Истина в вине

      Хакс услышал шум еще раньше, чем свернул в коридор, ведущий к покоям Рена. Головная боль опять просачивалась в череп. Все, чего он сейчас хотел – это сесть на шаттл и улететь куда-нибудь подальше от Финализатора. На какую-нибудь планету Внешнего Кольца в другом конце Галактики, например. Туда, где спокойно. И взять с собой алкоголь. Много алкоголя.       Прошло совсем немного времени с момента их размолвки с Реном в столовой, как капитан Фазма вызвала его по комлинку, сообщив, что ему срочно надо подойти к покоям магистра. Сама же Фазма вместе с тремя штурмовиками стояла у открытой двери, ведущей в апартаменты рыцаря. Теперь ясно, почему шум разносился так далеко по коридору. Капитан подошла и отсалютовала раньше, чем Хакс сообразил, что происходит. «Спасибо, что подошли так быстро, сэр», - сказала она, украдкой оглядываясь на комнату, из которой доносился звук бьющихся стекол. Хакс почувствовал, что пульсирующая боль в висках усиливается, и глубоко вздохнул прежде чем заговорить. «Капитан, будьте так любезны, объясните, что за срочная ситуация могла заставить вас оторвать меня от дел?» - процедил он, хотя всем в радиусе 500м и так было прекрасно понятно, в чем проблема. Фазма нерешительно откашлялась. «Похоже, у лорда Рена какие-то серьезные проблемы, сэр. Он разносит свои комнаты вот уже 30 минут». Хакс вздохнул и потер спинку носа. Что такого ужасного он в жизни натворил, чем заслужил все это? «У него обычная истерика, капитан, - сказал он, складывая руки за спиной. – Мы сталкиваемся с этим с тех самых пор, как лорд Рен почтил нас своим присутствием на этом корабле». При слове «почтил» Хакс едва не фыркнул: каждый отчет об ущербе, причиненном истериками Рена, написанный и поданный им, каждая деталь в этих отчетах всплыли в памяти, настойчиво стучась в и без того больную голову. «Да, сэр», - ответила Фазма с такой усталостью, будто могла читать мысли генерала. «Кто-нибудь заходил к нему?» «Это было первое, что я сделала, когда услышала шум, сэр. Но лорд Рен ясно дал понять, что не хочет, чтобы я оставалась». «И как же он это сделал?» Фазма потупила взгляд, делая вид, что возится с защелкой бластера, и на секунду Хаксу показалось, что она сейчас начнет шаркать ногой по полу. «Он бросил в меня подушку». Хакс едва сдержался, чтобы не застонать во весь голос. «Подушку?» - переспросил он, думая, что еще никогда в жизни не чувствовал себя настолько уставшим. «Да, сэр». «И что же вы сделали после того, как лорд Рен бросил в вас подушкой, капитан?» - продолжал допытываться Хакс, скрипя зубами. «Я ушла из комнаты, сэр, - ответила она, выпрямив спину. – Я подумала, что лучше не раздражать его своим присутствием, так как он ясно дал понять, что не хочет меня видеть». Хакс потер глаза рукой, подавляя в себе желание начать биться головой о стену. «Ну что же, я рад, что вам удалось выбраться оттуда в целости и сохранности, капитан», - сказал он, даже не пытаясь скрыть сарказма. «Спасибо, сэр», - казалось, Фазма не заметила подвоха в словах командующего. Хакс внутренне застонал и окинул присутствующих усталым взглядом. «А сейчас с ним кто-нибудь есть?» «Да, сэр, я послала туда двух штурмовиков, чтобы оценить ситуацию». Прежде чем Хакс успел что-то ей ответить, из комнаты раздался громкий звук удара, сопровождаемый разъярённым воплем от Рена, и, мгновение спустя, два штурмовика вылетели вон, с треском врезавшись в противоположную стену коридора. Фазма в два прыжка подскочила к своим штурмовикам, Хакс последовал за ней. «Думаю, теперь можно с уверенностью сказать, что ситуация оценена как следует, не так ли, капитан?» - рассеянно бросил Хакс. «Эмм… да, сэр». Фазма опустилась на колени рядом с ближайшим штурмовиком и перевернула его на спину. Хакс остался стоять, склонившись над ними и устало наблюдая за действиями капитана. «КС-5635? - Фазма потрясла штурмовика за плечо. - Вы ранены?» Как только КС-5635 оказался на спине, он повернул голову к генералу, и, хотя штурмовик был в шлеме, было совершенно очевидно, что он