America's Next Top Model

Будешь моим парнем? Я не был уверен в том, что правильно расслышал. — В смысле? — В прямом. Мне нужен кто-то, кто помог бы осознать Лиаму, кто он на самом деле. — Но почему именно я? Здесь полно парней и девушек. — Я бы лучше обжимался с лучшим другом, чем с кем-то из них, — Зейн скривился. Я помолчал несколько секунд, потирая сонные глаза. — Можно мне подумать до утра? Я спать хочу, — пробормотал я. — Да, конечно. Зейн убрал руку с моего плеча и лёг на свою кровать. Через минуту я услышал его шепот: — Спасибо. — Я ещё не сказал «да». — За то, что подумаешь. Это правда важно. Я провалился в сон, не успев ничего ответить.

***

Его руки прижимали моё тело к холодной стене. Он был так близко, что наши сердца бились в один такт. Задохнувшись, я опрокинул голову к стене, пытаясь выровнять дыхание. Он одной рукой расстёгивал пуговицы на моей свободной рубашке, другую обернул вокруг моей талии, прижимая ещё ближе к себе. Мы были тесно прижаты друг к другу. Когда моя рубашка упала на пол, он стал снимать свою. Меня пронзило электрическим разрядом, когда наши плоти столкнулись. Его холодная к моей горячей. Я застонал, когда он опустился к моей шее и стал медленно посасывать своими влажными, горячими губами, одновременно сжимая меня ещё крепче, будто боялся, что я мог убежать. Я резко перевернулся так, что теперь я его прижимал к стене. Я потянулся к его губам… — Гарри… Я посмотрел на него, но он только улыбался. И молчал. — Гарри, просыпайся… Что? Но я ведь не сплю. — Гарри! Я резко поднялся, жадно хватая воздух. Моя голова кружилась, перед глазами были звёзды. Передо мной возвышались Зейн и Найл. — Ты стонал во сне. Я снился? — ухмыльнулся Зейн. Что? Стонал? Я почувствовал прилив краски к щекам. Внизу стало узко. — Кошмар снился. И да, снился ты, — пытаясь выравнять дыхание, сказал я, после чего Найл прыснул. Зейн закатил глаза и сбросил с меня одеяло. — Какого черта ты делаешь? — возмутился я, пытаясь скрыть нижнее бельё. — Уже 11 утра. Пора вставать. Скоро первое испытание. — Уже известно какое? — Что-то про внешность, — пожал плечами Найл. Я вздохнул и отправился в душ. — А где Лиам? Зейн скривился: — Он с Джесс в бассейне. Я повернул кран и включил холодную воду. Вспомнив просьбу Зейна ночью, я застонал. Я обещал подумать. И подумаю, только попозже. О своём сне ты тоже подумаешь попозже? Нет, о нём я вообще не собираюсь думать. Я понял, что разговариваю сам с собой, и застонал. Когда я спустился вниз, все девушки вели себя странно. Они смотрели в зеркало, трогая свои волосы, будто пытаясь запомнить себя в мельчайших подробностях. — Я что-то пропустил? — Первое испытание. Внешность, — напомнил мне Зейн, сидящий рядом с Найлом. Точно. — Как думаете, что могут сделать с моими кудрями? — спросил я, запустив пальцы в свои волосы. — Если им удастся их расчесать, это уже будет огромным достижением, — хмыкнула Джесс. — Это точно, — улыбнувшись, сказал Лиам. Зейн посмотрел на них и сморщился. — Надеюсь, что я не останусь лысым, — пробормотал я. — Тебе могут осветлить половину головы, а другую оставить так, как есть, — пожав плечами, предложил Найл. Я бросил на него злой взгляд, после чего он добавил. — Просто как вариант. — Или могут выпрямить твои кудри. Интересно, какой длины у тебя волосы тогда будут? — сказал Зейн. Я бросил в него подушку, после чего все рассмеялись. В полдень за нами приехал автобус. Лиам сел рядом с Джесс, которой нравилось его внимание. Нас привезли в какой-то салон, где нас встретили Мисс Джей и Томлинсон. Я постарался не вспоминать вчерашний случай после отбора. И до этого случай в клубе. Прошло уже два дня, а я не могу забыть его прикосновения. А ещё этот чертов сегодняшний сон. — Всем привет, — улыбнулся Мисс Джей, — Готовы к преображению? — Я лично подготовил для каждого из вас новый имидж, который поможет вам прочувствовать высокую моду. Инструкции с вашими новыми прическами лежат у стилистов, которые имеют огромный опыт работы с моделями, — Сказал Томлинсон. — Время от времени я буду подходить к вам, вы можете задавать мне любые вопросы. Я волновался. Никогда бы не сказал это в слух, но я любил свои кудри. И я не готов расстаться с ними. Они — часть моей жизни. Чтобы не терять времени, я прошёл к своего стилисту. Это был высокий, загорелый парень с теплыми, карими глазами. Он улыбнулся мне, на что я ответил взаимностью. Моё место около зеркала было ограничено ширмой, чтобы другие не видели моего изменения. — Меня зовут Алекс. Что мы будем с тобой делать? — спросил он меня. — Гарри. А разве у вас нет инструкций? Он недоуменно покачал головой, после чего краем глаза я заметил Томлинсона, идущего в нашу сторону. Он меня оставит в покое когда-нибудь? — Прошу прощения, Алекс. Я, наверное, забыл сообщить. Сегодня я сам буду заниматься имиджем мистера Стайлса, — улыбнулся он. — Конечно, сэр. Рад был с вами познакомиться, Гарри, — он задержал на мне взгляд, после чего ушел. Я молчал, ожидая его действий. Это был первый раз, когда мы остались одни после случившегося в клубе, и я не хотел это обсуждать. Стараясь не выдать своего волнения, я сел на стул и закрыл глаза. — Что ты делаешь? — спросил судья. — Жду, когда мне начнут менять прическу. — Я не собираюсь менять тебе прическу. Ты останешься без изменений, — строго сказал он. Я выдохнул: — Почему? Не ответив на мой вопрос, он подошел ближе и положил свои руки мне на плечи. Мне вспомнились его прохладные руки у себя на талии, и я вздрогнул. — Нам нужно поговорить о том, что случилось. — Нет, — отрезал я. — Это был не вопрос. Нам нужно избавиться от чувства неловкости. Я почти засмеялся вслух. Что он скажет о неловкости, когда узнает, что мне снился о нём эротический сон? Вместо этого я проговорил медленно, разделяя каждое слово: — Ничего не было. Я был пьян. Я ничего не помню. Он поднял бровь и наклонился к моему уху: — Правда? Так что же было? — Он провёл своими пальцами по линии моей шеи. Я закрыл глаза, не выдавая свои эмоции. — Я пришёл с парнями в клуб… — Дальше, — он опустил свою руку чуть ниже, выводя круги на моей ключице. — Мы много выпили, после чего Зейн ушёл танцевать с Лиамом, — я задыхался. Моё сердце бешено билось. — Что было потом? — Он приподнял мою голову, чтобы видеть глаза, и наклонил свои губы к моей шее. — Я выпил ещё немного, после чего… Мой голос стал хриплым, и я остановился, придя в себя. — Да? — Ничего не было. Я ушел домой, — я широко раскрыл глаза, когда почувствовал его дыхание у моей шеи. Я резко встал, видя его в отражении. Я попытался выйти из крохотного помещения, но он остановил меня. Я встретился с его глазами. Казалось, мир остановился. Он опустил взгляд на мои губы. Мое сердце еще быстрее забилось, когда я представил губы Луи на своих губах. — Гарри, ты готов? Нам пора делать фотографии. Я резко выдохнул, когда услышал голос Зейна за ширмой. Луи улыбнулся и сделал шаг назад, но я всё ещё чувствовал тепло, исходящее от его тела. — Да, Зейн, я иду, — крикнул я. Я бросил взгляд на Томлинсона, но тот стоял с каменным лицом, похожим на то, когда он смотрел на нас вчера на фотосессии с Кэтрин. — Не надо, — прошептал я ему. — Не надо чего? — он искренне удивился. — Не надо этого, — после чего я отвернулся и вышел. Зейн практически не изменился. Его побрили и осветлили челку, что ему даже шло. Он стал выглядеть ещё моложе, чем есть. Мои щёки были красными, волосы, как гнездо, сердце продолжало быстро биться. Зейн, увидев меня, ухмыльнулся: — Что с тобой? Не поладил со стилистом? — Можно и так сказать, — сказал я с хрипотой в голосе. Я ненавижу, что он так действует на меня. Я ненавижу, что моё тело так реагирует. Я ненавижу его. Когда мы сделали несколько фотографий, Томлинсон попрощался с нами и отправил домой. Я не смотрел на него, отвернувшись к Зейну. Как только мы сели в автобус, я стал рассматривать изменения других. Кэтрин покрасили в блондинку; Джесс сделали мелирование в светлые пряди; Эмме нарастили ярко-красные пряди; Найлу сбрили немного виски и покрасили их в темный оттенок, а остальные волосы оставили светлыми; Лиама просто немного подстригли; Джастину нарастили чёлку. Все удивлялись, почему я обошёл изменения. — Я не знаю, честно. Может, я и так прекрасен, — широко улыбнулся я. — А может, твой стилист всё-таки не смог расчесать твоё гнездо и оставил так, как есть, — усмехнулся Зейн. Я толкнул его плечом, после чего сам засмеялся.

