Good Guys Are Good Villains

И вновь солнечный свет пронзил спокойное сумрачное небо, обозначая начало нового дня. Синоптики не обещали резких изменений в погоде, наоборот, уверяли, что погода не будет меняться на протяжении, как минимум, недели, но разве можно предугадать все капризы природы? Вчерашний легкий ветерок, так мило забавлявшийся с листвой, сегодня прорывался сквозь ветви деревьев, не жалея ничего на своем пути. Недовольные птицы боле не пели жизнерадостных песен, лишь изредка они противно перекрикивались друг с другом, действуя на нервы. Бегущие в ногу по широкой тропинке Нил и Эдмунд частенько переглядывались, ловя себя на мысли, что их не согревает даже пробежка. Упрямый ветер то и дело срывал с головы Нила капюшон красной ветровки, чем сильно раздражал юношу, а Эдмунда он просто-напросто пытался заморозить, ведь парень, понадеявшись на прогноз погоды, не стал надевать кофту, решив, что свободной футболки будет достаточно. Спустя двадцать минут мучительной тренировки, было принято решение прервать ее и отправиться домой. Развернувшись, парни, словно совсем еще мальчишки, рванули в сторону дома наперегонки. Топая ногами и цепляясь за все, что попадется под руку, чтобы остановиться, они прибыли в пункт назначения почти одновременно и, еще не успев перевести дух, залились громким смехом, сами не зная точной его причины. В шутку толкая друг друга, они еле протиснулись в дверь и направились в столовую. Миссис Купер просила не задерживаться, ведь вскоре за всеми должен был прибыть автобус, на котором большая семья должна была отправиться в картинную галерею. Да и не хотелось долго трапезничать в прохладный день, ведь холодные порывы ветра умудрялись пробираться сквозь тонкие щелки в стенах дома, и холод докучал даже здесь. — Разве можно так долго ехать?! — возмущалась Мери, уже ожидая автобус в прихожей. — Опаздывать – дурной тон! А вы почему еще не собрались?! — окинув взглядом пустую прихожую, поинтересовалась девочка, повысив тон, чтобы ее наверняка услышали. — Вы забыли, что у нас экскурсия? Как вы могли?! На зов Мери в прихожую спустились Аси и Кейти, лениво потягивающиеся после сытного завтрака. — Никто нечего не забыл, и никто никуда не опаздывает, — нахмурив тонкие черные брови, сильно выделявшиеся на бледном лице, буркнула Аси. — Ты сама собралась раньше всех. За нами приедут только через пол часа. — Я не могу больше ждать! Я хочу увидеть картины! — не в силах сдерживать предвкушение, протараторила Мери, а затем добавила чуть спокойнее и с наигранным самодовольствием. — Я сама художница и хочу посмотреть на работы своих коллег. В ответ Аси лишь рассмеялась, чем сильно задела юную художницу. Кейти нахмурилась, понимая, что Мери неприятно слышать подобное, ведь девочка искренне верила, что когда-нибудь она все же станет известной художницей. Надо было бы вступиться за начинающего живописца, но, по своему обыкновению, Кейти не стала вмешиваться в конфликт, надеясь, что Аси поймет свою ошибку и остановится. — Над чем смеемся? — вдруг поинтересовалась Кира, присоединившись к девочкам. — Мери назвала себя художницей и сказала, что желает скорее взглянуть на работы «коллег», — унимая смех, пояснила Аси. — И что тебя рассмешило? — слегка сощурив серые глаза, переспросила девушка. — Мери – не художница. Она любит рисовать и часто убивает этим время, но это не делает ее хорошим художником. — Я плохо рисую? — едва шевеля дрожащими губами, спросила Мери. — Каждый рисует в своем стиле. Нельзя сказать, что один стиль хуже, а другой лучше, — принялась утешать ее Кира. — Если ты рисуешь в стиле пятилетнего ребенка, то да: твой стиль определенно