смотрит прямо на Хакса. «У вас такие красивые глаза, генерал…» - невнятно пробормотал КС-5635, неуклюже салютуя. «У него определенно травма головы», - заключил Хакс, размышляя, надо ли будет отправить КС-5635 на перевоспитание после того, как он поправится. В то же время два других штурмовика помогали КС-5635 встать на ноги. «Мое плечо! – вскрикнул тот, опираясь на своих коллег. – У меня вывих!» Хакс стиснул зубы и посмотрел на открытую дверь. Его терпение было на исходе. «Капитан, – сказал он строго. – Вы и ваши люди свободны. Я хочу, чтобы вы немедленно сопроводили раненых в медотсек. Я сам разберусь с этим». «Да, сэр, - бодро ответила Фазма, хотя в голосе слышались нотки сомнения. – А вы уверены, сэр?» «Совершенно уверен, капитан. Возвращайтесь к своим обязанностям». Фазма еще раз отсалютовала и зашагала прочь вместе со своими штурмовиками, двоих из которых не то несли, не то тащили их товарищи.       Подождав, пока коридор опустеет, Хакс глубоко вдохнул и зашел в покои магистра, закрыв за собой дверь. Он слышал, как Рен продолжает крушить все вокруг, как вещи летали по комнате, сталкиваясь друг с другом и со стенами. Хакс прекрасно понимал, как он рискует, потому что, очевидно, именно он и все сказанное им в столовой и было причиной такой вспышки гнева. Но также Хакс понимал, что именно он должен успокоить нервного рыцаря, прежде чем тот разнесет весь корабль вместе с командой. Уворачиваясь от ножки стула, летящего в его направлении, Хакс бросился на пол сразу же как только вошел в спальню. «Убирайся!» - рявкнул Рен, Силой швыряя в Хакса еще один сломанный стул. «Да твою ж мать, Рен! Успокойся!» - завопил генерал, ныряя за постель, чтобы увернуться от обломков. «Да пошел ты, Хакс!» - огрызнулся Рен, посылая обломок стола в направлении кровати. «Перестань швырять в меня мебель! Я всего лишь хочу поговорить!» «Ах теперь ты хочешь поговорить?! - презрительно бросил Рен, поднимая довольно большой кусок стекла от одной из разбитых консолей. – Забудь об этом! Я не желаю слышать от тебя ни единого слова! Я уже достаточно наслушался сегодня!» «Подожди, Рен… положи эту штуку», - сказал Хакс, пятясь назад и держа руки перед собой, на виду, как только заметил, что Рен собирается метнуть в него стекло. «Рен!! Не смей кидать это в меня!» «Я сделаю все, что захочу, придурок! – гаркнул Рен, Силой поднимая осколок над головой. – И сейчас я хочу бросить это в твою дурацкую рожу!» И он со всей силы швырнул осколок в Хакса. Тот инстинктивно отшатнулся, закрыв лицо руками. Стекло с пронзительным звуком ударилось о стену в каких-то сантиметрах от головы генерала, осыпав его тысячей мелких осколков. «Ты чуть не убил меня, идиот!» - заорал он, отряхиваясь от осколков. «О, не беспокойся, - взревел Рен. - Я обязательно попробую еще раз!» Он отвернулся, осматривая комнату в поисках еще чего-нибудь, что можно было бы бросить в генерала. Хакс начинал чувствовать себя все более и более беспомощным. Так или иначе он обязан был успокоить Рена, иначе рисковал присоединиться к КС-5635 и его товарищам в медицинском отсеке. И он решил попробовать более спокойный подход. «Рен, это смешно, - начал он мягким, чуть ли не нежным голосом. – Прекрати вести себя как ребенок, нам надо поговорить». Рен все еще стоял спиной к нему, осматривая комнату, но, заметив изменения в тоне генерала, он, казалось, немного расслабился. Но, как только Хакс подумал, что самое страшное уже позади, рыцарь резко развернулся, резанув совершенно диким взглядом. «Мне нечего сказать, – прошипел он, сжимая кулаки. – Так же как и тебе нечего мне сказать. Кроме оскорблений и гребаной лжи! Это единственное, на что способен бессердечный мудак вроде тебя!» И снова отвернулся, продолжая искать что-нибудь более-менее большое и тяжелое среди осколков на полу. Хакс сделал несколько шагов назад, когда увидел, что Рен поднял с пола немаленький кусок металла, который, вероятно, ранее вырезал из стены своим мечом. «Рен, ты должен прекратить это прямо сейчас! – Хакс предостерегающе поднял палец, будто