***

Ровно в 17:00 за нами приехал автобус. Лиам снова сидел с Джесс, они держались за руки. Мне было неприятно видеть грустный взгляд Зейна, который он пытался скрыть, поэтому я начал думать серьезно, не принять ли его предложение. Это же всё равно будет не по-настоящему. Зато поцелуи будут настоящими. И что? Он же мой друг, между нами не будет неловкости. Это будет продолжаться не так долго. Только до того момента, когда Лиам заревнует и примет свою сущность. От раздумий меня отвлекло то, что автобус остановился. Я посмотрел в окно и не поверил своим глазам. Когда мы вышли с автобуса, я вдохнул свежий воздух. Мы оказались на пустом пляже. Здесь было очень красиво. Около воды стояли Ю Цай, Дастин и Томлинсон. Они помахали нам рукой, чтобы мы подошли к ним. Когда мы это сделали, Ю Цай начал говорить: — Мы собрали вас здесь, чтобы провести рекламную фотосессию купальников. Съемка будет проходить на арендованных лодках, — он указал в сторону, где были привязаны несколько лодок. — Вы уже знакомы с Дастином. Он проводил у вас самую первую фотосессию. И он же проведёт эту, — сказал Томлинсон, после чего Дастин улыбнулся нам, — А теперь идите к своим визажистам. Луи Томлинсон ни разу не посмотрел на меня, что только обрадовало, но что-то холодное прошлось по низу живота. Я пошел к палатке и увидел Лотти. Сегодня она была одета во всё белое под цвет своих волос. Но что-то в ней изменилось. — Привет, — я улыбнулся ей, — Ты покрасила концы волос? И действительно, её светлые волосы плавно переходили в нежно-розовый. Она широко улыбнулась, быстро закивав: — Не думала, что ты заметишь. Цвет не такой яркий, какой бы я хотела, но я покрашу ещё. Она начала меня красить, когда нам принесли мои плавки. Они были красного цвета в желтую полоску. Я скривился. — Я бы такие точно не купил. Лотти засмеялась звонким приятными смехом, после чего продолжила меня красить. Она нарисовала мне толстые стрелки, выразила скулы и брови, после чего я точно стал похож на девушку. Затем она намочила мои волосы и стала их расчесывать. Она намазала их каким-то веществом и достала утюжок для волос. Я удивленно посмотрел на неё: — Что ты собираешься делать? Я ведь неправильно подумал? — Если ты подумал о том, что я выпрямлю тебе волосы, то ты прав. Когда я стал мотать головой, она рассмеялась. — Расслабься. Я закрыл глаза, чтобы не видеть этого ужаса. Когда она сделала свою работу, я посмотрел в зеркало. Волосы не были полностью прямые. Скорее, они превратились в волны, которые спадали мне на глаза, почти закрывая их. Лотти вздохнула: — Твои волосы ужасны. Я