Я не хочу притворяться!

Почему меня снова не замечают? Почему? Я же тоже страна и не маленькая. Снова это чёртово собрание и опять... - Так, все высказались? - выкрикнул мой неугомонный братец. - Нет, я... - я попытался вставить слово, но снова не вышло. - Замечательно, тогда дальше! - почему? Почему никто не слышит мой голос? Почему меня в упор никто не видит, не замечает?.. Им просто это не нужно. Обидно до ужаса. До конца саммита ещё около часа, а я уже просто не могу здесь находиться. Всегда я посещаю их. Всегда, никогда не пропускаю, даже если есть более важные дела, но никто всё равно меня не замечает. Никогда! Зачем я вообще тогда здесь? Более чем уверен - если бы я действительно исчез, никто бы даже не заметил – ну, кроме Америки, да и тот только тогда, когда ему что-то от меня бы понадобилось. Он не может просто позвонить и узнать, например, как я себя чувствую, или чем занимаюсь. Если ему грустно, он спокойно вломится ко мне в дом, без стука и разрешения, и, скорее всего, даже не поздоровавшись, и начнёт рассказывать о своих проблемах. Знает же, что я его не выгоню... Потому что люблю. Он ведь действительно мне очень дорог, не могу на него долго злиться, и я более чем уверен, что как только приду домой и остыну, снова буду любить его больше жизни. Но сейчас... - Россия, что ты думаешь по этому поводу? - вновь весёлым громким голосом спросил он. - Ну, я... Почему я один такой? Ведь даже Кумакичи забывает моё имя. Я не могу так больше! - Ну, если это всё, что вы хотели сегодня высказать, то можно расходиться! Все медленно, не торопясь, начали собирать свои документы. Я же, просто скинув всё в сумку, не разбирая, моё или нет, выбежал в коридор. Никто, наверняка, не заметил. Конечно, я ведь невидимка. Жуть! В глазах начало щипать. Не могу так больше... Ну почему? Я уже даже не сдерживался. Кума стоял около моей ноги и что-то увлечённо рассматривал на полу. Конечно, ему нет дела до своего хозяина, все, что ему нужно в этой жизни - чтобы его кормили и организовывали ночлег. Первая пара слезинок скатилась по щекам, и, довольно быстро соскользнув с них, упала на пол. Ну и ладно, всё равно никто не увидит, даже если я тут решу жизнь самоубийством покончить. Никому нет до меня дела, конечно, у всех свои заботы! Я оскалился, стиснув зубы едва не до боли. Как же обидно, ну почему всегда так?! - Эй, ты чего? Всё в порядке? - я почувствовал руку у себя на плече и услышал чей-то мягкий голос. Да быть не может! Резко оборачиваюсь, и, даже не глядя на того, кто стоит передо мной, утыкаюсь лицом ему в грудь, сжимая кулаками одежду. Пальто, такое теплое, и так приятно пахнет... - Почему?! Вот скажи мне: почему? Почему меня никто не замечает?! Я ведь тоже страна, у меня тоже есть идеи, которые я хочу высказать! Почему этот чёртов Америка меня постоянно игнорирует, а замечает только тогда, когда ему это нужно?! Почему меня постоянно с ним путают, часто избивая из-за этого?! Почему так?! В чём я-то виноват?! - Всё, взорвался! Надо же, ещё и какому-то незнакомцу всё наболевшее высказал. Шикарно! До меня всё ещё не доходит, на кого я так резко набросился. Ну и ладно, раз он меня всё-таки заметил и даже выслушал, то уже не важно. Тяжёлая рука легла мне на голову, поглаживая по волосам. Как же приятно. Альфред делал так раньше, а потом ему стало на меня плевать. Да и на всех плевать! Обидно... Я почти успокоился, глаза наверняка покраснели от слез, но стало намного легче. Я слегка отстранился от незнакомца… и тут до меня дошло, кто стоял передо мной. Россия… Мне стало плохо. Казалось, ещё секунда и меня по стенке размажут. - Ну, ты как? Успокоился? - такой приятный голос, и ни капельки злости. Значит, я всё же буду жить. Я поднял на него глаза, он улыбался... Как и всегда, просто улыбался. Я бегло бросил взгляд на то место, куда только что ревел - действительно, на пальто осталось несколько темных пятен от влаги. Хорошо, я хоть сопли пускать не начал, а то совсем нехорошо бы было. И всё бы ничего, если бы именно сейчас мне в голову не пришла самая безумная идея из всех, какие только могут быть. "Если он не убил меня за истерику, то может быть..." - Р-Россия... - голос дрожал. Нет, я не смогу этого сказать. - М? - улыбка до сих пор никуда не делась с его лица. Интересно, это последние слова, которые я скажу в своей жизни, или мне ещё суждено немного пожить? Ладно, три, два, один... - Россия, давай встречаться! - почти выкрикнул я, ненадолго зажмурившись, но потом, всё же распахнул глаза и добавил. - Понарошку... Просто... Просто ты же знаешь, у нас с Альфредом сейчас довольно прохладные отношения и, в общем, я очень тебя прошу... Помоги мне, пожалуйста! Смотрел я на него тогда и понимал - зря! Не надо было этого говорить! Он удивлён, хотя нет – даже поражён. Смотрел на меня в упор, а я просто не знал, что ещё сказать... Отвёл взгляд, покраснел – меня сейчас точно убьют, но Иван не предпринимал никаких попыток, просто стоял и молчал. Я снова посмотрел ему в глаза – лицо ни капельки не изменилось. - Значит, я должен сыграть влюблённого, да? - как-то грустно произнёс он. А я, немного растерявшись, кивнул головой. - Ладно... - меня всего передёрнуло. Он согласен? Согласен мне помочь? - Ты сам-то до гостиницы доедешь? - уже вновь с усмешкой сказал он. Я, вообще переставший понимать, что здесь происходит, снова кивнул. - Тогда ладно... До встречи, - он потрепал меня по волосам и, не переставая улыбаться, ушёл. Что я только что наделал? Даже представить трудно. Кума все ещё топтался у моих ног, рассматривая какого-то паучка. - Пойдём, Кумакичи, - я взял его на руки и тоже направился в сторону выхода. - Ты кто? - словно уже по-привычке спросил он. - Канада.