Почувствуй

Обложка - https://vk.com/public108831172?z=photo-108831172_428867103%2Falbum-108831172_00%2Frev Пальцы не слушались и дрожали, если пряжка ремня чудом поддалась почти сразу, то пуговица упорно не хотела вылезать из петли. Алек нервничал, потому что не имел права отступить, и дело было уже совсем не в спасении Иззи. Магнус стоял напротив и рассматривал его голый торс, покрытый рунами, ловил каждое их перекатывание вместе с кожей при рваных вдохах. Нефилим в утренних солнечных лучах был как на ладони, ему было неуютно и непривычно. — В спальню, — хрипло скомандовал Бейн, развернувшись на пятках, не выдержав этого зрелища и неловких копаний Лайтвуда, он просто направился в свою святая святых. Чёртова пуговица всё же поддалась, Алек быстрым шагом направился за магом, облегченно выдыхая, когда заметил приятный полумрак спальни, благо шторы здесь были задернуты и из плотной гобеленовой ткани. Магнус стоял к нему спиной, он приподнял руки и грациозно снял через голову свою изумрудную рубашку, задев цепочки и кулоны, висевшие у него на шее, отчего тишину комнаты прервал тихий перезвон. Нефилим замер, рассматривая смуглую, местами поблескивающую золотыми блёстками спину, которая плавно переходила в узкие бедра, обтянутые чёрными брюками. Магнус буквально ощутил на себе этот взгляд, скользнувший по лопаткам горячим потоком, и тут же обернулся, собрав всю волю в кулак и вопросительно посмотрев на джинсы парня. Алек опять смутился, голова кружилась, но это не было сладко или опьяняюще, он не был в силах признаться, что это был страх — самый настоящий, сильный, который он не испытывал раньше. Лайтвуд хотел покончить с этим как можно быстрее, резко сдернул с себя джинсы вместе с бельем, вышагнул из тяжелых ботинок, сбросил носки и подошёл к кровати, неконтролируемо вздрагивая при каждом шаге. Он мысленно убеждал себя, что это всего лишь холодный пол под ногами, но паркетная доска была на удивление теплой. Для Магнуса ничего не оставалось незамеченным, он ловко читал чужое тело, его реакции, благо у него за плечами был восьмисотлетний опыт изучения эмоций. Алек боялся, но пока ещё не знал, что это естественно, что так и должно быть. Этот даже какой-то первобытный страх перед первым разом и болью, этот страх довериться кому-то, который был крайне усугублен у нефилимов, это опасение, что Бейн сделает с ним всё что угодно после прошлого раза — всё это сплелось вместе и медленно поглощало юношу. И Магнус разрешил себе упиваться этими горько-липкими волнами, исходящими от охотника. Алеку хотелось прикрыться, щеки пылали так, как никогда ещё в жизни, но он покорно взобрался на кровать, становясь на четвереньки. Положение было совсем неудачным — четко напротив, в углу спальни стоял туалетный столик с украшениями, косметикой и зеркалом. В нём отражались они, Лайтвуд увидел себя, и стыд накрыл с головой. Он тут же опустил взгляд вниз, принимаясь рассматривать причудливых драконов, вышитых на одеяле под собой. Магнус же застыл сзади него, точно так же рассматривая бледные подрагивающие ягодицы — одно из немногих мест на этом ангельском теле, где не было шрамов и рун. Он принялся расстегивать свой ремень и брюки, сбрасывая остатки одежды и не сводя глаз с нефилима, который дернулся от стука пряжки, упавшей на пол. Этот звук заставил Алека снова посмотреть в зеркало и поежиться, потому что Бейн был возбужден до предела, его член стоял колом, но руки были сжаты в кулаки. Маг смотрел на эту самую пряжку и ремень, и Лайтвуд вспоминал, как в прошлый раз стягивал своим чужие запястья, боясь, что сейчас с ним сделают то же самое. Магнус перевел взгляд на упругую задницу и сильную спину с крепкими мышцами и рядом позвонков, впиваясь ногтями в собственные ладони. Жутко хотелось выдернуть ремень из шлевок, сложить вдвое и стегнуть наотмашь, куда попадет — чтобы было больно, чтобы