Личная интуиция Дечимо

      Проходя возле школы я невзначай вспомнила о ней. — Тсуна, как думаешь может мне записаться в школу? — он глянул на меня страшными глазами, а потом недоуменно. — Ты чего? Мама же записала тебя. — Понятно, — я отвернулась и рассматривала близ стоящие деревья сакуры. Разговор как-то не вязался. <i>Чувствую себя тупой и несмышленой. Вздохнула по больше воздуха и взяла руку парня в свою, таща его в центр города.       Он взглянул на меня смущённо и с непониманием. — Пойдём на аттракционы.       Если бы я знала, чем кончатся наши развлечения, осталась бы сидеть дома. Но кто же знал это? Pov Настя       Мы вместе с Тсунаёши добрались до аттракционов, по пути поймав несколько бедных кошек, которые удачно в прыжке царапали лицо и несколько свирепых бабушек, которые почему-то после помощи кидались на Тсунаёши пакетами еды, нет, я всё понимаю, но за что?       Так мы и добрались, усталые, вымотанные, но хотя бы довольные тем, что добрались до пункта назначения. Люди сновали туда-сюда, задевая иногда нас плечом или сумкой, всё же толпа как-никак, или же воздушными шарами, удачно попадающие в лицо от детей.       Я на это только фыркала, а Тсуна смеялся и иногда икал, от мысли что, придя в сам аттракцион нас там задавят и не вспомнят.       Посмеявшись над этим, и чуточку задев самолюбие парня, мы, купив, два билета отправились покорять американские горки, на которые пускали абсолютно всех. Даже в моём мире были ограничения, а вдруг ребёнок свалиться или недавняя съеденная пища полетит вниз?       Похоже такие мысли были только у меня. Но не суть, притащив упирающегося парня на место впереди, ибо задние были заняты галдящими парочками, мы уселись на первые места, предварительно пристегнувшись, я обратила внимание на Тсуну. Он, трясущимися руками, пытался зацепить ремень, но всё никак не получалось, и я добрая душа, полезла помогать бедному парню, он вместо благодарности только краснел и ещё пуще прежнего вдавливался в своеобразное кресло. Я не понимала, чем вызвала такую реакцию, но завершив сей ритуал и возвратившись обратно, услышала сдавленный вздох и выдох, однако решила не обращать внимания. Вдруг парень переутомился?       После оповещения начала, горка начала ход, и я, в предвкушении, вцепилась за перегородку, держащую меня в безопасности. Мимолётный взгляд на трясущегося от страха Тсуну и горка полетела вверх, громкие крики сзади давали чувство адреналина, и я светилась от счастья, когда как Тсуна светился от мысли, что мы умрём. Ну не дурашка, правда же?       После катания на «смертельной» горке, как выразился Тсуна, и отдыха, мы потопали за перекусом, в местную лавочку, которая тоже находилась в парке. Очередь была не хилая и пришлось знатно подождать пока очередь дойдёт и до нас. Купив в киоске два пирожка и бутылку воды, мы прошли на лавочку дабы перекусить. Передав один пирожок Тсуне, а другой уже съедая, я посмотрела в чистое небо. Облаков совсем не было и солнце не щадило нас совсем, давая тепло на максимум, хотя сейчас уже давно не лето, ну как не лето, осень ещё только вступала свои владения, и моментами горячий воздух сталкивался с холодным давая гремучую смесь пыли. — Эх, устала… — Ты что-то сказала? — отвлёкся от пирожка Тсуна.       Я перевела взгляд на парня и качнула головой. Медленно вытянув вперёд ноги и прогнувшись в спине, словно кошка после сна, развалилась на лавочке, на коей мы с Тсуной сидели уже несколько минут. — Тсуна, завтра я поступлю в твою школу, — отрешенно взглянув на вытянутое лицо парня, я хмыкнула и отвернулась к слепящему небу. — Я… а-а почему? — растерянно пробормотал парень, комкая от ожидания салфетку от съеденного пирожка. — Вот думаю, навестить одного важного человечка. — лукаво ответила я, всё же принимая вертикальное положение.       