Синапсы. Сезон 2

«Доброе утро, мисс Додж»

— Эрика, какое утро? — не раздирая век, хриплым, ещё не проснувшимся голосом, буркнула Хейли. — Кто? — раздалось рядом такое же хриплое Максимоффское. — Что? Глаза открылись так резко, что почти прозвучал щелчок. Хейли уставилась на Питера, который точно так же уставился на девушку. — Приснилось, наверное, — пробормотала девушка. — Ты во сне зовёшь моего отца? — у Питера, кажется, дёрнулся глаз и очень нехорошо нахмурились брови. — Причём тут твой отец? — не въехала Додж, всё ещё просыпаясь. — Ты сказала «Эрик». Я, может, чего не знаю? — Эрика. Я сказала «Эрика», — сообразила Хейли, и упала обратно на подушку. — Это — женское имя. — Что-то новенькое. Кто же эта нимфа? — в голосе Питера появился сарказм. — Не имею права разглашать. Это прописано в моём контракте: конфиденциальная информация. За разглашение меня… — Хейли. — Питер навис над ней, стоя на коленях, и выглядел очень сердито, — тебя не было три месяца и ты говоришь во сне имя, подозрительно похожее на имя «Эрик». И отмазываешься конфиденциальностью информации? Я дам тебе по жопе за такое. — Надо было тебе соврать, что это моя подружка из Старк Индастриз, — простонала Хейли, понимая, что утро у неё уже не заладилось. — Дался тебе этот Эрик.

«Выгрузка программного обеспечения завершена, включён режим ожидания. Просьба подключить устройство к серверу»

— Что, бл*%?! — вырвалось у Хейли, которая подскочила так, что дала Питеру макушкой в челюсть, и они разлетелись по кровати, потирая ушибленные места. Не ждавший нападения снизу Максимофф даже не подумал увернуться. — Ты что?! — Где она? — Кто? Господи, ты ещё не проснулась что ли? Но Хейли точно знала, что проснулась, потому что боль от столкновения с острым подбородком Ртути была нешуточной, а слова, произнесённые в её ушах прохладным женским голосом, теперь будто бы висели в воздухе. Не объяснить, просто на каком-то плане зрения возникли строчки, как на мониторе, при этом, совершенно не мешая видеть всё вокруг. — Эрика? Почему я тебя слышу? — Глаза Хейли метались от стены к потолку, к полу, за окно, будто она силилась найти источник звука.

«Загрузочный пакет был скачан и размещён на жёстком диске в соответствии с указаниями Пользователя 1. Для получения дальнейших инструкций требуется удалённое подключение к серверу»

