Unite per sempre

«Хм… а не пора ли отнести тебя на осмотр, а, Страдик? – задумчиво разглядывая корпус скрипки, поинтересовалась у инструмента Лита, вертя его от нечего делать в руках и сдувая пылинки. – Что-то ты какой-то тусклый стал в последнее время… это потому, что я уделяю все внимание малолетнему хакеру, да? Ты прости меня, пожалуйста, Страдик, - она со скорбным выражением лица горестно вздохнула, - какая я у тебя нехорошая… но за шкетом глаз да глаз нужен… то курит посреди площади, то взрослых воспитывать лезет, то забредает, куда не просят… как я этого малолетнего гаденыша оставлю? – Лита улыбнулась, скосив взгляд на мальчика, который со скукой в глазах наблюдал за сменой пейзажей в окне общего вагона поезда, несущего их в центр отдыха на курортном побережье, куда Сэт – случайно, конечно же – выиграл путевки. – И все-таки, он такой смешной. Расслабился, привык жить тут и действительно стал вести себя более по-детски, уже неосознанно. Как бы я хотела, чтобы он таким и оставался… как и оставался рядом. Я действительно счастлива с тех пор, как он появился в моей жизни… должно быть, это что-то вроде материнского инстинкта, вот я и не хочу его отпускать от себя далеко… и уж тем более – туда, где я не смогу ему никак помочь… - улыбка стала теплой, но ехидной, - вот ведь глупый ребенок, а! Ну, с другой стороны здорово, что он на полном серьезе дает такие обещания, искренне считая, что исполнит их. Дети прекрасны в этих стремлениях… и к тому же, будет потом, что вспоминать и чем подкалывать, когда он станет взрослым и начнет на девушек засматриваться! Предвкушаю этот момент… - она невольно хихикнула, но тут же осеклась. – Но ты не ревнуй, Страдик, ты у меня по-прежнему мужчина номер один в жизни! Мы с тобой так на всю жизнь и останемся вместе… детей тебе заведем – прикупим восьмушки и будем преподавать в музыкальной школе вот таким же шкетам любовь к музыке!» Мальчик украдкой бросил на нее взгляд, который за этот день уже был многотысячным по счету и, в очередной раз вздохнув, буркнул. - Я завидую твоей скрипке. - Он мой скрипк, - хмыкнула светловолосая в ответ. – А как тут не завидовать? Такому изяществу, плавным изгибам, блеску струн и потрясающему звуку? Страдик – это вершина искусства создания скрипок! - Я не про то. Просто я уже около часа наблюдаю за тем, как ты его гладишь, как родного и любимого. Впору забеспокоиться… - Сэт ехидно посмотрел на нее. – Скрипкофилка ты, Лита. Нет, чтобы с «братиком» полялякать или фигней какой-то пострадать. Нет, ты сидишь и тискаешь гриф. Эротическое голодание, дорогуша? - Ноутбук у меня с собой, так что договоришься – устрою тебе сеанс просмотра порно, - спокойно сообщила та, убирая скрипку в футляр. – Страдик с детства был моим единственным другом, вот я и вожусь с ним в знак благодарности. - А я глаза закрою и включай что хочешь, - нашелся мальчик, пересаживаясь к ней и гладя по волосам. – А что, хорошая традиция, мне нравится! - Эй, не трогай мое творческое гнездо на голове, - засмеялась девушка, щелкая его по носу. – Цыц, младшим не положено. И закрытие глаз в порно тебя не спасет – от звуков, знаешь ли, так не убежать. - А я еще и уши заткну, хмыкнул мальчик, разбирая пряди ее волос и укладывая их «покрасивее». - Тем более, что ты сама сказала, что возишься со своим Страдиолусом потому, что он твой дорогой друг и ты благодарна. Вот и я буду тебя жмакать и обхаживать, потому что дороже тебя у меня никого нет и я счастлив рядом! - Слушай, я теперь знаю, как, в случае чего, тебя деактивировать! – победно воскликнула Лита. – Какая же порно вещь полезная, оказывается… и не надо меня обхаживать, шкет – это привилегия старших. - Нифига подобного! – надул губы брюнет. - Порно – это бесполезная вещь, а обхаживать все равно буду. Дай я тебе прическу сделаю! У тебя волосы приятно пахнут, и на ощупь – тоже приятные, хочу пощупать. - Да щупай уже, щупай, Эдвард Руки-Ножницы, - благодушно разрешила ему светловолосая. – Главное, Суини Тоддом резко не заделайся. - Лучше быть Эдвардом руки-ножницы, чем Бобби жопа-голова, - пожал плечами мальчик, забираясь глубже и, усевшись позади нее, опер спину девушки о свой живот, принимаясь осторожно разбирать ее шевелюру на отдельные локоны. – Ммм… у тебя тут даже перышко на затылке имеется, гляди… - он осторожно поднес руку к ее лицу, демонстрируя голубиное пушковое перо. – Это наверное, на вокзале попало – у меня за ворот тоже целая куча насыпалась, пока мы с тобой птиц кормили… - Или кто-то все-таки сплел гнездо в моих волосах, - подвела итог девушка. – Ну, мне все пророчили, что однажды это случится, так что ничего удивительного нет. - Это мой Амур в тебя все никак не поцелит, вот и раскидывается перьями, в панике ощипывая самого себя, крутя розовой задницей и горько завывая… - Как ты в душе? - Я никогда не пою и не рыпаюсь, когда моюсь при тебе, так что подкол в игноре, - хмыкнул мальчик. – Это привилегия девчонок. - Ну, тогда у нас в санузле завелось привидение, поскольку я частенько слышу оттуда завывания. Или, - она ехидно улыбнулась, - ты там другими делами занимаешься, а? Может, мне все же перенести туда компьютер? - Я включаю плейер, когда моюсь. Мне понравилась ваша опера, кстати, - мальчик протянул ей свой телефон, показывая список воспроизведения, полнящийся оговоренными композициями. – Особенно Ромео и Джульетта. Музыка красивая и голоса. Только мне