хорош, — вновь съязвила задира. — Аси, прекрати! — потребовала Кира, обратив внимание на Кейти, стоящую позади, и бросив на нее вопросительный взгляд, словно спрашивая, почему девушка не остановила ссору. — Но я же… — Ты поступаешь не корректно, — Кира перебила Аси, а затем взяла Мери за руку и обратилась к ней. — Пойдем-ка прогуляемся, пока есть время. Девушки покинули прихожую через входную дверь и отправились на прогулку по небольшому саду, расположившемуся возле дома. — Что я такого сказала? — не унималась Аси, смотря на Киру через оконное стекло. — На правду ведь не обижаются. Разве я не права? — вопросительный взгляд выпал на долю Кейти, которая лишь пожала плечами, так и не сказав ни слова. — Ясно, — закатив глаза, вновь недовольно буркнула Аси. — Что у вас опять стряслось? — поинтересовался один из близнецов, приготовившийся к отъезду. — Ничего, — выдохнула темноволосая девушка, будучи все еще недовольной. — Вот скажи, Билли, ты обидишься, если я скажу, что у тебя левый глаз зеленый, а правый голубой? — Нет, — качнул головой парнишка. — Это факт. Разный цвет глаза – странное явление, но все же такое случается. У Вилли, к примеру, оба глаза зеленые, а мне так не повезло. Что ж теперь поделать? — Вот! — воскликнула Аси. — Вот то, о чем я говорю! На правду не обижаются, потому что это всем очевидно. — А случилось-то что? Причем тут мои глаза? — недоумевал Билли. И Аси вновь пришлось расписывать все обстоятельства ссоры с юной художницей. Девочка рассказывала это снова и снова каждому, кто направлялся к выходу, минуя прихожую, независимо от пожеланий слушателя. Кончилось все тем, что под давлением Миссис Купер Аси все же пришлось просить прощения у Мери, но в ее извинении не было ни доли искренности, потому что самовлюбленная особа никак не могла понять, почему она должна приносить извинения за правду. Оставшиеся несколько минут, проведенные в ожидании автобуса, прошли без особых происшествий, зато дележка мест в автобусе вызвала небывалый ажиотаж среди близнецов. Билли хотел сидеть у окна, Вилли желал того же, но о том, чтобы сесть раздельно, братья даже слышать не хотели, вот и приходилось спорить, перекрикивая друг друга, кто же сядет у окна, а кто у прохода. Компромисс был выдвинут Эдмундом, который успел устать от криков мальчишек. Юноша предложил весьма очевидное решение поставленной задачи: сперва у окна будет сидеть Билли, а на обратном пути – Вилли. Пожав плечами, близнецы плюхнулись на места, дивясь тому, как они сами не пришли к такому простому выходу из сложившейся ситуации, забыв о том, что и домой они поедут на этом автобусе. Поняв, что конфликт исчерпан, Эдмунд окинул взглядом салон автобуса в поисках свободного места и обнаружил, что почти все места уже заняты: Ричард и Рози, как и всегда, сидели вместе, но подальше от всех остальных; Нил один развалился на двух креслах, воткнув в уши наушники; Аси подсела к Миссис Купер, донимая ее различными вопросами; Мери почему-то предпочла на этот раз оставить Кейти и сесть с Кирой, положив голову на ее плечо. У Эдмунда не осталось иного выбора, кроме как сесть с Кейти, которая, не обращая внимания ни на что вокруг, витала в облаках, смотря в окно. — Не против, если я сяду здесь? — поинтересовался Эдмунд, указывая взглядом на свободное сиденье рядом с девушкой. — Что? — растерянно переспросила Кейти, выдернутая из своих мыслей, испуганно смотря на парня, словно овечка на волка. — Да, конечно садись. Почему нет?.. — Спасибо, — спокойно кивнул Эдмунд и присел, оглянувшись на Мери с Кирой; в ту же секунду автобус тронулся. — А почему Мери вдруг села с Кирой? В последнее время она постоянно была