Unite per sempre

- Сидишь тут, не сходишь с места, отодвинешься хотя бы на миллиметр – задушу веником, - предупредила Лита, надевая на плечо маленькую пляжную сумку. Их отпуск подходил к концу, а она все еще не успела сделать то, чего очень хотела. – Повторяю инструкции: я ухожу часа на два, со мной категорически нельзя, узнаю, что ты куда-то выходил – вылуплю ремнем. Инструкции предельно ясные? - Какая жестокость по отношению к бедненькому мне! – мальчик жалобно на нее посмотрел. – Никуда-никуда? А перекусить? А пипи? - Я тебя специально только что выгуляла и накормила, так что не пройдет, - напомнила девушка. – Плюс, у тебя тут огромное количество закусок и целое собрание всевозможных интересных фильмов, так что цыц, шкет. Учти, что если ты слезешь с кровати – я это замечу. У меня свои методы. А то знаю я тебя – обязательно за мной попрешь, а мне необходимо полное уединение и никаких шкетов под боком, усек? - «Шкет под боком» - это не только шум и нервотрепка, но и полезна тушка! – пробурчал мальчик, садясь на кровати по-турецки спиной к ней и возмущенно скрещивая руки на груди. – Кто от тебя маньяков отгонять будет? Кто спину прикроет в миг одиночества, а? А ты все «шкет, шкет»… - Маньяк в округе один – ты, - обличительно тыкнула его пальцем в лопатку русоволосая. – А от одиночества я никогда не страдала, шкет. Так что цыц – смирно пожевывай чипсы и смотри мультики, а я пошла. - Иди-иди, - помахал ей мальчик, и, пользуясь тем, что она не видит его лица, усмехнулся, беззвучно, но ехидно добавляя: - А я – следом за тобой… - Я знаю, что ты там что-то затеваешь. Попадешься – придушу на месте! – уже с лестницы крикнула ему Лита, поправляя сумку и выходя из их домика, направляясь в сторону всегда пустующего пляжа, находящегося как раз недалеко от них. - Не бойся, не попадусь, - буркнул себе под нос мальчик, поднимаясь с кровати и, подкурив, подходя к окну, рассматривая ее отдаляющийся силуэт. – Придумала тоже. Так я тебя одну и отпустил, когда кругом – волки позорные… вьются, как коршуны над павшей монашкой, понимаешь… - он крутанул браслет, открывая расположенную на внешней стороне панель управления и быстро набирая на ней необходимые скрипты. – Ничего. С волками жить – по-волчьи выть… *** - Вот это уже другое дело! – кинув сумку на песок и довольно потянувшись, улыбнулась Лита, рассматривая уединенный пляж. Она ушла достаточно далеко от гостиничных домиков и точно знала, что поблизости нет ни дорог, ни частных секторов – изучила местность через интернет с помощью спутника. Так что вероятность того, что сюда забредет еще кто-то, сводилась к минимуму. – Ох уж мне эта моя маленькая слабость… с тех пор, как у меня дома шкет завелся, я не могла себе ее позволить… даже сама с собой – и то не поговорить! Сэт довольно улыбнулся, деактивируя компьютер и почти с удобством устраиваясь на ветке раскидистого дерева, расположенного практически над местом, где собралась расположиться девушка. Сгенерированный браслетом голографический маскировочный щит надежно копировал листву и ветви, небо и бегущие по нему облака, делая мальчика практически невидимым и превращая в «хамелеона». Проверенный не один раз и улучшенный собственными же руками, он позволил брюнету расслабиться, не думая о том, что его смогут раскрыть – мимикрия была практически стопроцентной. Подождав, пока система отключится, убрав с сетчатки выведенные ранее данные, он чуть перелег, подпирая подбородок руками и болтая ногами в воздухе, с любопытством слушая то, что говорила девушка. Благодаря только что завершенной программе, он мог не опасаться того, что кто-то подкрадется незамеченным в радиус около ста метров, а, следовательно, пока система слежения не оповестила его о вторженце – можно было просто насладиться созерцанием «возлюбленной в условиях естественной среды». Чем он, собственно, и занялся. Осмотревшись в поисках мальчишки и не найдя следов оного, Лита, напевая что-то себе под нос, расстелила припасенное покрывало, на котором собиралась загорать и, на всякий случай еще раз осмотревшись, скинула с себя свой летний сарафан… под которым ничего не оказалось. - Вот это по-нашему, - потянувшись еще раз, довольно протянула девушка. – Все-таки люблю я обнаженку, хоть ты тресни. Хочу снова по квартире ходить в одном белье… Мальчик, который чуть не свалился с ветки и лишь чудом удержал равновесие, густо покраснел, отрешенно моргая и невольно разглядывая контуры любимого тела. - Твою налево… - практически беззвучно произнес он, снова укладываясь на «нагретое» место