Мастера беззакония

      Едва солнце скрылось за горизонтом, а Дафна и Блейз закончили разборки с Тео, в главной каюте через камин состоялся разговор с Джонни Диллинджером. Гермиона присела на одно из двух кресел у камина. У нее за спиной, облокотившись о изголовье кресла, пристроился Драко.       Выяснилось, что дядя Блейза действительно настаивает на помощи Нотта:       — Пара лишних рук никогда не помешает. Я хочу быть уверен, что у моего племянника и его друзей будет страховка. И Нотт — лучший из возможных кандидатов на эту роль, любите вы его или нет. Вам стоит забыть о личной неприязни и работать сообща, как одна команда.       Гермиона была полностью с этим согласна. Особенно после того, что случилось с Драко сегодня, она была рада любой помощи. Дафна же, сидя на подлокотнике второго кресла, на котором устроился Блейз, слушала слова Джонни с крайним скептицизмом. Никто не знал Нотта так, как знала Дафна. И она могла с точностью сказать, что его помощь ещё выйдет им боком.       Блейз утешительно погладил ее по спине.       Главарь англо-итальянской мафии поздравил их с удачным ограблением монакского банка. Он с гордостью выслушал рассказ о том, как именно им это удалось, назвав их команду лучшей под его предводительством: Грейнджер полностью оправдала его ожидания, в Малфое же он давно видел потенциал, а любимый племянник не переставал его радовать, ну, а Дафна, как всегда, была просто неподражаема.       — Да вы, ребята, покруче всех моих головорезов будете, — на лице Джонни расплылась величавая улыбка. — Гермионин ум и смелость — настоящий бриллиант, — взглянув на нее с уважением, он посмотрел на Драко за ее спиной. — Кстати, видел статью, что настрочила про тебя эта писака Скитер… Она произвела достаточно шумихи. Все только об этом и говорят… Ты новая звезда преступного мира, Дракон. А вы трое, может, пока и остаётесь в тени, но с тем размахом, с каким вы делаете дела, ваши личности раскроют в ближайшее время. Уверен, кто бы тебя ни покрывал, Гермиона, он не сможет долго скрывать твое содействие и непосредственное участие в этих громких ограблениях.       — Ну, не тебе же вечно покорять заголовки, дядя, — с ноткой веселья в голосе сказал Блейз. — Настала новая эра с новыми криминальными личностями.       — Я так и думал. Пора мне паковать чемоданы и на пенсию куда-нибудь на Бали в компании кучи красоток, — лукаво кривя губы, отшучивался Диллинджер.       — Вот это я понимаю пенсия, — Драко одобрительно повел уголками губ, обмениваясь с мужской компанией многозначительными взглядами.       Девушки закатили глаза. Ох, эти мужчины.       Также Диллинджер сообщил Драко и Гермионе, что его люди продолжают упорно заниматься поисками Рона и Нарциссы. По его словам, здесь замешан русалочий народ, и для поисков его людям пришлось искать переводчика с русалочьего языка. Эти новости были для них не новы, но им все же было приятно знать, что поисками занимается такой человек, как Джонни Диллинджер. Во Франции намечалось сложное ограбление. И в этот раз мафии не удалось достать для них нелегальный порт-ключ до самого красивого и элегантного города мира, из-за строгого контроля пересечения французской границы, поэтому им придется пересекать ее законно. Ну, или почти «законно».       После их разговора на вместительной кухне Гермиона с Дафной приготовили ужин. В приятной дружеской обстановке за бурным обсуждением происшедших событий они вчетвером поели жареных кальмаров с греческим салатом. Драко не переставал восхищаться тем, как Гермиона уделала того охранника. А она не переставала гадать, какое же заклинание использовали комиссары, чтобы обратить пулю против Драко. Блейз предположил, что у монакских волшебников есть неведомые им заклинания, и она сочла эту теорию вполне приемлемой. Несмотря на протесты Дафны, Гермиона все же отнесла порцию Тео, ведущему яхту. Она не могла спокойно есть с мыслью о ещё одном наверняка голодном человеке в их компании. Тем более, он как-никак помог им.       — Не корми его! — Дафна стукнула кулаком по столу. — Он не достоин есть нашу стряпню.       — Ну, мы на его яхте, так что, думаю, это взаимовыгодный обмен, — пожав плечами, Гермиона вышла на палубу с подносом в руках.       — Она слишком добрая, — Блейз покачал головой, пережевывая пищу. — Передай соль.       — Скорее человечная, — подправил Драко и передал другу соль.       — Ага, в отличие от Нотта. — Блейз обильно посыпал салат солью. — Этот ублюдок тот ещё фрукт и доверять ему нельзя.       — Зачем Джонни его только к себе взял? — негодовала Дафна, разрезая на тарелке кусок кальмара.       — Он полезен нам, — ответил Блейз, нанизывая на вилку кусочек сыра и отправляя его в рот. — У него есть куча всяких темных артефактов, с которыми он с нами делится по мере надобности. Плюс — он неплохо умеет грабить банки.       Вернулась Гермиона и села на своё место за столом рядом с Драко. Все перевели на нее любопытные взгляды.       — Что он сказал? — спросила у нее Дафна.       Гермиона поджала губы.       — Ничего. Я просто оставила поднос и ушла.       — Если он нагрубил тебе, клянусь, я… — начал было Драко, готовый в любой момент вскочить со стула и надрать Нотту задницу, стоит ей только слово сказать.       — Да нет же. — Она накрыла его ладонь своей. — Все нормально.       После ужина они разошлись по каютам. Драко был в ванной, пока Гермиона переодевалась: раздевшись до белья, она стала копошиться в своей бисерной сумочке в поисках майки и шорт. Сейчас она просто хотела отдохнуть после насыщенного дня. Каюту освещало только лишь настенное бра над кроватью. Стоял приятный шум вод океана. Иллюминаторы открывали вид на звёздное небо.       — Да где же… — устало вздохнула Гермиона. По плечо погрузив руку во вместительное пространство сумки, она никак не могла отыскать в ней одежду.       — М-м, а я смотрю, ты быстро схватываешь. Саундтрек: The Weeknd — The Hills       Гермиона дёрнулась. Драко появился за ее спиной совершенно неожиданно. Когда он вышел из ванной, его взору предстала полуобнажённая фигурка Грейнджер. В полумраке каюты она стояла возле кровати в одном только черном кружевном белье. Драко закусил губу. Неплохой вид.       — Что? — Она смотрела на него из-за спины, захваченная врасплох и растерянная.       — Ждешь меня раздетая, — пояснив свои слова, он вплотную приблизился к ней сзади.       — Я не жду тебя… — сбивчиво дыша, возмутилась Гермиона, пока его горячее дыхание обжигало кожу на ее плече. Самонадеянности ему точно не занимать. — Я переодевалась, а ты нагло ворвался, засранец.       Затылком Гермиона почувствовала, как он усмехается. И едва уловимо проводит пальцами вдоль ее позвоночника, завершая свой путь на копчике. Бисерная сумочка выпадает из ее рук. По спине проходится рой мурашек, и она невольно выгибает спину навстречу его пальцам. Из ее губ вырывается полувздох-полустон.       — Какая чувствительная… — низко произносит Драко. И убирая ее волосы на бок, целует Гермиону в шею.       Ох, эти его губы…       Такие умелые и мягкие — они скользят по ее шее, заставляя кожу пылать и томиться в ожидании. Ее ноги слабеют, и она откидывает голову назад, опираясь на него всем телом. Драко обнимает ее сзади и медленно обводит пальцами пупок. Жар, исходящий от его горячего тела, пробуждает в ней острое желание слиться с ним воедино.       — Ах… — Гермиона шумно вздыхает, когда Драко заводит руку ей за спину и расстегивает застёжку на бюстгальтере, отбрасывая его в сторону. Помещая в ладонях полушария ее налившейся груди, он начинает пощипывать ее напряженные соски.       Будучи полностью одетым, в то время как она стояла в его объятиях лишь в одних трусиках, Драко прижимался к ней бедрами. И этот контраст так сильно возбуждает их обоих.       — Вчера ты сделала мне приятно… — между поцелуями шеи и ласками груди произносит он. В голове мелькают события прошлой ночи: Гермиона расстегивает его ремень, вытаскивает его член… ласкает его. Проклятье, это было незабываемо. — Я хочу отблагодарить тебя.       — Не уверена, что это хорошая идея… — Отголоски рассудка говорили ей притормозить, тогда как тело было совсем не против. Он завладел им и играл, как на диковинном инструменте.       Гермиона таяла в его руках.       — Видишь ли… — Драко начинает дразняще поглаживать низ ее живота, рождая в нем пламя, — когда девушка доводит меня до оргазма, я привык отплачивать ей тем же… — он обхватывает зубами ее мочку и нежно кусает, посасывая, а его большая ладонь ложится на ее промежность поверх трусиков. И, о Мерлин… сжимает.       — О-ох… Черт бы тебя побрал, Малфой! — шипит Гермиона, чувствуя, что стала влажной.       — Ты хочешь меня. — Он утверждает. Ее киска пульсирует под его рукой. Кружевная ткань стала мокрой. И тогда Драко без предупреждения запускает ладонь в ее трусики, второй рукой пощипывая ее торчащий сосок.       Гермиона извивается в его руках.       Он оглаживает ее лобок. Она была гладкой. Кожа там была такой нежной. Его длинные пальцы провели вдоль складок, набирая смазку, и закружили вокруг ее клитора. Второй рукой он продолжает сминать ее грудь, а языком вычерчивать узоры на шее. Ощущения от трения ее крайне чувствительной плоти об огрубевшую кожу мужских пальцев были очень острыми, и просто до дрожи в коленках приятными…       Животное притяжение.       В плену его изощрённых ласк Гермиона испытывала жгучее желание. Сердце выпрыгивало из груди. В порыве страсти ее голова елозила по его твердой груди. Она уже совсем не стояла на ногах, полностью навалившись на него, и жадно вдыхала манящий аромат его кожи и терпкого парфюма. Этот необузданный мужчина держал ее в своих сильных руках, ласкал, пальцами вытворял сладострастные вещи. А она отдалась в его власть и наслаждалась.       — М-м-м…       — Хочешь, чтобы я вставил в тебя пальцы? — Его голос звучал приглушенно.       — Проклятье, да… — От мысли о его музыкальных пальцах внутри себя у Гермионы закружилась голова.       От пылкости ее ответа Драко хрипло хихикает и мучительно медленно спускается пальцами к ее входу. Играет с лепестками половых губ, поднимается выше и снова надавливает на чувствительный комочек. И вдруг резко вставляет внутрь средний палец.       Гермиона беспомощно стонет и невольно сжимает бедрами его руку.       «Уф, как же узко, девочка…»       У него перехватывает дыхание от одной лишь мысли о проникновении в нее. А от того, как ее мышцы обволакивают и сжимают его палец, Драко становится максимально твердым, мечтая вставить в нее уже далеко не только палец.       «Дыши, Драко.»       Ее влагалище такое тугое, что ему с трудом удается протолкнуть второй палец. Окруженный жаром ее стенок, он начинает двигать пальцами, щупая ее изнутри. И Гермиона сладко стонет, приоткрыв губы. Он старается не думать о том, как бы ощущалась ее киска на его члене, потому что сейчас сосредоточен на ее удовольствии.       Насаженная на его пальцы, Гермиона еле стояла на ногах, прислоняясь к нему всем телом. Драко хотел доставить ей максимум удовольствия, поэтому, вынув из нее свои пальцы в сопровождении ее недовольного стона, присел перед ней на корточки и, резко стащив с нее трусики, толкнул на кровать. Гермиона упала лицом на матрас и, перевернувшись, недоверчиво покосилась на него. Приподнявшись на локтях, она свела ноги вместе в попытке прикрыться от его одичавших серебристых глаз.       Сейчас перед ним была совершенно обнаженная и возбужденная Гермиона Грейнджер. Она смотрела на него своими большими глазами цвета топленого шоколада и сводила его с ума. Ему потребовалось большая выдержка, чтобы не наплевать на все свои планы и просто не трахнуть ее по-жесткому.       — Какого черта?!       — Раздвинь ноги, — приказным тоном велит он, затуманенным взглядом осматривая ее.       