America's Next Top Model

На улице пасмурно. Я подошел к кирпичному зданию, где уже собрались дюжины девушек и парней разных возрастов, роста и рас. Они все были красивыми. В толпе я смог разглядеть блондинку, у которой были большие, глубоко посаженные голубые глаза и фарфоровая кожа; парня, у которого была смуглая кожа, но поразительно светло - серые глаза; другого парня - качка, который смотрел на всех свысока. Буквально. Он был выше всех тут. Все эти люди были очень энергичными, постоянно что-то выкрикивали, куда-то показывали. Пока я смотрел на этих необычных людей, я думал только о том, как их победить. Все они были красивыми, возможно, талантливыми моделями. А кто такой я? Обычный парень из Реддитча, Великобритании. Что я, вообще, тут забыл? С чего я взял, что смогу быть конкурентом у этих всех людей? Так, стоп. Надо перестать думать об этом. «Следуй за своей мечтой» — сказала мне перед отъездом Джемма, моя сестра. Когда мне позвонили и сказали, что я вошел в тридцатку лучших моделей, я не поверил своим ушам. Из тысяч отобрали сотни. Из сотен выбрали десятки. В итоге осталось тридцать человек. И я один из них. Я, который никогда не занимался модельным бизнесом. Я, который просто любил фотографироваться. Я чувствовал себя особенным, и одновременно я ощущал на себе давление. Вздохнув, я отправился в толпу. Внезапно появились двое людей. Толпа закричала. Один из них был невысокого роста азиатом — Ю Цай, известный своей строгостью и прямолинейностью. За ним шел мисс Джей гордой походкой. Его черные волосы развевались на ветру в такт его бедрам. Настоящая Дива. — Добро Пожаловать на 23 сезон шоу «Топ — модель по — американски»! — прокричал мисс Джей, после чего толпа вновь отозвалась радостными криками. — Сейчас вас тридцать один человек, но к концу дня останутся лишь двадцать два, поэтому нам нельзя терять ни минуты, — прокричал Ю Цай, и как по сигналу из-за угла здания выехал огромный двухэтажный автобус. — Этот автобус отвезет вас в Дом Моды, где пройдёт ваша первая фотосессия и где вы сможете показать себя на подиуме! — продолжил Ю Цай, после чего все радостно похлопали и побежали в автобус.