не нравится окончание. - Ну, это одна из великих трагедий Шекспира, так что чего тут удивляться? – пожала плечами Лита. – Можно найти сюжеты и повеселее, но тогда советую тебе брать мюзиклы, а не оперы. Ну, или рок-оперу на крайний случай. - Я полагаю, что трагедия тогда ощущается «Великой», когда она прочувствована и близка. Но вещь стоящая, конечно… и сонеты мне его нравятся… – он улыбнулся. - Особенно сто тридцатый… - мальчик ласково погладил ее по волосам, опуская подбородок на плечо русоволосой. – «Ее глаза на звезды не похожи, нельзя уста кораллами назвать, не белоснежна плеч открытых кожа, и словно проволока вьется прядь. С дамасской розой, алой или белой, нельзя сравнить оттенок этих щек. А тело пахнет так, как пахнет тело, не как фиалки нежный лепесток. Ты не найдешь в ней совершенных линий, особенного света на челе. Не знаю я, как шествуют богини, но милая ступает по земле. И все ж она уступит тем едва ли, кого в сравненьях пышных оболгали…» - У тебя хорошая память, - похвалила его девушка. – Ну, я человек не романтичный, да и далекий от всех этих дел, так что мне эта история совершенно не нравится. Здравого смысла героям не хватает. Да и Джульетте всего четырнадцать – о чем Ромео думал? - Любовь не предполагает раздумий, кроме как об объекте своих мечтаний, глупая. Хоть четырнадцать, хоть сто четырнадцать – если она есть, то она – неизбежна, как конечность бытия. Мне претит концовка этой истории, но в одном – я согласен с автором. Я бы тоже не смог жить, зная, что тебя больше нет. Забрать у человека любимого – это как вырвать сердце. Без него – не живут. Лита хмыкнула, щелкнув его по лбу. - А ты подумай, каково должно быть этому самому любимому, если он будет знать, что любимый умер из-за него. Лично я бы к себе отвращение чувствовала. Пока любимый жив – он сможет найти новый путь и снова обрести счастье. А все эти разговоры про «нельзя жить» - поверь, это просто детские идеалы. Увы, но оно так. Они оба были детьми и поддались этим идеалам, не задумываясь о последствиях, - она улыбнулась, потрепав его волосы. – Я ведь уже говорила, что реальность жестока. Приукрашивать не в моем стиле. - Разве детский идеал – последовать за любимым, как и обещал? Когда люди женятся, они клянутся быть верными, любить и уважать, быть рядом как в радости, так и в горе. Всегда. Разве плохо сдержать обещание? Мне кажется, что то, что по жизни так бывает редко – лишь подтверждает то, что если чувства настоящие, то их не разрушит ни «временная слабость», ни расстояние, ни время. Поэтому они и ценны. Знаешь, редкие минералы, содержащиеся в почве, ценятся выше, чем те, что валяются везде. Как изумруд и обычная галька. И то, и другое – камни, но разве они похожи? Назови это детством, играющим сама знаешь где, но я полагаю, что человек сам строит себя, отесывает, обрабатывает. Как камень. В грубом куске породы может храниться настоящий алмаз, дело просто в том, что не каждый человек способен отделить его от этой невзрачной и бесполезной скорлупы. Но тот, кто сможет перебороть вложенные в него от природы слабости – справится. Лита усмехнулась, ласково проведя по его волосам. - Угу. А потом приходит жестокая реальность и заливает тебя грязью. Мои родители тоже когда-то были безумно влюблены и обещали друг другу звезды с неба достать. И что теперь? Измены, развод, ненависть друг к другу. Но ведь изначально они тоже верили в свои чувства. Так что не стоит вообще задаваться подобными вопросами – все равно будущее еще та тварь. К тому же, оно еще и оборваться может в любой момент. Вот человек есть, а потом – раз! – и нет его. Я могу быть тут рядом, а через несколько дней меня не будет. В общем, - она улыбнулась, - мораль такова, что не стоит загадывать наперед и лучше всегда быть готовым к любым поворотам судьбы. - Лита, не говори так, ладно? – мальчик просящее на нее посмотрел. – У меня был хороший пример в лице моих родителей. Они полюбили друг друга еще в детсадовском возрасте – на всех фото в обнимку. Поженились, едва окончили школу. У них было пять детей, включая меня, четвертого по счету. Папа всегда приходил домой как только можно раньше, приносил маме цветы, а нам – вкусненькое. Мама, увидев его на дороге через окно, бежала со всех ног на встречу, целовала лицо. Так было всегда. И так было бы и дальше, если бы они были живы. Так что – ты не совсем права. Не вся любовь стирается от времени. И не всякая душа способна на измену. - Ну, видимо, у вас воспитание другое, потому и менталитет другой, - пожала плечами светловолосая. – У нас же число разводов зашкаливает. Наверное, именно это отбило всякое желание заводить семью и кучу друзей. - Это еще один довод в пользу того, чтобы выйти за меня замуж, - хмыкнул мальчик, беря ее руки в свои. – На самом деле, менталитет и люди, слабости и интересы – везде одинаковые, просто есть и исключения. А насчет кучи друзей… я тоже необщительным всегда был, вечно на своей волне, подальше от всех. Было так, что я по две недели слова не говорил ни одного. Потому что не хотел разговаривать с теми, кто был «рядом». Мне было неприятно. Вообще-то я только с родными болтал, по сути. Ну, еще один друг был, но он мой двоюродный брат, так что – тут не совсем хороший пример. А вот ты – действительно исключение из правил. Добрая, красивая, умная. Только очень грустная, Лита. А зря. У тебя милая улыбка. Мне очень тепло, когда ты