Квадрумвират

      Кайло пришел в себя от чувства непривычного тепла во всем теле. Отключился ли он на пару мгновений или на несколько часов – он не мог сказать. Воздух вокруг был соленым от пота, Сила искрилась рассеянным свечением. На какой-то момент ему показалось, что рядом его Рыцари – их сознание было соединено похожим образом, их сердца так же бились как одно – но здесь аура была иная, слабее, человеческая. Затем он вспомнил. Вспомнил своего раненого Рыцаря. Вспомнил, как ворвался к Хаксу. И – при этой мысли он покраснел - секс с клонами Хакса и обморок вскоре после этого. Совершенно нереальный, безумный ход событий. Он размышлял о том, что ему надо как можно скорее попасть в медчасть, когда что-то теплое коснулось груди. Кайло открыл глаза. Безмятежное лицо Хакса было в паре сантиметров от его собственного, рассеянный свет звезд подсвечивал прозрачные ресницы по всей длине, оттенял острые скулы и переливался на приоткрытых розовых губах. Бледная, будто фарфоровая кожа, четкие углы и мягкие линии. Дыхание мягко касалось щеки Рыцаря. Инженер, поэт и снайпер сладко спали в постели Хакса, как детеныши вуки, их руки обвивали лежащего посередине Рена, а тела были крепко прижаты друг к другу, сохраняя тепло. Генерал сидел за столом, свет датапада подчеркивал глубокие тени на изнеможённом лице. Он дрожал от холода, хотя шинель была накинута на плечи. Его обычно безукоризненная форма – помята, воротничок расстегнут, растрепанные волосы непривычно падали на лоб… И через мгновение Кайло снова отключился.       Весь следующий день не прекращалась орбитальная бомбардировка. Поверхность планеты содрогалась под градом огненных залпов, и эти залпы гулким эхом отзывались на Финализаторе. Кайло знал, что подобный обстрел делает с поверхностью планеты и ему было интересно, знает ли об этом Хакс с его командой, есть ли им вообще до этого дело. В то же время инженер, наблюдая из огромного иллюминатора спальни за тысячами взрывов, огненными цветами распускавшимися на планете под ними, нашел бомбардировку потрясающе красивым зрелищем. Кайло медитировал уже несколько часов, когда генерал наконец-то очнулся от своего неглубокого сна. Снайпер буквально вытащил из постели поэта, чем вызвал бурю негодования. Последний так и сидел на полу с сонным видом и торчащими во все стороны светлыми волосами, пока инженер не отвел его в сторону и не принялся приглаживать непослушные локоны, поэт при этом театрально закатывал глаза и вздыхал. Кайло старался игнорировать всех их, выталкивая из головы их разговоры и обрывки мыслей. Он все еще чувствовал себя оглушенным, растворенным, оторванным от мира. «Ты выглядишь попросту нелепо, когда делаешь это», - вернул его в реальность Хакс. Он стоял к Кайло спиной, а поэт и инженер помогали ему надевать форму. Оказывается, это было сложнее, чем Рен представлял себе: для облачения действительно требовались помощники. «На этом корабле все знают, что даже датомирские ранкоры будут поспокойнее тебя.» «Я медитирую не для того, чтобы успокоиться. Напротив, я анализирую свои эмоции.» Генерал закатил глаза, а инженер не удержался от скептической гримасы. «На практике все выглядит так, будто ты анализируешь их мечом по моей команде и приборным панелям.» Кайло пропустил колкость мимо ушей, растворяясь в Силе: «Если бы я был бесстрастным, то не управлял бы и половиной своей Силы.» «О да, это, конечно, утешение», - проворчал Хакс. Он был почти взвинчен, весь на нервах. Наверняка сейчас сорвется на первом попавшемся офицере за складку на форме или расстёгнутую пуговку. Впрочем, он немного оттаял, когда инженер и поэт крепко обняли его с обеих сторон. Такая нежная привязанность. Кайло даже почувствовал, как под ложечкой что-то кольнуло, когда Хакс на прощанье поцеловал своих двойников в рыжие макушки. Это было немного жутко, такая зависимость… Нет, это было чертовки жутко. Конечно, сознания Рыцарей Рен были связаны между собой, но они соблюдали целибат. А если бы они внезапно стали генетически идентичными и начали бы так бесчувственно трахаться… Кайло мотнул головой, стараясь отогнать воспоминания о вчерашнем вечере, но безуспешно. С другой стороны, все не так уж и плохо. Ну, если конечно он сможет убедить своих рыцарей в многозначительности