Благодаря тебе я живу

      [Мастер]        Лжец!        Меня переполняли разные чувства: гнев, страх, раздражение, беспомощность, боль... Лгать, глядя мне в глаза, было чудовищной ошибкой! Зная о моем даре, ты осмеливаешься так поступать! По меньшей мере — это жестоко.        В нашем мире все наделены каким-либо даром, но не у всех он проявляется. Я бы называл людей с непроявившимся даром — счастливчиками (чаще всего дар усложняет нам жизнь, а не облегчает ее).        Правила использования дара у каждого мира свои. У Кукол одно правило для всех — они не могут его использовать во благо себе; у нас же для каждого дара свои условия.        Я забираю воспоминания других людей себе. Нет, конечно, я это делаю не по своей прихоти. Люди сами приходят ко мне и просят забрать отягощающие их моменты из жизни. У меня есть только одно условие в даре: я не имею своих воспоминаний.        Многие скажут, что это счастье — лишиться воспоминаний, которые приносят боль — счастье? Когда-нибудь оно закончится и станет только причиной нескончаемой печали. Разочарование? После него в душе образуется черная дыра и не даст спокойно жить. Любовь? Стоит ли мне объяснять?        В моей голове очень много разных чужих воспоминаний. Но они становятся моей радостью. Они становятся частью меня. Я переживаю все чувства и моменты из жизни других людей и настолько свыкаюсь и привыкаю к ним, что они становятся моими воспоминаниями. Иногда, когда какого-то чувства в воспоминаниях становится слишком много, оно начинает навязчиво крутиться и мелькать в голове, принося дополнительную боль.        Думает ли об этом человек, прося меня забрать его воспоминания? Вряд ли! Здесь каждый думает только о себе. Но для этого человека является испытанием сам процесс передачи воспоминаний. Он чувствует сильную боль: будто все его кости одновременно сломались и он живет в таком состоянии несколько дней. Ему тяжело дышать, передвигаться и жить. Если он выдерживает это испытание, то воспоминания передаются мне, а он, свободный от боли и отягощающих мыслей, живет дальше.        Но есть и другая особенность дара. Я могу видеть воспоминания других людей, не забирая их себе. Для этого мне стоит лишь посмотреть в глаза нужному человеку. Он может соврать на словах, но в мыслях будет прокручивать правду.        Для нас дар — это проклятье.        [Чонгук]        Я пришел домой, вошел в комнату и уселся на стуле, откинувшись на спинку. Я закрыл глаза, поднял голову и тяжело выдохнул. Простите, мастер.        Медленно повернув голову в сторону кровати, я устало посмотрел на Чимину. Она лежала, поджав ноги, положив руки под голову, и казалась совсем маленькой и беспомощной. Она начинала излучать слабый свет, но все еще была без сознания. Я изучал ее лицо — острый подбородок, пухлые губы, маленький аккуратный носик. Большую часть лица закрывали темные огненные волосы.        Я сел возле кровати, напротив лица Чимины, и потянулся убрать несколько локонов с ее лица. Когда моя ладонь была уже почти у цели, Чимина стала открывать глаза, и я быстро убрал руку.        — Прости, — она медленно разомкнула тяжелые веки и томно выдохнула.        Сейчас Чимина казалась очень хрупкой. Я поправил плед и случайно коснулся рукой ее щеки. У нее такая мягкая и нежная кожа.        — Холодно... Почему у вас так холодно? — говорила она с закрытыми глазами и, ухватив край пледа, потянула к себе. Я осторожно положил свою ладонь поверх ее руки.        — Спасибо... — прошептала она.        — Оставь благодарности себе... — прошептал я в ответ. — Спи.        Чимина сразу же послушалась. Медленно закрыв глаза, она погрузилась в глубокий сон.        Четыре дня я наблюдал обездвиженное тело Чимины, и казалось, что она больше не откроет глаза. Я напряженно работал все четыре дня и очень мало спал. Я рисовал новые проекты и эскизы, придумывал характеры и эмоции.        Я сидел погруженный в свои мысли. И вновь повернув голову, чтобы посмотреть на Чимину, увидел ее сидящую на кровати, завернувшись в плед. Я развернулся к ней лицом. Она благодарно улыбнулась, и сразу же на ее лице вспыхнула улыбка смущения.        — Прости, что доставила тебе неудобства. Я не знала, куда могу еще пойти..        — А что вообще произошло? Мне нужны объяснения, — сказал я, не показывая ни каких эмоций.        — У людей из нашего мира все основывается на внутренней энергии. Ее нельзя расходовать всю. Если она истощается, то восстановление будет идти очень долго. Но если энергия закончится совсем, то можно умереть.        — И на что ты ее потратила?        — А... дай вспомнить... Маленький мальчик. Я согревала его всю дорогу и, видимо, энергия закончилась, — она погрузилась в свои мысли. Вдруг на ее лице появился страх. Волосы зашевелились, дыхание стало тяжелым, свет, излучаемый Чиминой, потускнел, и она подскочила с места.        — Сколько я спала???