улыбаешься, даже если при этом ты обзываешь меня «шкетом». - Я не обзываю, а констатирую факт, - снова щелкнула его по лбу девушка. – И я не грустная – просто родилась с таким серьезным лицом, так что не выдумывай мне тут. Да и вообще, двенадцатилетний мальчик, ты опять занудствуешь! Сэт рассмеялся крепко обнимая ее и целуя в щеку. - Я в этом стра-а-ашен! – он откинулся на подушку, доставая ноги из тапок и обхватывая ими бедра девушки. – Давай полежим, а? Ты такая тепленькая, Лита. К тому же нам ехать еще целых четыре часа… - он осмотрелся и, взяв одеяло, укутал их обоих, довольно улыбаясь. - Спи давай, гроза городских банкоматов, плохо переносящая транспорт, - хмыкнула та, приобнимая его и целуя в висок. – Так и быстрее время пройдет. А я пока порно посмотрю. - Дурочка, - мальчик обнял ее, снова зарывая нос к девушке в волосы. – Порно не смотреть надо, а делать… - О, так ты хочешь, чтобы я в порно снималась? Мысль, конечно, интересная, но я как-то не рассматривала ее никогда… - Угу. В домашнем, - мальчик зевнул, уютно сопя ей в холку, – со мной в паре… - Ну да, конечно, чтобы меня посадили за совращение малолетних. - А мы никому показывать не будем, - муркнул брюнет, - вырасту и будем… сейчас все равно... мал… - Цыц, мелкий, - хмыкнула Лита. – Яйцо курицу не учит, я тебе уже говорила. «И да, пипка маловата пока, хотя к тому времени, как она подрастет, меня это касаться уже никаким боком не будет…» - Яйцо не навсегда останется яйцом, - мальчик покрепче обнял ее, тихо добавляя. – Лит, я тебя люблю. - Знаю, шкет, знаю… - улыбнулась ему светловолосая, снова чмокнув в висок. – Спи давай. Разбужу, когда приедем. - Угу, - слабо кивнул брюнет, по-детски быстро засыпая с искренней довольной улыбкой на лице. *** Пляж выглядел просто потрясающе: густая зелень, сбегающая с гор к окруженному высокими скалами берегу, искрилась красками и пышностью форм, разнообразием видов и запахов. Заканчиваясь практически около самой полосы белоснежного песка, она переходила в высокие сочные травы и цветы, а сам песок, казалось, был снегом, каким-то чудом умудряющимся не таять в лучах теплого солнца. Вода переливалась в его свете, отбрасывая отблески на строения, стоящие на опорах прямо над ней. Дно было видно настолько хорошо, что можно было посчитать количество пятнышек на проплывающей около разноцветных кораллов, растущих на прибрежных скалах, мелкой тропической рыбке. Людей на пляже было довольно много: кто-то фотографировался, кто-то играл в мяч, кто-то загорал, кто-то ел, кто-то купался… словом, кругом кипела жизнь счастливых, вырвавшихся на недельку к морю и совершенно позабывших о тяготах работы людей. Сэт довольно осмотрелся и, подтянув пляжные бриджи, с удовольствием скинул вьетнамки, опуская сумки на песок. - Круто, тут никого нет, и кучек собачьих тоже нет. Поселимся? – он повернулся к девушке. – А прикольно они придумали, чтобы отель был цепью маленьких отдельных домиков на опорах, прямо над водой, да? - Удобно, во всяком случае, - согласилась Лита, поправляя своего вечного спутника – футляр – на плече, зацепившегося за лямку ее цветастого летнего сарафана. – Только вот что-то мне подсказывает, мой милый хакер, что ты заранее знал о том, что здесь будет… - Ну, может быть… - мальчик невольно улыбнулся. – Просто при таком расположении домиков – ты можешь репетировать… и соседей у нас не будет… будем вдвоем, посреди моря нямать вкусности при свечах и бла-бла-бла. Но тебе это мало интересно, конечно… - Вот-вот, бла-бла-бла, - вздохнув, девушка потрепала его по волосам с особым усердием, устраивая из них гнездо. – Ладно уж, это действительно лучший вариант, стратег малолетний. Классно, когда можно сразу из домика в море нырнуть и возвращаться далеко не придется. Так что это ты здорово выбрал. Спасибо. - Не за что, - рассмеялся мальчик, поправляя шевелюру, с которой слетела резинка. – Видишь вон тот, который подальше от остальных, белый с красной крышей и зеленью, м? Это наш. - Симпатичный, - оценила светловолосая. – Погоди, я тут только сейчас подумала: а ты на чье имя путевки записал-то? Я ведь никак с ними не возилась… что ты там опять устроил? - Хех, на имя своего второго «я», разумеется. Который настолько добрый старичок, что покупает машины и делает переводы… - Проще говоря, снова незаконно. - Отчего же. Этот второй я исправно платит налоги, сборы и даже дает отчисления в фонд бесплатных детских больниц, - пожал плечами мальчик. – К тому же, не будь выдуман этот человек – были бы проблемы с декларациями о доходах… он вообще – неплохой парень и твой страстный поклонник, кстати… - Иди уже, раздвоенная личность, - Лита легко подтолкнула мальчика вперед. – Пусть сначала у предмета своего воздыхания разрешения спрашивает. Вот доведешь до того, что меня посадят – я тебя за это по голове не поглажу! - За растление малолетних? – улыбнулся ей мальчик, стаскивая через голову футболку и перекидывая ее через плечо. - А это мне добавят в срок, когда выяснится, что у меня проживает чужой несовершеннолетний ребенок. В первую же очередь – за финансовые махинации. - Но они на тебя никогда не выйдут. Ты не живешь в Индонезии и не пользуешься услугами Первого Национального Банка Нигерии последние шестнадцать лет. Ты не зарегистрирована, как частный предприниматель и, конечно, не имеешь соответствующих навыков… а я – я брат твоей лучшей подруги с самого