***

Когда мы приехали, я издал вздох облегчения. В автобусе было очень шумно. Со мной познакомились несколько парней и девушек. Некоторые из них мне даже понравились, хотя я не собирался заводить друзей. Я узнал, что некоторые приехали из других городов, потратив все свои деньги, чтобы участвовать в шоу, а чьи-то родители заплатили за участие своего ребенка. В общем, тут были люди из разного социального положения. Перед нами возвышалось огромное серое здание. Мы думали, что нас ведут туда, но, как оказалось, мы ошибались. Нас повели в палатки, которые находились на заднем дворе. Около палаток был расположен огромнейший бассейн. Там нас встретил высокий мужчина в дорогом костюме. — Всем привет. Меня зовут Дастин, и сегодня я буду вашим фотографом, — мы  поприветствовали его громкими аплодисментами. — Фотосессия пройдет здесь, около бассейна. Надеюсь, вы понимаете, что именно от этой фотосессии зависит ваше пребывание здесь. Наши визажисты приведут вас в порядок. Надеюсь, мы с вами сработаемся. Желаю всем удачи. С этими словами он отправился готовить оборудование, а меня подхватили чьи-то хрупкие руки и повели в палатку. Когда меня усадили в кресло, я заметил в отражении зеркала невысокую блондинку с необычными светло-серыми глазами. Она мило улыбнулась мне: — Привет, я Лотти и твой визажист на сегодня. — Эм… привет, я Гарри, — неловко произнес я. Она стала наносить мне макияж. Пару раз я чихнул от косметики, после чего она улыбалась. Я старался не выдать того, что мне непривычно носить на себе тонну косметики, ведь это работа каждой модели. Когда с лицом было покончено, я не узнал себя в зеркале. Мои зеленые глаза стали ярче на фоне черной, блестящей подводки под глазами; мои скулы стали сильнее выделяться; губы приобрели более четкую форму. — Лотти, как ты… — Магия макияжа, — улыбнулась она, наклонив голову. — Спасибо, — сказал я ей, получив ответную улыбку. Лотти подала мне вешалку с костюмом. Когда я переоделся, я не смог оторвать взгляд от своего отражения. Костюм был светло-коричневый, с золотистыми узорами. Все это отлично сочеталось с моими каштановыми кудрями, на которых играли золотые блики солнца. Так как я был уже готов, я стал разглядывать других участников. Джесс, девушку с короткими темными волосами и серыми глазами, одели в красное, переходящее в полупрозрачное черное платье. Лиама, парня с красивыми карими глазами, нарядили в синий костюм с серебристым переливанием, который ему очень подходил. Девушка с пепельными волосами, чье имя я не успел узнать, была одета в блестящее голубое платье. Да, все стилисты и визажисты потрудились на славу. Я рассматривал всех, пока не заметил шума в соседней палатке. Подойдя поближе, я стал внимательно слушать причину ссоры. — Я не хочу носить это платье, оно мне не идет. Моя фигура не для этого платья, — кричала высокая брюнетка латинских корней. Ее визажист стояла вся бледная, чуть не плача. Другие визажисты пытались успокоить латиноамериканку, но всё напрасно. Другие участники, как и я, собрались вокруг этой сцены. Закатив глаза, я вышел на улицу. Я знал, что здесь будут просто истерички, которым нужно внимание, но не думал, что они покажут свой характер так рано. Когда Дастин позвал всех участников, солнце почти село. Вода в бассейне окрасилась в розовые, оранжевые и красные цвета. Здесь было красиво - самое время для фотосессий. У него в руках был список с нашими именами, с помощью которого он нас вызывал на съемку. — Я смотрю, вы все готовы. Прекрасно выглядите. Но вы должны знать, что это не самое важное для модели. Сейчас вы покажете, на что способны. И начинаем мы… с Нины Гариссон, — прокричал он. Красивая блондинка, которая была похожа на эльфа, вышла вперед дрожащими ногами. Ее блестящее голубое платье с глубоким декольте было до колен. Так вот как её зовут. Я думал, что она сейчас упадет от волнения, но, как только она встала перед камерой на край бассейна, в ее голубых глазах появилась уверенность. Она делала то, что от нее просил фотограф. Уверен, она пройдет этот этап. Когда она закончила, некоторые стали смотреть на нее с завистью, некоторые с уважением и поддержкой. А во мне поселилась неуверенность. Это будет моей первой фотосессией. Пока я был занят своими мыслями, позвали другого участника, кажется, Зейна — парня с почти черными волосами. Он был одет в красный костюм, из-за которого он казался дьявольски красивым. Он начал не очень уверенно позировать, но потом Дастин стал ему подсказывать, как двигаться. Съемка Зейна прошла успешно, фотограф посоветовал ему просто быть смелее. Дальше вызывали всех по порядку: Джесс, затем Джастина — азиата в синем костюме, Кристину — девушку с гетерохромией*, потом еще несколько человек. Я отвлекся, заметив около фотографа фигуру в голубом костюме, которая только что подошла. Это был парень, которому на вид было не больше двадцати пяти лет. Он слишком близко подошел к Дастину, что-то шепча ему в ухо, на что тот покраснел. Когда Дастин закончил снимать очередную участницу, я услышал свое имя. Я огляделся. Я остался последним. Вдохнув в себя как можно больше воздуха, ватными ногами я подошел к бассейну и встал на нужное место. Я начал позировать так, как репетировал дома перед зеркалом, иногда повторяя движения других парней. Я думал, что делаю всё ужасно, но Дастин ничего мне не сказал. Подсказывал только, как правильно встать, как поиграть со светом. Я чувствовал на себе чей-то пронзительный взгляд, и обернувшись, понял, что на меня смотрел тот парень около фотографа. Наши взгляды столкнулись, никто не отводил взгляд. Затем Дастин похвалил меня и сказал, что работа окончена. Залившись краской, я пошел обратно к толпе. Встав так, чтобы меня не видели, я встретился взглядом с Лотти. Она показала мне большой палец, улыбнулась и ушла в палатку. Солнце совсем село, было уже темно. Дастин и тот парень подошли к нам. — Всем привет. Мы с вами не успели еще познакомиться. Я Луи Томлинсон, продюссер, ведущий программы и ваш главный судья, — широко улыбнулся он, — Дастин проделал огромную работу с вами, но сейчас ему пора. Вы увидитесь с ним через несколько часов, на отборе, на котором восемь из вас навсегда покинут проект. Дастин что-то прошептал нашему судье на ухо, и, когда тот коротко кивнул, попрощался с нами и ушел в сторону выхода. Луи Томлинсон обвёл нас всех пристальным взглядом, задержавшись на мне на долю секунды так, что никто не заметил. — А теперь, садитесь обратно в автобус. Он отвезет вас в главный центр судейства. Там я познакомлюсь лично с каждым, а после мы с судьями решим, кто покинет шоу, а кто останется. И тут я понял, что не хочу оставаться с ним наедине. Что-то в нем притягивало и одновременно отталкивало. Но это бизнес. Тут неважно, что ты хочешь. Пытаясь не смотреть на нашего судью, я затерялся в толпе, идущей к автобусу. Зайдя внутрь, я облегченно вздохнул. Со мной рядом села Нина — та девушка, которая похожа на эльфа. Всю дорогу мы молчали. Это не было неловким молчанием, просто все устали.