Тсуна опустил голову.       Время перевалило за двенадцать часов и людей в парке становилось всё больше, точно толпа муравьев сновала в оживлённом месте.       Вскоре после отдыха, я вместе Тсуной пошли домой, ибо Нана ни с того ни с сего позвонила подопечному и нам в скором порядке пришлось сворачивать «местную лавочку», и под аккомпанемент людей выйти к маленьким переулочкам Намимори.       Медленно вышагивая по убранной дорожке, я мельком поглядывала на весёлое лицо Тсунаёши. Его ореховые глаза тонули в черном омуте веселья, а каштановые волосы слегка касались уголка глаз, легкая улыбка обрамляла лицо и лишь иногда, когда мысли путались, она искажалась, и Тсуна переводил взгляд на меня, будто проверяя на месте ли я? Благо я успевала сама отводить свои. И лишь после этого улыбка вновь возвращалась на законное место.       Засмотревшись на парня я, не заметив впереди небольшой выступ от плитки, отступилась и точно бы упала вниз, разбив что-нибудь на лице, если бы не Тсуна вовремя ухватившийся за мой локоть, но то ли сила падения была большой, то ли личное везение Тсуны, но упал он на дорожку вместе со мной. — Ой… — всё ещё лежа на дорожке, я, здоровой рукой, ибо другая была подо мной, интересно как она там оказалась, потирала ушибленный затылок. Он пульсировал и мне была даже страшно подумать, какая химическая реакция проходит в шишке. А почему там шишка, я точно знаю, проверено на личном опыте.       Рядом застонал Тсуна, он в отличии от меня приземлился не на руку, моя головушка покоиться на предплечье парня, а прямо на дорожку.       Пристав с земли, поджимая к себе ноги для опоры, я тихонечко, дабы не потревожить голову Тсуны, переложила пострадавшую часть на колени, попутно убирая волосы с его лица и осматривая рану. Там тоже была шишка, но вместе с этим, провела рукой по затылку, увидела кровь. — Боже мой, Тсуна! У тебя кровь! — меня охватила паника, а рядом как назло людей не было, лишь редкие машины виднелись вдалеке и то, всего на секунду-две. А моя сила была слишком не стабильной, я даже скажу очень нестабильной, да просто чтобы вызвать хоть какой-то синеватый огонёк у меня уйдёт час. — Я сейчас тебе помогу, только потерпи! — вставая с колен и помогая Тсуне подняться, я переложила его руку к себе на плечо, для равновесия, а оставшейся свободной рукой взялась за его кисть.       Я шагала максимально быстро на сколько это было возможно, редкие прохожие смотрели странно, а то и вовсе подозрительно, будто это я виновата в том, что сейчас Тсуна с травмой. Парень шагал медленно, и боюсь предположить, у него сотрясение. Координация движений нарушена, ибо видя, как тот путается в своих ногах, может понять и слепой, тот спотыкался множество раз. А когда мы практически дошли до дома чуть не потерял сознание. Мне пришлось звать Нану или Реборна, если он был рядом, на помощь. Прибежала же конечно Нана, она, увидев в каком состоянии Тсуна, ахнула и помогла отнести парня в дом. После чего в скорой спешке был вызван врач, и пока Нана договаривалась обо всем, я с тоской и миной мученика Господне, смотрела на покрывшееся испариной лицо. Руки комкали простынь и дрожали. Я даже подумала, что у него температура, что оказалось верным. Решив проверить догадку я, держа Тсуну за руку, другой проверила лоб, тот оказался горячим, скажу обжигающим. Конечно были предположения, но они были потом, ибо в такой ситуации я не могла здраво мыслить. Опустившись коленями на деревянный паркет, я обеими руками схватила дрожащую руку и поднесла ко лбу, будто бы в молитвенном жесте. — Прости, прости меня, такого больше не повториться, обещаю.       «Работа — защищать его, быть наставником, а сама доставляю только проблемы. Чертова неудачница!».       Послышались шаги по лестнице и я, в скором порядке убрала руку парня от лица и встала с колен, с тоской смотря на мучащееся лицо.       Открылась дверь. — Мисс, вам следует покинуть комнату для дальнейшего обследования пострадавшего, — пробасил старичок не большого роста.       Я сразу же повернулась к нему и, в последний раз взглянув на метившееся в кровати тело, поспешила удалиться. 48 часов спустя

Pov Тсуна

      Странное тепло струилось по венам, будто согревая меня изнутри. Было так странно, что я не сразу понял, что ещё сплю. Лишь только, когда последние ниточки сна рассыпались, я открыл глаза и тут же зажмурил их, слепящее солнце пробивалось через шторку, мягко колышущееся на утреннем ветерке. А было ли утро?       Я постарался встать, но тут же почувствовал боль в районе затылка.       «Ничего не помню», — пронеслось в голове.       Было чувство, что меня огрели по ней, хотя если судить какая у меня жизнь, я даже не удивлюсь, что это так, ну может лишь чуть-чуть. Я максимально дабы не потревожить затылок поверну голову вправо. Было пусто. Даже моей рубашки, что обычно весела на стуле не было.       «Подозрительно».       Тогда я скосил взгляд вниз, учебников на полу тоже не было, а на письменном столе стояла чистота, будто кто-то заходил недавно и прибирался. «Может мама зашла? Или… Настя-тян», — улыбка сама вылезла на лицо, и я довольно зажмурился и тут же отогнал несвойственные мне мысли.       «Кажется эта травма отбила мне последние мои мозги».       Послышались легкие шаги, и я поспешно закрыл глаза. И вовремя, тихий скрип двери, и кто-то прошествовал к моей койке. Были догадки, но точно сказать, кто пришёл я не мог, пока этот кто-то не взял мою руку в свою. У неё (него) были теплые и мягкие руки, они дарили тепло, и я сразу же расслабился, только у одного на свете были такие манящие и вкусно пахнущие ромашкой руки, Настя. Сколько различных мыслей и чувств посетила лишь одна догадка, что это она. И я не смело открыл глаза.       Золотые, даже медовые глаза смотрели на мою руку и сжимали трепетно в ладонях, и я в ответ после секунды колебания не сильно сжал её. Она сразу же метнула свой взор на меня и обескуражено уставилась в лицо, будто увидела призрака или Реборна, который застукал её на чем-то непристойным, в чём я глубоко ошибаюсь. — Тсуна… — неверующе прошептала девушка и уже более радостно. — Тсуна! — Она кинулась вперед и прижала к своей груди, мне было конечно немного тяжело дышать, но за то было приятно, я руками обхватил её в ответ. — Прости, это я виновата в том, что с тобой произошло! Ты упал, а я не могла тебе ничем помочь, прости меня пожалуйста!       Настя говорила быстро, будто читала скороговорку и мне многое было не понятно, лишь слова «прости» и «упал». — Кх… Настя-чан… мне фрудно дыфать, — еле-еле проговорил я, пытаясь разобрать свои собственные слова. — Ой, прости, сейчас, — она отодвинулась от меня и тепло улыбнулась.       И только сейчас я заметил, что на ней была школьная форма моей школы. — Твоя одежда… — Ах, да, я вчера подала документы в твою школу, и сегодня мой первый день, мой класс рядом с тобой, — улыбнулась Настя. — А-а-а, — странная улыбка появилась на моём лице, и Настя немного хохотнула, от чего я покрылся румянцем. — Думаю завтра, ты уже сможешь встать и тогда мы пойдём в школу. — А-ага.       