всё перепробовала, но они всё равно кудрявятся. Я широко улыбнулся. Мои детки. После того, как я переоделся, меня нашёл Зейн. Он весь блестел. Буквально. — Что с тобой? Почему ты как новогодняя ёлка? Он вздохнул и горько сказал: — Масло. Меня намазали маслом и позвали за тобой. Я скривился, сразу представляя, как скользит всё по моему телу. Когда мы подошли к Лотти, в руках у неё была бутылочка с маслом. — Ты сам или я? Немного подумав, я спросил: — А можно Зейн? — Зейн удивленно раскрыл рот, но ничего не сказал. Лотти подняла брови, но ничего не сказала, протянув ему масло. Мы отошли от палатки, после чего он спросил: — Зачем попросил меня? — Ты же хотел приревновать Лиама? — Хотел, но… Значит, ты согласен? — Он широко улыбнулся. — Да, я буду твоим парнем, Зейн Малик, — официальным тоном сказал я. Он обнял меня, после чего мы пошли искать место, где бы Лиам мог увидеть нас. Мы встали чуть подальше от места Лиама, и Зейн стал растирать масло на своих руках. Он положил их мне на плечи и начал тереть, чтобы моё тело блестело. Я сморщился. Мне уже было противно от этого масла, но выбора у меня не было. Когда со спиной было закончено, Малик стал тереть мне торс. Мне было щекотно, из-за чего я начал смеяться, привлекая внимание Лиама. Тот посмотрел на нас, но быстро отвёл взгляд. Его щёки покраснели. — Первый шаг сделан, — сказал я. — Так у тебя есть план… — прищурился Зейн, втирая оставшееся масло в своё тело. Я загадочно улыбнулся. Когда я повернул голову, взгляд Томлинсона прожигал меня. Он видел то, что мы делали. Лицо его было каменным, но глаза горели. Я отвернулся и взял за руку Зейна, чтобы это увидел Лиам. Зейн был не против. Мы так и стояли рядом, держась за руки, пока не стали вызывать на съёмки. Фотосессия у всех прошла удачно, кроме Кэтрин. Пока она стояла на лодке, поскользнулась из-за намасленных ног и упала. К счастью, она ничего не сломала, но синяк останется. Вызвали меня, и я обрадовался, что меня направлял Ю Цай, а не Томлинсон. Он давал мне указания, которые я выполнял. Лодка пошатывалась из-за волн, но это не было для меня проблемой. Солнце почти село, вода была окрашена в розовые и оранжевые цвета. Я поймал свет, после чего меня похвалил Дастин. Когда меня отпустили, я пошёл сразу смывать с себя масло. Когда я вернулся, Зейн притянул меня к себе, играя роль парня. Я краем глаза проследил за Лиамом, который прожигал взглядом спину Зейна. — Он смотрит? — Да, — я ухмыльнулся. Зейн поцеловал меня в щёку, после чего я рассмеялся. Смеясь, мы пошли вместе в автобус, не замечая пристального взгляда Томлинсона.

