Девушка для Бальтазара

Флоренция сладко сопела на груди Бальтазара. Ангел всю ночь не смыкал глаз и старался не двигаться. Давно забытое тепло вновь овладевало его сердцем, что было чертовски приятно. Приятнее, чем весь алкоголь, все развлечения и женщины мира. Луна мягко освещала комнату и их двоих. Бальтазар был уверен, что попал в своей собственный Рай. Ночь постепенно сходила, давая дорогу новому дню. Ангел любовался рассветом. Солнце быстро поднималось из-за горизонта, заполняя собой все пространство. Первые лучи попали на лицо Флоренции, и девушка начала морщиться. Бальтазар, прижимая ее одной рукой, тут же махнул другой, и плотные шторы задвинулись, вновь погружая комнату в темноту.

***

Флоренция проснулась в кровати одна. Близилось к полудню. Она огляделась и, не найдя нигде ангела, вздохнула, убирая с лица волосы. Растрепанная и невыспавшаяся, девушка натянула на себя первое, что попалось под руку и вышла из спальни. Элисон была сегодня выходная, что не могло не радовать Флори. По всему дому разносились звуки веселой музыки и изумительный запах яичницы с беконом, что слюни текли сами собой. Шаркая по паркету и скрепя половицами, девушка спустилась на первый этаж. Там запах и мелодия усиливались. Постепенно она дошла до столовой. Бальтазар, напевая и пританцовывая, суетился у большого стола. На нем уже стоял букет свежих цветов в античной вазе, были разложены всякие вкусности от джема до конфет и фруктов, конечно же стояла бутылка коньяка с одной стороны и графин свежевыжатого апельсинового сока — с другой. Ангел увлеченно заканчивал украшение тарелки с той самой яичницей, что не заметил Флоренцию. — Какая красота… — в восхищении протянула девушка, подходя ближе, и добавила с нотками недоверия: — ты все это сам сделал? — Обижаешь, дорогуша! — с азартом ответил мужчина, кладя тарелку на стол. — Тебе нужно срочно менять мнение обо мне. Ангел повернулся к Флори, одной рукой притянул ее за талию, а другой взял ее ладонь и начал кружить девушку в такт мелодии. Он смотрел на еще помятое после сна лицо Флоренции, на ее наскоро сделанный пучок на голове и улыбался. Закрутив девушку юлой, Бальтазар резко остановил ее перед собой, чмокнул в нос и, пока Сабрина еще не пришла в себя, посадил ее за стол. — Ты умеешь вскружить девушке голову, — усмехнулась Флоренция и посмотрела в тарелку. Глаза-желтки и рот-бекон улыбались девушке. По краям были нарезаны огурец и помидор, приправленные зеленью и оливковым маслом. Девушка просто не могла поверить, что Бальтазар сделал такое для нее. — Ты удивительный, Бальтазар. Это так мило. — Флоренция искренне улыбнулась, посмотрев на ангела. — Ешь быстрее, пока не остыло. Мужчина сел напротив нее и плеснул в бокал коньяка. Он не мог отвести от девушки взгляд. Она была так красива даже сейчас: растрепанная, в свободной футболке и пижамных штанах. Ангел следил за каждым ее движением. — Очень вкусно. Я так не завтракала со времен своего Лондона. Джессика мне всегда готовила что-нибудь эдакое. — Рад, что тебе нравится. Флоренция уплетала завтрак за обе щеки, то и дело наливая сок. В ней проснулся зверский аппетит, что ничуть ее не смутило. Бальтазар молча наблюдал за ней с улыбкой. В какой-то момент девушка остановилась и вытянулась. Ее взгляд изменился, и на лице появилась ухмылка. Ангел напрягся, поставив стакан на стол. — Ты удивил меня, Бальтазар. Давно такого не было. — Ты? — мужчина понял, что перед ним то самое существо. — Объясни уже наконец, что тебе надо от меня и Флори, или убирайся из нее! — И что, даже не интересно, чем ты меня удивил? — И чем же? — с язвительной улыбкой ответил ангел, скрестив на груди руки. — Отсутствием презерватива, балда! — Тебя это вообще не касается! — Мужчина наклонился над столом и со злостью в глазах пригрозил девушке пальцем. — И хватит за нами подглядывать. Мерзость какая! — Сказал тот, кто смотрит порно. — Девушка быстро его осекла. — Ты еще не понял, папаша? — Что за сказки? Я профессионал! — Бальтазар был одновременно шокирован и оскорблен таким сильным заявлением от какой-то непонятной сущности. — К тому же здесь уже был бы отряд ангелов, жаждущий убить меня и Флоренцию. — Можешь верить, можешь не верить, однако не забывай, что я в голове Флоренции Торндайк и о некоторых вещах могу узнать даже раньше нее. Не волнуйся, пока я тут, с ней ничего не случится. Она даже не почувствует беременность. Мы оба знаем, что такое нефилим. И да, в качестве бонуса я не позволила другим ангелам почувствовать зачатие этого самого нефилима. У тебя, кстати, будет девочка. — Да кто ты, черт возьми? — О, солнышко, я не могу тебе сказать, иначе случится нечто непоправимое. Что хочешь делай, но ты должен вспомнить это сам. — А может, пошла ты? Ворвалась в мою жизнь, загадки загадываешь, манипулируешь и даже имени своего сказать не можешь. Раз без меня ты ничто, то говори, кто ты, и возможно, я помогу тебе. Или заткнись и исчезни из жизни Флоренции и моей. Бальтазар откинулся на спинку стула. Не забыл он и про стакан коньяка, из которого демонстративно отпил, с вызовом смотря в глаза Флоренции. Ему казалось, что это была идеальная стратегия, но после следующих слов существа больше не казалось. — Не зазнавайся, Бальтазар, я знаю о тебе все и даже больше. Освободишь меня — освободишь и себя. Ты не в том положении, чтобы шантажировать. И чтобы ты это понял окончательно, дам тебе подсказку: я создала Флоренцию Торндайк и вашу встречу. В голове ангела начинал складываться пазл, о котором он даже не думал. Все вставало на свои места. Неправильные, но все же места. Это существо оказалось могущественнее, чем он думал. Она же называла себя его другом. Но разве друзья поступают так жестоко? — Понимаю, ты растерян: что же за мразь перед тобой сидит. Но когда ты вспомнишь, что же это за мразь, то поймешь, что я твой единственный друг и выход. — Хорошо-хорошо! Ладно, допустим. Но дай хоть одну зацепку. Я ничего не понимаю. — Михаил. — Который в клетке сейчас? Ты издеваешься?! — Ты хотел подсказку — ты получил ее. Больше я ничего не могу сказать. До встречи, Бальтазар. — Подожди-подожди. Последний вопрос. Сейчас идет гражданская война на Небе. Если я освобожу тебя, ты сможешь помочь остановить ее? — Я больше не вмешиваюсь в ангельские дела и тебе не советую. — Она сказала это с несвойственной ей неконтролируемой вспышкой злости. И через секунду Бальтазар увидел ясный и непонимающий взгляд Флоренции. — Бальтазар, это ты? Что случилось? Я уснула? — Наша дамочка случилась. — Снова? И что она тебе сказала? — Не важно. Я отлучусь. Мне нужно проверить кое-что, а тебе — отдохнуть. Элисон присмотрит за тобой. — Что? Нет! Только не она. Бальтазар! Но тот уже исчез, оставив девушку одну в столовой.