***

Я сидел на кожаном диване и ждал, когда меня вызовут. Очередь двигалась медленно. Я не знал, чего ждать. Мы знали только, что когда мы зайдём, нас будут ждать несколько судей, которые будут спрашивать о нашей жизни. Могут попросить попозировать, станцевать или вообще спеть. В общем, что им только угодно. А мы должны показать себя, доказать им, что мы достойны остаться на шоу. Прошли уже 20 человек, когда вызвали меня. Когда я вошел, мне в глаза бросился яркий свет. Помещение было большое. Я прошелся по подиуму и встал посередине, смотря на четырех судей. Перед ними был длинный стол, на котором были разложены наши фотографии, сделанные несколько часов назад. Слева направо сидели судьи: мисс Джей, широко улыбаясь, Ю Цай, глядя на меня пронзительным взглядом, Луи Томлинсон, развалившийся, будто от скуки, и Дастин, который сидел с каменным лицом. Увидев меня, Томлинсон резко сел прямо на своем кресле и ухмыльнулся. — Меня зовут Гарри Стайлс, я из Реддитча, Великобритания. Сюда приехал, чтобы изменить свою жизнь. За победой. — Ты занимался когда-нибудь модельным бизнесом до шоу? — Спросил Ю Цай. — Я не… нет, не занимался, — запнулся я. Отличное начало. — И с чего ты взял, что сможешь победить в конкурсе? — Я просто верю в себя. — Гарольд… — Начал Томлинсон, встретившись с моим пристальным взглядом. Никто не называл меня раньше так. — Можешь показать твою любимую позу? Я удивленно раскрыл глаза и покраснел. Томлинсон, заметив мою реакцию, произнес со смешком: — Модельную позу, Гарри. Покраснев еще больше, я принял свою обычную позицию для фотосессий, которую часто видел на обложке журналов еще у себя дома. Судьи задумчиво переглянулись, после чего мисс Джей произнес: — Поза хорошая, для высокой моды. Но чего-то не хватает. Томлинсон, кивнув ему, поднялся из своего кресла и подошёл ко мне. Он положил одну свою руку мне на плечо, другую на подборок. Его касания обожгли меня, я удивленно смотрел на его действия. Он, не обратив на меня внимания, подвинул немного мое плечо назад, когда второй рукой приподнял голову за подбородок. Смотря в мои глаза, он стал отходить от меня на приличное расстояние. Я выдохнул, не заметив, что всё это время не дышал. — Намного лучше. Молодец, Луи, — подмигнул ему Ю Цай. Пока Томлинсон садился обратно на свое место, Дастин спросил: — Насколько мне известно, у тебя было необычное детство. Расскажешь? Звучит так, будто у меня есть выбор. — Мой отец бросил семью, когда мне было пять лет. Моя мать была всё время в разъездах, поэтому я рос со своей сестрой Джеммой. Она замечательная. Именно она направила меня в эту программу. — Спасибо, Гарри. Ты можешь идти. Позови Зейна Малика, — сказал мне Ю Цай. Кивнув, я бросил последний взгляд на главного судью. Томлинсон пристально смотрел на меня, но когда я встретился с его взглядом, он стал разглядывать что-то в своих руках.

***

Когда личное знакомство прошло, нам сказали ждать, когда выйдет главный судья и объявит нам, кто покинет проект. Все были на нервах. Ведь никто не хотел покинуть шоу так рано. Две девушки (снова латиноамериканка) уже успели поссориться из-за того, что одна сказала другой, будто ей не место здесь из-за её агрессивности. Все девушки разделились на две стороны, а парни просто стояли и смеялись. Кто-то подбадривал, кто-то злобно заступался за свою сторону, оскорбляя другую. Я просто сидел и со скучающим видом наблюдал за происходящей картиной, надеясь, что меня не отправят домой в первый же день. — Как думаешь, кого-нибудь из этих куриц отправят домой сегодня? — спросил голос у меня за спиной. Я вздрогнул. Ко мне подошел Зейн Малик. Он, как и я, всё ещё был в костюме для фотосессии. — Я надеюсь на то, что они уйдут раньше меня. От них уже голова болит, а прошло всего полчаса. — Ты хорошо справился на фотосессии. Я слышал, что о тебе говорили. Я удивленно посмотрел на него. — Что? Обо мне говорили? Но ведь я новенький в этом деле. Обо мне нечего говорить. — Это не так важно. Они заметили тебя. Ты был хорош. И ты им не понравился. Они тебя боятся, как конкурента. Не доверяй здесь никому. Я тебе это говорю, потому что мне ты понравился, — подмигнул Зейн. — Почему я должен доверять тебе? Разве мы не соперники? — прищурился я, глядя, как он достал сигарету. — Мы не соперники. Я порву тебя, — сказал он легко, пожав плечами, после чего закурил. Я рассмеялся. Этот парень умеет заводить друзей. — Будешь? — протянул Зейн мне сигарету. Кивнув, я взял её и затянулся. Чувство спокойствия нахлынуло на меня. Мы просидели еще немного, пока дверь не открылась и охранник не позвал нас войти. Я потушил сигарету и выкинул ее в мусорное ведро, после чего догнал толпу.