слова «целибат». «Будь добр покинуть эту комнату к началу смены, Рен», - обронил Хакс уже на пороге, выскальзывая из объятий братьев. Дверь за ним захлопнулась, снайпер с инженером исчезли куда-то с чистой одеждой в руках. Кайло не удержался от гримасы в адрес спины генерала, хотя ему действительно надо было уходить. И надо было думать о раненом рыцаре. Выкинув из головы все остальные мысли, он принялся осматривать комнату в поисках ботинок. И, будто читая его мысли, поэт подал их с застенчивой улыбкой на лице. Кайло присел на край кровати, чтобы обуться, но в тот же момент между его ног появилась светловолосая голова, устремив на него умоляющие мутно-зеленые глаза. «Нет, - сказал Кайло так строго, как мог. – У меня много дел. И Хакс с меня шкуру снимет, если я не уберусь отсюда через пять минут, и ты это прекрасно знаешь.» Поэт усмехнулся – в точности как Хакс – чем застал Рена врасплох, а затем, с до боли знакомыми стальными нотками в голосе, безапелляционным генеральским тоном произнес: «В таком случае, вам стоит начать немедленно, Рен.» Кайло мужественно сопротивлялся искушению целых пятнадцать секунд. Но мысль о том, чтобы засунуть свой член как можно глубже в горло генерала – и тем самым заставить его молчать несколько блаженных минут – была слишком хороша, чтобы ее можно было вот так просто выкинуть из головы. «Попроси как следует.» «Пожалуйста, Рен» - сказал поэт все тем же генеральским голосом. Кайло представил надменное лицо Хакса вместо его хорошенького двойника. Представил, как он стоит на коленях, умоляя, чтобы его трахнули, представил, запускает руку в эти вечно идеально уложенные волосы…. «Пожалуйста, Рен. Тебе понравится. Я сделаю все, что ты захочешь. Я хочу тебя. Я хочу, чтобы ты взял все, что хочешь...» Кайло издал глухой звук – наполовину стон, наполовину рычание, спеша стянуть с себя одежду. Поэт дразнил его, прижимаясь горячими влажными губами к нежной коже внутренней поверхности бедер, а затем взял в рот уже затвердевший член, щекоча головку языком. Рен схватил клона за волосы и грубо, нетерпеливо натянул его на себя. Поэт подавился и закашлялся, но не отстранился, вцепившись тонкими пальцами в бедра Кайло и умело лаская его языком. Рыцарь снова жадно толкнулся вглубь, поэт сдавленно всхлипнул, но его возбуждение от такого жесткого обращения восторженно отозвалось в Силе. Он скользил вверх-вниз по стволу, сначала медленно, затем все быстрее и быстрее, при этом достаточно громко и беззастенчиво стонал вокруг члена Кайло. Вибрация от этих стонов восхитительно отзывалась на чувствительной коже, головокружительно быстро подводя к разрядке. И уже через пару мгновений Рен обхватил голову клона, шумно выдыхая через сжатые зубы, отдаленно чувствуя, как клон сглатывает вокруг него. Поэт откинулся назад, уперевшись ладонями в пол и тяжело дыша. Кайло опустился на пол рядом и нежно провел ладонью по бледной щеке. Клон поймал эту руку и поднес к влажным губам, целуя пальцы. Еще какое-то время они сидели так, молча, на полу, тяжело дыша. Кайло не сразу понял, что комлинк пищит уже второй раз. Пришлось ответить. Без намека на предисловие, Хакс раздраженным голосом заявил: «Рен, я знаю, что ты еще там. Если через четыре минуты ты не явишься в медчасть, я вышлю за тобой Фазму.» Кайло нахмурился: «Почему четыре?» «Четыре минуты. Медчасть», - огрызнулся Хакс, и отключился, так и не ответив на вопрос. Не сказав ни слова, поэт вытащил черную форменную футболку из панели позади и протянул ее Кайло. По размеру она подходила стройному Хаксу, но для рыцаря оказалась катастрофично мала. Однако, сжав зубы и изо всех сил игнорируя рану на боку, Кайло все-же втиснулся. Поэт облизал губы, жадно глядя на мускулистые руки и торс, обтянутые тонкой тканью. Рен усмехнулся, надевая и защелкивая маску: «Тебе всегда мало, не так ли?» Поэт придвинулся ближе, будто желая поцеловать или укусить его, затуманено глядя из-под прозрачных ресниц, руками опираясь на кровать по обеим сторонам от бедер Кайло. «Вернешься – узнаешь», - прошептал он, отчего по спине Кайло пробежал сладкий холодок.       