Песчаная леди

Хината сидела в своей комнате. Какой смысл теперь что-то говорить? Ведь она знала, что так будет, с самого начала знала. Нет, ну не совсем уж с самого, но примерно со времён, когда провалила экзамен на звание чунина. Может быть она и раньше догадывалась, но тогда она как по буквам прочитала это во взгляде отца: не быть ей главой клана. Такие как она никогда не смогут повести людей за собой, тем более — целый клан. А сегодня на собрании клана всё окончательно решилось. Отец официально объявил, что следующим главой клана будет Неджи. С этим сложно было спорить, Неджи сильнейший, после самого Хиаши в этом клане. Он достоин этого звания и он сможет взять на себя такую огромную ответственность, по крайней мере, Хината верила в него. Ох, как же она не любила эти собрания, но её присутствие на них было обязательным, этот вопрос даже и не обсуждался. Как же может старшая дочь главы клана и претендентка (до этого самого дня) на звание следующего главы, не интересоваться жизнью клана? А потому с детства ей вменялось в обязанности ходить на все собрания вместе с отцом, чуть позже к ним присоединилась и Ханаби. Единственное, чему её научили эти бесконечно долгие посиделки, так это способности несколько часов просидеть абсолютно без движения и с маской заинтересованности на лице. Будучи ещё ребёнком, она ненавидела их, боялась похуже, чем гнева отца. Однажды Ко, застав свою подопечную с покрасневшими от слёз глазами, после её разговора с отцом на тему «непозволительного для наследницы поведения», он потрепал её по волосам и сказал: — Считай это тренировкой. Да-да, самой обычной тренировкой. Уважающий себя шиноби должен не только уметь драться, но и иметь железную выдержку. Ты только представь себе, каково это, например, просидеть несколько часов в засаде. Вот и тренируйся, научишься сидеть на собрании, значит не подведёшь друзей, сидя в засаде! И Хината научилась, очень хорошо научилась. Ко мог бы гордиться своей воспитанницей. Даже сегодня, когда отец объявил о своём решении, ни один мускул не дрогнул на её лице. Ни вздохом, ни взглядом не выдала она своего страха. И повод у неё был: что теперь будет с ней? Это тоже решать клану. Как старшая дочь Хиаши, она имела достаточно большой перечень привилегий, хотя порой и сама не замечала их. Теперь всё будет иначе, она стала всего лишь безвольной куклой в руках главы клана. И уж лучше бы им был Неджи, с его ненавистью к законам клана, ей бы точно ничего не грозило. Но нет, до самой смерти Хиаши Хьюга (а умирать он не собирался) будет являться главой клана. В этой ситуации ничего хорошего её не ожидало. Даже Ханаби оказалась в лучшем положении, чем она, в случае ранней смерти Неджи, право наследования титула переходило именно к ней, это гарантировало ей защиту и неприкосновенность, а Хинате больше никто ничего не гарантировал. Она сидела на своём футоне, поджав колени к подбородку и обхватив их руками. Сегодня никто не смел тревожить её покой. На неё смотрели как на смертельно больную: вроде бы и жалели её, а подойти и сказать хоть пару слов никто не решался. Если бы Ко был дома, он бы обязательно нашел слова для своей Хинаты-химе. После смерти матери, он был единственным, кто искренне и беззаветно любил свою маленькую госпожу. В следующие дни о ней словно все позабыли: Неджи умчался на какое-то сверхсложное задание, на другие он и не ходил; отец занялся тренировками с Ханаби, в каком-то особенно напряженном режиме, а остальные лицемерно улыбались и делали вид, что ничего особенного не произошло. Может быть это и к лучшему? Она давно уже перестала понимать, что было для неё лучше. Хината шла по улице, торопилась к нему. К тому единственному, кому она смело может всё рассказать. Девушка точно знает, что он её поймёт. Конечно, дельного совета от Наруто не дождёшься, он и в клане-то никогда не жил, но таких стойких ко всем бедам и несчастьям людей ещё поискать надо бы! Ни одна буря не способна сломить его. Она всегда втайне удивлялась его мужеству и силе духа. И сейчас именно к нему она спешила со своей бедой. Вот и его дом. Как он не похож на их родовую усадьбу! Его малюсенькая квартирка располагалась на втором этаже деревянного двухэтажного строения, кажется, пережившего уже правление трёх или даже четырёх Хокаге. Однажды она заходила к Наруто в компании Кибы и Шино. Она ещё помнила, в какой малюсенькой квартирке он живёт, она вся чуть больше, чем её комната. Погрузившись в воспоминания, девушка не заметила, как подошла почти к самому дому. Ещё один поворот и она