Арья, нахмурившись. Она не упустила ни словечка из сказанного. Прежде чем Санса успела ответить, прозвучал другой голос. — Дай своей сестре передохнуть, Арья. Её наверняка переполняют чувства, и вопросы всё только усложняют, — сказала Кейтилин, с улыбкой входя в комнату. Кейтилин подошла к кровати и села рядом с ними, чопорно сложив руки на коленях. — Эти вопросы ведь не смущают тебя, да? — спросила Арья, намереваясь подтвердить неправоту матери. Санса заставила себя улыбнуться и покачала головой. — Нет, не смущают. Кейтилин поглядела на дочь так, будто бы поняла, что говорит неправду. — Переговоры между вами и королём с королевой прошли хорошо? — спросила Санса, меняя тему разговора. — Неплохо. Они, как оказалось, достаточно охотно соглашались с нами, — кивнула Кейтилин, протягивая руку, чтобы убрать волосы с лица Арьи. На лице матери неожиданно появилась гримаса, которая исчезла так же неожиданно, как и оказалась там. — А вот мой отец соглашался не так охотно, — призналась она. Санса тихонько рассмеялась и кивнула в знак согласия. — Думаю, исключительно благодаря ему мне было позволено участвовать в собраниях совета Рейгара. Он распинался о моём праве и о том, что Северу нужен представитель, пока королю это не надоело. — Это похоже на него, — кивнула Кейтилин, удивлённая тем фактом, что её дочери было разрешено побывать на военном совете. Арья с любопытным выражением лица наклонилась поближе к ней. — Ты видела в столице драконьи черепа? Санса кивнула и улыбнулась ещё шире. — Они все были разных размеров. Одни были маленькими, а другие — по-настоящему громадными. Они внушали трепет сильнее, даже чем железный трон, — ответила она. Глаза Арьи зажглись от мысли о драконах, расставленных у стен великого чертога. — Мне так хочется, чтобы драконы вернулись, — вздохнула она, вытаскивая колючку из шерсти Нимерии. — Было бы так чудесно увидеть их парящими над Вестеросом, чтобы спалить глупых Ланнистеров и их армии. — Арья! — прервала её Кейтилин. Санса засмеялась, мотая головой. — Это было бы замечательно, — согласилась она, и в её голове ясно появилась картина того, как Джон верхом на драконе и кружит над Джоффри, хорошенько его прожаривая. Девушка наклонилась поближе к сестре. — Ещё не все драконы исчезли. Позже Джон тебе покажет, — прошептала она. Слова Сансы оказали ошеломляющий эффект на её мать, в то время как любопытство Арьи лишь возросло. Раздался в стук в дверь, после которого в покои вошла служанка. — Мне помочь Вам переодеться к ужину, миледи? — обратилась она к Сансе. — В этом нет необходимости, я могу помочь ей, — поднялась Кейтилин. Тогда-то она и заметила, что её мать была в другом платье, нежели чем раньше. Служанка кивнула, поворачиваясь к двери. Санса соскользнула с кровати, оставив Леди спящей на одеяле. Она вынула тёмно-синее платье с серебряной отделкой и стала раздумывать, подойдёт ли оно. — Оно прекрасно, — заявила Кейтилин, проводя ладонью по мягкой ткани. — Дедушка приказал его сшить для меня. Все эти платья подарил мне он, — с улыбкой произнесла Санса, кладя одежду на стул и поворачиваясь, чтобы позволить матери развязать её платье. Арья, не заинтересованная в платьях, осталась сидеть с Нимерией на кровати. Когда она почувствовала, что Кейтилин замерла после того, как платье упало на пол, у Сансы застыла в жилах кровь. — Арья, иди в свою комнату и приготовься к ужину. — Но... — начала спорить младшая. — Сейчас же, — бескомпромиссно оборвала Кейтилин. Арья фыркнула и, взяв Нимерию на руки, покинула помещение, ругаясь про себя. Санса вцепилась в своё ожерелье и посмотрела прямо вперёд, будто бы не понимая, что такого