остался красный припухший след, чтобы Алек выгнулся дугой и взвыл нечеловеческим голосом. И он с легкостью сделал бы это, если бы не любил так сильно, что самому было больно, а сердцу — тесно в груди... Магнус был сам себе противен, потому что напугал, попытался отомстить, сделать больно тому, кого любит. Вместо того чтобы попытаться вытянуть из Алека хотя бы какую-то симпатию или слабые отголоски влюбленности, он сразу вцепился в страх и боль, так можно было вызвать разве что ненависть. Внутри что-то перемкнуло, возвращая всю ту нежность, на которую только был способен Бейн. Он подошёл к нефилиму и протянул руку, прикасаясь к прохладной вспотевшей от волнения пояснице, он ощутил, как Лайтвуд перестал дышать. — Только примени магию. Ну, все эти штуки с гигиеной, — хрипло попросил Алек, опустив голову, он попытался спрятать покрасневшие щеки, списывая румянец на позу, в которой находился, и постыдность вынужденной просьбы. Магнус ничего не ответил и не сделал, и это пугало ещё больше. Он просто очертил мягкими подушечками пальцев ямочки на пояснице, а после рывком перевернул Лайтвуда на спину, нависая сверху. Алек подавился вдохом, дрожа под ним как осиновый лист, в голове у него стучало "пожалуйста, только не так, только не лицом к лицу, только не глаза в глаза". Но Магнус и не смотрел вовсе, попросту не было на это сил, понимание, что это у них в последний раз, что этот ангел больше не его, никогда и не был, а совсем скоро станет чужим мужем, убивало. Он припал губами в поцелуе, прикрывая веки и отдаваясь ощущениям. Алек опешил, а потом начал отвечать — как-то загнано и вяло, будто ожидая болезненных укусов и крови на губах, но никак не скользких прикосновений языка и апельсинового привкуса коктейля. Магнус просто сел на него верхом, обхватив бока острыми коленями, потираясь ягодицами о его возбуждение, налившееся кровью только сейчас, когда первый испуг прошёл. Бейн ласкал руками его плечи и торс, продолжая целовать, и Алек разрешал, лежа под ним безвольной куклой. От этой нежности сводило скулы, потому что он был недостоин её, потому что эта ласка била наотмашь. Магнус оторвался от его губ только на мгновение, сосредотачиваясь, он щелкнул пальцами, пустив синий сноп искр себе в низ живота, а спустя мгновение ещё один, от которого чуть поморщился и напряженно свел брови к переносице. Уже было понятно, что роли распределятся иначе, привычно для них обоих, и Лайтвуд понимал, что, наверно, нужно остановить мага, потому что это нечестно, потому что это уговор, и он сам согласился на эти условия, но страх не давал этого сделать. Бейн чуть приподнялся и начал медленно насаживаться на колом стоящий член, нефилим под ним только сцепил зубы от тугости горячего плена, плавно обволакивающего его возбуждение. Магнус опустился до конца, облегченно выдыхая, эта позиция позволяла максимально глубокое проникновение, ему понадобилось несколько минут, чтобы привыкнуть, но Алек послушно ждал. Бейн закрыл глаза и принялся двигаться, упираясь руками в кровать и грудь нефилима, слушая, как громко и сбивчиво там бьется сердце. Член каждый чёртов раз проезжался четко по простате, но маг не издал и звука, искусав все губы в кровь, он просто насаживался глубже и быстрее, ощущая, что сбивается с ритма, а ноги предательски устают. Лайтвуд всё это время пользовался тем, что веки Магнуса были плотно прикрыты, он рассматривал красивое лицо, не понимая, как не замечал этого раньше — маленькая соблазнительная и одновременно милая родинка на лбу над бровью — её хотелось обвести пальцами и поцеловать. Все внутренности сжались в комок, он ощутил, как дрожат мышцы Бейна чуть выше колен, где он и держал свои ладони, не решаясь трогать что-то ещё. Алек легко подбил его руки, убрав точку равновесия и уложив Магнуса на себя, грудью на грудь, он прижал его к себе, обняв поперек спины, и