Важная покупка

POV Мариан.       Родовое поместье герцогов Элийских встретило нас полнейшей тишиной и запустением. В окнах, несмотря на поздний вечер, не горел свет, никто не ждал у ворот ограждения, словно слуги напрочь забыли о своих обязанностях. Может, зря Лекс рассчитался со стражниками в деревне, было бы лучше, если бы они доехали с нами до поместья.       Сворачиваем с главной дорожки на менее заметную из-за заросшей травы боковую. В сумерках впереди различаются хозяйственные постройки. Останавливаемся и спешиваемся около одной из них. Судя по запаху, это конюшня. — Мариан, постой, пожалуйста, здесь и никуда не уходи. Мы поставим лошадей в стойла и вернемся. — Хорошо. Но разве это не должен сделать конюх? — Я распустил всех слуг на месяц, не знал, когда вернусь. Поэтому сегодня нам придется обходиться своими силами, а завтра они вернутся, — сказал альфа, заходя в темный коридор конюшни.       За то время, что их не было, я успел прилично замерзнуть — хотя сейчас и было начало лета, — и заметить в каком ужасном состоянии находится сад, растущий будто дичком. Я вздрагиваю, когда альфа берет меня под локоток, и мы идем к белеющему светлым камнем дому. Теан открывает задние двери, и мы входим в дом. Чиркает огниво, и в руках у слуги загорается подсвечник со свечами. Лекс берет такой же и поджигает. — Пойдем, Мариан.       Послушно иду следом за альфой на второй этаж и дальше по коридорам, а потом по лестнице на третий. — Третий этаж полностью является апартаментами нашей семьи. На втором большую часть занимают гостевые комнаты. А на первом находятся комнаты для приемов и служебные помещения. Так как слуги не ожидали, что я вернусь быстро, комнаты для тебя подготовить не успели. Поэтому сегодня тебе придется спать в моих покоях, — сказал нервно альфа, оглядываясь на меня.       Конечно, такая перспектива не радовала, но я был полностью уверен, что муж не возьмет меня до течки.       Открывает одну из дверей, заходя внутрь и зажигая подсвечники от своего. Это оказалась гостиная, выполненная в теплых тонах. Пока я осматривался, Лекс успел открыть другую комнату и зажечь там свечи. — Я пойду найду что-нибудь перекусить, а ты располагайся, — проговорил муж, выходя в темноту коридора.       Спальня была в темно-синих тонах с серебристыми фрагментами. На противоположной от входа стены, между двух окон, стояла большая кровать, на которой двое могли вполне потеряться. За другой приоткрытой дверью оказалась ванная комната, обложенная розоватой плиткой, с позолоченными кранами, ручками, крючками и всякими остальными мелочами.       После целого дня пути нестерпимо хотелось смыть с себя всю пыль и грязь дороги, поэтому, не став себе отказывать, я открыл кран с горячей водой, наполняя ванну. Когда она заполнилась водой, я снял одежду, сложив ее на полку, и с тихим плеском опустился в воду.       Поплескавшись полчасика в великолепной водичке, я вылез, вытираясь полотенцем, найденным на полке. Надевать обратно пыльную одежду совершенно не хотелось, поэтому ничего лучше, как завернуться в огромный халат альфы, я не придумал. Надеюсь, что Лекс не будет против такого самовольства, сам ведь сказал: "Располагайся".       Выхожу из ванной, улавливая великолепный запах еды. Потягивая вино из бокала, в гостиной за накрытым столом сидит альфа, брови которого при виде меня взлетают вверх, а мои щеки опаляет стыдливым жаром. Я сажусь за стол, принимаясь за ужин, но, как бы я ни старался, под взглядом Лекса кусочек в горло не лезет. Отрываю глаза от тарелки, встречаясь с задумчивым взглядом альфы. — Вина? — Нет, спасибо...       Утыкаюсь обратно в тарелку, усерднее запихивая ужин, уже наплевав на большую часть правил этикета. Невозможность оставить хоть что-то в тарелке — дурацкая привычка, оставшаяся со времени проведенного на улице. Прикончив, наконец, ее содержимое, я облегченно вздохнул, поднимаясь из-за стола. — Доброй ночи, герцог. — Доброй, Мариан...       