увидела её мать. — Санса. Кейтилин развернула дочь и направила свой полный печали взор прямо ей в глаза. — Кто? — спросила она. Санса с тяжестью сглотнула и отвела глаза. — Это был Тайвин? — спросила мать с нарастающей яростью в голосе. Санса покачала головой, ощущая, как слёзы наполняют её глаза. Кейтилин усадила её на кровать и взяло лицо в свои руки. — Скажи мне, Санса. Ты должна сказать мне, кто сделал это с тобой, — попросила она, пребывая в не меньшем, чем Санса, ужасе. — Это сделал Джоффри, мама, — прошептала она, когда ей надоело сдерживаться. Женщина закрыла глаза, и по её щеке прокатилась слезинка. Санса протянула руку и вытерла её. — Уверяю тебя, теперь я в полном порядке. Кейтилин открыла глаза, чтобы посмотреть на неё. Она просто развернула её, ничего не говоря. Санса закусила губу, когда мать стянула сорочку ниже и обнажила ещё больше шрамов на её спине. — Ох, моя бедная девочка. Моя бедная доченька, — заплакала она, снова надевая на неё сорочку, а затем крепко обнимая. Санса почувствовала лёгкость в объятиях материи и зарылась лицом в волосы женщины. Через некоторое время Кейтилин выпустила её, чтобы собраться с силами и продолжить одевать Сансу. — Я убью его, — с яростью объявила мать. Подобные слова из уст леди Винтерфелла вызвали у неё удивление. Кейтилин едва её знала, но уже готова была обрушить на её обидчиков весь свой гнев. — Боюсь, тебе придётся встать в очередь. Джон, после того как узнал о случившемся, высказал намерение зарубить Джоффри. Кейтилин немного замешкалась, но всё же помогла ей закончить переодевание. Санса, всё ещё не отпускавшая ожерелье, повернулась лицом к ней. — Ты всё ещё хранишь это? — сказала она, удивлённая видом серебряного лютоволка. Санса улыбнулась и кивнула. — Я не смогла с ним расстаться. Это единственная частичка дома, которая у меня была. Кейтилин грустно вздохнула и наклонилась ближе к дочери, чтобы поцеловать её в лоб. — Ты такая прекрасная и сильная. Мне бы хотелось видеть, как ты растёшь, однако не стоит оставаться в прошлом, нужно смотреть в будущее. Позволишь ли ты узнать нам тебя, дорогая Санса? — спросила она. — Конечно, мама. Ничто не доставило бы мне большей радости. Её мать была довольна согласием и опять развернула её спиной к себе. Санса стояла неподвижно, позволяя Кейтилин заплести половину своих волос, пока оставшиеся вьющиеся локоны оставались лежать на спине и плечах. — Ты сдружилась с принцем и принцессой. Мысль о них заставила Сансу улыбнуться. — Королевская семья относилась ко мне по-доброму, когда я была в Королевской гавани, особенно Рейнис и Джон. Я у них в долгу, — согласилась она. — Они разговаривали с тобой о браке? Король или кто-нибудь другой? — спросила Кейтилин. Её улыбка исчезла и уступила место хмурости. Девушка задалась вопросом, почему она об этом спросила. — Не о моём браке, нет. Говорили о Джоне, и о его сестре с тётей. Но они знают, что не вправе искать супруга для меня. Король действительно предлагал мне военный союз, однако не заставлял меня выходить замуж за кого-либо, — ответила Санса. Кажется, ответ устроил её мать, и как только она закончила с её волосами, Кейтилин повернула дочь лицом к себе. — Мы заберём тебя домой, Санса. Обещаю. Сердце в груди Сансы замерло. Отправиться домой означало уйти так далеко от Джона. Это означало выйти замуж за какого-нибудь лорда, вероятнее всего, северного. Несмотря на желание вернуться в Винтерфелл, которое она ощущала совсем недавно, Санса сочла эту мысль менее привлекательной, когда здесь на юге у неё был Джон. Девушка не высказала свои мысли, вместо этого просто натянув на лицо безукоризненную улыбку.

