Semper Fidelis/Всегда верен

— Свон, ты меня вообще слышишь? — Грэм недовольно нахмурился, возмущённый тем, что анекдот, который он так увлечённо рассказывал, не вызвал даже улыбки.       Эмма тяжело выдохнула и подняла голову, обращая взор на друга, когда тот несильно сжал её плечо, требуя внимания к себе. — Она издевается, — вновь опуская взгляд к бумаге в руке, возмутилась блондинка. — Я уже сто раз это слышал, смирись, наконец, и познакомься с будущим отчимом твоего пацана, — забирая письмо из рук Эммы и пробегая по нему взглядом, устало выдал Хамберт. — Ты должна знать, кто будет рядом, пока он растёт. Кроме того, ты давно не была дома, пора бы устроить прогулку твоему кителю, не находишь?       Эмма резким движением вырвала бумагу из рук мужчины и начала расхаживать по комнате. — Я знаю, что должна быть там, пацан скучает по мне. Но ты же знаешь, Грэм, чёрт возьми, я не смогу смотреть на неё в чужих руках! — Прошло три года, пора отпустить её. Тем более Реджина нашла себе мужчину, разве это ни о чём не говорит? — поинтересовался шатен, сидя на кровати Эммы.       Нервно сжав лист бумаги и выкидывая его в урну, девушка поправила на голове кепку с вышитой эмблемой корпуса спереди, направляясь к выходу из казармы, в которой они с другом находились, чтобы решить вопрос с её срочным выездом из гарнизона, по семейным обстоятельствам.

***

      Рядом с кафе «У бабушки» припарковался чёрный, тонированный джип, из которого вышла высокая блондинка в военной форме. Прикрыв глаза, Эмма досчитала про себя до десяти, чтобы успокоить быстро стучащее от волнения сердце. Выдохнув, она направилась прямиком в здание. Звон колокольчика на двери привлёк взор всех посетителей заведения, возникла немая пауза. Свон сняла фуражку и прошла к стойке, стараясь не обращать внимания на заинтересованные взгляды горожан.       Сторибрук — маленький город, в котором, кажется, все были знакомы друг с другом. Вероятно, новость о возвращении «бывшей жены мэра» разнесётся быстрее, чем она успеет доехать до особняка Миллс. — Эмма! Господи, ты вернулась, — не успела блондинка сесть за стойку, как услышала взволнованный и радостный голос Руби, а следом руки обвили шею в объятии.       Только сейчас, почувствовав тепло подруги, Свон поняла, насколько соскучилась по своим родным и близким. Широкая и радостная улыбка озарила лицо Эммы, и она как можно плотнее прижала к себе Лукас, обнимая за талию. — Немедленно отпусти Эмму, ты её задушишь, — подруги простояли в объятиях минут пять, может больше, пока голос бабушки не отвлёк их. Приглушённое в плечо и уверенное, но негромкое «нет» вызвало тёплый смех у женщины, которая подошла к девушкам и мягко похлопала по спине Эмму, приветствуя. — Ты зараза! — уже сидя за столиком с Эммой выдала Лукас, хмурясь и наблюдая, с каким удовольствием Свон пьёт своё любимое какао с корицей в ожидании ужина. — Сколько раз я просила тебя приехать. — Руби…       Свон не успела закончить, как в кафе буквально влетела Мэри Маргарет, а следом спокойно вошёл Дэвид, придерживая дверь, чтобы та не хлопала.       Остаток вечера прошёл в спокойной и тёплой обстановке. Кафе медленно заполнили все знакомые и близкие Эммы, которых она не видела долгих три года. Усталость после дороги не помешала блондинке хорошо провести время, но ближе к ночи, попросив у всех прощения, девушка отправилась к себе в номер. Свон решила остаться в гостинице, не желая теснить родителей и совершенно не слушая их «веские» доводы о том, почему она должна быть дома.       Потерев переносицу, Эмма медленно опустилась на мягкую кровать. К сожалению, увидеться с Генри не удалось, так как он вместе с Робином и Реджиной отправился в «семейный» поход. Что не могло не расстроить блондинку. Всегда отдавая предпочтение службе и работе, Свон сама была виновата в распаде её семьи. За эти три года Эмма видела сына достаточно регулярно, чтобы он не забыл о ней. Постановление суда обязало Реджину привозить малыша к своей второй матери в Вашингтон, где жила и служила девушка. Но сама брюнетка каждый раз, привозя сына, не выходила из машины и уезжала, даже не взглянув на Эмму.       Сон в эту ночь был особенно беспокойным, таким же, как и мысли.