Она упрямо свела брови и не спешила выполнять его приказы. Какого черта он швыряет ее на кровать? Просит раздвинуть перед ним ноги, когда они едва встречаются. Гермиона позволяла ему слишком много. Но, черт побери, почему же ей это так нравилось?       Драко навис над ней. На нем все ещё был его костюм, тогда как на ней не было абсолютно ничего. Его серые стальные глаза пожирали ее взглядом.       — Ну же, Ангел… Я хочу кое-что сделать для тебя.       Встав на колени, он за лодыжки притянул ее на край кровати и стал протискивать голову между ее бедер. Гермиона занервничала и упорно не впускала его.       — Нет, перестань…       — Да брось, неужели Уизли ни разу не делал этого для тебя? — Драко поднял голову, встретив ее неуверенный взгляд. И тогда в его голове что-то щелкнуло. — Ты… ты девственница, Грейнджер?       Она едва заметно кивнула. На секунду он был потрясен, но потом на его красивом лице расцвела улыбка, и он любовно произнес:       — Ты не представляешь, как меня это радует… А теперь раздвинь ноги, Ангел.       Драко Малфой знал, что следует сказать, как и где прикоснуться, чтобы она раздвинула перед ним свои очаровательные ножки.       Он трогал ее, томным голосом нашептывая непристойности:       — Я хочу, чтобы ты кончила… — протиснув руку между ее ног, он ласково проводит кончиками пальцев по ее припухшим складкам. — Хочу видеть твоё лицо в этот момент… — накрыв клитор подушечкой большого пальца, медленно поглаживает, слегка надавливая. — …Хочу попробовать тебя на вкус.       Она текла. И когда его прохладные пальцы вновь скользнули внутрь, Гермиона со стоном развела перед ним бедра. Драко не удержался от восхищенного вздоха и судорожно задышал. Он беззастенчиво рассматривал ее, приоткрыв губы. Она была красивой: нежные розовые губки расходились от набухшего от его ласк клитора. Он пару раз толкнулся в нее пальцами и вышел. По его кисти стекала маленькая струйка ее выделений.       Гермиона чувствовала на себе его взгляд, и это ещё сильнее возбуждало ее. Он соблазнил ее. Его пошлые словечки действовали на нее как афродизиак. И она не на шутку завелась. Жажда развязки буквально съедала ее. Гермиона шире развела ноги, желая вновь ощутить его прикосновения на себе. Глаза Драко заблестели от этого зрелища. Его губы дрогнули в похотливой ухмылке. Обхватив ее бедра руками, он зарылся лицом между ее ног, жадно вдыхая ее чувственный аромат.       Она пахла как мечта.       Смотря ей прямо в глаза своим бесстыжим взглядом, он провел языком по ее половым губам. Гермиона откинула голову на матрас. Каюту заполнил ее мелодичный стон.       Эта женщина понятия не имела, насколько она сейчас прекрасна.       Его горячий язык дарил истинное блаженство. Белокурая макушка скрылась меж ее бедер, и он пронзил ее влагалище своим языком. Ритмично задвигав им взад-вперед, он ущипнул ее за клитор. И Гермиона закричала, приподнимая бедра ему навстречу.       Такая влажная…       Идеально устроившись в колыбели ее горячих бедер, которые были словно созданы специально для него, Драко лизал ее, будто кот, добравшийся до сметаны. Она выгибалась и стонала под его сладостной пыткой. Он гортанно застонал, погружая в нее свой язык вновь и вновь. Он так увлекся, что стал причмокивать. Те невероятно красивые звуки, что она издавала, просто сносили ему крышу. Он готов был слушать их вечно.       — Я не могу больше, Драко! — Гермиона захныкала, нетерпеливо запуская руку в его шелковые пряди, запутавшись в них пальцами и оттягивая за кончики.       Драко зарычал.       — Блядь, скажи это ещё раз! — Он поднял голову. Его платиновые волосы торчали в разные стороны. От возбуждения его тонкие черты лица заострились. До чего же он красив…       — Я не могу больше…       — Нет, мое имя, Грейнджер. Кричи мое имя! — потребовал он, накрыв низ ее живота своей крупной ладонью, тем самым удерживая Гермиону на месте. Драко погрузил в нее сразу два пальца и, принявшись трахать ее ими, присосался ртом к ее изнывающему бугорку.       — О боже, Драко! — Она заметалась головой из стороны в сторону, сжимая в кулаках простынь и до хруста выгибаясь в спине.       — Ты охренеть какая вкусная, Грейнджер… — обдавая своим горячим дыханием ее промежность, он нащупал на верхней стенке влагалища точку «g» и принялся массировать ее кончиками пальцев, неустанно посасывая подрагивающий клитор.       И это просто свело ее с ума. Он был слишком, слишком хорош. Он доводил ее до грани своими покусываниями, полизываниями и своими до невозможного сексуальными вздохами.       — Давай, Ангел…— прохрипел Драко, не переставая ласкать ее. — Кончи для меня.       Дыхание сбилось. Пульс участился. Гермиона натянулась, как струна. И ее тело сотряс мощный оргазм. Из ее горла вырывались громкие стоны. Ее напрягшаяся плоть сокращалась вокруг пальцев Драко. Ей не хватало воздуха в легких, и она жадно ловила рваные вдохи. Она комкала простынь в руках. Запрокидывала голову кверху, катаясь макушкой по постели. В ее голове не было ни одной мысли, кроме Драко, его языка, губ и пальцев.       — Драко…

***

      А в соседней каюте притаились Дафна и Блейз. Они слышали все до малейших деталей: громкие стоны Гермионы, пошлые фразы Драко.       Из-за стены раздался страстный вскрик Гермионы: «О боже, Драко!»       — Дракон таки забрался к Принцессе в трусики… — Губы Блейза тронула коварная улыбка. — Я выиграл, Даф.       Не так давно, как только Драко и Гермиона стали сближаться, они заключили пари. Дафна была убеждена, что Драко не удастся соблазнить Гермиону. По крайней мере, в ближайшее время. Она знала, что подруга невинна, и полагала, что та не станет вступать в сексуальные отношения с таким, как Малфой. Но с каждым днём они стали замечать эту химию между ними. Да что там говорить, даже слепой заметил бы это электричество, исходящее от этих двоих. И Дафна уже была готова к своему поражению, но все же не думала, что это случится так скоро. Такое поведение было не свойственно Гермионе. Она отказывала Рону столько времени! И тут появился Драко Малфой и полностью развратил ее подругу. Судя по всему, у них все очень серьезно, никак иначе. Блейз же был уверен в своём друге. Как он выразился: «Этот зверь может уложить в постель даже такую, как Грейнджер. Кто думаешь, его всему научил, Даф?»       — Поверить не могу! — вздыхала Дафна. — Я убью Драко за то, что распустил руки! Или что он там ещё распускает… Я ведь его предупреждала! — Она пораженно развела руками: — Ах, ладно… чего ты хочешь?       По правилам проигравший исполняет желание победителя. Блейз на секунду задумался. Чего он хочет? Он хочет Дафну. Всегда ее хотел. Больше ему ничего и не надо. Его лицо озарила похотливая улыбка, и он выдал:       — Почему бы нам не заняться тем же, чем и они, м?       Она приподняла одну бровь. И это то, что он загадает? Он ведь и так может получить это от нее. Они уже занимались любовью. Вчера у них была потрясающая ночь. И до этого тоже. Дафна и подумать не могла, что Блейз окажется таким ненасытным.       — Чем именно? Судя по звукам, они не занимаются сексом… Иначе звуки были бы к-у-у-да громче. Смею предположить, что он удовлетворяет ее орально.       Блейз недвусмысленно повел бровями. В его голове не было ни одной приличной мысли. Он ещё не делал этого для нее. А Драко и Гермиона так откровенно вдохновили его…       — Ах ты, негодник! — игриво толкнув Забини в плечо, Дафна потянулась к нему за поцелуем, оттягивая нижнюю губу зубами.       Блейз притянул ее к себе за талию и запустил свой юркий язык в ее рот. Уже порядком заведённые жаркими звуками из соседней каюты, они нетерпеливо стягивали с друг друга одежду. Раздев Дафну до белья, он повалил ее на кровать, устраиваясь между ее бедер.       — Спорим, я заставлю тебя кричать громче, чем Драко заставил Грейнджер? — Не спуская с нее глаз, он зубами стянул с девушки трусики.       — Ну уж нет… Хватит с меня споров.       И она застонала, стоило ему прикоснуться к ней языком.