***

После ужина Санса ощутила облегчение, когда вернулась в свои покои. Она не держала ни капли обиды на свою семью. Её чувства на самом деле были противоположными, однако они переполняли её настолько, что ей всё ещё требовалось время, чтобы оправиться после пережитого волнения во время встречи с ними и в момент, когда её мать увидела следы того, как к ней относился Джоффри. Сидя у огня в гардеробной, с Леди на коленях, она услышала стук в дверь. Она кивнула своей служанке, чтобы та открыла дверь, и повернулась посмотреть на гостя. В комнату вошёл Джон, прижимая к груди Призрака. Красные глаза лютоволка устремились на Сансу, и она улыбнулась и отпустила служанку по своим делам. Закрыв дверь, Санса подвела Джона ближе к камину и вернулась на своё место. — Как тебе мой брат? — спросила она, опуская Леди на тёплый мех. Джон сделал то же самое, уложив Призрака рядом с ней, и уселся рядом с волками, облокотившись спиной о пустое кресло и вытянув ноги. — Он добрый и приветливый. За столом он сидел рядом с Роббом и Теоном Грейджоем, в то время как Санса была между Арьей и Рейнис. — Хорошо увидеть его снова. Он единственный из моих братьев, кого я действительно помню. Он никогда не отказывался поиграть со мной или сделать что-то, что я хочу. Интересно, он всё такой же бескорыстный? — вздохнула Санса, проводя пальцами по своим длинным волосам. Она улыбнулась, глядя на то, как Призрак обнюхивает перевернувшуюся на спину и игриво рычащую Леди. Лютоволк запрыгнул на неё, и двое начали бороться, отчего Леди визжала. Джон усмехнулся, а Санса оставила кресло и тоже села на разложенный мех. Она тихонько ткнула ногой Джона, и он с блеском в глазах улыбнулся ей. — У меня был сон, — вырвалось у неё. — Я имею ввиду, он до сих пор мне снится. Он повторяется. Джон прикоснулся к подолу её платья и с терпеливым выражением лица стал ждать продолжения. — Я бегу, порой я это я, а порой я... — она остановилась и опустила взгляд на Леди. — Я никогда не бываю одна. Со мной всегда другой лютоволк. Белый с красными глазами, — сказала она, живо помня сон. В конце концов он снился ей достаточно часто. — У меня тоже был похожий сон, — произнёс Джон, наклонившись ближе к ней. Теперь наступил её черёд удивляться. — Нас преследуют львы? — выдохнула она. — И перед нами поле роз с шипами. Однако, наша стая ждёт нас, — кивнул Джон отчасти смущённый, отчасти весёлый. Санса, однако, ощутила радость, наполнившую каждую фибру её существа, и коснулась его щеки. Леди и Призрак не обращали на них внимание, продолжая играть на полу. — Этот сон хранил меня живой в Утёсе Кастерли. Это единственное, что по-настоящему было моим, — сказала она, ощущая, как на её глазах выступают слёзы счастья. Джон утёр их. — Не единственная, — произнёс он. Санса почувствовала бурю эмоций и опустила голову, стараясь овладеть дрожью. Рука Джона скользнула под подол её платья, и его пальцы обвились вокруг её лодыжки. — Что с тобой? — спросил он. Санса покачала головой, зная, что её слова будут звучать глупо. — Я жестокая, глупая, маленькая девочка, — прошептала Санса. Джон нежно сжал лодыжку и привлёк этим её внимание. — Я не позволю ни одному мужчине и ни одной женщине говорить про тебя такое. Что заставило тебя подумать, что я захочу услышать подобное из твоих уст? — спросил он, вытянув руку, чтобы коснуться её щеки. Санса прикусила нижнюю губу, решая, что сказать. — Я знаю, что сейчас всё плохо. Твой брат мёртв, и королевство вновь погрузилось в войну. Но... я не могу перестать радоваться. Долгие годы я жила словно призрак в залах Утёса Кастерли. Единственная радость, которой я обладала, была за пределами замка. Я не знала, что увижу