С первого удара

      В конце аллеи был канал, и они пошли вдоль мерно протекающей воды, от которой их ограждала невысокая мраморная стена, доходившая Джуди по шею. Джуди шла вдоль стены, иногда касаясь увлажненной от дождя шероховатой поверхности. Небо было темным от дождевых туч, светло-серыми над их головами и иссиня-черными на западе, в нескольких милях от тропических деревьев.       «Здесь очень спокойно!» — про себя сказала Джуди, не отрывая глаз от чистой, но кажущейся серой от облаков, воды. Она чуть замедлила шаг, отстав от Ника на пару шагов. С неба упало несколько капель, как упоминание о прошедшем дожде. Две капли приземлились на ее раскрасневшийся от холода носик. Ник лениво осмотрелся: разумеется, он все это уже не первый день видел и привык к обстановке, к каналу, вдоль которого часто гулял. Но не разделить любование с его пушистой спутницей он не мог.       - Поэтому я и присмотрел себе квартиру в этом районе! — почти что с гордостью произнес лис, неспешно приблизившись к Джуди, но остановился, когда расстояние между ними достигло 2 футов. - Вы правильно заметили: здесь тихо. Но иногда бывает так тихо, что становится просто…       Он замялся, не в силах подобрать подходящее слово.       - Одиноко? — предположила Джуди. Ник посмотрел на нее. По его глазам, она поняла, что угадала. Но он сказал другое:       - Скучно, Джуди. Вам, например, не бывает скучно в 4 стенах вашей комнаты?       - Иногда.       - И вы не скучаете по родным?       - Скучаю, конечно. Но, думаю, они справятся.       - Вы с ними созваниваетесь?       Джуди замолкла. Конечно, она им звонила, но слышала одно и то же: «Как поживаешь?», «Все у тебя хорошо?», «Тебе всего хватает?», «Мама себе место не находит: каждое утро порывается тебе позвонить, но не знает номера» и так далее, и так далее, и так далее.       - Скучают, но желают удачи. Здесь я искала свободы, стремилась к независимости. И вот она я! — ответила она, фальшиво улыбнувшись, а Ник смотрел на нее с таким видом, будто ему хотелось услышать от нее большего, чем она могла сказать.       - Не думала, что Тина – ваша сестра! — сказала Джуди после небольшой паузы. - Но что интересно: к вам она тоже обращается «по уставу». Ваша идея?       - Просто для разогрева репутации, Джуди! Но этот разговор должен остаться только между нами, или мне придется научить вас плавать в холодной воде!       Он хитро улыбнулся ей, как бы бросая вызов, чтобы она сама догадалась, серьезны ли его намерения насчет хладнокровного вбрасывания ее за мраморную преграду.       - Обязательно скажу! — ответила Джуди, уже искренне улыбнувшись ему. Он улыбкой не ответил.       - Извините, сэр. Я... знаю, что часто говорю и делаю глупости. И если я вас как-то задела, пожалуйста…       Но он ее уже перебил, все еще глядя куда-то вдаль.       - Я могу вас кое о чем попросить, Хоппс?       Девушка замолчала и терпеливо ждала, пока он скажет. И он продолжил, все еще не глядя на нее.       - Вне стен департамента, я не хочу слышать в мой адрес ничего подобного. Хотя бы до завтрашнего утра!       Он сказал это так, словно она обидела его, хотя сам и навязал это правило. Теперь он лично просил свою самую проблемную курсантку забыть его наказ. Хотя вполне возможно, что он просто хотел от этого отдохнуть, что у него не часто выходило, судя по едва заметным мешкам под глазами.       Джуди понимающе кивнула и чуть съежилась от холода. Ник не мог это не заметить. Девушка поднесла озябшие лапки к губам и начала энергично, небольшими перерывами, дуть на них, пытаясь согреется.       - Перчатки дома забыла! — полушепотом сказала она, смущенно взглянув на Ника. Тот подошел ближе, не отводя любопытного взгляда от ее пальцев, будто он увидел что-то занимательное. Теперь Джуди заметила, что именно: сбившиеся в комок серые волоски между ее пальцев. «Черт! Линька!». Испуганно вдохнув, она повернулась к нему спиной, забыв о наказах никогда так не делать. «Но, может, если он не хочет, чтобы я обращалась к нему «сэр» вне работы, то и эти условности ни к чему? Если нет, то я в полной…»       - Вам лучше не смотреть на это, Ник! — быстро пробурчала она, стараясь избавиться от предательских комочков. Левым плечом она почти чувствовала его черное пальто, когда он сделал шаг-два вперед. Девушка уже ожидала, что он положит лапы на ее плечи, развернет к себе, скажет, что эту часть устава он не упоминал в своей просьбе, и она не должна к нему поворачиваться спиной.       Так и вышло: он положил левую лапу ей на плечо и сделал незначительное усилие, чтобы повернуть ее к себе. В ожидании худшей части своей фантазии, Джуди закусила губу и послушно развернулась. Но он ничего не сказал, только взял за обе лапки и еще раз осмотрел ее пальчики. Несколько волосков застряли между указательным и средним.       - У вас кончики побелели! — заметил Ник, поднеся ее пальчики так близко к глазам, будто хотел оценить длину ее коготков.       - Это – естественный процесс. Ничего не могу с этим поделать! — вздернув плечами вверх, ответила Джуди. - Или просто частая смена климата сказалась.       