Вожатые с опытом лагерной работы

      Поезд медленно, но уверенно набирал ход. В слегка покачивающемся последнем вагоне ребята уселись поближе к окнам и с интересом смотрели на пробегающие мимо жилые массивы и промзоны. Воспитатель второго отряда – пожилой военрук Василий Семёнович, внимательно следил и за своими подопечными, занимающими треть вагона, и за парнями из первого отряда, расположившимся на остальных спальных местах. Карпов с Самойловым, сидя за столиком первого купе, внимательно изучали личные дела малолетних правонарушителей.       - Это не отряд, а прямо филиал колонии для несовершеннолетних, - возмутился Самойлов, захлопнув очередную папку. – Стас, ну, я понимаю: мелкое хулиганство, задержание в состоянии алкогольного или наркотического опьянения – ну, с кем не бывает… Но разбойное нападение – это уже слишком! Помнишь того пацана, которого, как переходящее Красное Знамя, из отряда в отряд пинали? Так вот это он. Горемыкин его фамилия. Или вот ещё: кража со взломом. Исполнитель – Шитиков, мелкий такой рыжий пацанчик…       - Тоже мне, матёрые рецидивисты, - махнул рукой Карпов. – Горемыкин младшеклассника избил, чтобы мобильник отобрать, а Шитиков – вор-форточник. Меня больше беспокоят Брюхин и Маньков, которые за мошенничество привлекались…       - Брюхин? – удивился Самойлов, найдя на своём смартфоне фото белокурого парня с открытым лицом и доброй улыбкой. – А я хотел его в командиры отряда предложить. Вот какой обманчивой бывает внешность.       - Командиром отряда мой Дима будет, - отрезал Карпов. – Другие кандидатуры даже не обсуждаются. Да, и хватит уже криминальную литературу читать, на вот тебе ведомость, пробегись по вагону и запиши, у кого какой размер одежды, обуви и головы, мне эти данные сегодня вечером на оперативке нужно начальнику лагеря сдать.       - Не вопрос, - согласился Самойлов. – Сейчас только перекурю и…       - Никаких перекуров! – шикнул на него Карпов, округлив глаза и злобно наморщив лоб. – Ты же вожатый, это то же самое, что политрук в армии. Ты должен показывать парням пример во всём, а если они увидят, что ты куришь, то к вечеру в вагоне дышать нечем будет: из тамбура табачного дыма натянет… Ты же сам читал, что некоторые из наших парней и алкоголь, и наркоту уже успели попробовать, неужели ты думаешь, что они не курят?       Самойлов некоторое время напряжёно думал, поставив локти на стол и подперев ладонями голову.       - Да, Стас, ты, наверное, прав, - произнёс он, качая головой. – Только у меня уже сейчас уши пухнут без курева, а ещё сутки ехать…       - Так делом займись, - Карпов вручил Самойлову ведомость, ручку и сантиметр, после чего Глеб отправился, как он выразился, «в народ».

***

      Через полчаса он вернулся и, хмуро взглянув на Карпова, пожаловался:       - У меня без курева настроение резко упало. Хочется кого-то придушить, хочется кого-нибудь порвать и так далее… И ещё без сигареты во рту как-то пусто, и руки нечем занять…       - "Проблема"… - передразнил его Карпов, полез в свою сумку и достал оттуда большой целлофановый пакет с леденцами. – Леденец - за щёку, в руки – смартфон с какой-нибудь игрушкой, и нет твоих проблем. А сигареты свои лучше мне отдай, они тогда тебе не так будут мешать с курением бороться. Да, чуть не забыл, в вагоне Wi-Fi работает. Пользуйся. Я сейчас и пацанам об этом скажу, а то шумно как-то стало.       Услышав про Интернет, ребята, как один, достали свои смартфоны и углубились в созерцание чего-то важного на экранах. В вагоне установилась тишина.

***

      - Когда бельё детям выдавать будете? – поинтересовалась у Карпова с Самойловым проводница. – Обед скоро, а потом - и тихий час…       - У нас – военно-спортивный лагерь, - объяснил ей он. – И если бы в армии был тихий час, народ от службы в ней так не «косил» бы. После ужина бельё выдадите, чтобы пацаны его ничем нечаянно не вымазали, а утром до завтрака заберёте.       В это время недремлющее око Карпова заметило двух парней – Булдыгина и Бухарина, которых полиция задержала однажды в стадии наркотического опьянения. Они пытались пробиться в тамбур, возле которого дежурил военрук, восседая на крайней нижней боковой полке. Одного строгого взгляда бывшего военного хватило, чтобы парни эти, глубоко вздохнув, направились в противоположный конец вагона, где был расположен ещё один тамбур.       - Глеб, разъясни им ситуацию, - кивнул на них Карпов, увидев, что они исчезли за дверью салона.       Самойлов нехотя отложил смартфон и, положив в карман брюк горсть леденцов, зашёл в тамбур.       - Вы что, поезд спалить захотели? – строго спросил он, увидев в руках Булдыгина зажигалку.       - А чё, в поездах всегда в тамбурах курить можно, - ответил Бухарин, доставая из пачки сигарету.       - Это в обычных поездах можно, - сказал Самойлов. – А это – детский поезд, тут же повышенные требования к пожаробезопасности, кругом дымовые датчики установлены. И, вообще, в тамбурах кабели с высоким напряжением проложены. – Он показал глазами на жёлтую треугольную табличку с молнией на стене тамбура. – А ещё здесь присутствуют пары горюче-смазочных материалов, поэтому любая искра, не говоря уже об открытом огне, могут к катастрофе привести. Так что, давайте мне свои сигареты и зажигалки и идите в вагон, возьмите смартфоны и играйте в какую-нибудь шуструю игрушку, чтобы руки занять. А чтобы курить не так сильно хотелось – сосите, люди, леденцы!       С этими словами Глеб вручил Булдыгину с Бухариным по три конфеты, отобрав взамен сигареты с зажигалкой.

***

      Вот так и проходило время в последнем вагоне детского поезда «Москва-Таганрог»: ребята тихо «шарились» в Интернете, отвлекаясь от этого интереснейшего занятия только на обед и ужин. Даже после того, как проводница в сопровождении Карпова выдала им постельное бельё, парни ещё долго не засыпали, не в силах оторваться от этой «чумы XXI века», заменившей детям и друзей, и прогулки, и спорт.

***

      - Отряд, подъём! – громко крикнул Карпов в семь часов утра.       Ребята, заснувшие далеко за полночь, с трудом разлепили глаза, а Карпов продолжал командовать.       - Постели собрать и сдать проводнице, - гремел на весь вагон его зычный голос. – Все личные вещи собрать и упаковать, через двадцать минут – завтрак, через час прибудем в Таганрог.       Сонные ребята кое-как собрали постели, зевая, проглотили завтраки и, потратив все свои силы и внимание на то, чтобы ничего не забыть в поезде, клевали носами до самого Таганрога. В таком же сонном состоянии они ехали на автобусе из Таганрога до летнего полигона воинской части №*****, где был расположен лагерь «Заря».       - Пока они будут в таком состоянии, спокойный и полноценный отдых нам с тобой обеспечен, - объяснил Карпов Самойлову, кивая на спящих ребят.