и влюбленно улыбаясь такому неожиданно-приятному открытию, попутно стараясь не обращать внимание на явную обеспокоенность со стороны собственной тушки. – Как красиво… - руки Сэта осторожно достали припасенный планшет и, покрутив карандаш, принялись за создание рисунка. Наклонившись и вытащив из сумки небольшое переносное радио, русоволосая поймала волну с неплохими, по ее мнению, передачами и музыкой, оставляя его на покрывале и заходя в достаточно теплую морскую воду, почти мурча от удовольствия, окунув тело до шеи. Привыкнув к температуре, она нырнула, быстро плывя по направлению к скалам и обратно. Мальчик улыбнулся, набрасывая силуэт девушки, освещенный лучами клонящегося к закату солнца и стараясь передать максимально точно каждый блик, сверкающий на ее влажной коже. - Потом пойду и сдамся сексопатологу… - хмыкнул он. – И буду лечиться всю оставшуюся… жаль только совесть реанимировать не получится… Вдоволь наплававшись, Лита вышла из воды, возвращаясь к сумке и вытаскивая из нее лосьон для ровного загара при малом количестве ультрафиолета. Подпевая песням по радио, девушка, весело улыбаясь, принялась втирать приятно пахнущую жидкость в кожу. Сэт мягко на нее посмотрел, постепенно обогащая рисунок все новыми и новыми штрихами, доводя его до точки абсолютного сходства с «натурщицей». Несмотря на то, что само по себе «подглядывать» было унизительно и в планы мальчика не входило, он искренне старался не просто «пялиться», а именно создавать картину, превращая увиденное в нежный и проработанный набросок и не позволяя себе отвлекаться на потребности собственного тела. Зевнув, светловолосая, растянулась на покрывале, спокойно устраиваясь на животе, подставляя все еще хорошо пригревающему солнцу спину и ягодицы, доставая электронную книгу и погружаясь в чтение исторического боевика. - Шкет, если ты сейчас смотришь – поймаю потом и уши оторву! – крикнула она в пространство, не отрываясь от букв. - Ходить мне без ушей… - покачал головой мальчик, продолжая рисовать. – Если, конечно, поймаешь… а попка у тебя действительно красивая, Лита… Внезапно активировавшаяся картинка, отображаемая на сетчатке его глаза, заставила мальчика резко остановить руку, делающую набросок. «…органический движущийся человекоподобный объект… - он чуть нахмурился, откладывая в сумку планшет и карандаш и глухо матерясь себе под нос, - …расстояние девяносто пять метров. Сорок градусов к северу… - он повернул голову в нужном направлении и, осторожно спустившись с дерева так, чтобы не привлечь внимание девушки шумом, бросил на нее короткий взгляд, ускоряясь и направляясь в сторону «вторженца», продолжая считывать данные. – Девяносто метров…» - М? – повернувшись в сторону зашумевших растений и убедившись, что там никого нет, девушка пожала плечами, спокойно продолжая чтение и переворачиваясь уже на спину, включая маленький моторчик на книге, благодаря которому та держалась в воздухе прямо напротив ее лица, не требуя придерживания ее руками. Подставив солнцу грудь и живот, она с удовольствием потянулась, закинув руки за голову. - Гы… - пьяный бородатый мужичонка лет сорока, производящий впечатление не просто пьяницы, а еще и бомжеватого озабоченного ублюдка, по мнению мальчика, воровато осмотрелся, переминаясь с ноги на ногу и дергая себя за ремень довольно грязных штанов. – Визу-у-ха… ЫК! Попалася прынцесочка одичавшему мне-е! – он снова заржал, жизнерадостно сопя и пытаясь расправиться с молнией засаленных джинсов. – Будет тебе, милая, щастя! Вон, цела порцыя! Гы-ы-ы…Прынцессочка… Выросшая словно бы из ниоткуда тень перед ним сверкнула светящимися адским пламенем глазами, медленно приставляя дуло револьвера к голове вуайерирующего зрелого онаниста, заставив того в ужасе отшатнуться и даже отвлечься от собственных наконец поддавшихся брюк. - ТЫ ХТО?!! - Ужасный дракон… - Сэт, в глаза которого нещадно светило солнце, отражающееся от широкой зеркальной поверхности расположенной вдалеке остановки, криво усмехнулся. Над поверхностью воды разнесся приглушенный грохочущий звук, заставивший чаек испуганно сорваться с поверхности воды и с криками заметаться по округе, после чего все стихло. - Э? – Лита приподнялась на локтях, смотря в сторону, откуда донесся звук, и задумчиво взлохмачивая мокрые волосы. – И снова никого… на вид, во всяком случае… - снова улегшись, она зевнула, потянувшись. – Надо будет шкету все же уши оторвать… для профилактики… *** - Quella sua maglietta fina tanto stretta al punto che mi immaginavo tutto e quell'aria da bambina che non