***

      Довольно резко поднявшись с кровати, Эмма почувствовала слабое головокружение, но тут же взяла себя в руки. Чтобы понять, где она находилась, понадобилось ещё несколько секунд. Казарма. Её койка и гробовая тишина. Единственное, что нарушает тишину, звук учащённого дыхания блондинки. Неспокойное чувство тревоги не даёт дыханию восстановиться. Взгляд падает на соседнюю койку, где должен находиться её напарник и близкий друг — Нил. Она одним шагом пересекает расстояние до него и тормошит парня за плечо, пытаясь разбудить. Но он никак не реагирует. — Нил!       Стук в дверь. Стук? В казарму не стучат.       Шум разбудил Эмму. Она нахмурилась, недовольная, что её разбудили так рано. Часы на прикроватной тумбочке показывали девять утра. Неужели нельзя дать ей поспать в выходные?       Эмма встала с кровати и одёрнула белую футболку с чёрно-белой эмблемой морской пехоты на всю спину, которая неудобно завернулась во сне. Открыв дверь, она никого не увидела, но через секунду почувствовала, как её ноги обнимают маленькие ручки, крепко прижимаясь к ним. Генри. — Малыш, — с придыханием прошептала Эмма и тут же села на корточки, обнимая своего четырёхлетнего сына, который не сказал ни слова и крепко, изо всех сил, что были в маленьких руках, прижимался к блондинке. — Милый, ты сюда один поднялся? — через некоторое время спросила Свон, отстраняя от себя ребёнка, но не выпуская из рук. — Нет, меня привела Руби, но она куда-то делась, — будто вспомнив об этом только сейчас, мальчик стал оглядываться, но тут же снова оживился. — Мама и Робин в кафе, пошли к ним, нам разрешили выпить какао с корицей, — мальчик взял Эмму за указательный палец своей маленькой ручкой и потянул в сторону лестницы, ведущей вниз. Энтузиазму ребёнка можно было позавидовать. Широко улыбнувшись, Свон взяла его на руки, не заботясь о своём виде, и, как была в коротких шортах и растрепанном виде, пошла вниз по лестнице. — Я слышала, ты был в походе, не страшно в лесу? — улыбаясь, поинтересовалась она, мягко приглаживая волосы Генри, которые непослушно торчали на макушке. — Нет, я совсем не боялся, даже ночью, — гордо заявил мальчик, сжимая футболку Эммы в ручке, будто боясь, что она исчезнет или уйдёт, если он отпустит. — Так ты у меня храбрый парень.       Генри широко улыбнулся, довольный собой. Они как раз вошли в кафе, и мальчик слез с рук Эммы, взял её за палец вновь и решительно направился к столику, за которым сидела Реджина, спиной к входу, и довольно крупный и небритый мужчина. Очевидно, тот самый Робин, который должен был стать мужем для брюнетки. — Мама! Я нашёл нашу Эмму! — как только парочка приблизилась к столу, громко выдал мальчик. Эмма успела заметить, как спина Реджины напряглась, прежде чем та встала и повернулась к ним. Эмма застыла, в горле тут же застрял ком, не давая вымолвить и слова. Реджина была одета в обычные джинсы и футболку светло-голубого цвета. Волосы за три года заметно выросли и спускались к плечам. Холодный взгляд карих глаз изучал лицо блондинки. — Здравствуйте, мисс Свон.