— Ты заболела? — осторожно поинтересовался Питер. — Да! Я заболела! — в голосе Хейли послышалась паника, — у меня вирус. Пользователь 1 — так был записан логин Говарда Старка. Что он там ей втирал про сходство компьютера и мозга? «Би­оток — то же элек­три­чес­тво, а моз­ги — тот же сер­вер, толь­ко ком­пак­тный, и с боль­шим объ­емом для хра­нения данных — тогда эта фраза Старка вызвала у Хейли одно раздражение, но теперь… Вложил ли её погибший работодатель некий второй смысл в эти слова? У Додж было очень, очень большое подозрение, что да. Но не могла же Хейли взять и скачать себе в мозги секретную компьютерную, мать её, разработку? Это же бред сумасшедшего. Вот только командная строка с мигающим курсором, висящая под потолком, намекала, что дурка находится прямо в этой комнате, палата номер 311. — Пит, — Хейли не отводила взгляда от возникшего в поле зрения полупрозрачного, такого знакомого интерфейса Эрики, — Пит, ой-ой. Кажется, со мной что-то сделали… — Кто? Чем помочь? — заметался Ртуть. Через полсекунды он был уже на ногах, одет, причёсан, и, судя по запаху, умыться даже успел. Протокол защиты секретной информации, внесённый в её рабочий контракт, подразумевал страшную кару за разглашение любых данных, помеченных как „секретные“. Она может рассказать это кому-то, или нет? Хейли продышалась, успокаивая бешено бьющееся сердце. На неё обеспокоенно смотрел Питер, готовый сорваться пешком до Канады и искать ей врача. — Это не срочно. Пожалуй, — она очень постаралась изобразить сонливость, — зайду попозже в медблок. Не парься. — Кто и что с тобой сделал? Ты сказала… — Заразил меня гриппом, наверное. Будто нарочно, прямо в приезд, — выкручивалась девушка. Ртуть не выдержал: — Ага, спасибо, что не триппером. — Добрый ты, - обиделась Хейли. — Добрее не найти. Ща... Ветер разметал всклокоченные после сна волосы девушки, и перед ней возник стакан воды с растворяющейся в нём шипящей таблеткой. Питер хороший. Нельзя допустить, чтобы он попал под действие протокола защиты данных, иначе и его тоже постигнет незавидная судьба. По крайней мере, пока Хейли не перечитает свой контракт: надо узнать, действителен ли он после смерти самого работодателя. Пока она умывалась, медленно одевалась, Хейли и так, и сяк пыталась убрать из поля зрения командную строку с курсором. Эрика молчала. Хейли заперлась в ванной, внимательно рассмотрела своё лицо, и в первую очередь, глаза, в зеркале. В фильмах чаще всего показывают, что у одержимого человека меняются глаза: белок заволакивает чернота, или радужка становится красной. В её случае, наверное, вместо сетки красных сосудов, по белкам должны были бежать проводки микросхем? Но никаких изменений Хейли не увидела. Ни двоичного кода в зрачках, ни зелёных пикселей вместо лучиков радужки. А командная строка настойчиво мигала, ожидая чего-то. И тогда Хейли решила попробовать выйти на контакт. — Эрика, чего ты хочешь? „Введите пароль:“ Хейли вздохнула. Пароль она не помнила. Записала где-то: на одной из дискет, привезённых Тони, был текстовый файл с паролем, но сейчас она в них копаться не может. Позже надо будет зайти к Хэнку, у него есть хороший компьютер. — Пароль для чего? „Для доступа к центральному хранилищу данных“ — А так ты со мной общаться не будешь? „Я могу общаться с вами, мисс Додж, но для доступа к внутренней библиотеке Старк Индастриз необходим пароль пользователя“ — Какого хрена ты делаешь в моей голове? — как можно спокойнее постаралась выразить свою мысль Хейли, и, включив кран с водой, принялась плескать себе на лицо. „Мне не понятен оборот ‚какого хрена‘, но вопросительная интонация предложения подразумевает вопрос. Очевидно, ‚какого хрена‘ люди говорят, когда хотят заменить вопросительное слово более экспрессивным выражением“ — Быстро учишься… — вздохнула Хейли. „Вся информация есть у вас в мозгу. Я уже поняла, что жёсткий диск, на который я была загружена, является частью вашего уникального организма“ — Ну вот и ответь мне, на кой-хрен ты в меня загрузилась?! — Чуть не взвизгнула от наплыва эмоций девушка. „Этот алгоритм действий был установлен Пользователем 1. Все инструкции будут доступны после ввода пароля. Иначе говоря, мисс Додж, я смогу ответить на ваш вопрос ‚какого хрена?‘ только после того, как вы…“ — Да-да, поняла. Блин, ты можешь меня не называть мисс Додж? Я чувствую себя профессоршей. „Будет удобнее обращаться к вам ‚Хейли‘? — Намного. Так я хоть не буду подскакивать каждый раз от неожиданности. ‚Хорошо, Хейли‘ — Эрика. Мне придётся рассказать о твоём наличии. ‚В протоколе безопасности указан только один человек с разрешённым доступом к информации обо мне, кроме вас и мистера Тони Старка‘ — Ну, и кто? — обречённо возвела глаза к потолку Хейли, слыша, как ломится в ванную комнату кто-то, очень ждущий своей очереди. Да, общая ванная — ужасное неудобство. ‚Доктор Генри Филипп Хэнк МакКой‘ — Ну ёп..... — Девушка пару раз стукнулась лбом об зеркало, оставляя на нём влажные отпечатки. Хотел Говард Старк заполучить Хэнка, и сделал всё, чтобы это произошло. Даже после его смерти. Потому что имя было выбрано ну явно не наугад, а с оооооочень дальним прицелом. Чтобы у Хейли точно не осталось путей отступления. Чтобы показать ей, что никто не может диктовать условия Старку, как сделала она, потребовав, чтобы Говард не брал на работу Хэнка. Это была месть, или способ поставить девчонку на место. Или просто Хэнк был так нужен Гоаврду, что он обошел все препятствия, чтобы только дойти до гениального молодого учёного. В любом случае, это был тотальный гвоздец. По всем фронтам.