будет у цели, но эти последние два десятка шагов она так и не сделала. Стоя на самом углу, она увидела, как дверь на втором этаже распахнулась и из неё вышел довольно высокий парень с озорными глазами и торчащими в разные стороны светлыми волосами. Пока он спускался по шатким ступенькам вниз, с другой стороны к дому подошла очаровательная девушка с длинными розовыми волосами. Наруто стремительным шагом подбежал к розововолосой куноичи и заключил её в свои объятия. Сердце Хинаты стало пропускать удары, хотя раньше она вроде бы не жаловалась на аритмию. Наруто и Сакура так и не заметили её и теперь, обнявшись, уходили по улице. На глазах Хинаты наворачивались слёзы. Вроде бы радоваться надо, ведь Наруто уже не один год пытался добиться расположения сильной и гордой куноичи. Почему же тогда так больно? Ноги отказываются сделать даже шаг. Хината прислонилась спиной к стене дома и, скатившись по ней вниз, села на землю. Пальчики бездумно теребили первую попавшуюся травинку, ломая хрупкий зелёный стебелёк, словно это он был виновником всех её несчастий. Но может ли куноичи из клана Хьюга позволить кому-нибудь видеть её такой? Ей нельзя быть слабой или страдающей. С малых лет на её плечах лежит груз ответственности, она старшая дочь Хиаши Хьюга, главы одного из сильнейших кланов в Конохе. Она сможет всё: умереть, если это будет нужно, преодолеть свою слабость и стать одной из лучших куноичи, спрятать все свои чувства и мысли под маской. Разве она ещё не доказала это? Она снова смогла, она встала на ноги и ушла обратно. Ни один человек, из тех, кто встретил её в тот день, не догадался бы, что творилось в тот момент у неё в душе. Через несколько дней с миссии вернулся Неджи. Будущий глава клана никак не мог избавиться от грызущего изнутри, чувства вины перед кузиной. А потому, отказать ей в такой малости, как помощь в тренировках, он не смог. Как уж тут отказать, когда на тебя смотрят, как на ту самую соломинку, за которую так хочется ухватиться утопающему? Хината умела соблюдать правила приличия, она могла улыбаться тем, кто этого вовсе не стоили, могла говорить ничего не значащие фразы тем, с кем надо было поддержать разговор, но так уж получилось, обманывать своего кузена она не умела. Или наоборот, это он тут же чувствовал любую фальшь в её голосе и взгляде? Ему не нужно было объяснять, что это вовсе не попытка возвратить себе утраченные позиции, скорее уж она пытается отвлечься от терзающих её мыслей. Никогда раньше она не тренировалась с таким упорством, уже через три дня Хинате пришлось перевязывать бинтами сбитые в кровь руки, на манер не безызвестного Рок Ли. Глаза девушки не переставали слезиться от слишком частого использования бъякугана, а под глазницами залегли глубокие тени от недосыпания и переутомления. — Хината-сама, не надо так мучить себя. Кому от этого легче? — Неджи-кун, не надо так меня называть, я теперь такая же как и все. — Да плевать я хотел на всех наших «горячо любимых» родственников. Я ещё ребёнком пообещал, что буду тебя защищать. Что мне теперь, из-за них вместе с их бредовыми идеями, нарушать свою клятву? — Неджи-кун, давай тренироваться. Парень вздохнув, снова встал в боевую стойку. И снова удар за ударом. Какую душевную боль она прячет? Но ведь ничего не скажут фиалковые глаза, не на ту напали. И снова она вернётся домой поздно вечером, пошатываясь от усталости и подволакивая жестко ушибленную ногу. Только ночью её никто не видит, это время принадлежит ей и только ей. Она может тихо плакать, уткнувшись в подушку, может сидеть перед окном, наблюдая как холодный лунный свет разливается по спящему саду, как удлиняются и сплетаются в жутковатые узоры тени от деревьев. Хината никогда по-настоящему не верила в то, что Наруто когда-нибудь её полюбит, но почему-то оказалась совершенно не готова к произошедшему. Видимо, легче мириться со своей безответной любовью, когда он одинок, чем тогда, когда возлюбленный банально предпочёл другую. Судьба, что ли, у неё такая? Никто её не любит, отцу на неё просто наплевать, Неджи считает её выскочкой и слабачкой, Ханаби откровенно презирает, Наруто всё время видел в ней только подругу. Любила ли её мать? Хинате было всего пять лет, когда мать умерла, лишь с большим трудом удавалось воскресить в памяти её смутный образ. Правда, был ещё Ко, но его мнения никто не спрашивал, когда в принудительном порядке приставили к маленькой и робкой дочери главы клана. Он хотя бы не тяготился своими обязанностями и кажется, вполне искренне жалел свою юную подопечную.