Демоны берут верх

       Аарон пил в номере один. Как последний старый алкаш, одержимый своими демонами. Как босс чертовых профайлеров, которые слишком устали от дела и теперь отсыпались. «Предатели» – вяло подумал Аарон и плеснул себе еще водки. Виски и джинн в мини-баре давно закончились. По стене прямо напротив стола пробежал маленький паучок. «Нужно добиться размещения в отелях получше» – отметил про себя Хотч и залпом осушил стакан. В отеле было тихо, как будто в нем вовсе не было постояльцев. Словно Аарон был один. В мире своей бесконечной боли, своего одиночества и тошнотворного самоконтроля. Железный Аарон. Аарон, которому никогда не бывает плохо. У которого не болит голова, не устают к вечеру глаза. Которому совсем не страшно первому входить в комнату с преступником, проверять, жива ли жертва, бежать под пулями, стрелять в человека. Конечно, блядь. Аарон же не человек! Он гребаный Хотч. Даже звучит, как лязг металлического механизма «Хотч-хотч» такое. «Хотч-хотч-хотч»… Он встал, ощущая себя смертельно обиженным, направился к двери, но вдруг вернулся к столу и опрокинул в себя остатки водки из всех маленьких бутылочек. Коридор оказался каким-то странным – все время пытался выгнуться, как спина разозленной кошки, и опрокинуть Аарона. Плохой коридор. Аарон даже хотел выстрелить в него, но растерянно остановил сам себя. Нельзя стрелять, если пил до этого. Отберут пушку к чертовой матери. А как без пушки? Никак! О, это точно. За одной из дверей слышалась характерная возня. Аарон остановился, удивленно глянул на дверь, а потом прижался к ней ухом. Сексом трахаются суки. – Морган, – гаркнул Аарон так, что едва не упал, – скотина! Как с начальником выпить, так он спать…бля…хочет. А как трахаться, так че, не уставший? Из-за двери послышалось лошадиное ржание Моргана. Потом кто-то что-то сказал, но слишком тихо, чтобы Аарон мог расслышать. Не дожидаясь ответа, он двинулся дальше по коридору. Кажется кто-то окликнул его из-за спины, но он не захотел остановиться. Наконец, нашлась нужная дверь. Аарон постучал, поскользнулся, схватился за ручку, поднялся и со всей дури мазанул по двери кулаком. – Дэйв, – прошептал он так громко, что даже администратор в холле наверняка услышал. – Дэйв, открой ебучую дверь. – Я пристрелю тебя, понял? – сонно и очень зло проговорил Росси, распахивая дверь и едва успевая подхватить Аарона, который, лишившись поддержки, ввалился в номер. – Ого, это что еще? – Пошли выпьем, – почти приказным тоном сказал Аарон и положил Дэйву руки на плечи. – Не выйдет, – усадил его в кресло Дэвид. – Похоже, ты уже выпил все спиртное в северном полушарии. – А скока спиртного в северном полушарии? – вдруг спросил Аарон и поднял вверх указательный палец. – Не знаешь? И я не знаю. А Рид знает. Рииид! – Тихо! – зашикал на него Росси. Тяжело вздохнув, он присел на корточки напротив кресла, в котором развалился Аарон. – Ты совсем с ума сошел? Ты представляешь, что будет, если тебя кто-нибудь в таком состоянии увидит? Твою мать, неужели ты действительно так сильно надрался? – А че тихо-то? Я начальник? Начальник! – он пытался подняться из кресла, но земля все еще раскачивалась. – Я гребаный босс! И мне нужно поговорить с моим подчиненным! Где он? – Спит, – буркнул Росси. – Как любой нормальный человек в четыре часа ночи перед перелетом через всю страну. Аарон, я тебя как человека прошу, иди спать, а? – Он меня ненавидит, да? – вдруг почти утвердительно произнес Аарон. – Ты пьян, слышишь? – Вы все меня ненавидите, – кивнул он. – Морган – за то, что он не главный. ДжейДжей – за то, что не отпускаю ее с работы пораньше. Гарсия – за то, что не лью ей сироп в уши. Даже ты ненавидишь. За то, что я не подаю виду, что все помню. Но он больше всех ненавидит. Только вот за что, я понять не могу… – Так, – Дэвид тяжело вздохнул и поднялся, чтобы смотреть на Аарона сверху вниз. – Во-первых, я прекрасно знаю, что ты все помнишь, так что мне не за что злиться на тебя. Во-вторых, тебе завтра будет стыдно за то, что ты тут наговорил мне про остальных. А теперь поднимай свою задницу из кресла и тащи ее в свою кровать. Немедленно, Аарон! Тот поднял руки, будто сдаваясь, потом как-то странно скривился, тяжело поднялся и поплелся к кровати Дэвида. – Пошли вы все нахуй, – бросил он и рухнул на постель, заснув раньше, чем упал.