Золотой сераль

Таркан появился в покоях матери неожиданно рано с утра. — Я слышал, у вас был занимательный обед, матушка. — Да, был. Карай повела себя очень хорошо. И эти подарки кадинам. Это ведь ты помог? — спросила валиде, всматриваясь в лицо сыну. — Подарки! О чем ты говоришь? — поподробнее можно? — Ну, вчера я знакомила Карай с женщинами гарема, потом принесли подарки от тебя, пять сундуков и шестой большой, я бы сказала, огромный, и она всем кадинам, и гюдзе, и дочерям, и мне раздала подарки, что конкретно, у каждой — я не обратила внимания. Но она почти всем вручила драгоценности. — Шесть, говоришь. Но я присылал только пять. — Но, как же… — недоуменно произнесла валиде. Она прошла к шкафу, вытащила оттуда футляр и протянула сыну. — Вот, смотри. Я думала, это ты помог ей подобрать для женщин гарема побрякушки. Еще какие-то безделушки раздали в серале. И знаешь, ведь угодила каждой. И для каждой нашла подходящие слова. Таркан посмотрел на темные сапфиры, как самая черная ночь вечности, на бархате лежали самые дорогие камни, какие можно было найти в мире. Это был не просто какой-то браслет, а целый гарнитур, состоящий из диадемы, колье, серег, колец и браслета. Каждый камень, подсвеченный бриллиантом, сиял так, что ему, как ценителю и огранщику, было трудно к чему либо придраться. Он и сам не сделал бы лучше — это был поистине королевский подарок. — Так что там с сундуком? — заинтересованно спросил султан. — А, так вот он. — Валиде прошла в переднюю гостиную и показала у стены сундук, который вчера уносил вниз кизляр-ага. Таркан нахмурился и покачал головой. Сундук действительно был огромен, но вот только не присылал он его, хоть убейте. И откуда взялось сие богатство, он и предположить не мог. Но то, что оно послужило хорошую службу его супругу, он нисколько не сомневался. Кто же оказался столь дальновиден и пророчески учтив к нему и его гарему? — Я не посылал его, валиде. А как она отнеслась к подаркам, что прислал я? — спросил султан. — Как не посылал! — воскликнула Эке. — Но тогда… — она удивленно повернулась в сторону комнаты химеры. — Там были такие дорогие украшения, что мы все поразились твоей щедрости, у нас и мысли не возникло, что это не от тебя. — Да, а что Карай? — Кизляр-ага внес его со словами, что этим сундуком Карай может распоряжаться по собственному усмотрению. Ну, надо же… — покачала головой валиде, недоумевая. — А твои, ну, наверно, понравились, — неуверенно произнесла она. — Наверное? Это как? — Понимаешь, когда вчерашний вечер закончился, Карай практически сразу ушла к себе. А девочкам дары понравились. Они еще пару часов восторженно восхищались, я почти силой отправляла их по спальням. — Ясно. Раз кизляр-ага приносил, значит, он и должен был знать приблизительную стоимость даримого. Я только надеюсь, она не раздала свои украшения, — покачал он головой, целуя мать в щеку. — Я решил помочь Мархану с властью в Зарии. Мои войска незаметно войдут в страну, под видом торговцев, постепенно стекаясь к дворцу. Мы получили послание от кизляр-аги. Мать Карай очень плоха. Она так и не смогла оправиться после изнасилования. Во всяком случае, пока все не радужно. Не беспокой Карай этими новостями. На трон взойдет Мархан. Если Ахемена придет в себя и сможет адекватно реагировать, то она встанет во главе гарема. А Зария будет платить дань, или как-то по другому мы решим данный вопрос. У меня две сестры. Возможно, Мархану будет нужен династический брак. Ширин подойдет ему на роль супруги. — Таркан, но она еще ребенок, — возразила валиде. — Я надеюсь, что Ахемена выкарабкается и сможет присмотреть за моей сестрой. — А Эсен? — снова заинтересовалась валиде. — Пока не решил. Она омега, здесь все сложнее. — Ты сам поедешь в Зарию? — Нет, Айкут хотел проявить свою доблесть и смекалку. Вот и посмотрим, какой из него воин. — Как же наследник Зарии? — поинтересовалась валиде. — Ширин омегоподобная бета, и она очень красива и, если ты помнишь, умна. Ей сама богиня велела быть под альфой. И вообще это дело решенное. Как только решиться вопрос с Зарией, и новый султан подпишет договоры, Серхат и Ширин выедут туда, и она станет супругой правителя. Ты мне так и не сказала, как Карай отнеслась к подаркам. — Знаешь, сын. Я вот думаю, что если бы ты подарил ей лошадь или сабли, восторга бы было больше, — осторожно произнесла валиде. Таркан усмехнулся. — Это ты так хочешь мне сказать, что я не умею дарить подарки и внимание. Я хочу после помолвки уехать в охотничий домик и побыть вдвоем с Карай, там мы сможем узнать друг друга получше. — Я все приготовлю. Езжайте. Тебе там и к границе близко. Сможешь держать связь с армией. Зоратт ведь на озере находится. Приготовления уже ведутся. Чувствует Карай себя сносно, врач разрешил делать небольшие упражнения, а горный воздух пойдет ей на пользу. Таркан поцеловал руку валидеи, поклонившись, ушел из покоев. Вызвал к себе кизляр-агу и старшего евнуха. Мысли бродили спонтанно, и он раздумывал, как лучше приобщить супруга к удовольствиям. Постепенное привыкание и желание тела будет лучшим. Воображение — лучшая вещь, которым обладает сознание. — Повелитель? Вы вызывали? — слуги низко поклонились. — Да, я уезжаю с Карай-шах-султан в охотничий домик. Приготовьте так, чтобы комната была одна, остальные непригодны. Так же подберите провинившихся рабынь и пару мальчиков, которые любят секс, мой супруг совсем невинен, а я здоровый мужчина, и несколько евнухов с крепкими членами. Мне нужно, чтобы Карай-шах-султан периодически наталкивалась на любовные сцены в охотничьем замке, у вас две недели на подготовку. Привезете мне карту, где сделаете потайные лазейки и смотровые окна. В каждой комнате должны быть зеркала. — Течных брать омег? — спросил ага. — Нет, сейчас меня интересует только появление наследника и желательно, как можно скорее. А для этого мой будущий младший супруг должен испытывать любовный голод. — Повелитель, но ведь есть возбуждающие средства. Можно вызвать искусственно, — заикнулся кизляр-ага. — Нет! — резко бросил султан. Я не хочу опаивать супруга афродизиаком. Мне с ним жить долгие годы. Я хочу, чтоб он сам захотел. К возвращению в сераль приготовьте покои на четвертом этаже. Я надеюсь, что течка начнется, пока мы будем в горах. Что там с законом? — перевел тему султан. — Пока мнения разделились, но идет шумное обсуждение, за — только две провинции, которые находятся в завоеванных землях. Ваши поверенные собирают мнения в стране, и к моменту брака, мы надеемся, у вас будет полная картина по этому вопросу. — Хорошо. — Он прошел в кабинет и сел за стол, что-то обдумывая. Аги поклонились, а султан вызвал стражника. — Позовите великого визиря — Тарнаверди ибн Азлери. — Сейчас следовало, как-никак, заняться государственными делами, на то время, что его не будет в столице. С праздниками и политической обстановкой в стране и приездом супруга, он несколько запустил дела.