***

Бальтазар на свою беду решил проникнуть на Небеса. На этот раз путь его был прямиком в архив. Уж где-где, а там должно быть хоть что-то. Он знал, что охранники Рафаила караулили повсюду, однако положиться больше не на кого, кроме самого себя. Ангел появился в затененной подворотне. Справа стояли открытые мусорные баки, в которых копошились вороны, а кошки снизу тихо наблюдали за ними, выжидая момент напасть. Здесь никто бы не стал искать Бальтазара, а значит он сможет спокойно попасть домой. Всю дорогу из головы ангела не выходила одна мысль: возможно, он действительно скоро станет отцом. И это его нешуточно пугало и воодушевляло одновременно. С одной стороны, его маленькая принцесса и легион ангелов на хвосте. С другой — скорее всего мертвая Флоренция, ведь она вряд ли сможет пережить рождение полуангела, даже если существо сдержит слово и не даст ей мучаться во время беременности. Он думал и о том, в какой момент сказать Флоренции, что та ждет ребенка. И как она на это отреагирует. Скорее всего даст Бальтазару по лицу. Для нее это будет не меньшим потрясением, чем для ангела. И что делать, когда остальные братья и сестры узнают о нефилиме, о его дочке. — Я освобожу тебя лишь для того, чтобы убить, бессердечная ты мразь, кем бы ни была! — в сердцах сказал мужчина и пнул мусорный бак, испугав всех птиц и кошек в подворотне.