подле тебя, а сейчас… Что-то случилось? — Наверное, она обиделась на меня, — задумчиво протянула девушка, а затем виновато опустила глаза в пол, прикусив пухлую нижнюю губу. — Разве она не на Аси обиделась? — нахмурил брови юноша. — Нет, — выдохнула Кейти, поправляя темные волосы плавным, даже слегка заторможенным движением руки. — Все и так знают, что Аси чересчур прямолинейна и не следит за языком; даже Мери понимает это и легко прощает ее. — Ну а ты что не так сказала? — Проблема как раз в том, что я ничего и не сказала. Когда они ссорились, надо было сказать что-либо в защиту Мери… Но нет, я стояла и молчала, словно меня там вообще не было, — девушка стыдливо поджала губы. — Мне тоже надо извиниться перед Мери. — Надо бы… — чуть слышно повторил Эдмунд, а затем оживленно продолжил. — Думаю, она простит. Это же Мери. — Но вряд ли вновь посчитает меня своей подругой, — огорченно прибавила Кейти. — Дружба не всегда длится вечно. Круг друзей меняется. — В моем кругу была только Мери: она меня понимала. — Хочешь я буду твоим другом? — широко улыбнувшись, предложил Эдмунд. Девушка рассмеялась, а затем, взглянув на юношу, который по-прежнему мило улыбался ей, сильно покраснела от смущения. — Другом? — переспросила девушка, робко улыбаясь и стараясь не смотреть в горящие глаза парня. — Ну да, ты же сама сказала… — юноша не договорил, словно переосмысливая сказанное. — Нет, тебе же не нужен друг. Я буду твоей подружкой, — сделав миловидную рожицу и сложив губы бантиком, Эдмунд захлопал ресницами, как это обычно делают кокетки. — Я буду понимать тебя с полуслова, мы будем делиться разными секретиками, болтать постоянно… Дурачась, Эдмунд пытался говорить писклявым голосом и закатывал глаза, словно что-то вспоминал, каждый раз, когда заканчивал очередное предложение. Все эти забавные рожицы и гримасы забавляли Кейти – она еле сдерживала себя, пытаясь не рассмеяться на весь салон автобуса. — А как же Нил? — вдруг спросила Кейти, продолжая хихикать. — Он не будет против, если ты будешь делиться своими секретами со мной, а не с ним? — Нет, — лениво протянул Эдмунд, махнув рукой. — Разве с ним можно поговорить по душам?! Он вечно в наушниках, будто кроме плеера ему никто и не нужен. Да даже, если и рассказать ему что-нибудь по секрету, что тогда будет? Только пожалеешь об этом. Он всем расскажет, все будут в курсе. Мне такого счастья не надо. — Вот оно что, — усмехнулась Кейти. — А куда мы так несемся?! — вдруг с задних рядов раздался голос Нила, явно обеспокоенного скоростью автобуса, поднимающегося по крутому уклону, так еще и возле обрыва. — До открытия галереи еще целый час – мы точно успеем. Зачем ехать так быстро по такой опасной дороге?! Водитель, ты меня вообще слышишь?! Эй! — И вправду, — согласилась Миссис Купер, которой передалось беспокойство парня. — Постойте-ка… Разве галерея не в городе? Почему мы едем за город? Вы ничего не перепутали? — Все под контролем, — пытаясь скрыть неуверенность в голосе, ответил водитель, — не беспокойтесь. Напряжение среди пассажиров нарастало, как и скорость автобуса. Многие, в том числе и Миссис Купер, уже не могли сдерживать панику, в то время как автобус продолжал взбираться ввысь. Мария, чувствуя ответственность за детей, не могла оторвать глаз от дороги, словно ее сосредоточенный взгляд каким-то волшебным образом смог бы помочь водителю, случись что. Увы, подобная мера лишь сыграла плохую шутку с женщиной и ее подопечными. — Машина! — вскрикнула Миссис Купер, когда из-за крутого поворота показался капот автомобиля, едущего навстречу. Водитель явно не ожидал такого и вдарил по тормозам, но от звонкого выкрика Марии у