***

— Вы здесь собрались, чтобы узнать, кто продолжит свой путь в проекте, а кто сегодня соберёт свои вещи и немедленно отправится домой, — произнес Томлинсон. — Поприветствуем судей! И он стал говорить имя каждого судьи, после чего те вставали и улыбались нам. — Из тридцати участников останутся всего двадцать два. Около окна разложены конверты. Те модели, в чьих конвертах будет находиться фотография, продолжат своё участие. А теперь, время истины, — закончил Луи. Толпа закричала и побежала к окну, и я в том числе. Я судорожно стал искать свой конверт, но не мог продвинуться дальше из-за многочисленных рук участников. Поняв, что пытаться напрасно, я повернул голову к подиуму, где стоял Луи Томлинсон. Мы встретились взглядом, после чего я покраснел и отвёл взгляд. Когда я вновь посмотрел на толпу, то увидел, что место освободилось. Пройдя ближе к окну, я увидел конверт, на котором было написано большими буквами «Гарри Стайлс». Мое сердце забилось, стало вдруг так холодно. Дрожащими руками я стал открывать конверт и… увидел свою фотографию. Я принят. Я сделал это… Я сделал это! Я прошел! Я был так рад, что полностью ослепленный не заметил несколько покрасневших от слез девушек, которые еле-еле передвигали ногами. Но мне было все равно. Я прошел дальше. Я чего-то стою. Я могу изменить свою жизнь. — Те, кто не прошел в следующий этап, я хочу сказать вам, что у вас все еще впереди. Успокаивайтесь и отправляйтесь домой, вы еще сможете попытаться на следующий год стать топ-моделями. — Прозвенел голос судьи. Я заметил, что Зейн смотрит на меня. Он тоже прошел. Я не смог сдержать улыбки, глядя на него, он сделал то же самое. Кажется, я нашёл друга. Также прошли этот этап некоторые участники, которые хорошо показали себя на фотосессии. Я заметил, что среди них и агрессивная латиноамериканка. Будет весело. Те, кто не прошли этап, обнялись с судьями и ушли. Из коридора доносился плач девушек. Когда 14 человек подошли ближе к подиуму, Томлинсон стал рассматривать каждого участника. На ком-то его взгляд задерживался, а на ком-то пробегал за долю секунды. Я подумал, что это тоже особый вид отбора. Когда его взгляд дошел до меня, я понял, что у него яркие, голубые глаза. Он действительно был красивым, и он знал это, когда широко улыбнулся, глядя на меня. Он смотрел на меня столько же, сколько и на других (как мне показалось), затем отвернулся. — Вы готовы к вашему новому дому? — Произнес главный судья. Толпа закричала. — На улице вас ждёт автобус, который довезёт вас до дома. До следующего испытания, — попрощался с нами Томлинсон.

***

Когда автобус довёз нас до пункта назначения, мы мигом выбежали на улицу. После того, что мы увидели, все пронзительно закричали. Наш дом. Мы пришли в огромное белое здание. Внутри наши фотографии были развешены по стенам. И тут я понял, сколько нас осталось. Десять парней. Двенадцать девушек. Мы разделились. Девушки остались на первом этаже. Парни последовали на второй. Почему-то оказалось всего 7 кроватей для парней. Трое легли на диваны около окна. Я не стал задумываться об этом, так как сильно устал. Подумаю завтра. Мое внимание привлек блондин с небесно-голубыми глазами. У Томлинсона тоже были голубые глаза, но у этого блондина они отличались тем, что в них была искра какого-то наивного детства. Казалось, что он взрослый ребенок. Хотя… так оно и было. Я это понял, когда увидел, как он разбежался и прыгнул на свободную кровать. Он растянулся как кот, который только что поел, и стал бормотать что-то о том, какая удобная кровать. Несомненно, мы все сегодня устали. Подавив улыбку, я занял кровать рядом с ним. Как только я разделся и лег на новую кровать, нам всем пришло сообщение на общий монитор комнаты:

« Завтра вас ждет новый день. Вас ждёт волна горячих ощущений. Спокойной ночи. хх „

Горячих? Серьезно? Надо будет подумать об этом. Как только я накрыл себя одеялом, я провалился в сон. Но перед этим я увидел холодные голубые глаза.