glielo detto mai ma io ci andavo matto e chiare sere d'estate il mare i giochi e le fate e la paura e la voglia di essere nudi un bacio a labbra salate il fuoco quattro risate e far l'amore giù al faro... ti amo davvero, ti amo, lo giuro, ti amo, ti amo davvero… e lei lei mi guardava con sospetto poi mi sorrideva e mi teneva stretto stretto… ed io io non ho mai capito niente… Шум воды в душе, раздающийся из-за закрытой двери, странным образом дополнялся немного хрипловатым, но приятным и музыкальным, успевшим довольно заметно понизиться за последнее время голосом мальчика. - Клаудио Бальони и душ, значит? Вот ты и спалился… - хмыкнула Лита, заходя в спальню и кидая сумку рядом со стоящим на полу футляром. «Ну, я ему в любом случае запретила с кровати слезать, так что чья-то попа ремня заслужила. Хм… почему в комнате такой запах, как будто бы крови? А, ладно…» Стянув с себя сарафан, под которым на этот раз оказалось предусмотрительно взятое с собой белье, девушка натянула легкий халат, усаживаясь на кровать и беря пачку чипсов, терпеливо дожидаясь, пока шкет выйдет из душа, чтобы сходить туда самой. Сэт, выйдя из санузла и оставив дверь приоткрытой, накинул на голову капюшон халата, непринужденно проходя к столу, на котором лежал эскиз вида из окна комнаты, в которой они находились и, сев на стул, взял в руки карандаш. - С возвращением, Лита. - А у тебя неплохой итальянский, надо сказать, - ехидно отметила та, поднимаясь и идя по направлению к ванной. – Готовь попу – буду лупить. Я ведь просила тебя не сходить с кровати, не так ли? - Я порезался, когда точил карандаш, - безразлично заметил мальчик. – Не переношу запах крови. И насчет итальянского – это не странно, ведь он – мой родной язык. - Э? – от удивления девушка остановилась, поворачиваясь к нему. – Внезапно! Ты никогда не говорил мне об этом… и что у тебя с настроением? - Ты ведь никогда не спрашивала, - Сэт повернулся к ней и, мягко улыбнувшись, пожал плечами. – А с настроением – все в порядке. Просто отчего-то не по себе. Паранойя, наверное. - Ну да, не спрашивала… потому что ты замечательно говоришь на моем языке, вот я и подумала, что мы соотечественники, - призналась Лита, задумчиво его рассматривая. – Ну, если ты говоришь, что просто интуиция… а с чем связана-то эта интуиция, если не секрет? - Я не знаю, - покачал головой мальчик. – Просто не по себе, как будто… - он опустил взгляд. – Как будто вскоре проститься придется. Я не могу пояснить, Лита. Просто хреново. - Ну, тут не из-за чего переживать, - улыбнулась ему светловолосая, подойдя и потрепав его по голове. – Даже если и придется – не навсегда ведь. Так что успокой свою так называемую паранойю и подготовь уже попу для ремня. Выйду – вылуплю. - Неудобно будет, - хмыкнул мальчик. - А это, знаешь ли, не для удовольствия делается, - вторила ему девушка, щелкнув его по лбу и возвращаясь к прерванному занятию – походу в ванную. – Будешь знать, как не слушаться старших, шкет! - Я говорю – неудобно будет ремнем по заднице бить, одновременно с отрыванием ушей, - насмешливо заявил ей вслед мальчик. - Так ты там все-таки был, малец?!! - Кто, я? О чем ты? – хмыкнул Сэт. – У тебя развитое воображение... ай-яй-яй. Если бы я там был, ты бы меня непременно заметила, леди-воспитатель… - Ты. Пялился. На. Голую. Меня. - Расслабься. Я рисовал почти все время твоего отсутствия, кроме времени, когда ходил и был в душе, - заметил мальчик, отмечая про себя, что это – не ложь. Он действительно или рисовал, или ходил, или был в душе. Только рисовал не совсем то, что сейчас лежало на столе, был не в комнате и в душ попал не столько из-за пореза об камыш, как из-за потребности смыть с себя чужую кровь. Лита вздохнула, нисколько ему не поверив, но не став спорить, заходя-таки в ванную комнату и плотно закрывая за собой дверь. «Он что, в самом деле думает, что я ему поверю? – снимая халат с бельем и становясь под горячую воду, отметила она. – Хотя… меня не слишком-то заботит то, что он за мной подглядывал – к такому повороту событий я была готова с самого начала… но вот его настроение… оно не могло появиться просто так из ниоткуда. Он что-то сделал, что навело его на мрачные мысли, вышедшие в сторону нашего расставания. И очень надеюсь, что с запахом крови это никак не связано… как и надеюсь, что расставание не наступит скоро… ведь и у меня есть такое предчувствие…» Сэт устало оперся локтями на стол, укладывая поверх них голову и задумчиво разглядывая темнеющее небо за открытым окном. - Пожалуйста, дай мне еще побыть с ней…