мужчины дрогнула рука – он дернул руль. Автобус понесло, и его салон заполнил душераздирающий вопль напуганных детей. Передние колеса машины съехали с дороги и продолжали двигаться в сторону пропасти. Через мгновение автобус тряхнуло от того, что его передние колеса свесились с обрыва, и противный скрежет метала по камням ударил по ушам всех, кто находился внутри. Автобус продолжал ползти вниз – передняя часть перевесила, и машина уже была готова лететь вниз, как большая консервная банка, но в последний момент задние колеса за что-то зацепились. Автобус повис над обрывом в вертикальном положении: чтобы не выпасть через лобовое стекло, пассажирам приходилось цепляться за сиденья, но ведь нужно было не только держаться, но и как-то выбираться. Взглянув в заплаканные глаза сестры, Ричард собрал всю свою волю в кулак и решил, наконец, выбраться из этого автобуса. Мальчик взглянул на мужчину, вцепившегося в кресло и испуганно смотрящего в глубь пропасти через лобовое стекло, и недовольно выдохнул, пожалев о том, что выбрал места поближе к водителю. Никто в салоне не решался пошевелиться. «Неужели все так уверены в своей физической подготовке и в том, что смогут висеть тут вечно?» — усмехнулся про себя парнишка и потянулся к противоположному ряду сидений, чтобы схватиться за место скрепления кресла с полом. — Ричард, что ты делаешь? — дрожащим голосом спросила Миссис Купер, сильнее сжимая пальцами спинку сидения, за которое держалась. — Пытаюсь выбраться, — ответил Ричард и, схватившись за нужное место, начал карабкаться к задним рядам. — Я так не смогу, — хныкая, пролепетала Рози. — Когда выберусь, я что-нибудь придумаю, — заверил мальчик, стиснув зубы от напряжения. Ричард, словно герой, сошедший с обложки комикса, взбирался все выше, и, казалось, его цель уже близко, как вдруг раздался звук бьющегося стекла: очевидцы аварии подоспели на помощь, разбив заднее окно автобуса. Многочисленные осколки полетели вниз, задевая детей, впиваясь в плечи, руки, спины, царапая лица, но большая часть этих осколков досталась Ричарду. Рефлекторно парнишка прикрыл лицо рукой, но потерял равновесие и вторая рука, которой он продолжал держаться, соскользнула – Ричард вместе с грудой осколков полетел вниз, упал на лобовое стекло и, выбив его, продолжил падение вместе с ним на дно пропасти. — Ричард! — дикий вопль, сковывающий душу, эхом пронесся на километры вокруг. Заливаясь слезами, смешанными с кровью, что сочилась из свежих царапин от стекла, Рози продолжала звать брата, смотря в самую глубь бездны. Среди детей началась самая настоящая паника, но инстинкт самосохранения не позволял разжать железные хватки, сохраняющие их жизни. Плачь, причитания и крик о помощи смешались в один звук – голос страха смерти. Вскоре через пробитое заднее окно сбросили веревку и грубый мужской голос скомандовал: «Поднимайтесь!» Первой подниматься начала Кейти: девушка боялась высоты и больше не могла находиться в подвешенном состоянии. Дрожащие руки крепко вцепились в веревку, а ватные ноги неспешно начали шагать по полу автобуса. В конце пути, ее подхватил тот же мужчина, который скинул веревку, и вытащил из злосчастного транспортного средства. Пара секунд, длившихся целую вечность, и вот Кейти уже ступила на твердую землю. Ее ноги подкосились, и ей пришлось сесть на асфальт. Поняв, что все позади, девушка залилась горькими слезами, тут же стирая их со смуглого лица вместе с кровью. — Рози, теперь ты, — пытаясь сымитировать спокойствие, сказала Миссис Купер. — Нет, — девочка закачала головой, — нет, не пойду. — Хорошо, тогда Мери. Мери сделала все тоже, что и Кейти, и через пару мгновений