Она постаралась вырвать пальцы из его лап, но вышло не сразу. Несколько волосков все же осталось на его ладонях, и от этого Джуди стало неловко. Все равно, что продемонстрировать ему доказательства начавшейся течки: неловко и стыдно.       «Куплю обычный жирный крем и через пару дней все пройдет само», - пообещала сама себе Джуди, спрятав лапки за спину.       Ник кивнул в сторону деревянного арочного моста через канал, в нескольких сотнях метров от того места, где они стояли. Он пошел вперед, а Джуди - следом. Неожиданно ей захотелось впрыгнуть на толстую мраморную ограду и пройтись по ней, как будто ей снова пять лет. Довольно глупо, но если лапки, как говорится, чешутся, то тут ничего не поделаешь. Но в присутствии Ника ей было неловко это сделать, даже если очень хотелось.       - Не уверен, что в центральном районе выпадет снег. И тогда вы будете выделяться в толпе! — шутя заметил Ник. - Но вот если вас на зимний период перевести в Сахара-Сити…       Он вопросительно посмотрел на нее, когда она поравнялась с ним, игриво вздернув бровями, заставив Джуди в смущении отвести глаза.       - Тогда вы будете первым, кто увидит кролика с пятнистой, жесткой и неопрятной шерсткой. Если процесс начался, то лучше дать ему дойти до конца, в нормальных условиях!       - И как долго «это» длится лично у вас, Джуди?       - Пару дней, если следить за собой. Зато потом очень красивый цвет получается!       - А какой – твой? — спросил Ник, посмотрел на нее.       Джуди подняла на него глаза. Она уже хотела попросить его повторить последнее слово, но он так обворожительно ей улыбнулся, что ей пришлось смириться с этим. «Наверное, я просто сошла с ума, но он действительно очень красивый, когда улыбается». Вслух, разумеется, она этого не сказала. Хотя по его поведению было заметно, что он пытается с ней флиртовать. «Опять скажет, что это уже – моя фантазия, причем больная, если я позволяю себе надеяться на подобное», — успокоила себя Джуди, но он продолжал выжидающе смотреть на нее.       - Ну, примерно, как тот пудинг, что мы ели, — ответила она. Ник на секунду отвел глаза куда-то вверх, потом посмотрел на девушку.       - Красивый цвет! — сказал он и отвернулся. - А на вкус как? Так же?       - Тебя не кажется, что ты слишком много себе позволяешь? — спросила Джуди, состроив обиженную мордочку, но она всего лишь играла.       - А мы разве перешли на «ты»? — ответил лис вопросом на вопрос, продолжая смотреть вперед.       Девушка издала тихий нервный смешок вперемешку с досадой, но ей от этой легкой отстраненности и закрытости со стороны ее куратора стало горько и холодно.       - Я ведь ничего не сказала, когда вы обратились ко мне на «ты»? Вам обидно, когда я к вам обратилась по уставу, как вы мне и наказывали; теперь это… Разве вам не бывает одиноко в вашей же скорлупе? От кого вы хотите закрыться?       Ник ничего не сказал. Он не хотел признавать того, что она в каком-то смысле оказалась права. Он в самом деле закрылся от окружающих, и теперь не знает, как себя преподнести.       - Вам не понять меня, Джуди!       И чуть ускорил шаг, а Джуди, ошеломленная его словами, остановилась. А он продолжил идти вперед, пройдя мимо двух газелей, которые в обнимку шли ему навстречу. Когда он прошел мимо них и чуть задел плечом, они даже не посмотрели в его сторону, чтобы одарить раздраженным взглядом, а он просто пошел своей дорогой. Он мог быть авторитетным, мог заставить всех делать, что угодно, но после того, что она увидела, он казался пустым и незаметным, точно призрак.       «Просто прими это, девочка. Он всегда будет таким, что бы ты ни делала. Он никогда не откроется тебе, так что просто оставь его и иди домой.»       Джуди уже хотела развернуться, но еще раз все весив, она пошла вперед, за ним.       «Знаешь, как ты глупо сейчас смотришься со стороны, Джуди?» — спросила она себя, чуть ускорив шаг. «Бежишь за лисом, которому ты безразлична, и накручивай себе в голове, что хочешь, но смирись с тем, что он такой, какой есть. Да, всему виной его непростое прошлое, но не думай, что если он разок-другой тебе улыбнулся, пару раз поцеловал лапку, то так будет всегда! Завтра он снова станет тем, каким ты привыкла его видеть! Его бесполезно вытягивать из этой трясины!»       Ей оставалось пройти каких-то 5 шагов, чтобы погнать его, но она остановилась. Она вовсе не собиралась сдаваться: просто ей в голову пришла действительно глупая идея. Используя стоящий между ними фонарный столб, как опору, она подняла одну лапу и, согнув ее в колене, поставила ступню на холодную мраморную поверхность. Растяжки с веревкой действительно помогли: она без труда и лишних судорог проделала этот трюк. Подтянув правую лапку, она уже стояла на стенке, высотой 4 фута, шириной – 1,5, но этого было достаточно, чтобы чувствовать себя в безопасности и не упасть в воду. Поверхность была мокрой и холодной, но вполне терпимо, чтобы он обратил на нее внимание и постарался хотя бы немного оттаять.       - Вы правы, мне вас не понять. Вам виднее, если я – глупая крольчиха, но я, по крайней мере, не сужу о других с высока. Даже будучи выше вас! — сказала она, поравнявшись с ним. Он поднял глаза вверх.       - Я бы не советовал прыгать сейчас: вода внизу – ледяная.       - Совет – дельный, но, думаю, не приму его к сведению!       - Схватишь воспалении легких, а второй раз я не буду тебя навещать.       - Я и не настаиваю! Просто захотелось пройтись, так сказать, потренировать равновесие!       - Не слишком умно по холодному и мокрому мрамору ходить!       Он протянул ей лапу, чтобы помочь ей спуститься. Хотя, по правде, он сам хотел ее спустить.       - Но вы же меня все равно считаете глупой, так что мой поступок – оправдывает себя.       - Джуди, это уже ребячество!       - То же самое и я хочу вам сказать, Ник! — настойчиво произнесла она. Он чуть нахмурился, но сразу же расслабил мышцы на лбу. Джуди остановилась.       - Вы говорите, что я вас не пойму? Так и есть. Я не пойму вас, пока вы мне это не позволите!       - Зачем вам это нужно? Вам разве мало общения со своими сослуживцами?        - Мы сейчас не о них говорим. Я хочу узнать о вас, не с той стороны, каким вы себя показываете! Я не хочу разговаривать с маской. Он продолжал смотреть на нее. Смотря на него сверху, Джуди еще более отчетливо видела его мешки под глазами, и в таком виде ей было жалко на него смотреть.       Джуди присела на корточки и, быстро выставив лапки вперед, села на мрамор, не думая о том, что на следующий день у нее может разболеться живот или спина.       - Тони мне рассказал, как вам было тяжело в детстве и мне искренне жаль, что вам пришлось вытерпеть. Да, мы с вами может и не похожи… Но вы можете представить себе двух детей, маленьких крольчишек, одну из которых родители чуть ли не прячут от внешнего мира, боясь, как бы с их дочкой не случилось беды, потому что другая по неосторожности напугала ее до припадка, что и привело к астме? Она опустила глаза, стараясь подобрать нужные слова, чтобы не сболтнуть лишнего.       - А ее сестра до самой смерти не могла простить себе этого проступка. А потом, когда она умерла, родители закрылись и от второй, будто похоронили обоих детей.       Из глаз полились слезы, но Джуди успела их стереть, чтобы не показаться слишком слабой перед сержантом. Если он не хотел быть с ней открытым, каким был вчера, на ужине, то она не знала, каким еще его воспринимать.       - Ваши родные вас любят, и это видно невооруженным глазом! И я не думаю, чтобы они хотя бы один раз закрывались от вас или не выслушивали вашего мнения. Так что ответьте мне, Ник: Кто кого не поймет?       Ник стоял совсем близко и уже хотел протянуть вперед лапу, приободрить ее, но она уже спрыгнула на асфальт и, проигнорировав его легкое прикосновение к ее ключице, пошла к мосту. Ник шел рядом.       - Я не знал, Джуди! — тихо сказал он, когда они ступили на мост.        Крольчиха подошла к деревянной перекладине и, положив локти на брусок, опустила голову на скрещенные лапки. - Правда! Мне очень жаль!       - Ник! Я могу вам кое-что сказать? — спросила она, сложив ладони вместе. Он встал напротив нее, положив одну лапу рядом с ее левым локтем. - Вы прежде никогда не просили у меня прощение, даже тогда, в спортзале. Вы меня испугали, это так. И я уверена, вы хотели, чтобы я ушла. Но дело даже не в том, что мне некуда. Я всегда могу вернуться домой, но…       Она подняла на него глаза.       - Я – не хочу обратно под родительское крыло. Я не хочу, чтобы меня лишали возможности прыгнуть выше. А больше всего… — она сглотнула и нервно потерла шею. - Я не хочу, чтобы мои родные снова закрылись от меня. Я могу стерпеть то, что я вам противна и постоянно доставляю проблемы. Я стерплю любую нагрузку, но мне больно, когда от меня закрываются.       Стараясь не заплакать, она сосредоточила на какое-то время внимание на стоящих вдоль канала деревьях и просто смотрела на них, чтобы немного прийти в себя. Но когда на ее дрожащие от усталости и нервов лапки легла теплая лисья лапа, слезы сами собой потекли по щекам.       - Пожалуйста, не нужно меня жалеть. Я не хочу, чтобы после этого вы видели во мне серую тряпку!       Она хотела вытереть слезы с щек, но Ник ее опередил. Она даже не стала возражать. Просто не успела. Шумно выдохнув, чтобы немного собраться с мыслями, она смело повернулась к нему, сделав более-менее бодрый вид.       - Простите, что так расклеилась. Скажите, в какой стороне метро, и я просто поеду передохнуть. И не буду больше надоедать, начиная с этого дня!       Ник ответил не сразу. Когда Джуди попросила ее проводить до метро и просто спустить этот день в унитаз. Конечно, она не говорила это, но смысл был примерно такой. Он специально пригласил ее сюда, чтобы продолжить их открытое общение. В итоге, он опять только все испортил.       - И кто из нас закрывается теперь? — спросил он, облокотившись о балку левой лапой, а правой чуть сжал ее лапку выше локтя. Джуди издала легкий смешок и устало опустила голову.       - Ну, иди сюда! — едва слышно сказал Ник, протянув к ней вторую лапу. Когда она все же прижалась к нему и обвила лапками его спину, он почувствовал легкий дискомфорт от такой близости. Ник привык быть одиночкой, смирился с мыслью, что никому, кроме своих родных, он не нужен и принимал внушение страха своим подчиненным за норму. А эта крольчиха, с которой он возится уже четвертый месяц, несмотря на все его старания вышвырнуть ее обратно на её морковные (капустные, помидорные – да черт знает, что они там выращивают) грядки просто за то, что она ему неприятна и не внушает доверия, без всякого стеснения обнимает, так легко и просто, без чувства обиды. И это так…       «Непривычно», — подумал он. «Приятно, но непривычно!»       И чтобы на этот раз не потерять момент, он, не думая о своих предрассудках и дрожи в коленках, крепко прижал ее к себе.       - Только не превращай это в привычку! — тихо сказала Джуди, высунув нос из -под его пальто.       - Ты прямо сняла мои слова с языка, — усмехнулся Ник, пригладив ее по головке.       Неожиданно подул северный ветер, и Джуди, убрав лапки со спины Ника, прижала их к груди.       - Замерзла? — спросил он, энергично растерев ее спину. - Я знаю одно теплое место, но сначала нужно кое-куда зайти!       И он повел ее прочь от моста в противоположную сторону, чуть приобняв ее за плечо, даже не спросив разрешения. Хотя не в первый раз он позволял нечто подобное, поэтому Джуди просто позволила себя вести. А она только ближе прижалась к нему, чтобы погреться. Пройдя несколько кварталов, они вышли к большому гипермаркету. Ник набрал несколько контейнеров с салатами, рыбные оладьи быстрого приготовления, мешок картошки, десяток яиц, молока и еще много продуктов. В отделе бытовой химии Джуди взяла крем с экстрактом кокосового молока для лап, чтобы немного справиться с временной проблемой линьки. Она уже достала кошелек, чтобы расплатиться за покупку, но Ник уже выхватил тюбик и кинул в свою кучу продуктов.       - Еще 8.50$ - и мы в расчете! — усмехнулся Ник, удаляясь от кассы. Девушка не отставала от него ни на шаг.       - Принципы, принципы… — пробурчала про себя Джуди, но когда они вышли наружу, обхватила плечи, чтобы немного согреться. Ник повел ее к высокому 20-этажному жилому небоскребу. Пока Джуди пыталась посчитать этажи, запрокинув голову назад, у нее затекла шея. Рядом стояли такие же, но не выше 15 этажей. Они прошли мимо турникета, за которым находилась подземная парковка. Справа, внизу, среди всей этой кромешной тьмы выделялась белая будка охраны. У входа, над самым турникетом Джуди увидела электронное табло со светящимися цифрами – «128». Вдруг турникет поднялся, и прежде, чем они успели перебежать дорогу, из-под земли, рассекая тьму ослепляющим светом фар, выехал Peugeot персикового цвета. Сначала он выезжал резко, грозно рыча двигателем, но потом водитель завидел терпеливо ожидающих прохожих и сбавил скорость.       Джуди заметила, что Ник внимательно посмотрел на водителя, на номер машины и ей не составило труда догадаться, что он хочет запомнить водителя, чтобы потом добавить его в свой черный список штрафников.       Возле подъездной двери Ник вытащил какую-то карточку из внутреннего кармана пальто, прикрепленную к нетолстой связке ключей, провел ей по видеофону, потом ввел 6-значный код на металлическом планшете.       - Система безопасности? — спросила Джуди, осознав, как глупо звучит ее вопрос, если ответ был очевиден.       - Ага. Район здесь тихий, но никто не застрахован… — начал он, но из домофона раздался металлический голос автоответчика:       - Персональный код.       - 228146, — быстро и чётко сказал Ник в микрофон, как назойливый детский стишок или слова из песни, которую ты никогда не забудешь.       - Добро пожаловать, мистер Уайлд, — произнес автоответчик и раздался негромкий пикающий звук: массивная металлическая дверь открылась, но нужно было ее еще потянуть и как можно скорее. Поскольку Джуди не была обделена пакетами, она придержала дверь, пока Ник занес пакеты внутрь. Они прошли по небольшому светлому коридору, через белую арку, поднялись по ступенькам. Повернув направо, Джуди на некоторое время застыла в изумлении от вида комнаты, где находился лифт.       На первый взгляд казалось, что она попала в парадную какого-нибудь элитного отеля, поскольку первый этаж с лестницей с левой стороны и лифтом посередине был богато отделан в светло-коричневых тонах. Кафельный пол молочного тела был усыпан ромбовидными пятнами, расположенными в шахматном порядке. У противоположных от лифта стен были двери без цифровых обозначений, и Джуди подумала, что за одной из них – комната охраны или диспетчера, который следит, чтобы в здание не зашел посторонний. Вторая, возможно, служила кладовкой для уборки лестницы. И, судя по габаритам самого здания, комната уборщицы (или уборщиков) тоже должна быть немаленькая. По бокам от дверей смотрели друг на друга толстые декоративные кирпичные стены из пенопласта. Над их головами потолок посередине походил на мозаичный ковер, собранный из квадратных керамических кусочков, каждый со своим индивидуальным цветом и узором, а по краям – белая, ровная побелка.       