вскинул бедра вверх, принимаясь двигаться сам. Им понадобилось всего несколько толчков, чтобы прийти к финишу, — молча и оглушающе. Из последних сил Бейн скатился в сторону, потому что ощущать под ладонью чужое сердцебиение и ощущать его грудью, когда два сердца буквально срастаются в одно и начинают биться вместе в одном ритме, — это разные вещи. Он снова щелкнул пальцами, очистив их тела, и даже не открыл глаз, чтобы посмотреть на Алека. — Одевайся и уходи, — прохрипел он, отворачиваясь в другую сторону, чтобы не ощущать горячее дыхание нефилима на своих щеках и не вдыхать его запах. Лайтвуд знал, что это конец, что всё то непонятное и шаткое, не имеющее названия, между ними кончено. Он хотел сказать что-то, но слова упорно не связывались в предложения, поэтому просто поднялся и принялся одеваться. Ему было скверно и не по себе, вроде как должны были трахнуть его, но он снова вышел сухим из воды и всё равно чувствовал себя использованным. Алек направился в гостиную, подхватывая с пола свои футболку и куртку, быстро надевая их, он вдруг подумал, что стоит вернуться и уточнить, в силе ли их договоренность, но когда он обернулся, Бейн уже стоял у него за спиной. Он был одет, прическа и макияж были снова идеальными, ничего в его внешнем виде не подавало признаков, что всего пару минут назад он занимался сексом. — Так ты придешь вечером на суд? — хрипло спросил нефилим. — Ровно в семь открою портал к вам, как и договаривались, — безразлично пожал плечами мужчина. — Сделаю всё, что смогу. — Хорошо. Спасибо, — неловко выдохнул Лайтвуд, уже собираясь уйти, но вместо этого сделал шаг в сторону мага. — Магнус, я... Прости меня за ту ночь, — выпалил он, бегая взволнованным взглядом по лицу напротив. — Ничего, Алек. Это было... — Магнус снова назвал его сокращенным именем, подбирая нужное слово: — Горячо. И немного больно, — добавил он в конце. — Неплохое сочетание, — хмыкнул маг. Бейн поспешил отвернуться к окну, рассматривая блики солнца в Ист-Ривер. К горлу подкатывал ком, он буквально ощущал, что позорно расплачется в любой момент, поэтому хотелось, чтобы Алек покинул лофт прямо сейчас. За спиной раздались шаги в сторону выхода, но затем стук тяжелых ботинок снова приблизился, нефилим вернулся. — Почему? — выдохнул Лайтвуд немного севшим голосом. — Что "почему"? — не оборачиваясь, спросил Бейн. — Ты не сделал то, что хотел, но помогаешь Иззи, — уточнил Алек. — Она ни в чём не виновата, поэтому и помогаю, — ответил Магнус. — Я не об этом. Почему не взял то, что должен был? — хрипло спросил нефилим, сам не зная, зачем ему нужно это знать. "То, что должен был" — Магнусу нравилось это определение, эгоизм, присущий каждому человеку и не только, грел душу. — Не люблю брать силой, знаешь ли, — с упреком выдохнул Бейн, резко развернувшись к юноше лицом, получилось чуть резче, чем он планировал. — Только из-за этого? — растерянно переспросил Алек. — Зачем тебе это, а?! — нервно рыкнул обычно ласковый и едва не мурлычущий Магнус. — Не взял, потому что хотел бы, чтобы это произошло при других обстоятельствах! Чтобы ты сам хотел этого, чёрт подери! — в карих глазах заблестели слезы, синие напротив тоже увлажнились. — Глупый испуганный мальчишка. Уходи. В качестве оплаты я возьму что-нибудь другое, — в сердцах выдохнул он. Алеку было больно и обидно, он — сумеречный охотник, а не смог даже слез сдержать. Ноги сами понесли на выход, он всё ускорял шаг, будто убегал от кого-то, а потом и вовсе перешел на бег. Теплый ветер бил в лицо, медленно появлялась вполне примитивная одышка, ноги уставали, а под ребрами кололо. Можно было просто остановиться и нанести руну выносливости, но Алек бежал вперёд, слушая, как его захлестывало, как он по щиколотки тонул в трясине, которая засасывала его, и только один человек мог его вытянуть оттуда, но всё было слишком сложно и неправильно...