What happened to perfect

Восемь месяцев спустя. — Джордж, сегодня примерка твоего свадебного костюма. — Кричит девушка из гостиной, пока Джордж застегивает сорочку. — Ты пригласишь его? — Он спас мне жизнь. Тебе ли не знать. — Ты мучаешь его. — Я не виновата, Джордж, и ты это знаешь. Если кто и виноват, то это вы. Вы позволили жить ему со мной столько времени. — Думаешь, мне было легко? — Джордж показывается из спальни. — Но почему-то его ты простила сразу, а меня спустя год. — Потому что я… Я все еще помню его чувства. — Тихо говорит она. Но он все равно ее слышит. — Я знаю. — Так же тихо бросает Джордж, и чувствует свою вину. Они жили вместе, до свадьбы оставалась всего неделя, и подготовка была почти завершена. Джордж ухмыляется, она подходит ближе, кладет руки ему на плечи, и привычным жестом хочет заправить прядь за ухо, так как она делала сотни раз… — Джордж. — М? — У тебя нет уха. Гермиона отступает на шаг. — Мы играем в десять очевидных фактов? Ты невыносимая всезнайка. Твоя очередь. — Джордж, у тебя нет уха. — Именно, с тех пор как Снейп… Он понял. Она поняла. Квартиру наполняет душераздирающий крик, Гермиона падает на колени, продолжая кричать от нахлынувших воспоминаний. *** Я миллион раз просил ее не участвовать в заданиях. И она была почти согласна. Кроме этого раза. Я должен был ее защитить, и не мог допустить, чтобы вместо этого она угодила под проклятье. Смерть не случается с тобой. Но за этот короткий момент, что непростительное заклятье долетело до меня, я мог подумать только о том, как плохо будет ей. Как будет плохо маме. Как будет плохо Джорджу. *** Джордж пытается привести ее в чувство, после всплеска магии. Вернувшейся магии, а значит, и вернувшихся воспоминаний. Он отправляет патронуса в Нору всего с одним предложением: «Она поняла и вспомнила». — Это был Фред. — Гермиону душат слезы, а Джордж задыхается от боли в ее глазах. — Да. — Он не умер в битве за Хогвартс. — Нет. Он умер в тот день, когда ты попала в кому. Он оттолкнул тебя, и подставился сам. — Почему? — У вас должен был быть ребенок. И он сотни раз просил тебя не ходить на задания. Ты настояла, работала над этим проектом несколько месяцев. Ты обещала ему, что это задание будет последним, и он согласился. Слезы текли по щекам Джорджа, пока Гермиона раскачивалась, обнимая себя руками, не в силах даже плакать. — Сначала, мы не знали, как тебе сказать. Тебе было бы слишком плохо, как сейчас. Ты бы не пережила то, что он умер, ты бы считала, что он умер из-за тебя. — Но он и умер из-за меня! — Он умер ради тебя, а не из-за тебя. Он всегда все делал для тебя, и мне жаль, что вы пробыли вместе так мало. Я все бы отдал, чтобы просто поменяться с ним местами. — Он плакал, и слова, что он хранил в себе годами, просто вырывались наружу. — Он всегда и во всем был лучше меня, и это я должен был умереть, а не он. Я не смог защитить ни его, ни тебя. Мы не знали, что делать, Фред умер, мы хоронили его, пока ты лежала в коме. Ты потеряла ребенка, мама была похожа на ходячий труп, я хотел просто спрятаться на другом конце света. Потом появился Малфой, сначала на похоронах Фреда, потом приходил все чаще, и как то мы стали не просто коллегами, почти друзьями. Мы не знали, что делать, как тебе помочь, как помочь друг другу, ты просто угасала с каждым днем. — Как ты мог? — Гермиона задает вопрос, которым Джордж задавался со времен создания этого плана. — Фред любил тебя. Больше всего на свете. Больше, чем любил меня. И когда он умер… Я посчитал, что должен… Понимаешь, он любил тебя с первого момента, как ты села на стул, а Распределяющяя шляпа отправила тебя на Гриффиндор. Сначала, вы были слишком маленькими, и хватало