На лифте они поднялись на самый последний этаж. От лифта налево вела одна единственная дверь. Ник быстро и ловко открыл одну дверь из кованного железа, затем вторую, но уже деревянную, и предложил девушке пройти вперед. Джуди уже наперед поняла, что Ник – вполне материально обеспеченный, если позволяет себе жить в доме с такой охраной на первом этаже. Но когда она прошла в прихожую, она не представляла, что настолько.       Не сказать, что прихожая была такой же шикарной, как проходная, но интерьер был со вкусом. Стены цвета крем-брюле, двери из красного дерева. Слева от двери стояла стенка с крючками для верхней одежды, вытянутыми у основания и заканчивающимися сплющенными частями декора, вроде пластилиновых таблеток, на одном из которых висел большой зонт-трость и красный шарф. Рядом до самого потолка тянулась стальная балка с такими же крючками: на ней ничего не висело, поэтому Джуди сняла пальто и повесила его на один из крючков. На стене, примыкающей к двери висел видеофон, похожий на небольшой плоский телевизор с кнопочками и телефонной трубкой, так что Ник всегда мог видеть, кто к нему наведался. Ник поставил пакеты на кафельный пепельный пол, снял пальто и повесил на крючок рядом с зонтиком.       - Нужно отдельное приглашение или останешься стоять здесь? — спросил Ник, чуть улыбнувшись. - Там в углу – тряпка для вытирания лап.       - Просто… я не знаю, куда идти! — ответила Джуди, выпирая лапы о лежащую в правом углу махровую тряпку.       - Здесь – не заблудишься! — сказал он и повернул налево от выхода. Джуди последовала за ним.       Слева от прихожей они зашли на большую, открытую кухню с высоким белым потолком. Ник поставил пакеты на кухонные столики, выстроенные вдоль левой стены. Скоропортящиеся продукты он поставил в смоляно-черный новехонький холодильник, практически битком набитый сырами, фруктами, консервами с супом и кашами. Крупы он положил в один из шкафов, висящих над столиками.        - Твоё! — сказал он, кинув ей крем с кокосовым молоком, так резко, что Джуди чуть не выронила его. На белом тюбике красовалось изображение половинки кокоса с белой стружкой и коричневой волосатой кожурой. Джуди открыла тюбик: запах был приятный, кокосово-молочный.       - Я могу воспользоваться твоей ванной? — спросила она Ника, пока тот вытаскивал из нижних шкафов напротив глубокие тарелки.       - На втором этаже, по коридору направо! — сказал он, указав пальцем наверх, на второй этаж. Поскольку комната, в которой они находились, представляла собой большую студию, вмещающую кухню и гостиную, лестницу на второй этаж девушка заметила сразу, еще когда только-только вошла в квартиру. Поднявшись по лестнице со стеклянной перегородке, она прошла вдоль перил, все еще поглядывая вниз. Кухню она видела теперь лишь самую малость. В гостиной, граница которой начиналась резкой сменой цвета светло-бежевого паркетного покрытия на кухне темно-коричневым, стояли мягкие темно-синие диваны с подушками-думочками. У лестницы стоял большой плоскоэкранный телевизор с DVD- проигрывателем на подставке из стекла. У лестницы Джуди уткнулась в коридор. Слева она увидела незакрытую стенкой спальню с двухместной кроватью. Чуть дальше – рабочий кабинет со столом, книжным шкафом и компьютером. В самой середине белой стены было большое отверстие, тянущееся от пола до потолка, так что Джуди могла видеть все.       Ванная оказалась еще шикарнее: в углу стояла просто огромная ванна-джакузи черепахового цвета. На туалетном столике, кроме глубокой чаши-умывальника, похожая на фарфоровый макет основания лайнера, стояли различные тюбики с шампунями, бальзамами, одеколонами. Джуди взяла один из почти опустошенных флакончиков с маркой Eau de Сologne Premium и принюхалась. Запах морского бриза и перечной мяты, тот самый, который он всегда носит и который она всегда улавливала.       - Premium, значит! — тихо сказала про себя Джуди, осматривая флакон из синего стекла с посеребренной крышечкой. Она посмотрела на себя в зеркало. Из-за дождя ее шерстка чуть ли не стояла дыбом, а кое-где даже собралась в мелкие катышки. Джуди пригладила шерстку на шее и ужаснулась, увидев на ладони свои волоски.       - Черт! Так рано? — зашипела она, вытирая лапки, чтобы опавшие волоски скомкались вместе. Крольчиха сняла с себя кофту, и тут же на пол посыпался настоящий фейерверк из ее волосков. В уголках ее сиреневой кофты их тоже хватало. Кое-где на ее теле уже проглядывала новая, гладкая, молочная шерстка.       Скинув с себя всю одежду, Джуди подошла к двери и осторожно высунула носик: Ник уже что-то готовил внизу. Кроме звука кипящего масла и запаха жарящейся рыбы, она улавливала звуки музыки. В телевизоре быстро-быстро сменялись картинки. Скорее всего, он включил музыкальный канал.       