детсада, которая, бедолага, сгинула от рака желудка. Других родственников у меня не было, а подруга слезно попросила тебя позаботиться о своем чаде, пока я не стану совершеннолетним и, конечно, перевела деньги на мой, детский счет, чтобы меня было за что содержать… все чисто. Все концы спрятаны. Не парься. - Не считая того, что любой человек в моей родном городе может подтвердить, что не было у меня никакой подруги… - Забыл добавить: подруга по переписке. Тоже скрипачка, только жила восточнее. Архив вашей переписки насчитывает уже около десяти лет. Очень теплые отношения были… - Сэт, признайся честно: ты в будущем планируешь стать криминальным авторитетом? - Я планирую их ликвидировать. Но, как говорится: «С волками жить – по-волчьи выть», - пожал плечами мальчик. – Системы законов несовершенны. Они находят тысячи оправданий и смягчающих обстоятельств для любого преступления вне зависимости от его тяжести. Но должен быть и такой орган управления, который сыграет роль меча. Тот, что не будет бояться имен и угроз, не возьмет взяток и не примет оправданий. Да, я хочу создать такую организацию. Лита молча отвесила ему подзатыльник. - И снова пример детских идеалов, хотя уже и с примесью начинающего геноцидника и черного властелина мира. Но, зная тебя, дальше комментировать не буду – уши завянут от твоего таланта к занудству, - девушка задумчиво посмотрела на море. – Наши вещи уже в домике, да? Чем хочешь заняться в первую очередь? - Из того, за что ты не прибьешь? Искупаться. А ты разве нет? - Да вот, что-то как-то расхотелось. Без меня сходишь? - Нет, но принесу тебе обезболивающее и вкусный свежевыжатый сок, если ты пообещаешь мне пару дополнительных улыбок. - Под заказ не улыбаюсь, - показала ему язык светловолосая. – И у меня ничего не болит, просто как-то расхотелось купаться, вот и все. - Я тебя обидел? – мальчик взволнованно посмотрел на нее, беря в руки сумки и возобновляя шаг. – Испортил настрой? Лита приостановилась, серьезно смотря на него. - Я знаю, что не могу повлиять на это, хотя мне категорически не нравится твой выбор. Просто… ощущение возникло, что в будущем все будет именно так, как ты сказал. Интуиция бабская разыгралась, - вздохнув, она улыбнулась, - в общем, не бери в голову. Случается у нас такое. - Будущее – это будущее. Его может изменить настоящее, ты сама говорила, - мальчик взял ее за руку, переплетая их пальцы. – Я хотел этого, когда один был. Теперь же, я встретил тебя. Если я не один, то и категоричность не так важна – я согласился бы быть даже просто художником или механиком, если бы знал, что у меня есть ты, которая ждет меня дома. К которой я хочу вернуться. Родная. Я бы не смог рискнуть таким счастьем, ни при каких условиях. Одиночество – очерствляет. Союз – делает сильнее. Светловолосая вздохнула, снова теребя его волосы. - Не хочу слышать подобное от мальчишки ниже и младше меня, шкет, - она пошла вперед, не высвобождая руку. – Что ты там про сок говорил? Кажется, у меня разыгрался аппетит и желание грейпфрутового сочку глотнуть. - Я перегоню тебя в росте максимум через год, - буркнул мальчик. – У меня папа высокий был, а я – весь в него. Говорили, что как две капли похожи… тебе со льдом сделать? Или с листками мяты? - Не, не перерастешь. Так и останешься мелким наглым шкетом, - заверила его девушка. – А вот мята… может, тогда мохито попить, как думаешь? - Я дома делал его «клон», только на грейпфруте, знаешь, как по мне – даже вкуснее, - улыбнулся ей Сэт. – Попробуешь? Так сказать – личное изобретение. Лита развернулась к нему, мило улыбаясь. - Дорогой мой, ты в курсе, что тебе двенадцать, а мохито – коктейльчик алкогольный? - У нас не запрещено. Тем более что одно дело попробовать, а другое – на ушах ползать. А как насчет секса на пляже? - Очень надеюсь, что ты это сейчас название коктейля произнес, иначе ты у меня точно на ушах обратно домой поползешь… - Если бы я говорил не о коктейле, то, поверь, не в такой ситуации, не в этом возрасте и явно не на пляже, - покачал головой мальчик. – Девственную Пинью коладу пробовала, антиалкогольный кусака? - Сам лучше скажи, сколько всего перепробовал, шкет. - Много, - улыбнулся мальчик. – На приемах – всегда подают коктейли ведь. А я с папой ходил. Да и интересно. Хотя, мне больше нравилась простая толченая клубника, залитая жидкими сливками или Кола… но есть и вкусные алкогольные коктейли и напитки. Главное, чтобы в них было не слишком много алкоголя и они были уместны. Но Кола – вкуснее… особенно та, что с пониженным содержанием подсластителя, более газированная и со льдом… Девушка пару раз удивленно моргнула. - Далеко же их компания забралась… даже в другой мир забрела… - они подошли к нужному им домику, рядом с которым стояла табличка «Забронировано» с именем временного владельца. – В любом случае, здесь тебе алкогольные напитки запрещены так же, как и сигареты. Правила те же: увижу с ними – отшлепаю ремнем. Хотя, стоит тебе вообще пресечь даже мысли о вредных привычках… - Отшлепай меня нежно, - протянул мальчик и, рассмеявшись, повернулся к ней. – Ты такая строгая, Лита! Разве так интересно? Тебя послушай, так вообще жизнь мимо надо пропускать: к тебе не приставай, курить нельзя, коктейли – зло… сердитая ты, скрипочка. - Еще какая, - согласилась с ним светловолосая, прикладывая ладонь к пластине и терпеливо дожидаясь проверки регистрации и открытия двери. – И