того, что вы просто вместе, что ты приезжала к нам на каждые каникулы. Каждую шалость мы вытворяли так, чтобы потом получить от тебя, подстраивали все так, чтобы ты заметила. На пятом курсе он так отчаянно хотел стать чемпионом Турнира, чтоб ты, наконец, увидела в нем что-то большее, чем простого болвана. Но у нас не получилось, а ты пошла с Крамом. Потом малыш Ронни созрел и признался нам, что любит тебя. И он... смирился. Но продолжал тебя любить. Потом, у вас ничего не вышло с Роном, но боялся даже попытаться. До того, как тебя ранили на одном из заданий. И вы любили друг друга. Любили по-настоящему. — Но воспоминания? — Это было последней надеждой. Она не могла признать, что он умер. — Они все мои. Ты не обратила внимания, что те воспоминая, что я тебе передал… Там не было ни одного слишком личного. Это те воспоминания, в которых я участвовал. Но ты никогда не видела меня, когда он рядом. Ты никого не видела. Но я чувствовал то, как Фред тебя любит так же, как ты сейчас чувствуешь любовь Малфоя. Я и Фред не были разными людьми. Мы были одним целым, не забывай. — Я не могла забыть, Фред, я не могла, прости… Когда Гарри, Рон и Джинни врываются в квартиру Фреда и Гермионы, они видят лишь то, как Джордж и Гермиона сидят на полу, в окружении сотен колдографий в обнимку и плачут. *** Смерть не случается с тобой. Она случается с той, что ждет тебя, и любит так сильно, что не может принять этого. Смерть случается с твоим близнецом, который не только потерял часть себя, но отказывается принимать твою настолько, что отказывается от своей жизни, чтобы прожить твою. Смерть случается с человеком, который любит твою невесту так сильно, что согласен отдать свою жизнь за твою, лишь бы ты прожил ее, и она была счастлива. Смерть случается со всеми, не спрашивая, что будет с остальными. И тебе просто остается ждать ее, в независимости от того, какое решение она примет. *** Фред, я… Прости меня. Мне жаль. Очень жаль.Я всегда различала тебя и его, с самого момента, как мы познакомились. Ваша мать не могла, но у меня получалось. Я не знаю, почему, но ты как-то сказал, в виде шутки, но это было чистейшей правдой. Потому что я люблю тебя. Я знаю то, как сильно любил меня Драко, потому что он передал мне свои чувства магией. Но я знала, как сильно меня любишь ты и без нее. Я люблю тебя так, что иногда забываю, как дышать. Люблю то, что мы такие разные. Люблю то, как мы учились друг у друга всему. Я училась любить, ты учился делить жизнь уже не на двоих, а на троих. Я всегда знала, кто из вас ты. Потому что ты всегда так улыбался…глазами, и улыбался так только мне. И я знаю, что моя травма жалкое оправдание тому, что я на это раз не поняла правды. Ты умер, потому что я не послушалась тебя. Наш ребенок умер, потому что я не послушалась тебя. Я помню, как ты был счастлив, когда я сказала тебе, что беременна, помню как ты ниоткуда материализовал кольцо, шутя, что купил его еще в Хогвартсе. Но это не было шуткой. Ты всегда говорил все самое сокровенное в виде шутки, и я помню, что когда я сказала тебе «да», ты ответил, что всегда боялся спросить,потому, что боялся что я откажу, и наш ребенок помог тебе набраться сил. Ты умер потому что защищал меня, хотя просил не идти на это задание. Наверное поэтому мой мозг решил стереть все воспоминания после, считая, что ты умер в битве за Хогвартс. Так, хотя бы, не было моей вины. Но сейчас она есть. За то, что пошла туда с тобой. За то, что забыла, что люблю тебя. За то, что думала, что Джордж это ты. За то, что все еще чувствую любовь Драко в себе. Прости меня, прошу. То, что я к тебе чувствую, это больше чем любовь, и я знаю это, потому что чувствовала то, как любят другие.