Закрыв дверь за щеколду, она пустила горячую воду и закрыла сливное отверстие. В одном из ящичков она нашла жесткую мочалку, гель для душа с цитрусовым запахом. Пока вода наполняла ванну, она взяла одноразовую тряпку и начала протирать пол, очищая его от своих волос. Хотя она знала, что их будет еще больше, когда она вымоется. «Закончу - все тут вымою. Блин, неудобно как!» — подумала она, забираясь в ванну, увеличенную в несколько раз копию умывальника. Ванна наполнилась лишь на треть, но ей этого хватало. Более 20 минут она усердно оттирала себя и пару раз меняла воду, потому что с каждым разом количество опавших серых волосков не уменьшалось. Но от наконец-то принятой горячей воды она ощутила настоящее блаженство, так что ей было, за что расплачиваться.       Ник внизу уже пожарил рыбные котлетки, приготовил салат с овощами и брынзой, выложил на тарелку консервированные ананасы и персики, достал из кладовки под лестницей бутылку красного вина; все поставил на стол. А Джуди все не выходила из ванной комнаты. Он поднялся наверх, чтобы проверить, все ли в порядке.       - У тебя все хорошо? — громко спросил он, предварительно постучавшись. Он услышал плеск воды и понял, что она – в джакузи. Сразу перед глазами промелькнул ее обнаженный образ, как она сидит в ванне вся в мыльной пене, но он не почувствовал никакого сексуального вожделения по отношению к ней, только легкий холодок по спине.       - Да, все в порядке. Извини, что оккупировала твою ванну. Я сейчас выйду…       - Все в порядке. Я просто подумал, что ты там утонула…       - Не дождешься!       Он издал легкий смешок.       - Тебе что-нибудь нужно? — спросил он, прислонившись правым виском к двери. Джуди не спешила ответить. Потом она все-таки сказала:       - Мусорный пакет и чистые тряпки, если можно.       - Ты там что, хомячка родила? — в шутку спросил он.        Да, целый выводок!       Он не выдержал и засмеялся. Через пару минут он принес все необходимое, вдобавок принес чистую рубашку и полотенце, повесил на дверную ручку.       - Не буду мешать!       И, похлопав по двери, пошел в свою комнату, по дороге снимая рубашку и расстегивая ремень, чтобы переодеться в чистое.       Еще через 15 минут Джуди вышла из ванной. За это время она успела собрать все, что с нее сошло, вымыть все, натереть досуха, так что комнату она покинула, оставив ее в том же чистом виде, в каком она была. Но вот только Джуди вышла из нее уже совсем другой. Остатки старой серой шерстки вместе с использованными тряпками. Ее еще влажное и распаренное от горячей воды тело теперь покрывала густая шерстка цвета ванильного молока. Темно-зеленая рубашка, которую ей передал Ник, была ей несколько велика, так что ей пришлось заправить ее в серые джинсы, которые она также вычистила. Кофту она держала в одной лапке, мусорный пакет в другой.       Ник стоял спиной к ней, возле кухонного гарнитура и протирал бокалы. Когда на втором этаже закрылась дверь, его четкие уши чуть дернулись на звук, но он продолжил расставлять блюда на столе. Когда он повернулся, чтобы встретить ее, он на секунду застыл на месте, когда увидел совершенно другую девушку, в которой он признал свою подчиненную только по глазам.       - Я все вымыла, можешь проверить! — тихо сказала она, нервно пригладив правое ушко. Ник все продолжал изучающее ее осматривать, отчего Джуди почувствовала себя не в своей тарелке. Она тут же опустила глаза, чтобы проверить, все ли пуговицы на рубашке и джинсах застегнуты. Все было в порядке.       - Тебе идет! — одобряюще ответил Ник, поставив бокалы на обеденный стол, стоящий практически у самой двери в коморку, заменяющую и кладовку, и винный погребок. На столе кроме рыбы и салата с брынзой стояла тарелка с сырными нарезками, магазинный салат, прямо в контейнерах. Посередине – бутылка вина, почти полностью покрытое крупными бусинками воды, которые, скатываясь вниз, образовывали ручеек и быстро-быстро падали вниз. Когда Джуди подошла к столу, под бутылкой уже образовалась мелкая лужица. Ник открыл перед ней дверцу одного из нижних шкафчиков, где стояло большое мусорное ведро с пакетом, таким же, какой Джуди держала в лапках, но плотнее и больше. Джуди быстро положила свой мусор в ведро, а кофту отнесла в прихожую, чтобы потом не забыть забрать ее, когда будет уходить.       За столом Джуди ела мало, поскольку еще не успела хорошенько нагулять аппетит, поэтому Ник предложил ей вина. Она выпила только один бокал, потом все же попробовала салат, который он приготовил.       - У тебя – очень красиво! — сказала Джуди, осмотревшись по сторонам. - Интересно, ты вызываешь целую бригаду уборщиц, чтобы они вымыли дочиста твой дворец?       Ник, продолжая жевать рыбу, огляделся по сторонам.       - Я вынужден тебя огорчить: я все делаю сам! — сказал он, проглотив котлету. Джуди с удивлением посмотрела на него, потом еще раз осмотрелась. Квартира, если считать все комнаты и на первом, и на втором этаже, максимум достигала 120 кв.метров.       - Сам?       Лис кивнул.       - Я хочу сказать… — она придвинулась ближе к столу. — …совсем один? Без посторонней помощи?       - Слово сержанта полиции! — серьезно заявил он, подняв вверх правую лапу. - Пару раз в неделю убираю комнаты, которыми пользуюсь. На втором этаже есть еще одна спальня, если Тина приезжает в гости. Иногда она мне помогает.       - Неужели вас это не сводит с ума? Не раздражает?       - Если я скажу правду, ты не запульнешь в меня иглой? — спросил он, свернув на нее глазами. Джуди от такого взгляда чуть не выронила вилку. Она виновато опустила голову.       - Я… я… не знаю, как так вышло. Я не хотела, просто… вы… ты меня застал врасплох…       Ник потянулся к ней, все еще держа в лапах нож и вилку, но их он не отрывал от стола.       - Ты – не единственная, у кого возникает огромное желание запустить мне в спину не только иглу, но и нож или пулю.       Джуди вспомнила первый день, когда один из волков только-только позвал его, а уже запустил в него нож и…       «Суууукаааа!» — так он сказал.       - Тогда я очень испугалась… больше - за того парня. Но хотела бы еще признать, что бросок удался.       И отпила немного вина.       - Я не сержусь. Если бы со мной так поступили, я бы сделал нечто похуже, чем обычная игла. Честно признаюсь, ты меня очень удивила, когда просто выбежала из кабинета!       - Я испугалась возможных последствий. К тому же, не все проблемы можно решить жестокостью.       Ник задумался, потом сказал: «Не всегда…» - и осушил бокал.       Остаток ужина они провели в полной тишине, потом Ник предложил им сесть на диваны и посмотреть что-нибудь интересное. Он уже открыл вторую бутылку красного и поставил на кофейный столик.       - Ты не боишься, что утром голова будет трещать по швам… буквально?       - Нет! — коротко сказал Ник, пожав плечами и отпил немного.       - И ты даже не пьянеешь?       Он посмотрел на девушку взглядом расслабленного и наплевавшего на все хищника.       - Ну, потрезвее тебя, это точно. А если хочешь меня на откровенности разжалобить, то предлагаю тебе сыграть в одну игру.       -- Мм, я заинтригована. И какую?       Ник взял у нее из лап полупустой бокал и наполнил его почти до краев, но обратно ей не отдал. То же самое проделал со своим.       - Сказано-сделано - знаешь такую?       - Конечно. Выбираешь «сказано», и ты должен ответить на вопрос. «Сделано» - нужно…       - Могла просто кивнуть! — улыбнулся он. - Но есть еще кое-что. Если игрок, кто задал вопрос, доволен ответом, должен сделать глоток.       Он взял в лапу бутылку и оценил ее содержимое.       - Думаю минут за 20 мы осушим эту крошку.       «Крошка» вмещала в себя полтора литра, и Джуди засомневалась, что осушит ее без последствий.       - Начинай ты! — сказал Ник.       - Ладно… мм… Сказано? Сделано?       - Сказано!       - Ты любишь свою работу?       - Куратора или копа?       - Копа? Насчет куратора я знаю.       - Да.       Джуди выжидала, пока он даст объяснения, поэтому спросила: «Почему?»       - Это – отличная возможность поквитаться с обществом за то, что оно сделало со мной. Если мои действия идут в рамках закона, я не против, но я люблю играть не по правилам, а тут мне авторитет в помощь.       Джуди вспомнила их разговор с Тони начет Ника. «Ему постоянно указывали на то, что у него – неполноценная семья, из-за этого он вырос таким… диким. Общество – жестоко по отношению к нам, Джуди, хотим мы считаться с его интересами или нет, кто нас любит – лишь единицы. Ник решил просто закрыться от всех, даже от своих родных. Он нас любит, но считает себя чужим для всех. И я боюсь, что так он и закончит свои дни в одиночестве», — сказал он тогда. Поэтому Джуди отпила вина и закрыла этот вопрос.       - Сказано - сделано?       - Сказано.       - В свой первый день ты хотела сбежать, когда узнала, что я буду твоим куратором?       Джуди задумалась, пытаясь вспомнить свои ощущения, когда увидела его второй раз, но уже лицом к лицу.       - Да!       - Тогда почему осталась?       - Я не хотела разочаровать саму себя…       - Себя или сестру?       - Нас обеих, — сказала Джуди, проведя пальцами по гладкой ванильной шерстке. Ник отпил вина.       Так они играли минут пять, задавая друг другу вопросы, которые с каждым разом становились все более и более личными. Один раз Ник сказал «сделано», а Джуди спросила, не носил ли он татуировок или прокалывал уши. Он чуть наклонился, чуть ли не уперевшись носом ей в грудную клетку (он уже успел чуть захмелеть) и Джуди увидела небольшую, почти незаметную впадинку у основания левого уха.       - В 17 лет просто решил проколоть ухо. Бабушка попросила меня сводить Тину к врачу, чтобы проколол ей уши и так вышло, что я тоже захотел. Уже заросло, но шрам остался, как видишь.       Когда пришел черед Ника задавать вопрос, и то ли уже из-за того, что девушка изрядно опьянела, то ли желание показать, что тоже может быть смелой, Джуди выбрала «Сделано», поджав под себя лапки.       