кстати, - она с милой улыбкой повернулась к нему, - я не намерена выходить замуж за человека с вредными привычками. Уж извини. - Ты меня пьяным видела? От меня несет сигаретами? Нет. Знаешь, почему? Потому что я могу выпить только для вкуса так, чтобы башка не помутилась, а после того, как покурю – убираю запах, потому что изо рта должно пахнуть или ничем, или мятой, но никак не куревом или продуктами пищеварения. Поэтому, прошу, умерь свой пыл и давай перекусим. Тут, кстати говоря, можно сделать барбекю. Как смотришь? Я нам мяса заказал – отличные антрекотики… и свежие овощи, травы, хорошие спагетти… м? Дверь со звучным щелчком открылась, впуская их в просторную светлую комнату, служившую гостиной. - Даже если не пахнет изо рта, волосы и одежда обязательно пропахнут дымом, которого ты в силу своей привычки уже не чувствуешь. Никотин негативно сказывается на здоровье как самого курильщика, так и окружающих его людей, в особенности это касается семьи. Более того, он сказывается так же и на еще не родившихся детях, пусть в случае мужчин эффект куда более низкий. Но знаешь, что самое главное? Ты прикидываешь, сколько тратишь денег на это?!! Не покупай ты себе сигареты, я бы могла ежемесячно покупать себе обновки! Так что цыц, шкет. Тут я на компромиссы не иду – хочу здоровых детей и приятный аромат от мужчины, с которым буду жить. - Хочешь сказать, что я воняю?!! - После курения? Ага. А ты не задумывался, почему я тебя постоянно в ванну запихиваю? - Нет, не задумывался. Потому что ты не запихиваешь меня в ванную каждый раз, когда я курю. Но можешь затолкать тогда, когда я вообще не курил. Не разводи на понт! - И не развожу! В общем, ты меня понял, - осматривая домик, полностью выполненный в бело-бежевых тонах, она прошла дальше, заходя в первую попавшуюся комнату, оказавшейся спальней. Удовлетворенно кивнув, девушка поставила около кровати футляр, звездочкой бухаясь на мягкий матрац. – Вот и чудно, займу эту. - Я все равно к тебе спать приползу. Так и знай, - улыбнулся мальчик, ставя сумки и подходя к мини-бару и доставая оттуда грейпфрутовый сок. – Я привык с тобой рядом спать. А ты разве не считаешь, что вместе – уютнее в разы? - Эй, ребенок, учись самостоятельности – не маленький уже, чтобы с сестренкой спать, - подколола его светловолосая, переворачиваясь на живот, приподнимая и скрещивая ноги, ставя подбородок на согнутую в локте руку. – Может, мы тут наедине остаться хотим: я, Страдик и порно… - Я – не ребенок! - Ты боишься порно – точно ребенок! - Я не боюсь порно! Лита молча потянулась за сумкой с ноутбуком. - Тч! – мальчик разлил грейпфрутовый сок по стаканам со льдом и, припорошив его нарезанной мелкой соломкой свежей мятой, воткнул в напиток трубочки, подходя к старшей и показательно-вальяжно устраиваясь рядом с ней. Отдав девушке стакан, он изогнул бровь. – И? Светловолосая со спокойным выражением лица повернула в его сторону экран. - Знакомься - БДСМ и дуплет. - Пофигу, - мальчик облокотился об импровизированную спинку из нагромождения подушек и, утянув русоволосую к себе, поставил перед ними поднос с разными закусками. – Хмм… ну, я полагаю, что с этого можно поржать, - хмыкнул брюнет, наблюдая за заставкой. – Старуха с выменем в латексном костюме поеденном молью-мутантом, толстожопый нигер с красной пиписькой и мохнатый пузатик… н-да… это комедия? - О, ясно. Ну, раз ты втянулся – не буду тебе мешать, - улыбнувшись, Лита поднялась, направляясь к двери. – Пойду пока в купальник переоденусь. Все-таки надо искупнуться и отметить прибытие. - Да сколько можно?!! Если я тебе так противен – сказала бы прямо! – Сэт перекатился, поднимаясь на ноги и, резво направившись к двери, вышел, даже не удосуживаясь ее прикрыть. Девушка обреченно вздохнула, скептически смотря ему вслед. - Ну вот, мы уже близки к отметке «тринадцать» и начинаем подростковые эмоциональные закидоны. Мама дорогая, и почему мы все в этом возрасте такие? – задав риторический вопрос воздуху, пробубнила она, выключая компьютер. – Плохо… с его нравом… это действительно может стать опасным… «Но, с другой стороны, он назвал старухой девушку, которой от силы лет двадцать пять… значит, девушки настолько старше его интересовать не должны… может быть, пронесет, а?» - думала светловолосая, пересекая дом и выходя наружу, сразу же замечая мальчика на пирсе около моря. И, тихо подойдя, уселась позади, облокачиваясь об его спину. - Эй, Сэт, неужели ты в самом деле думаешь, что будь ты мне противен, я бы тебе об этом прямым текстом не сказала? - Я не знаю, что со мной происходит. Все как будто бы смешивается. Я не могу управлять своими чувствами, мыслями. Я ненавижу себя. Ненавижу то, что не родился раньше на какие-то жалкие десять лет. И еще больше я ненавижу политику старших – относиться к чувствам младших, как к игре, закидону или чему-то умильному, но проходящему, несерьезному. Это бесит. - Но, увы, это так, - безаппеляционно ответила ему Лита. – Мы все были в твоем возрасте, и знаем, насколько ничтожны все те переживания и тому подобное, что кажется катастрофой в то время. Но я никогда бы не стала относиться к тебе несерьезно, Сэт. Иначе не дала бы тебе то обещание. - Грехи других судить Вы так усердно рветесь, начните со своих и до чужих не доберетесь... – пробурчал мальчик. - Не мучай дяденьку Шекспира икотой – он не оценит, - посоветовала девушка, поднимаясь. – Знаешь, я бы