Бывшие в употреблении

— Я к вам, — просто сказал Гущин едва Леонид раскрыл перед ним входную дверь, неловко и как-то криво улыбнувшись. Зинченко бросил короткий взгляд на пожухший букет в его руке, который он держал цветами вниз, будто бы забыв о нем. Выгнала, значит. Не помирились. Леонида вдруг обожгла горькая симпатия к этому мальчишке. — Заходи, — кивнул он и раскрыл дверь шире, впуская молодого человека в квартиру. Вместе с Гущиным в квартиру зашел едкий запах алкоголя. Зинченко нахмурился, но промолчал. — Знаете, — после продолжительной паузы, в течение которой они обустраивались на кухне за столом и ждали, пока закипит чайник, наконец заговорил Гущин. Его голос звучал неожиданно тихо и ломко. — я многое пересмотрел в жизни после этого полета.  — Я тоже, — мрачно отозвался Леонид, уставившись в свою чашку. — но что толку. Жена ушла, — зачем-то хрипло сообщил он. — Как? — удивленно воскликнул Алексей. — а… Валера? — Со мной остался, — Зинченко скупо улыбнулся, вспомнив, как сын решительно отковыривал от своей двери наклейки. — да еще и поклялся взяться за учебу. — Совместное преодоление смертельных опасностей неминуемо сближает, — сверкнул зубами Гущин. — Нужно было Иру тоже с собой взять, — саркастично хмыкнул Зинченко и прищурился на юношу. — ну, а ты чего? В вашем случае с Александрой почему «неминуемо» не сработало? Алексей уставился на мужчину, между его бровей залегла задумчивая складка. — С Александрой? Мы с ней еще не разговаривали. Зинченко непонимающе уставился в ответ. — А куда цветы? — Вам, — как само собой разумеющееся сообщил Гущин, едва заметно начиная отодвигаться от Леонида. — Зачем? Я тебе что, баба? Спасибо можно и словами сказать. — Спасибо за что? — осторожно поинтересовался Гущин. — А цветы за что? — чуть громче спокойного тона спросил Зинченко, начинающий чувствовать себя полным идиотом. — В знак симпатии? — Что? — Только успокойтесь, — миролюбиво попросил Алексей, каким-то образом уже оказавшийся на ногах. — Я спокоен! — рявкнул Зинченко так, что в окнах зазвенели стекла. Он устало потер лоб и вздохнул. - если тебе негде жить, то так и скажи. Алексей одарил его белозубой улыбкой. - Но мне есть где. Я долго думал и просто не знаю, как еще сказать, что я, вроде как, в вас... - Пошел вон, - тихо и яростно оборвал его Леонид. Увядшие цветы так и остались лежать на столе.