***

Придя домой, мы не обнаружили письмо с черепом на мониторе. Это было странно, но мы не стали придавать этому значение. После того, как все сходили в душ, мы решили провести вечер в бассейне, играя в игру «Я никогда не». Достав бутылки алкоголя, мы залезли в бассейн. Играли: я, Зейн, Лиам, Найл, Джесс, Кэтрин и Кристина. Зейн начал игру: — Я никогда не мочился в бассейн, — он широко улыбнулся. — Ты серьезно? — застонала Джесс, отпив из бутылки. Вместе с ней выпил Найл. Мы засмеялись. — Я никогда не курила, — сказала Кэтрин. Мы с Зейном и Кристиной отпили. Найл продолжил: — Я никогда не хотел парня. Все отпили из бутылки, кроме Кристины и самого Найла. Я встретился с ошарашенным взглядом Кэтрин, которая смотрела на меня. Я пожал плечами, вспомнив про своё желание, которое я пытался забыть: — Я никогда не танцевал стриптиз. Кристина и, к всеобщему удивлению, Кэтрин отпили. — Серьезно? Кэтрин? — Спросил её Лиам. Все мы считали Кэт тихоней. — Надо было как-то зарабатывать на жизнь, — она пожала плечами, после чего продолжила игру. — Мне никогда не нравились в романтическом плане девушки. Кристина и Найл отпили. Джесс бросила взгляд на Лиама, который смотрел на свои ноги под водой. — Я никогда не врала своим друзьям, — сказала Джесс, после чего я, Зейн и Лиам отпили. — Парни, — закатила глаза Кристина и продолжила. — Я никогда не была в клубе. Мы все уставились на неё. — Что? Не все любят такие заведения… Все отпили из бутылки, после чего Лиам продолжил: — Я никогда не целовал парня. Все, кроме Зейна, отпили. Я вспомнил, как Зейн целовал шею Лиама в клубе. По лицу Лиама видно, что он тоже вспомнил об этом. Он покраснел и опустил взгляд. — Я никогда не скрывал свою ориентацию, — сказал Зейн. — Я больше не хочу играть, я пойду спать, — сказал Лиам и ушел. Девушки переглянулись: — Мы, наверное, тоже пойдём. Спасибо за игру, — они улыбнулись и ушли, пока мы ошарашенно смотрели им в след. Несколько минут мы молчали, наступила неловкость. — Что случилось? Я сказал, что-то не то? — недоуменно спросил Зейн. — Ты чуть не заставил Лиама признаться в своей ориентации. Думаю, он поэтому ушёл. Зейн помолчал несколько минут, после чего я дополнил: — Не дави на него. Пошли, нам тоже пора спать. Чувствую, завтра голова будет болеть от выпивки. Малик кивнул и вышел из бассейна. Мы переоделись и легли спать.