отчитывал непослушного ребенка. – Это приказ!» Он осознал свою ошибку сразу же после того, как произнес эти слова. Но было слишком поздно. Глаза Рена потемнели, а лицо перекосилось от гнева. «Приказ?! – взревел он, изо всех сил кидая железяку в Хакса. – ПРИКАЗ???!!!» Теперь Рен швырял все, что было в пределах досягаемости. Куски мебели, обрывки проводов, осколки стекла ураганом носились по комнате. Хаксу снова пришлось броситься в укрытие за огромную кровать. «Ублюдок!! Ты полный, конченный ублюдок!! Гребаный ты сукин…» «КАЙЛО!» Это выглядело так, будто кто-то щелкнул выключателем. Вместо оглушительной какофонии теперь Хакса окружала абсолютная тишина. Генералу стало даже жутко, и небольшая часть его сейчас очень хотела, чтобы Рен продолжил швырять в него мебелью и орать. Потому что при звуке голоса Хакса, произносящего его имя с неподдельной тревогой, Рен вдруг замер и замолчал. Он так и стоял, глядя на генерала широко раскрытыми глазами, тяжело дыша. «Пожалуйста, – выдохнул Хакс, он порядком устал уворачиваться от посылаемых в него снарядов. – Пожалуйста… просто успокойся». «Ты назвал меня по имени?» - удивленно пробормотал Рен. «Я всегда называю тебя по имени», - ответил Хакс, выпрямляя спину. «Нет, я имею в виду… мое первое имя. Ты никогда раньше...» Рен замолчал и, казалось, расслабился. Весь его гнев и энергия тихонько угасли. Хакс не удержался от вздоха облегчения. Осматривая комнату и царивший в ней хаос, он обратил внимание на правую руку Рена. «У тебя кровь». «О, - рассеянно ответил тот, рассматривая довольно большой порез на ладони. – Я и не заметил…» Хакс еще раз вздохнул и вытащил носовой платок из внутреннего кармана шинели, прежде чем снять и бросить ее на кровать. «Садись». Какое-то мгновение Рен, казалось, сомневался, стоит ли ему слушать Хакса или нет, но, в конце концов присел на краешек кровати. Не особо задумываясь о том, что он делает, Хакс подошел, встал на колени между ног Рена, взял раненую руку и принялся изучать повреждение. Порез оказался неглубоким, но все равно его надо было обработать. Хакс так сконцентрировался на этом занятии, и на том, чтобы кровь не попала на форму, что совершенно не заметил, как Рен смотрит на него, потрясенный непривычной картиной: генерал стоит на коленях перед ним. Хакс прижал платок к ране, чтобы остановить кровь, крепко завязал его, и, убедившись, что повязка не слетит, попытался встать на ноги. Но ему это не удалось: Рен мягко, но настойчиво поставил его обратно на колени. Вспыхнув, Хакс уже собирался было высказать Рену, как ему надоели идиотские выходки, но затем он увидел глаза рыцаря и вся злость исчезла, будто ее и не было. Во взгляде было столько тепла и столько тоски, что что-то внутри Хакса начало рушится. Стены, которыми он упорно окружал себя всю свою жизнь. Если бы его сейчас спросили, Хакс не смог бы объяснить, что с ним происходит, не нашел бы слов, чтобы описать это. Единственное, о чем он мог бы сказать - так это об ощущении абсолютного спокойствия, накрывшем его, как теплое одеяло. Как будто все тревоги, страхи и боль, которые он когда-либо чувствовал, исчезли безвозвратно. И больше ничто и никогда не сможет отнять у него это чувство. Как будто ему вдруг подарили крылья, достаточно мощные, чтобы поднять его над всеми трудностями и страхами и унести прочь. Никогда раньше он не чувствовал себя настолько сильным, как в этот момент, в то время как в голове у него была лишь одна мысль: полная капитуляция. Хакс почувствовал, что сердце бешено колотится, когда он придвинулся ближе к Рену, опираясь руками на его колени. Кайло в свою очередь тоже подался вперед, осторожно кладя руки на талию генерала и мягко притягивая его к себе. А Хакс не отрывал взгляда от глаз рыцаря. Эти глаза. Казалось, они меняют цвет. Тогда, в столовой, при ярком дневном освещении они казались ему ореховыми, сейчас же, в тусклом вечернем свете они были почти черные. Хакс вдруг осознал, что не дышит уже почти целую минуту и резко вдохнул. Рен наклонился вперед еще больше, притягивая генерала