***

Танаверди вошел в покои повелителя в напряженном состоянии. Границы трещали по швам. Роксария опять начала небольшие вылазки в сторону горного района захваченной территории. Тяжелый взгляд правителя обратился на него. — Повелитель! — Тарнаверди! Со всеми делами гарема я совершенно запустил государство. Рассказывай! — Повелитель, меня беспокоит Роксария. Сейчас там идет активная смена власти, и участились вылазки в сторону нашей территории. Сегодня я получил письмо из ханства. Тояды крупными набегами посещают ханство. А их правитель видит в этом резон и не одергивает их, видимо, стараясь причинить нам неудобство. Благодаря этим попустительствам мы недополучили в казну более ста тысяч камней и около трехсот тысяч аренов. А также страдают люди, живущие в пограничной зоне. Я получил письмо от роксарского хана с границы. — Читай! — Таркан нахмурился. Вот только сейчас ему не хватало очередной войны, когда у него нет надлежащего наследника. Вопрос альфы стоял очень плотно. «Повелитель, с прискорбием вынужден сообщить, что коварные тояды нападают на наши поселения и шахты. Убивают рабочих и свободных уводят в рабство. Ситуация такая, что с небольшим охранным гарнизоном мы не справляемся. Прошу вас обратить внимание на то, что разрозненные кланы не могут друг с другом договориться. В Роксарии сменилось за два года трое главенствующих кастов. В самой стране идет гражданская война. Последний каст был убит в прошлом месяце вместе с кланом. Вырезали всех подчистую. Голодающее население бежит, ища в ханстве защиту. С уважением, ваш преданный раб Акан ин Марбу» — Тарнаверди, собери совет. Сколько мы потеряли за полгода нападений? — сурово спросил султан, рассматривая карту. — Около миллиона аренов и два полка. — Не годится. Роксария напрашивается на войну. Если они сами не могут разобраться со своей напастью, с ней разберусь я. — Что в Зарии слышно? — Зария, валиде Ахемена, первая кадина Вали-султана. Но я знаю, что в стране тирания. И Мархан предлагает нам зайти с двух сторон. Чтобы побороть узурпатора. Второй принц сейчас собирает армию в Хагрене. По последним данным, к нему присоединились десять провинций. Держатся только Изарт, Карон и Монар остаются под властью нового султана и если мы сможем вывести из-под удара валиде, которую Вима держит в заложницах, то почти без кровопролития Зария падет под войсками нового султана. В качестве бонуса можно потребовать помощи в борьбе против Роксарии. — Нет. Было бы опрометчиво с нашей стороны. Сейчас пошлите усиленный гарнизон в ханство, усильте границу. Разберемся с тиранией в Зарии. И потом только со всеми силами двинемся в сторону Роксарии. — Как прикажете, повелитель. Совет соберу завтра. Султан кивнул визирю и подумал, что его друг осмотрительно холост. Непорядок. Ему двадцать шесть, а он до сих пор ведет жизнь чуть ли не девственника. Наверное, надо посоветоваться с валиде. Но больше государственных вопросов его занимал супруг. Неоднократно он ловил себя на мысли, что его хочется разложить на первом попавшемся предмете, а сдерживаться он не привык. За последнюю неделю в его покоях перебывало около двадцати женщин, и все равно он был не удовлетворен. Пройдет совет, он со спокойной душой уедет в охотничий домик и не будь он султан, разложит там Карай или уж постарается. Наваждение обязательно пройдет. Наверное, пройдет… Таркан хотел в это верить.