***

Меня разбудил звонок в дверь. Я посмотрел на часы: 3 часа ночи. Надеясь, что кто-нибудь откроет дверь, я уткнулся в подушку. Но звон повторился. Застонав, я встал и пошёл к двери. Когда я открыл её, никого не оказалось. На полу лежала коробка. — Какого черта… — я подошел и поднял её. На ней было написано «Луи Томлинсону». Я положил её на стол, и уже хотел подняться снова на в комнату, как почувствовал исходящий из коробки запах. Я приоткрыл её и от того, что я увидел, меня затошнило. Я быстро закрыл коробку и побежал в туалет. Меня вырвало. Когда я вернулся, то убрал коробку на пол, чтобы другие модели не увидели её, и взял наш общий мобильник. Я не ошибся, подумав, что в мобильнике есть номер главного судьи для связи. Я судорожно стал набирать номер Томлинсона. После пятого гудка он ответил. — Луи Томлинсон. — Приезжай. Срочно, — ледяным тоном проговорил я. — Гарри? Сейчас буду. Через 15 минут он подъехал. Взяв коробку, я вышел из дома, не давая ему зайти в дом. — Что случилось? — Пойдём на задний двор. Нас не должны слышать, — мой голос немного дрожал. Он кивнул и позволил мне вести его. Когда мы дошли до нужного места под деревом, я положил коробку на траву. Луи недоуменно смотрел на меня: — И? Что за коробка? — Посмотри. Было написано, что адресовано тебе. — И поэтому ты открыл её? — саркастично спросил Томлинсон. — Открой, — сказал я ледяным тоном. Он наклонился и открыл коробку. Как только увидел содержимое, он отскочил. — Какого черта? — Это я должен у тебя спросить. Это было адресовано тебе. — Ты видел, кто принёс её? — шепотом спросил Томлинсон. — Нет. Позвонили в дверь, я открыл, никого не было. Только коробка. Я не хотел её открывать, но потом почуял запах и решил, вдруг это навредит тебе. Я открыл её…увидел кровь… Потом, я позвонил тебе, — мой голос дрожал, — Это ведь кошка, да? Не человек? — я сорвался. Посмотрев на меня, его лицо смягчилось. Луи подошёл и обнял меня. Я принял его объятье, уткнувшись ему в плечо. Мы простояли так минут десять, после чего я отодвинулся. — Нам нужно что-то сделать с ней… — начал я. — Мои люди разберутся с ней. Если это повторится, ничего не открывай. Просто позвони мне. Я кивнул и сел на траву от бессилия. Он сел рядом. — Ты в порядке? — спросил Луи, после чего спохватился. — Прости, глупый вопрос. Конечно же, не в порядке. — Я хочу спать, — просто сказал я. Минуту он смотрел на меня, а потом подогнул колени и похлопал по ним. — Ложись. Я разбужу тебя, когда станет светло. В другой любой момент я бы отказался, ушёл от него, но сейчас я был морально вымотан. Я лёг к нему на колени и почувствовал, как его руки успокаивающе гладят мою спину. Я провалился в сон. Когда я проснулся, Луи стоял и смотрел на небо. Рассветало. У меня еще было около часа до подъёма Зейна и остальных. — Как ты? — спросил Томлинсон, не оборачиваясь. — Всё ещё хочу спать. А ещё голова болит, но это неважно. Где коробка? — Мои люди убрали её, — он повернулся и сел около меня. — Больше этого не повторится. Казалось, это он сказал для того, чтобы убедить самого себя. — У тебя какие-то проблемы? — прямолинейно спросил я. — С чего ты взял? — Потому что только тем, у кого какие-то проблемы, угрожают. — Думаешь, это была угроза? — Нет, это была поздравительная открытка, — я закатил глаза. — Только почему её отправили к нам в дом, а не к тебе лично… — Я разберусь с этим. — Я надеюсь.

***

Когда я вернулся в дом, все ещё спали. Я прокрался в комнату и лёг в постель, надеясь ещё немного уснуть. Но сон никак не шёл. Все мои мысли были вокруг той коробки и Луи Томлинсона. Через час всех разбудило сообщение на мониторе:

«Доброе утро. Сегодня у вас выходной. Отдыхайте и не теряйте драгоценное время напрасно. хх»

— То есть, нас разбудили в 8 утра для того, чтобы сказать, что у нас выходной? — простонал Зейн. Я сходил в душ, а когда вернулся, то почувствовал запах яичницы. И я не ошибся. Кэтрин приготовила на всех завтрак. Все сидели, о чем-то волнительно болтая. Я сел рядом с Зейном. — Где ты был утром? — сразу спросил он у меня. Как он узнал? Я не хотел ему врать, поэтому сказал так, что только он услышал. — Расскажу позже. Он кивнул и продолжил есть яичницу. Когда он доел, мы пошли прогуляться до беседки на заднем дворе. Пока я рассказывал ему произошедшее, он внимательно слушал, не перебивая. После того, как я закончил, он посмотрел на меня серьёзным взглядом: — Гарри, думаю, что это только начало.

***