Кайло добрался до медчасти за пять минут, но, к огромному облегчению, Фазмы поблизости видно не было. Она бы использовала малейший повод, чтобы вылить на Кайло гневную тираду. Она не выносила, когда кто-то нарушает идеальный порядок ее корабля. Официально Финализатором командовал Хакс, но именно Фазма обходила коридоры по ночам, наблюдая за порядком. Она по-своему заботилась о корабле, и в этой заботе просматривалась чуть ли не материнская любовь к бездушным стенам и безликим штурмовикам.       Раненый Рыцарь был все еще без сознания, прикованный к кровати, бледный как мертвец, но Кайло чувствовал его сознание, погруженное в сон, но живое. Он просидел там несколько часов, наблюдая, как мигают символы на экранах аппаратов жизнеобеспечения, удерживающих драгоценное, но такое слабое присутствие. Остальные не беспокоились. Они не верили в медицину, лишь в живую Силу. Кайло же, выросший в обществе, целиком и полностью полагавшемся на науку и технологии, предпочитал быть уверенным, что о его Рыцаре заботятся лучшие медицинские дроиды. Примерно в 1100 он вернулся в свои покои и бесцельно упал на кровать. Всякий раз, когда у Учителя не находилось задания для него, он чувствовал себя до боли бесполезным, оторванным от мира. Одиноким. Неуверенным. В комнате практически не было мебели – лишь подставка для маски Вейдера, кресло для медитаций и кровать. Кайло попытался медитировать – но тщетно, он был слишком раздражен, раздосадован на себя. Несомненно, прошла уже целая вечность с того момента, когда у него в последний раз был секс. Находясь на таком большом корабле как Финализатор, где каждую минуту кто-то где-то трахается, или думает о том, чтобы потрахаться, или фантазирует, достаточно сложно делать вид, что тебя это не интересует. А еще сложнее убедить себя, что тебя это не интересует. Рыцари Рен соблюдали целибат. А он его нарушил, и вряд ли это останется незамеченным. Чувство вины расползлось в Силе, и другие почувствовали его, немедленно посылая волны понимания и сочувствия. «В отличие от тебя, мы пожили уже немало, – один из них облачил свои мысли в слова. – Молодые часто ошибаются. Все требует практики.» Другой напомнил, что в свое время он также немало укорял себя за подобные проступки, и в этом нет ничего предосудительного. Третий, очень неуклюже предположил, что пока они с генералом... «Хватит!» - уже вслух воскликнул Кайло, чувствуя, как заливается румянцем. «Это же Хакс. Вы же знаете, как сильно я его ненавижу. Как сильно мы его ненавидим. Я не могу спать с ним…» Один из Рыцарей очень дипломатично указал, что он уже. Причем дважды. «Генерал вызывает у тебя сильные эмоции. Такие эмоции могут стать хорошим источником Силы, если ими умело управлять. Кроме того, знание врага – всегда преимущество.» Кайло признал, что в этом есть доля здравого смысла. «Вы же не хотите сказать, что я должен...?» Все, что ни происходит, происходит по воле Силы. Слишком слабое утешение для его совести. Тем более, что он хотел еще. Сильно хотел. И это пугало. Хакса не интересовали живые люди – лишь вещи, которые он мог бы контролировать. И все, чего он добился, было сделано руками других. Его двойников. Таких зависимых, уязвимых. Это волнующая мысль. Кайло представил, как клоны прижимаются к Хаксу, ласкают его, стягивая безупречную форму… Острое желание комком застряло в горле, сжимая грудь и заставляя член подниматься под мантиями. Кайло спешно абстрагировался от сознания других Рыцарей и принялся стаскивать с себя одежду. Он чувствовал себя как похотливое животное, или, хуже того, как неудовлетворенный подросток, пока надрачивал себе умелой рукой, но ничего не мог поделать со своими фантазиями. Он представлял их руки на своём теле, как они гладят его грудь и пресс, как спускаются ниже, оглаживая бедра… «Много рук упрощают работу», - прозвучал в голове голос Хакса, заставив Кайло головокружительно кончить. Еще несколько секунд он лежал в забытие, тяжело дыша. А потом жгучее чувство стыда окружило его, как зыбучие пески. Вот он, магистр ордена Рен мастурбирует на глупую фантазию, как какой-нибудь прыщавый подросток.. Кайло встал, стянул с себя остатки одежды, затем достал чистые из панели в стене. Они были уже поношенные, кое-где обгоревшие, и пахли озоном, но сейчас ему было все равно. Он стащил покрывало с кровати, бросил его на пол – дроид уберет – лег, накрывшись тонким одеялом, и попытался уснуть.