когда-либо свою семью снова. Я не знала, что у меня будешь ты и Рейнис, и всё это. Я думала, что так и проведу всю жизнь под властью Тайвина Ланнистера. И всё же, несмотря на счастье, которое я обрела при нынешних обстоятельствах, множество людей умирает, сражаясь со своими братьями или кузенами из-за того, что они воюют под разными знамёнами. Какой человек может чувствовать радость в такое время? Насколько я ужасна? Санса опять опустила глаза, закрыв их от ощущения жгучего стыда. — Возможно, время, проведённое с Ланнистерами, оставило не один след. Возможно, я жестокая как Серсея и злобная как Джоффри. Джон покачал головой, подняв её голову выше. — Ничего подобного, милая. Больше не говори об этом, — сказал он, успокаивающе поглаживая её лодыжку. Его вера в неё заставила девушку слегка улыбнуться. — Вы заставите меня, Ваше Высочество? Он улыбнулся, заметив знакомый игривый тон. — А мне стоит, миледи? — спросил он, поднимая руку по ноге до голени. Когда он аккуратно провёл пальцами по её коже, Санса беззаботно рассмеялась и попыталась оттолкнуть его. — Щекотно, Джон, — вскрикнула она, извиваясь, чтобы убраться от него подальше. Он просто схватил её за запястье и притянул ближе к себе, в то время как другая рука добралась до колена. Когда она ухватилась свободной рукой за его дублет, Джон издал удивлённый звук, и Санса подтянула его к себе. Они упали на ковёр. Санса была снизу, и Джону пришлось удержаться, чтобы не упасть на неё своим весом. Она рассмеялась, когда ощутила его руку на своей коленке. — Мы теперь будем бороться словно наши лютоволки, мой принц? — весело спросила Санса. Он улыбнулся ей и отпустил ногу лишь для того, чтобы ухватиться за её талию. — Возможно, леди Санса. В этом есть что-то удивительное? — сказал он низким грубым голосом. Санса ощутила трепетное желание и теплоту, резко наполнившую её тело, отчего пальцы ног невольно сжались. — Возможно, я смогу удивить тебя, мой дорогой Джон, — ответила она хриплым голосом, о наличии у себя которого она раньше не догадывалась. Его глаза стали чуть шире, и она заметила в их серой глубине вожделение. — Мало что может удивить меня, миледи. Однако я не против увидеть, как ты попытаешься. Её сердце было готово выскочить из груди, когда она обернула руки вокруг его шеи. Он, вероятно, подумал, что он потянул её ближе к себе, чтобы поцеловать, но у неё было кое-что другое на уме. Когда его лицо приблизилось, она сжала бёдра и надавила на него всем телом, вынудив его застонать. Уложив его на спину, она придавила его, упёршись руками в его грудь. Санса хорошо устроилась, усевшись на нём сверху. Джон посмотрел на неё с удивлением, и она улыбнулась. — Ну что, удивлён? Он уже собрался ответить, но с обеих сторон его окружили лютоволки, желавшие поучаствовать в веселье. Они начали облизывать его лицо, и Санса рассмеялась от его попыток увернуться. — Ты считаешь это забавным? — Довольно забавным, мой принц, — сумела она проговорить, борясь со смехом. Он шутливо взвыл, приподнялся и обнял её, заглянув ей прямо в глаза. — В тебе, моя дорогая, течёт волчья кровь, — объявил ей Джон. Санса наклонилась и коснулась зубами его нижней губы. — Как и в тебе, любимый, — прошептала она. Джон замер в её руках, и она поняла, что только что сказала. Санса почувствовала, как кровь заледенела в её жилах, и отстранилась от него. — Санса... — вздохнул он. Она отшатнулась и неловко поднялась на ноги. Сердце в её груди снова ускорилось, но уже по иной причине. — Не надо, Джон. Я не вынесу твоей жалости, — умоляюще произнесла девушка, отворачиваясь и поправляя платье. Она слышала, как встал позади неё. Несмотря на то, что она и сама знала, что он хотел