многое отдала, чтобы в твоем возрасте и у меня был старший товарищ, показывающий, что точки зрения в мире бывают разные. Но, увы и ах, я была одна. Так что даже завидую тебе немного. - Что бы я ни сказал, что бы ни сделал – я остаюсь для тебя «шкетом», так в чем смысл что-либо пытаться доказать для меня? – Сэт уныло посмотрел на нее. – Я чувствую себя нигером во времена гонений. Будь я старше, ты бы говорила совсем иное. Не потому что я был бы красивее, умнее или мужественнее. Лишь потому, что был бы старше. Лита, я не лгу тебе, когда говорю о том, что чувствую или думаю. Все, что я делаю – я делаю искренне. Но я не смогу стать старше даже на один день, как бы сильно этого не хотел. Я знаю, что тебе все это не нужно – вон, сколько старших кругом шастает. Но, глядя на них – я не хочу вырастать. Я боюсь уподобиться этим людям. Но еще больше я боюсь потерять тебя. Лгать тебе я не смогу. Правда может тебя огорчать. Я не знаю, что делать – понимаю, что все равно будет так, как должно быть, но пускать на самотек я не привык. А остановиться – нет сил. Я идиот, Лита. - Идиот, - согласилась с ним девушка. – Я знаю, что ты не врешь, как и то, что ты серьезен до занудства. И да, будь ты старше, у нас был бы совсем другой разговор. Отсутствующий в помине – безо всякого угрызения совести, в тот день бы я тебя отправила в больницу и благополучно забыла о происшествии. - Я такой некрасивый? – улыбнулся ей мальчик. – По твоим меркам, я имею в виду… хотя, не отвечай. Лучше давай искупаемся, а? Я не хочу, чтобы наш с тобой заслуженный отдых омрачался из-за моей глупости. «Глупости, да? Скорее уж, от глупой зрелости не по возрасту… она пугает… все чаще…» - Если тебя это успокоит - ты красивый, - пожала плечами Лита, насмешливо улыбнувшись ему в ответ. – Только сходим на большой пляж, ладно? Хочу посмотреть, какие услуги там предоставляют. Сейчас переоденусь – и сходим. - Я подожду тебя тут, - улыбнулся ей мальчик, благодарно проводя по ее руке кончиками пальцев. – А то еще будешь ругаться, что я подглядываю за тем, как ты переодеваешь эти очаровательные беленькие трусики… - Ты только что спалил себя, шкет, - отвесив ему подзатыльник, девушка спокойно удалилась обратно в домик. – И они бежевые, дальтоник! - Да я вообще-то шутил, ё-моё! – мальчишка потер затылок. – Что толку на трусы-то смотреть?!! - Ребенок!!! Под них смотреть надо, под них!!! Всему тебя учить нужно!!! - Раз ты так настаиваешь… - протянул ей вслед мальчик, чуть улыбаясь и поднимаясь следом. *** - Вот, - Сэт выключил основной свет, оставляя только лишь разноцветные бра за кроватью. – Хочешь, я тебе массаж сделаю, пока титры будут и завязка? Я курсы окончил, так что умею… - Отказано – фильм надо смотреть целиком и полностью, а не кусками, - спокойно возразила Лита, пожевывая свежий виноград. – Так что садись и наслаждайся. - Хорошо, - улыбнулся брюнет, беря на руки подушку и усаживаясь рядом с девушкой, - Лит, а что за фильм-то? - «Суини Тодд». Очень добрый фильм. Я про него упоминала сегодня. - Хорошо, если добрый, - мальчик взял с подноса лимон и, поднеся ко рту, откусил приличный кусок, пережевывая его вместе с цедрой и явно наслаждаясь «блюдом». – Я вообще не люблю, когда что-то плохое показывают. Это ж фильмы, они должны настроение поднимать, а не вводить в депрессию… - Эм… может, тогда все же что-нибудь другое посмотреть? - Это депрессивный фильм? – Сэт удивленно моргнул. - Ну, когда я говорила «добрый» - это был сарказм… а так – там маньяк-психопат мочит всех подряд бритвой, в том числе по ошибке и жену свою горячо любимую зарезал… а потом любовницу спалил… только дочке повезло… - Разве тебе приятно такое смотреть? - Нет, конечно. Но стоит иногда смотреть и такие фильмы. Это развивает мировоззрение… да и актерский состав там шикарный… - Возможно, - пожал плечами мальчик. – Ну, давай посмотрим, раз развивает. - Не, не стоит, раз уж тебе такое не нравится… - нажав на крестик, девушка с задумчивым видом стала перебирать имеющиеся у нее фильмы. – Хм… может, сам выберешь? А я подскажу, стоит или нет сейчас смотреть… увидишь «Горбатую гору» – сразу пропускай, маловат ты еще… - «Ходячий замок»? – Сэт наугад ткнул указателем мыши в название записи. – Может, это? - На мультики тянет, да? – умилилась русоволосая, потрепав его по голове. – Ну, работы Хаяо Миядзаки стоят того, чтобы их смотрели и пересматривали. Так что подойдет. - Тут не написано, что мультик… - пробурчал мальчик. – Тут про любовь имеется? «Погодите-ка… а ведь есть… старушка и молодой парень… которые вовсе не старушка и молодой парень на деле, но все же… стоит ему показывать? Или это расшатает его и без того крутую фантазию?» - Может, лучше «Унесенные призраками» этого же автора? «Стоп, тоже нельзя – там всякие обещания и тому подобное…» - Или Небесный замок? «А там поднимается тема последней из семьи…» - Знаешь, давай все-таки фильм какой-нибудь глянем… - Не бойся, моя психика не пострадает от ассоциаций, - рассмеялся мальчик, видя ее метания. – Я и сам дурак, что мне допинги в виде мультиков? Но если хочешь – давай посмотрим то… твой любимый фильм или мультик. М? Я хочу увидеть то, что тебе нравится, Лита. - Эм… «Горбатая гора» и «Чувственный порнограф», все-таки, не для тебя… - Порнограф? – не понял мальчик. – Лита, а давай что-то Новогоднее. Сказку, например… ну, если ты не против. Как по мне – это компромисс… - Хм… есть