Тут в окно ворвался ветер, раскрыв оное до конца и Реборн собственной персоной спустился с Леона, прыгнув ко мне на живот, от чего я сдавленно охнул. — Глупый Тсуна, провалялся в постели всего от одной несуразной травмы. — Реборн слезь с него! И он не виноват в этом! — Настя тут же попыталась убрать       Реборна с моего живота и как-то неудачно взмахнула рукой, Реборн уже акробатически спустился на паркет, что Настя тут же полетела вместо Реборна на мой живот, от чего я чуть ли не заскулил. — Боже, прости Тсуна! — интересно сколько я за этот день ещё услышу от неё «прости»? — Н-ничего, все в порядке, — попытался улыбнуться я, и кажется что-то пошло не так, ибо что-то в моем выражении напугало её. Она тут же ретировалась с моего живота, и я мог вздохнуть полной грудью. — Глупый ученик, из-за тебя Маман знатно расстроилась, и подсказывает мне моё чутье, ты напрочь забыл об предстоящей Игре.       Только услышав последнее слова, я опустил глаза, будто бы провинившийся ребёнок, коим я сейчас и являюсь. Но в ту же секунду осознал всю тяжесть моего бремени. — Я сделаю всё, чтобы защитить дорогих мне людей, — уверенно сказал я, пытаясь подняться с постели, но больше тупой боли в затылке я ничего не смог почувствовать и сделать. — Лежи, тебе пока рано вставать, — голосом заботливой сестры проговорила       Настя-тян и слегка взъерошила мне волосы, я отвел взгляд и легкий румянец вновь засветился на моем лице. И я исподлобья взглянул на неё. Грустная улыбка с тоской вглядывалась в моё лицо, будто ища несуществующие ответы на вечно мучившие её вопросы. И мне сразу стало стыдно, что я поспешно опустил взгляд. Почему-то я считал, что это я виноват в том, что Настя сидит сейчас рядом со мной, ухаживает и заботиться обо мне, вместо того чтобы быть рядом с семьёй, быть с тем, кто её любит и ценит… А ведь я даже не знаю, откуда пришла Настя.       И когда я вновь поднял свой взгляд, она уже улыбалась, будто не замечая секунду назад, как я нахмурил брови и о чём-то усердно думал. — Глупый Тсуна, — проговорил Реборн и с помощью Леона улетел в окно. И только сейчас я вспомнил, что он всё видел.       «О боже мой! Я только что подписал себе смертный приговор!». — Хей, парень! — шутливо проговорила Настя. — О чем задумался? Неужели о Реборне? — засмеялась она вновь. — Н-нет! Нет! Я, это, ну знаешь подумал… — М? — Может пойдём в школу… вместе, — с трудом договорил я и с опаской взглянул на лицо девушки. Боясь увидеть что-то вроде отвращения или повода для насмешки. Она лишь улыбнулась. — С радостью, — и будто тяжелый груз, снедаемый меня недавно, пропал. — Если ты заметил, то я убралась здесь. Ты же не против?       Я замотал головой. — Ну тогда всё хорошо, я боялась ты накричишь, ну знаешь, некоторые не любят, чтобы посторонние люди шарялись у них в вещах. — Ты не посторонний человек! — сразу возразил я, когда увидел тень печали в её глазах. — Ты мне очень дорога, ты не представляешь, как я тебе благодарен, — взял её теплою ладошку в свою, и она подняла свой взор на меня. — Ты мн… — Тсуна-чан ты проснулся? — зашла мама в комнату, любопытно взирая на нас с Настей. И я тут же опустил её руку, она спрятала её за спину и встала со стула, стоящего рядом с кроватью. — Я приготовила тебе твой любимый суп, сейчас принесу, Настя-тян не поможешь мне? — Да, конечно, — девушка быстро скрылась вместе с моей мамой. И только потом до меня дошла мысль, О ЧЁМ я хотел рассказать девушке. — Ой, дурак! Я полный кретин, — накрыв себя до макушки одеялом я стал медленно кататься по кровати. Боль на удивление в затылке практически не было. И вскоре я был настоящей гусеницей и без помощи точно бы не обошёлся. Настя подоспела вовремя. — Боже Тсуна, ты всегда так закатываешься в колбаску? — она распутала меня, и помогла сесть, хотя я уже чувствовал, что мог сделать это самостоятельно. Но когда ещё