***

      После бурного оргазма Гермиона не чувствовала ног. Каждая клеточка ее тела была расслаблена. Словно ее душа побывала на небесах и теперь возвращалась обратно в тело. И все из-за него. Он вознёс ее до небес.       Драко поднялся на локтях, встречаясь с ней глазами. И, о Мерлин… От увиденного у Гермионы вся кровь прилила к лицу: весь его подбородок был в ее соках. Более того, он облизывался! Его волосы были растрёпаны. И выглядел он донельзя довольным. Малфой, словно кот, наевшийся сметаны, слизывал со своих покрасневших губ ее любовный нектар. И это было одновременно самым грязным и самым горячим жестом с его стороны.       — Ты… — Гермиона не знала, что сказать, наблюдая за его действиями. —…Ты очень испорченный, Драко.       — О, ты не представляешь, насколько, Ангел…       Он навис над ней сверху и поцеловал в губы. В полной мере давая ей попробовать себя на вкус. Гермиона замычала, пытаясь отпрянуть, но Драко не сбавлял напора, настойчиво проталкивая через ее губы свой язык. Она могла чувствовать, как сквозь поцелуй его губы растягиваются в улыбке. Он упивался. Она была такая невинная, такая неискушенная. И он — единственный, кто видит ее такой разгоряченной, такой уязвимой. И этим она заводила его ещё больше. Теперь она была его.       Его Гермиона.       Из соседней каюты послышался протяжный стон. Драко оторвался от Гермионы с характерным чмоканьем губ, и парочка замерла, прислушиваясь к звукам.       — Закинь мне ноги на плечи, детка, — послышался томный голос Блейза из-за стены.       Ответом послужил приглушённый стон Дафны и скрип кровати.       Губы Гермионы сложились в букву «о» от осознания, что их было так же прекрасно слышно. А на лице Драко появилась хулиганская улыбка.       — Похоже, не мы одни здесь шалим, — посмеиваясь, сказал он.       — Ох, Мерлин, как стыдно! — Гермиона зарылась лицом в ладони. Открыв лицо, она бросила на него укоризненный взгляд. — Все ты!       — А что я? — Он состроил невинное выражение лица. — Это не я тут стонал и выкрикивал: «О да, Драко! Ещё!» — деланно скопировав ее девчачий голос, насмехался он.       За что она стукнула его подушкой по голове.       — Идиот… Ненавижу тебя.       — Ещё несколько минут назад ты была обо мне другого мнения… — Он оскалился, облизывая губы. — Когда мой язык был глубоко в твоей сладкой…       Не успев договорить, он вновь получил подушкой по голове.       — Ты такая задница, Драко Малфой!       — Ты неблагодарная, Грейнджер. — Малфой пригладил свои взлохмаченные волосы. — Многие девушки были бы счастливы оказаться на твоём месте. Ощутить в себе мой язык… Я, знаешь ли, мастер в этом деле. — Он шаловливо подмигнул ей.       — Ох, не сомневаюсь! — фыркнула Гермиона. До чего же он самодовольный! — Вот и катись тогда ко всем этим девушкам! Ко мне чего пристал?       — Ты знаешь, почему, Ангел… — Драко посмотрел на нее таким глубоким взглядом, от которого по всему ее телу пробежала мелкая дрожь.       Гермиона застыла, часто моргая.       Знала ли она? Всякий раз, когда они сталкивались взглядами, серые в карие, и наоборот, — мир останавливался. В нем не было никого, кроме них двоих. Это чувство опьяняло. Любовь ли это? Гермиона не знала ничего о том, как любить Драко Малфоя. Они только познавали это чувство. Но она могла с точностью сказать, что если бы его не было сейчас с ней рядом, ее мир был бы уже не тот. Не такой красочный, не такой нужный. Драко ворвался в ее мир, словно торнадо, и перевернул все с ног на голову. Заставил забыть все, что было до. Открыл новую страницу в ее жизни и стал в ней главным героем, от которого полностью зависел дальнейший сюжет. Он писал вместе с ней их общую историю. И, несмотря на их вечные ссоры, Драко стал для нее важным и желанным. И она видела, что является для него такой же важной и желанной. Поэтому — да. Она знала.