одна старая русская сказка, которая мне очень нравится, - быстро прокрутив колесико и найдя нужный файл с названием «Чародеи», она кликнула по нему. – Вот. Но фильм очень старый, так что не удивляйся тому, что спецэффектов практически нет. - Не буду. Я люблю старые фильмы, - Сэт лег около нее, опуская голову на плечо девушки. – Когда мне было шесть, у нас вышел мультик про котенка, который потерялся и искал свою хозяйку – девочку. А она искала его. Вроде как ничего сложного или закрученного, но я тогда разревелся, как девчонка… глупо так – переживать за нарисованных героев... - Почему глупо? Все мы переживаем за полюбившихся персонажей, к которым мы привязались за время просмотра, - хихикнув, взъерошила ему волосы Лита. – А уж в детском возрасте и подавно. В жизни ведь все так же. С людьми. Например, если ты потеряешься – я пойду тебя искать. - А я – тебя, - мальчик поднес к ее губам спелую виноградинку, - знаешь, мне кажется, что даже до того, как мы познакомились – мы были знакомы. И еще – что я тебя искал уже тогда. Просто не понимал этого. Так странно – случайно попасть в другой мир и встретить человека, который станет настолько близким и дорогим, что это будет просто пугать. Лита, я рад, что нашел тебя. Точнее – ты нашла меня. - Ну, с такими фанфарами, с какими ты появился – тебя бы только слепой не заметил, да и то не факт, - ехидно хмыкнула девушка, забирая ягоду пальцами и съедая уже с них. – Знаешь, я бы действительно предпочла, чтобы тебе не было необходимости попадать сюда. Но, раз уж это случилось – я тоже рада. - Это хорошо. Иначе мои прятки в шкафу во время приезда твоих родителей были бы напрасной тратой времени и сил. Кстати, у твоего папы отличный юмор, надо заметить. Когда я из шкафа выпал – он дверцу неожиданно открывал – он спросил, кто я такой и что делаю в твоем шкафу. Я сказал, что я моль и живу тут. Он только рассмеялся и сказал «Забавно! Дочура колет!» И я рад, кстати, что они не стали ругаться на то, что я там оказался. - Еще бы они ругались, - спокойно ответила светловолосая. – У обоих шкафы подобной молью переполнены. Я вообще в тупике была, когда они оба приехали. Вместе. Уж не знаю, что им там в голову дало… - Я слышал, что они хотят снова пожениться… ну, пока в шкафу был. - Верь больше. У них раз в год случается подобный порыв. Потом опять только крики и скандалы. - Они целовались, пока ты на кухню выходила. Это уже серьезно. - Поцелуй – серьезно? Ну, верь в это. В наше время даже секс ни к чему не обязывает, что там про поцелуи говорить. Со своими любовниками они тоже не в просто в шашки играли. - Поцелуй – это самое серьезное, потому что это – прикосновение душ! И секс – ниже, чем поцелуй. Он значит меньше и выражает меньше. От механической стимуляции даже лошадь дает сперму. Но получить удовольствие от поцелуя может только человек, который при том целует любимого. В противном случае это будет или никак, или омерзительно. Поэтому – да, поцелуй – многое значит. - Как я уже сказала, с любовниками они тоже не в шашки играли. Таков мир взрослых, Сэт. Все обесценивается, - Лита вздохнула, с безразличием смотря на экран. – А этот фильм какой-то не такой, когда за окном не воет вьюга, а по квартире не пахнет мандаринами… я и забыть успела, что Новый Год на носу… мне еще репетировать нужно, а то дирижер меня съест и не подавится. Я ведь ему клятвенно обещала, что проблем из-за отсутствия меня на репетициях не будет… - Лита, это не так, - мальчик переплел их пальцы, чуть сжимая кисть девушки. - У нас есть автор-аналог вашему Шекспиру. Он написал такие строки: «Целуя тех, кто сердцу не под стать – ты увядаешь и теряешь веру, ты зришь греха унылую химеру и умоляешь время двинуть вспять. Когда ж к устам любимый прикоснется – то сердце не обманет и забьется». Поэтому я и говорю, что поцелуй – важен. Можно обмануть зрение, нюх, слух, даже разум. Но нет того, кто может приказать сердцу. - А это и не требуется – достаточно просто удовлетворить физические потребности. Не в том веке ты родился, шкет. И давай уже оставим эту тему, ладно? Я умру быстрее, чем мои предки помирятся и поженятся. - Да, жаль, что не в том, - невесело улыбнулся мальчик. – Кстати, какие ты любишь цветы? - Мы разве не фильм смотрим? Гляди, тут уже главную героиню околдовать успели. - Ее расколдуют непременно, - улыбнулся Сэт. – Она родилась в правильном веке. Но елки тут и правда не хватает… - Ну, не сказать, чтобы ей слишком повезло с годом рождения, но место она удачное выбрала – я бы тоже чародеем быть хотела, - устроившись поудобнее, поделилась мыслью Лита. – Очень сильной и быстрой. Такой, чтобы победить было нельзя. - Ну, ты во многом волшебница, - со знанием дела подметил брюнет. – Но да, было бы здорово, если бы магия существовала. Я бы стал алхимиком и искал средства от болезней и старости. Так, чтобы потратить свою жизнь с пользой… - Как вариант, - согласилась с ним девушка. – А еще бы я себе завела говорящего кота, как здесь, в фильме. Только это спойлер. - Коты – это да… я тоже всегда любил котов – у нас их полно в доме было, даже спали со мной штук пять… коварные заразы, однако. Но очень любимые… хотя, я боюсь предположить, что они говорят и что о нас думают… - Вот как… а у меня первый и единственный питомец – ты. Родители животных не хотели, а я как-то помалкивала на эту тему. И даже когда отдельно жить начала, что-то не сложилось… - Мы