подвернётся случай, чтобы она прикасалась ко мне? Да, мои мысли стали как у извращенца. — Тут ложка, чай, суп и хлеб. Если ты конечно ешь суп с хлебом. — Иногда. — Ну тогда чудненько, я перепишу тебе задания по школе… хотя, думаю я сама тебе его сделаю, — она улыбнулась и опустилась на стул рядом с письменным столом. И я не успел даже возразить, как она принялась уже что-то строчить на листке, мне пришлось начинать есть, как Настя неожиданно замерла и долго вглядывалась в листок, а потом что-то вновь начала с энтузиазмом писать. Я не придал этому значения и поспешил доесть завтрак. Следующее утро Pov Настя       Вчера я всё-таки сходила в школу, я даже и не знала, что, придя в свой новый класс произведу такой фурор.       Представившись всему классу и поклонившись, как часто показывают в фильмах, попросила позаботиться обо мне. И парни в один голос загомонили. Я лишь улыбнулась и поспешила сесть на свободное место последней парты.       Первый урок прошёл довольно быстро. А после начались «любовные похождения Саманты». Все как заведенные липли ко мне с просьбой познакомится или сходит на свидание. Я глупо отшучивалась и спешила выйти из класса. Наверное, моё внутреннее эго ликует, в прошлом* на меня практически не обращали внимание, а здесь я стала какой-никакой, но знаменитостью. Это мне льстило, даже фан-клуб появился и это-то за какие-то пару часов моих просиживания на уроках.       Сейчас, вспоминая об этом, я тихонько смеюсь и выглядываю к окну. Солнце медленно тянется вверх и оранжево-красные полосы рассекают голубое небо.       Гляжу на часы — 7:15.       Вздыхаю тяжко и решаюсь подняться в комнату своего подопечного. Тихо открываю дверь. Шторы задвинуты и проказники в виде солнечных зайчиков гуляют по стенам комнаты. Перевожу взгляд на ещё спящего Тсуну и умиляюсь такому «щенячему» виду. Не решаясь будить спящую красавицу, я начала собирать вещи в школу. Вот майка, вновь заброшенная под стол, джинсы скомканные и валяющиеся на деревянном стуле, пенал с пропавшей ручкой, которая позже находится под кипой бумаг на столе.       Оглядываю место «чистки» и с довольной улыбкой подхожу к ворочавшемуся на постели Тсуне. Сажусь на краешек кровати и тихонько глажу его плечо. — Пора вставать соня, — улыбаюсь, когда вижу, как он просыпается. — На кухне стоит завтрак, поэтому поторопись.       Слышу глухое «угу» и встаю с постели.       Тсуна чуть отодвинул одеяло, приподнялся на локтях и сонно протёр глаза. — С добрым утром! Кто-то мне вчера сказал, что хочет пойти со мной в школу? — игриво произнесла я и сложила руки на груди.       Тсуна только дёрнулся и ошарашенно посмотрел на меня. — Н-настя-т, — и будто что-то вспомнив, он отдёрнул себя от произношения последнего слога. — Я не знал, что это ты пришла, — и виноватая улыбка, а правая рука уже привычно стала чесать затылок. — Ну ладно, хватить любезностей, пора в школу. Если что одежда на стуле, а учебники я уже собрала, — и стоя уже за порогом комнаты, добавила. — Как я уже говорила, завтрак на столе, — милая улыбочка и довольная собой, я поспешила на кухню.       Буквально через шесть минут Тсуна с грохотом, а больше он никак не может спуститься, заспанный, чуть помятый, подошёл к завтраку и плюхнулся на место. Я перевела взгляд с настенных часов, уже показывавших 7:40, на парня. — Твой личный рекорд.       Он, поперхнувшись, вновь посмотрел на меня и поспешил доесть завтрак. Я невольно вздохнула и пошла в прихожку. За спиной послышались звон стукающей посуды и торопливые шаги.       