Сны вопреки туману

Взгляд. Лийраан.       Солнечные зайчики весело плясали на ажурной зелени вокруг фонтана, радуясь воде и свету жаркого солнца и слепя мои глаза… я вздохнул. Меня они не радовали. Я ненавидел ждать. И сейчас именно ждал, ждал своего отца, удалившегося на важные переговоры с самим султаном (о, склонился и с трепетом ловлю каждое слово, мой владыка — ха!) Не знаю, что за нужда заставила моего князя покинуть нашу башню и просить помощи (помощи?! да мой отец всесилен!!!) у этого седобородого грозного мужчины, закутанного в разноцветные шелка не хуже тех девушек - невольниц на рынке, где мы бродили накануне… Мысли лениво скользнули, обернувшись воспоминаниями о вчерашнем дне. Все и вся залито жгучим солнцем, пыль и водоворот запахов. От изысканнейших ароматов до вовсе уж не стоящих упоминания. Городской рынок. Люди повсюду: громкие, яркие, неприметные, красивые, опасные, льстивые, словом — всякие. Мы шли к рядам, где торговали невольниками. Я ожидал увидеть что угодно, от роскошных феерических картин, табунами носящихся в моем воображении до самых жестоких сцен. В реальности все оказалось совсем иначе. Все по закону, все с улыбками, которые хочешь — бери и мажь на хлеб вместо масла. Вереницы полуобнаженных девушек и юношей в набедренных повязках. Красивые, сильные, нежные, даже изнеженные (я узнал уже позже, что есть и другие — просто для работы). Обыденно и привычно для них — платишь золото, забираешь товар (но это ведь люди, отец, как такое может быть?..). Это их жизнь — она такая: размеренная, правильная, да, яркая, но на фоне привычки, яркость становится обычной тоже… Но для меня все было внове, у нас дома не было рабства, да и с девушками я был знаком скорее понаслышке — в башне была охрана, слуги и советники, но девушек среди них не было точно, я бы заметил. У нас уважали силу и решимость, а отец уважал и разум тоже, в отличие от своих предшественников, которые ничего не уважали, ибо уже умерли. Я улыбнулся, вспоминая якобы семейный склеп (я-то точно знал, что мой отец чужак, просто взявший власть силой — а родство — сказки для народа) — все эти ряды каменных узорных ящиков с сухими косточками внутри, увешанными драгоценностями. Никогда не понимал, зачем их хранить, эти кости? Может, это только для отвода глаз, а на самом деле, там просто спрятаны все эти золотые безделушки от охочих людей?       Мои мысли были прерваны шорохом шагов. Кто-то уверенно подходил ко мне со спины, а я так задумался, что даже не заметил вовремя. Я почти физически ощутил как кинжал подосланного султанского убийцы с тихим хрустом входит в затылок, обрывая алую нить жизни… Секунда и вероятный убийца остановился и вежливо кашлянул в нескольких шагах от меня. Я здраво рассудил, что никакой враг не будет кашлять перед ударом, если только это не очень простуженный враг, и обернулся. Не вставая, впрочем, со своего места, пока не выясню, что это по меньшей мере султан собственной немолодой персоной… В глазах немного рябило после долгого наблюдения за бликами на воде, и я не сразу рассмотрел стоящую передо мной темную высокую фигуру. Гордая осанка, с которой никак не вяжется поза покорности со склоненными плечами и слегка опущенной головой, о чудо, не увенчанной никаким сложным шелково -драгоценным сооружением, которые носили все в этом золотом дворце. Хотя прятать этот роскошный водопад иссиня-черных волос, падающих свободно на широкие плечи незнакомца, спускающихся едва ли не до пояса, было бы преступлением против красоты. Молодое лицо, выточенное словно из мрамора — так оно неподвижно сейчас. Вежливый и строгий одновременно взгляд черных внимательных глаз, чуть полноватые, четко очерченные губы, изогнутые в полуулыбке (вежливой? надменной?). Что же, посмотрим, что за гость пришел ко мне насмехаться. Даже солнечные зайчики поутихли, словно боясь коснутся ненароком его темных одеяний. Приталенные шаровары с вычурной серебряной вышивкой по низу. Такой же изысканный доломан, небрежно накинутый на плечи…шикарно. Он что, султанский отпрыск? Я мысленно фыркнул, но, все же, опомнившись, вежливо встал навстречу, оценив стоимость такого раба (едва не захихикал вслух, представив его всего такого важного в ошейнике и на цепи)… "Будь вежливым со всеми, по крайней мере до конца переговоров" — я помнил, что велел мне отец…, а потому слегка улыбнулся и воззрился на пришельца с заинтересованностью, долженствующей показать ему, что я испытываю к нему симпатию. Дипломатия — так это называется.  — Я Расул ар Маркам и я здесь, чтобы предложить юному принцу отдых и свое общество в приятной тени смоковниц. — голос у этого Расула оказался ему под стать — уверенный и красивый, с легкой завораживающей хрипотцой на самом дне, вроде того, если водить мягким бархатом по стали древнего клинка… древнего, но все еще жаждущего крови… я так увлекся, что даже не подумал толком, что отвечать:  — Мое имя Лийраан и я тут жду своего отца, поэтому я откажусь от этого весьма интересного предложения… (да, сейчас! сидеть с этим рядом и…пф!) Его лицо вдруг стало ну очень довольным, что шло вразрез с его учтивыми словами:  — Как жаль. Ну что же, принц Лийраан, в таком случае я с сожалением оставлю вас в одиночестве. О, да я не один здесь дипломат, оказывается. Я улыбнулся с облегчением, и вышло так, словно бы улыбался я ему. Он уже сделал шаг назад, как вдруг тень набежала на это красивое лицо, и он снова заговорил, слегка нахмурившись:  — И все же, возможно славный принц позволит мне пригласить его разделить со мной трапезу в узорной беседке под пение и танцы дворцовых красавиц?.. Мысль о трапезе приятно оживила меня. С утра в подготовке к переговорам отец забыл позавтракать (и я с ним, естественно), в полдень мы ждали во дворце, а сейчас солнце уже клонило свой лик к закату. Да и красавицы это тоже, в принципе, интересно…  — Ну что же, уважаемый Расул, пожалуй, ваше гостеприимство будет сейчас оценено мною по достоинству. Я следую за вами. — Я коротко поклонился ему и со вздохом бросил взгляд на узорчатую дверь, за которой так уже давно скрылся мой отец. Я шагал за ним, неспешными шагами, ибо такая скорость приличествовала нам: ему как радушному хозяину и мне, как дорогому гостю. Я шел немного позади и потому совершенно безнаказанно рассматривал этого высокородного Расула: он двигался так, словно все время сдерживал себя. Молодой хищник, которого заставляют быть сейчас павлином, он моложе, чем хочет казаться, это явно видно теперь…всего-то на пару лет меня старше, а гонору-то! Пф!.. У нас в башне жил тигр — огромный зверь, безжалостный с врагами и ласковый со мной. Он обычно сидел на цепи у трона отца во время всех официальных приемов. Цепь была нужна для того, чтобы не слишком пугать гостей… он их не любил, как и я… Я так засмотрелся и задумался, что чуть не натолкнулся на остановившегося Расула, с улыбкой скрываемой глядящего на меня. Оказывается, мы уже были на месте — огромная беседка, изукрашенная драгоценными камнями и вьющимися розами, целая комната среди сада — это было удивительно и прекрасно. Несколько полуобнаженных девушек, расставляющих полные подносы и крутобокие кувшины, расшитые подушки… куча подушек! О нет! Я ведь совсем позабыл, что мне придется даже не сидеть, а полулежать за «столом». Нелюди они тут все, в султанате своем… хотя их девушки смотрятся неплохо, это точно. Иной взгляд. Расул. День обещал быть интересным. С самого рассвета я чувствовал аромат горького миндаля — а это был верный признак опасности. На полдень были запланированы переговоры с каким-то важным правителем из пустыни, вроде бы из Черных Песков… бред! Там нет ничего и никого живого, даже следа змеи не встретит острый глаз ястреба, пролетающего над барханами северной границы султаната, носящими название Черные Пески… Может быть, опасность исходит оттуда? От этого царственного пришельца, явившегося на первый официальный прием вместе с хрупкой девушкой (тонкий стан, обернутый белым серебром шелков…светлые волосы, сложная прическа… гордая осанка, но опущенные глаза — просто вызывающее приглашение…). Я надеялся, что это подарок султану, я хотел бы увидеть ее еще раз и рассмотреть лучше. Дело в том, что на том приеме я был не вполне официально и с того места, где я скрывался (почти под куполом Зала Первых Слов) обзор был, прямо скажем, не очень… Все недосмотренное приснилось мне под утро — жарко, бесстыдно и обжигающе-пряно. Она была восхитительной в моих видениях, вызывающе-покорной, безумной… арррр! Нужно заняться чем-нибудь. Не дело Герою Пяти Битв (прозвание верное, хотя и жутко раздражающее самого героя) раскисать от того, что он не может заполучить какую-то, наверняка варварскую, девицу! День прошел привычно, я занялся проверкой охраны, несколько часов провел в зале с молчаливым Мастером Клинков… Военный совет и раздача указаний моим офицерам… Вечер застал меня на излюбленной террасе — травяной чай и несколько танцовщиц, близящийся закат. Переговоры затягивались. Хорошо бы отец велел казнить этого надменного самозванца, тогда бы все его люди стали рабами, и она… Мои мысли были прерваны появлением испуганного и едва дышащего от спешки и страха султанского посланника.  — Переговоры окончены? — спросил я спокойно, стараясь не показать своего истинного интереса.  — Нет, о мой господин, пресветлый Султан Семи Пустынь передает вам пожелание отыскать спутника князя Черных песков и… — посланник судорожно сглотнул, — и разнообразить его досуг. Посланник склонился так низко, словно решил во что бы то ни стало коснуться носом собственных расшитых жемчугом башмаков. Он боялся. Еще бы! Я и был бы в ярости, получив такое «пожелание» (считай, приказ) султана — но мысль о спутниках (и светловолосой девице князя) смягчила пробуждающийся гнев, и я просто махнул рукой, отпуская слугу. Он исчез, словно все ветры пустынь поселились под его шароварами. В общем-то, пока я шел по саду к Залу Совета, мое настроение менялось от восторженного до унылого — развлекать какого-то наверняка немолодого спутника мне не хотелось совершенно, но вот возможность увидеть ее поближе… Раз отец говорит мне разнообразить досуг, значит, я просто должен присмотреть за этим гостем до конца переговоров. Интересно, что за сюрпризы у этого Черного Князя, раз султан уделяет ему столько своего драгоценного времени?.. Бесшумный охранник с поклоном указал мне на аллею, ведущую к изысканному фонтану Семи Слез. Ну что же, пойдем развлекать этого «спутника». Я твердыми шагами направился по аллее, раздумывая, с чего начать разговор, если спутник окажется таким же надменным, как его князь… Кусты цветущей жимолости почти бесшумно пропустили меня и…я замер, не в силах отвести взгляда от увиденного! Стройный силуэт, переливающиеся струи серебряного шелка, спорящего по великолепию с волосами медового оттенка… Она сидела вполоборота ко мне, задумчиво касаясь пальцами воды и заставляя солнечных зайчиков плясать повсюду… Я сглотнул и снова задышал. Она — спутник?! В любом случае торчать и дальше статуей из храма глупо, и я снова двинулся вперед, стараясь рассмотреть каждую деталь, ища ответа на собственный вопрос. Спутник? Спутница?.. Это божественно прекрасное создание совершенно не замечало моих довольно громких шагов или же только делало вид…хочет позлить меня, игнорируя?.. Я слегка склонил голову и вежливо кашлянул. Не вставая, он порывисто повернулся в мою сторону, затопив меня синим светом своих широко распахнутых глаз. Льдинки стынущего страха тихонько позванивают на самом дне синей бездны, едва приоткрытые, словно припухшие яркие губы, длинные ресницы. Теперь я отчетливо видел, что это юноша. Молодой, стройный и способный поспорить своей красотой с любой наложницей гарема, но все же - юноша!!! Сын князя, вероятно… Восхищение сменилось обжигающим гневом на то, как я мог быть таким слепцом! Острый аромат горького миндаля взвихрился вокруг нас, о, как же я люблю такие моменты! Значит, котенок прячет коготки в своих шелках? Все эти мысли пронеслись, словно весенний ураган в предгорьях Муа, сметая на своем пути все и вся… и я постарался придать своему лицу подобающее случаю выражение. Я предложил ему разделить со мной отдых, вежливо. Я надеялся, что это действительно прозвучало вежливо. Я предпочел бы нестись сейчас с криком в атаку впереди всего войска, а не подбирать изысканные слова! Он вроде бы отказался, и я почувствовал неизъяснимое облегчение. Я почти решил сбежать от него и собственного никак не утихающего урагана эмоций и присматривать за гостем со стороны, как вдруг… он улыбнулся мне! О!!! Я глубоко и медленно вздохнул и понял, что просто уйти уже не смогу, да и о «просьбе» султана не следовало забывать. И я снова пригласил его, теперь уже на ужин. Откажись, ну, откажись же, мой испуганный прекрасный принц с непроизносимым именем. Он согласился, и мы пошли сквозь сад и вечерние тени.