продолжить разговор, Санса перестала повелевать тем, что исходило из её уст, и дрожащими руками убрала попавшие в лицо волосы. — Я понимаю, что у тебя есть долг перед королевством и твоим отцом. Я знаю, что я не самый вероятный претендент на брак с тобой и что, возможно, с моей стороны глупо было вообще влюбляться в тебя. — Санса... — повторил Джон. — Я не ожидаю от тебя ничего, мой принц. Я знаю, каков мир и... Внезапно он взял её за плечи и повернул лицом к себе. — Могу ли я высказаться теперь, миледи? — спросил Джон с серьёзным лицом, глядя в её глаза. Санса задёргала головой, давая ему разрешение, и с замирающим дыханием стала дожидаться его слов. — Я не подарю тебе жалость, Санса. От меня ты получишь только любовь. Санса ощутила слабость, теперь её поддерживали лишь крепкие руки Джона, заключившего её в свои объятия. Девушка схватилась за его плечи, позволяя себе чуточку надежды, и юноша опять открыл рот. — У меня есть долг перед королевством и моим отцом, это верно. На мои плечи возложена обязанность защищать людей, и для этого я избрал самую нежную и любящую женщину, чтобы она стала их королевой. Нет никого нежнее и отзывчивее тебя, — тихо сказал Джон, проводя пальцами по её волосам. Санса сжала пальцы, и на её глазах снова заблестели слёзы. — Мне всё равно, если кто-то считает, что мы поступили глупо, влюбившись друг в друга. Никто не сможет встать между нами, я позабочусь об этом. Если ты хочешь быть моей женой, я не могу не разделять твоего желания. Я действительно хочу того же, что и ты. Ты та, с кем я хочу соединиться узами брака и провести всю оставшуюся жизнь. От услышанного девушку переполнили эмоции. — Ах, Джон, — воскликнула она, бросаясь в его объятия. Он прижал её к себе, в то время как она уткнулась лицом ему в шею. — Это означает "да"? — спросил Джон. Она издала нечто среднее между смехом и всхлипом и высвободилась из его объятий. — Я не считаю себя достойной, Джон. Уверена, есть женщины, которые заслуживают стать королевой больше, чем я, — вздохнула Санса, запустив ладони в его волосы. — Ты самая прекрасная и добрая девушка на свете. Другой мне не нужно, — уверил её Джон. В его глазах она увидела вопрос, нужду в уверенность. — Мне тоже, — призналась Санса. Джон улыбнулся, прижавшись своим лбом к её, и обнял, снова притянув ближе. — Тогда, моя милая Санса, ты будешь моей женой? — Да, мой дорогой Джон, — выдохнула она, и её лицо засияло от радостной улыбки. Юноша с облегчением выдохнул и поцеловал её. Санса ответила ему тем же, приоткрыв губы, и стала гладить его волосы. Вскоре они прервали поцелуй, обоим не хватало воздуха, и девушка недоверчиво поглядела на него. Всё было настоящим, должно было быть. Она бы не вынесла, если бы это вновь оказалось обыкновенным сновидением. — Что мы скажем остальным? — спросил Санса. Джон улыбнулся ей. В его глазах можно было заметить изумление. — Не могу заставить себя беспокоиться об этом, — произнёс он и опять поцеловал её.

***

Следующим утром Джон пришёл в покои Сансы, чтобы сопроводить её в великий чертог. Когда они пришли, все уже давно собрались там и завтракали. В чертоге присутствовали даже лорды с островов у Драконьего камня, что заставило пару забеспокоиться. Джон взял ладонь девушки в свою руку и нежно сжал. Она сделала глубокий вдох, кивнула, и они шагнули вперёд. Прежде чем Джон успел раскрыть рот, они заметили, что в комнате царила напряжённость, а сидящие торопились закончить завтрак. — Что произошло? — нахмуренно спросил Джон, обращаясь к своему отцу. — К нам прибыла весть. Войска Ланнистеров двинулись на север, — ответил Рейгар. Санса и Джон обменялись потрясёнными взглядами. Война была уже близко.