Надев черные балетки и подхватив сумку с лёгкой курткой, посмотрела на ещё копошившегося парня. — Тсуна я сейчас уйду без тебя, — и как красная тряпка на быка, Тсуна моментом собрался, при этом чуть не упав, и не столкнувшись с зонтиками в углу, стоял почти одетый парень. — Не забудь куртку, вчера было холодно.       И увидев немой вопрос, я указала на вешалку.       И как только мы полностью экипировались, приготовившись к предстоящей битве, ибо время колоссально поджимало, мы оба вышли на свежий воздух. Морозец невзначай коснулся щёк, что заставило меня скорчит гримасу щекотки. Похожее сделал и Тсуна.       Уже ближе к школе я видела, как остальные опаздывающие ребята прямо бегом неслись к воротам здания, где уже грозной горой стоял вечный Кея, с убратыми в пиджак тонфами. И как только мы прошли мимо него, он грозно проводил нашу парочку взглядом и вскоре отвернулся, ибо время теперь было учебное — ровно 8:00. — Повезло, — услышала за собой тихий шепот Тсуны. Я коротко взглянула на трясущегося парня и только удрученно вздохнула. Повернувшись к парню всем корпусом схватила того за руку и под удивленный его взгляд, потащила в класс.       Разъединились мы, однако, быстро. Какой-то парень несся сломя голову по коридору и не заметив нас сбил. Он что-то пролепетал, не поднимая головы подхватил свалившиеся от удара учебники и помчался куда-то за угол. Мы удрученно проводили его взглядами и поспешили в свой класс.       Я, наученная горьким опытом в прошлом, знала, что мне грозит за опоздание, даже если от урока прошло минимум 2-3 минуты. Робко постучав в дверь и отодвинув немного, просунулась в открывшийся проём. — Извините Ватанаба-сенсей, я по дороге встретила щеночка и немного заигралась с ним, — поклонившись учителю я стала ожидать его реакцию. — Всё в порядке Настя-кун можешь присесть, — добро улыбнулся учитель и продолжил урок.       Пока я шла к своей парте, парни подмигнули мне, и кто-то даже сказал «привет» на что я мило кивнула в знак признательности. Хоть мне и сейчас 19 лет, а выгляжу я на 15, «этику подростка» никто не отменял, ведь если бы я вела себя так отчужденно, как холодная королева, то не думаю, что одноклассники полюбили бы меня или здоровались.       Сев за парту я поприветствовала соседа и достала из сумки тетрадь с книгой, как оказалось пенал я забыла дома, однако снова вернувшись за парту, то увидела ручку, которая уже лежала на столе, и я удивленно взглянула на соседа. Он наклонился ко мне и тихо проговорил: — У меня была лишняя ручка, ты не против, если возьмёшь её? Я вижу у тебя нет пенала, — он улыбнулся и вернулся на своё место.       Буркнув ему «спасибо», я стала слушать учителя.       Его речь была монотонна и такой скучной, что я не удержалась от зевка. Прикрывая рукой рот, я скосила взгляд влево и увидела, как тот самый парень продолжал пялиться на меня, увидев, что я поворачиваю к нему голову, он метнулся к тетрадке и стал что-то усердно строчить.       «Ох, уж эти подростки».       Через три минуты прозвенел долгожданный звонок и я, кинув одолженную ручку поверх закрытой тетрадки, поспешила выйти из класса. Надо найти Кею. Но не успела я выйти из класса, как кто-то перегородил мне путь. Это снова тот парень. — Ты что-то хотел? — вежливо спрашиваю, пытаясь продумать план побега. — Нет, то есть да — он хлопнул себя по лбу, и я склонила голову к плечу в непонимании — ты не хочешь пообедать? Или ты занята, да, наверное, прости что помешал.       Он быстро прошмыгнул обратно в класс и отвернулся к окну, что-то комкая в руках. Я не успела и слова сказать, покамест пришлось на минутку это забыть и пойти к изначальной цели. Найти черноволосого мальчишку.       «Интересно, что будет если я расскажу ему всю сложившуюся ситуацию? Он убьет меня томфами или своими холодными, как лед, глазами? Скорее всё сразу».