также оказалась на твердой почве. Затем те же манипуляции проделали Вилли и Билли, за ними последовали Аси и Нил, который больше не мог держаться неудобной хваткой. Следующей на очереди была Кира, но вместо того, чтобы подниматься, как все делали до нее, девушка начала спускаться вниз, аккуратно подбираясь к Рози. — Рози, пошли со мной, — крикнула Кира, девушке, которая уже было лишилась рассудка. — Нет, — словно сломанный магнитофон, заладила Рози. — Ты ранена? — спросила Кира, смотря на окровавленную руку девочки. — Осколок в вену попал, да? Дай мне руку! Вместе пойдем. Рози протянула Кире окровавленную руку, и рыжеволосая девушка, найдя глазами рану, схватила руку так, чтобы причинить Рози как можно меньше боли. — Готова? Поднимаемся. Рози отпустила кресло и схватилась за веревку, но пока Кира соображала, как они должны двигаться дальше, Рози внезапно окликнула ее. Девушка обернулась и вопросительно посмотрела на пострадавшую. — Сначала родители, — тихо пролепетала Рози, — теперь Ричард… Спасибо за то, что не бросила, но я не хочу. Не хочу быть одна. Кира не сразу поняла, к чему Рози это сказала, но последняя и не дала времени опомниться. Белокурая девушка отпустила веревку и перестала держать за руку Киру. Пару секунд последняя еще удерживала Рози, но ее рука все же выскользнула из хватки хрупкой девушки. В глазах Киры застыла картина того, как Рози летит вниз вслед за любимым братом. Крик комом застрял в горле, а понимание того, что происходит, рассеялось словно утренний туман; от нелюдимой милашки Рози остался лишь кровавый след на руке и кофте Киры. Шокированная девушка не могла прийти в чувства, не то что карабкаться вверх по веревке, к счастью, ей на помощь пришел Эдмунд, скомандовавший держаться за его плечи. Вскоре к стоящим на земле присоединились и Эдмунд с Кирой, а за ними и Миссис Купер с водителем. Все пострадавшие расселись в линию на обочине вдоль дороги. Никто не произносил ни слова, изредка они лишь поочередно кидали взгляд, полный ужаса, на все также висевший вверх тормашками автобус, а затем в пропасть, конца которой не было видно. — Миссис Купер? — вдруг спросил мужчина, поспевший на помощь. — Мы знакомы? — удивленно спросила женщина, не отрывая взгляда от пропасти. — Нет, но я хотел бы с Вами поговорить. Наедине. — А как же дети? — нахмурив брови, потупила взгляд Мария. — Я о них позабочусь, — послышался второй, более молодой, мужской голос. Худощавый русоволосый парень направлялся к детям с неким подобием медицинского чемоданчика в руках и дружелюбно улыбался всем, словно ничего и не произошло. Окинув этих двоих недоверчивым взглядом, Миссис Купер все же встала и отошла в сторону со спасителем своих детей. Пока они разговаривали, парень с аптечкой начал набирать в шприцы какую-то прозрачную жидкость. — Что это? — спросила Аси, не растерявшая любопытства. — Название трудно выговорить, проще сказать, что это поможет вам поспать, отдохнуть, прийти в себя и быть готовыми к новой жизни, — вновь растянув губы в улыбке, парень вколол первый шприц в вену Аси. Не успел поршень опуститься до упора, как Аси начала покачиваться, а затем и вовсе потеряла сознание. Надо было бы бежать уже после слов про новую жизнь, но разве это возможно? В радиусе двух-трех километров ни души: помочь некому. Каждый понимал это и потому гнал от себя мысль о побеге, говоря себе, что так, возможно, будет еще хуже. Спустя пару минут восемь пустых шприцов валялись на обочине, неподалеку от перевернувшегося автобуса, который вот-вот должен был навсегда исчезнуть в пропасти, вместе с несколькими его пассажирами; спасшиеся же стояли на пороге своей "новой жизни".