просто клинику и приют для животных держали в доме – мама ветеринар по специальности была, - с нежностью проговорил мальчик. – Так что – у нас даже лошади во дворе, служившем чем-то типа искусственного заповедника, были. И птицы – много разных. Наш мир уже не так пригоден для жизни, как когда-то – воздух очень грязный, почти нет воды, пригодной для питья. Собственно, это и было причиной модификаций, которыми улучшают человеческий организм. Что правда, это все держится только на военной основе – много проблем. Впрочем, как и с куполами… тот человек, который убил моего отца – один из тех, кто хочет развязать войну. После предыдущей еще никто толком не отошел – она окончилась за год, до моего рождения, а этот урод оказался в невыгодном положении во время «мира». Он хочет убрать очистительные станции для воды, поэтому и нужно его остановить. Этот человек считает, что он и те, кто с ним – достойны жить, а остальные – только работать на них могут. Если у него получится перекрыть воду – начнется внутренняя война, поэтому папа и передал мне эти схемы. Вот только помощи просить не у кого. Так что, надо становиться сильнее, чтобы вернуться к тебе, сюда. Мне нравится твой мир. Тут красиво. А еще – тут есть ты. - Но зачем тому человеку все это? – искренне не поняла светловолосая. – Ему же самому хреново будет, если вода грязной станет. Да и рабство, на самом деле – сплошная головная боль. У него с мозгами все в порядке? - Власть. Из семи правителей – он был самым слабым и неказистым. Его не считали мудрым или авторитетным и, сколь много он бы не изменял свое тело – он не мог изменить тот факт, что люди с большим удовольствием шли за «безмозглым миротворцем», который превратил власть в некое подобие полиции, которая была призвана следить за тем лишь, чтобы людям доставалась вода, еда и воздух. Чтобы то, что было загажено химией – очищалось. Знаешь, сколько у нас стоил литр питьевой воды, после войны? Примерно столько, сколько у вас тут стоит килограмм отборной вырезки. Тогда умерло очень много народу – рванули хим.склады с дитриллат-карбилом и зарином, безумно ядовитыми веществом. Трупы, пропитанные всем этим, попали в воду. А срок разложения этого яда – около ста пятидесяти лет. То есть, те, кто стояли у власти – заколачивали деньги на всем, что можно было пить и есть. И он в их числе. Потом, когда случилась революция, власть разбилась на два лагеря: тех, кто брал и тех, кто не стремился к этому, но хотел восстановить то, что люди разрушили, подрубая сук, на котором сами и сидят. Второй лагерь возглавил мой отец. Первый – родной брат того урода. В последний момент войны, этот умный дядя просто переметнулся, покаявшись, так сказать. Ему дали второй шанс. Но он, вместо того, чтобы удовольствоваться – затаил зло и решил стать правителем, показав всем, как он офигенен. Постепенно он начал раздувать конфликты и, в итоге – подбил еще четыре «жадных дяди» к тому, что надо использовать ситуацию с выгодой для них. В итоге – три месяца назад, союз семи распался на две группировки: новоиспеченный «Квинтум» и оставшиеся две семьи, которые отказались присоединяться к ним. Мою и еще одну. Но это я узнал уже после того, что случилось – они напали неожиданно. За те полтора часа, что я пробыл в лаборатории – мне проверяли модификации – мой дом перестал существовать. Я успел застать уже последнюю стадию: мама и старшие были убиты, папа – смертельно ранен. Сестричку убили практически сразу, как я вошел. Если бы папа не обездвижил меня – я бы тоже умер. Но этим он убил себя, по сути. Просто сказал «смотри и беги»… - голос мальчика звучал отрешенно. Казалось, что он сам не до конца осознает тот факт, что говорит вслух то, о чем молчал все это время. – И я бежал. Долго, покуда хватало сил. Я думал испросить помощи у совета, но когда я туда пришел, я узнал то, что они в курсе. Что окрестили нашу семью «предателями». Что Вторая семья, узнав о том, что случилось с нашей – подписала договор с Квинтумом. Так я остался один. Я знал, что домой я вернуться уже не могу – там полно тех, кто ищет оставшихся из нашего клана. Перед тем, как я убежал – я видел на внутреннем радаре еще два маяка, то есть, еще двоих. Но я не знаю, живы они или нет – я деактивировал устройства слежения. В общем, я бродил по «долине смертников» - так у нас называют место, куда отправляют преступников. Там не живут дольше трех лет даже на наркотиках. Вскоре я смог пробраться в дом этого гада, но лишь только ранил его – мне не хватило силы пробить его кожу. Он выстрелил в ответ –ты видела. Тогда, когда меня выкинуло, этот разряд, это выстрел был. Я смог его удержать статикой, но не совсем… - Сэт, - Лита отложила компьютер в сторону, обнимая мальчика и успокаивающе поглаживая по волосам, - ты молодец. Ты очень сильный – я бы не смогла пройти через такое с высоко поднятой головой, как это сделал ты. Я знаю, что ты справишься со всем. А потом я подарю тебе спокойную и тихую жизнь без забот и тревог, - она ласково поцеловала его в лоб. – Выговорись. Выговорись и выплачься. А я буду с тобой. И позабочусь, чтобы это был последний раз, когда ты будешь плакать. Мальчик вздрогнул и, порывисто обняв ее в ответ, расплакался – по-детски, горько, искренне. Так, как можно плакать только тогда, когда рядом человек, которому ты доверяешь так же, как и самому себе. Так, как можно плакать только от истинного горя.