Ник еще на 10 вопросе приспустил галстук и расстегнул одну пуговицу. Теперь количество расстегнутых пуговиц увеличилось до трех. Грудь вздымалась и опадала, впуская и выпуская воздух и Джуди немного засмотрелась на этот процесс, пока ее не отвлек его провокационный вопрос.       - Ты когда-нибудь целовалась с хищником?       - Что? — спросила она. Язык отказывался ей подчиняться, поэтому ее встречный вопрос прозвучал как «шт», нечто среднее между глухим щелком и хлопком, который слышишь, когда откупоривают бутылку.       - Ты когда-нибудь целовалась с лисом?       - Подожди, ты ведь… сказал… с хищником…        - А есть разница?       - Нет. В смысле… нет, ни разу…       Она отвела глаза.       - Ты выбрала «Сделано»… — сказал он. - Можешь выбрать «Сказано», но тогда придется на следующий вопрос…       - Нет, я не хочу штрафной…       Она нервно потерла шею одной лапкой, не зная, стоит ли ей это делать только из чувства долга или он…       «Он – сам хочет?»       Да, такая мысль успокаивает, хотя бы тем, что на нее обратили внимание, но она не была готова к такому резкому шагу. Тем более, что завтра, на работе, он будет прежним, по крайней мере, на публике. И снова закроется от нее. Но она это переживет, как всегда. Как она привыкла делать. «А если он будет потом рассказывать всем, как ему удалось… Нет, он на такое не способен. Ведь он никому же не дал прослушать мое извинение. А если нет?»       От таких мыслей Джуди затрясло и засосало под ложечкой.       - Это не тест на выбывание, можешь отказаться? — сказал Ник, но сам придвинулся ближе. И теперь Джуди ощущала его теплое дыхание, улавливала запах алкоголя.       - Ты предлагал мне уже отказаться от того, чего я хотела, и я не отступилась! — дрожащим голосом сказала Джуди.       - А ты этого хочешь?       Очередной провокационный вопрос. А действительно, хочет ли она сама его поцеловать, несмотря на долг перед своим словом.       - Пообещаешь не распространяться на этот счет?       - Я могу быть подлецом, но не ублюдком, так что делай сама вывод! — ответил Ник, попеременно постукивая пальцами по мягкой поверхности спинки дивана.       - Утешил, блин! — выдавила из себя Джуди, борясь с подступающей тошнотой: печень уже начала активно работать и бороться с токсинами. Ник тихо засмеялся, что позволило немного разрядить обстановку.       - Так что?       Джуди прижала к губам пальцы, стараясь сдержать отрыжку.       - Хотя бы закрой глаза.       Он некоторое время молча смотрел на нее.       - Я тебе так противен?       - Нет, просто… так надо.       Она уже подумала, что он никогда не целовался, хотя это был его самый большой секрет. Но был и другой, тоже связанный с темой «близости».       Он послушно закрыл глаза. Джуди сглотнула и медленно поползла к нему на коленках. Она старалась примериться к нему, но не знала, как это сделать максимально безопасно. Голова кружилась как после 10 кругов катания на аттракционе, и она почти упала на него, положив правую лапку ему на голую грудь, на ощупь горячую и крепкую.       Вторую лапку она положила на плечо, но, когда она слишком близко подобралась к его губам, желудок уже вовсю вопил SOS, и желчь начала подбираться к глотке, так что ей пришлось спрыгнуть с дивана и побежать в туалет, находящийся в комнате между прихожей и кухней.       Ник открыл глаза, еще когда она спрыгнула с дивана и, проследив за ее неуклюжим переплетением задних лап, дождался, пока она забежит в комнату.       «Так и думал!» — сказал он про себя, отпив вина, тем самым закрыв эту тему.       Джуди уже вовсю прочищала желудок, когда тень лиса накрыла ее.       - И 2 литра дорогого Шато, дамы и господа, сливаются прямо в никуда! - шутя сказал он, спустив воду в унитазе.       - Сам виноват! — выдала Джуди, но новый порыв заставил ее снова спрятать мордочку, чтобы он не видел этого ужаса. Ник нагнулся над ней и помог убрать со лба уши. Джуди закашляла. - Пожалуйста, выйди!       Он остался стоять рядом, виновато поглаживая ее по головке.       - В следующий раз запивай водой или пей маленькими глотками, если ты не хотела выиграть приз за самую бесшабашную выпивалу года.       Она проигнорировала его замечание, хотя ее так и порывало сказать: «Да пошел ты со своими нравоучениями!»       Несмотря на ее сопротивление, он помог ей подняться, когда она достаточно почистила желудок, вытер ее мордочку влажной салфеткой и отвел в комнату, налил в стакан чистой отфильтрованной воды, но она отказалась.       - Извини за это… я не любитель выпивать…       - Никогда не поздно научиться. И этим я и займусь со следующей недели.       - Ник… не надо…       Лис чуть приобнял ее.       - Ладно, не буду, сама научишься!       И, вооружившись пультом, выискал художественный фильм. Когда он закончился, девушка мирно спала у него на плече. Ник, стараясь не разбудить ее, отнес в комнату, где спала Тина, уложил ее на кровать прямо в одежде, опасаясь ее криков утром. Сам он лег на свою двухместную кровать в спальне напротив лестницы.       «Интересно, на вкус она такая же, как на вид?» — подумал он, в глубине души разочарованный тем, что так и не поцеловал ее.