к себе за талию. Это происходит на самом деле? Едва Хакс успел подумать об этом, как их губы встретились. Нежные и немного робкие, они едва коснулись друг друга. Поцелуй начался как мягкий и нерешительный, но совсем скоро Хакс подался вперед, жадно проникая языком в горячий рот Кайло. В ответ Рен потянул генерала вверх, сажая к себе на колени. Хакс лишь прижался ближе к широкой груди, обвив ноги вокруг талии рыцаря. Их губы, такие нерешительные поначалу, теперь нетерпеливо изучали друг друга. Покусывая. Облизывая. Дегустируя. Хакс положил руку на голову Рену, перебирая пальцами его волосы. Как жаль, что он не додумался снять перчатки. Сейчас ему отчаянно хотелось почувствовать прохладную мягкость этих локонов. Немного отстранившись, чтобы сделать вдох, Рен посмотрел Хаксу в глаза с легкой усмешкой. «Сними их, ты же знаешь, я не буду тебя останавливать». Минутное замешательство пробежало по лицу генерала, прежде чем он понял, что Рен только что прочел его мысли. Чёртов придурок. «Разве тебя не учили, что подслушивать чужие мысли невежливо?» - Хакс нахмурился как мог. «Прости, – фыркнул Рен. – Но это было очень громко, я не виноват». Хакс фыркнул в ответ и начал стягивать перчатки. «Мне нравятся твои руки», - тихо сказал Рен, прикладывая одну из этих рук к своей щеке. Хакс почувствовал, как в памяти всплывают картины прошлой ночи. Какой мягкой ему тогда казалась кожа Рена, и как он скучал по этому ощущению, сам того не осознавая. Кайло начал медленно и нежно целовать кончики пальцев, ладони, не оставляя ни одного участка кожи без внимания своих губ. Хакс глубоко вздохнул и прикрыл глаза от удовольствия, наклоняясь вперед и прижимаясь ко лбу Рена. Свободной рукой он перебирал густые черные волосы. На удивление мягкие, они нежным шелком скользили между пальцами. «Ты сердишься на меня?» - неожиданно спросил Рен, прижимая Хакса еще ближе к себе. «Честно? Нет. – Хакс открыл глаза и осторожно потянул за чёрный локон. - Ты ведь ничего не можешь с этим поделать». «Поделать с чем?» «С тем, что родился идиотом». Рен фыркнул, наполовину раздраженно, наполовину весело и снова положил обе руки на талию Хакса. И, прежде чем тот успел понять, в чем дело, опрокинул генерала на спину и улегся сверху. Хакс даже вскрикнул от удивления. «Я не уверен, что в твоем положении разумно выдавать такие остроумные замечания», - Рен старался звучать угрожающе, но его выдавал взгляд, полный нежности. Он медленно провел большим пальцем по нижней губе генерала. «А в каком же я положении?» - мягко спросил Хакс, тыльной стороной ладони очерчивая линию от скул к подбородку рыцаря. «В том, в котором я тебя хочу», - прошептал Рен глубоким бархатистым голосом. «В самом деле?» «В самом деле». Хакс ухмыльнулся. «В таком случае, я советую вам показать себя с лучшей стороны именно сейчас, пока у вас есть шанс», - сказал он, осторожно кусая большой палец Рена. «О, непременно». Их губы вновь встретились, и на этот раз поцелуй был гораздо более глубокий и страстный. От нерешительности не осталось и следа, и теперь они исследовали друг друга губами и руками, затаив дыхание. Хакс думал, что кровь в его венах вот-вот закипит, когда Рен начал целовать его шею, медленно поднимаясь вверх. Подбородок, скулы, нос и лоб были также покрыты поцелуями. Дойдя до огненных волос, Кайло зарылся в них носом, вдыхая тонкий аромат. Хакс прижался к нему так крепко, как мог, но этого все равно было недостаточно, и он разочарованно застонал. Тогда Рен опустился ниже, обвив руками тонкую талию и вновь и вновь целуя его губы так, что Хаксу было тяжело дышать. Но он и не заботился о том, чтобы дышать. Ему хотелось большего. Больше поцелуев, больше прикосновений, больше Кайло Рена. Ему хотелось его всего, целиком. После каждого поцелуя Рен шептал одну фразу. Его голос, глубокий, бархатистый, мягкий, заставлял Хакса каждый раз вздрагивать от возбуждения. Рен повторял одно и то же, раз за разом. Фразу, окрашенную таким сладким томлением… Четыре слова. Одна просьба. «Останься со мной. Пожалуйста…»