Какой-то он странный, словно не здесь, а где-то далеко в своих мыслях. Развернувшись на пятках, я иду в спальню и, расстелив эту кровать, заваливаюсь с левого края, укрываясь одеялом, чуть ли не с головой. Прислушиваюсь, но альфа явно прямо сейчас ложиться спать не собирается. Переворачиваюсь на спину, только сейчас замечая красоту потолка. Свет свечей и луны из окна играет на нем, создавая эффект звездного неба. Засмотревшись на эту прелесть, засыпаю, убаюканный тишиной и еле уловимым запахом альфы. POV Алексиарес.       Просыпаюсь оттого, что мне становится жарко. Хочу скинуть одеяло, но на его месте обнаруживаю прижимающегося ко мне Мариана. Еле сдерживаюсь от того, чтобы не дернуться. Такого поворота я никак не ожидал, ибо ложились мы по разные стороны, да и кровать достаточно большая. Аккуратно сталкиваю сладко посапывающую омегу с себя, ужом исчезая с кровати.       Все-таки он не перестает меня удивлять, то финты он выписывает, то на следующий день берется за голову. Совершенно непредсказуемая персона.       Захожу в ванную, умываюсь, стараясь не смотреть в зеркало, так как свою рожу временами видеть абсолютно не хочется. Что уж тогда говорить об омегах, если сам на нее смотреть не хочу. Выполнив утренние процедуры, иду в гардеробную, вот только зависаю, не дойдя до нее.       На кровати, раскинувшись, спит Мариан, освещаемый ласковым лучами утреннего солнца, отчего его молочная кожа сияет матовым светом, а волосы переливаются, словно лучшие алмазы империи. Но вот он переворачивается, сильнее укутываясь в одеяло, рассеивая иллюзию волшебства.       Я вздыхаю и направляюсь за одеждой. Надев простую белую рубашку и черные штаны, выхожу в коридор.       За последние несколько лет я ощутимо запустил дела герцогства, многое делал спустя рукава, из-за чего прибыль пошла на спад. Более менее придя в себя после длительной депрессии, я пришел три месяца назад и только за голову хватался, видя, насколько сам же все проворонил.       Захожу в кабинет, где на столе уже стоит кружка горячего чая и булочка. Сажусь и достаю бумаги по растрате средств на постройку больницы в одном из городов. В таком неспешном темпе работаю с документами до часа дня, пока не раздается стук в дверь. Разрешаю войти, и в комнату заходит Теан. — Господин, близится время обеда, но господин Мариан так и не встал. — Я же говорил тебе приставить к нему компаньона. — Я так и сделал, господин, однако когда он зашел в комнату, господин Мариан выгнал его! — сказал с укоризной старый слуга.       Ну что же это такое?! Он же мне обещал вести себя прилично! Встаю из-за стола, направляясь к двери. — Я поговорю с ним. Обед накрой на веранде, — сказал я, выходя в коридор.       И какая муха его укусила с утра пораньше? У него, конечно, скверный характер, но без причины он бы срываться не стал. Значит, его что-то к этому подтолкнуло.       Захожу в спальню, где на кровати в тугой кокон замотался омега, делаю несколько шагов к кровати. И тут в нос бьет тяжелый аромат течки, пошатываюсь, стараясь совладать с альфой внутри. Я как-то не ожидал, что она может случиться так скоро, да и почему он меня не предупредил?       Подхожу к кровати и присаживаюсь на край, начиная выпутывать мужа из одеяла. Как оказалось, тот все еще спит, скорее всего не зная о течке.       Справляться с возбуждением становится все сложнее. Снимаю сапоги и забираюсь на кровать, проводя по оголившемуся из-за задравшегося халата телу. Распахиваю полы, и тихий стон слетает сам собой. Его тело великолепно, словно его лепили сами боги. Я навис над ним, проводя ладонью от груди и до вставшей плоти, он выгибается следом за рукой. Решившись, наклоняюсь, пробуя сладкие губки, и он громко стонет, чем я и пользуюсь, начиная страстный бой языков. Когда кислорода в легких перестает хватать, отрываюсь от него. Он хрипло стонет и тянется следом. Поймав меня за шею своими руками, трется об меня всем телом, словно большой кот. Лижет шею и резко, не давая мне опомниться, кусает. Остатки самоконтроля летят в бездну, оставляя только животные инстинкты альфа-самца.