Ты любишь меня?...

Он здесь... Стоит рядом с ней, и произносит её имя... Точнее, прозвище, которое он ей дал!

***

— Морковка... — срывается с его тонких чёрных губ. Его изумрудные глаза, которые чуть ли не светятся, западают крольчихе прямо в душу. Она готова трагично вздыхать как при просмотре очередного драматического и очень трогательного фильма, но сдерживается от этого действия, чуть ли не со страхом вспоминая про вчерашний поцелуй. Как же ей хочется выплеснуться, она не хочет «присесть с ним на диван и спокойно поговорить и всё обсудить», она даже вопроса не хочет задавать, потому что знает, что ей нужен ответ. Чёткий, правильный. И понятный. Чтоб потом разбирать не пришлось. Джуди уворачивается от лиса, отходя от него в бок и желая протиснуться в проём двери, но напарник не даёт ей этого сделать, пригорожая ей путь. Она поднимает свой недовольный взгляд на друга... А на друга ли? Неважно, сейчас не об этом думать надо. Надо просто по - быстренькому улизнуть... Ну вот, она почти у цели! Она всем телом продвигается напролом всем проёмам, переступает уже через него, ещё мгновение и уже можно будет лететь на крыльях целеустремлённого труда к шефу за поимкой вора голубики или прочих других овощей, что же они любят там «заимствовать»? Но... Хрен бы побрал всю её целеустремлённость. Сильная лапа хищника отрывает её от целеустремлённых мыслей и действий, и Джуди лишь чувствует, как её чуть ли не оттолкнули от выхода, с трудом удерживается на лапах, чтобы не упасть. Своими ушками слышит, как дверь захлопывается, а Уайлд разворачивается к ней. Нет, нет! Только не это! Ей не нужно было вообще встречаться с ним этим... Взглядом! Да и когда он успел так быстро снизойти к ней с улицы прямо в кабинет? Неважно, он сделал это специально, а зачем, крольчиха уже догадывается. Точнее, знает, зачем. Но хочется ли ей говорить с ним об этом? Может быть, попробовать как - нибудь отмахнуться и сбежать? Точно, он ведь не закрывал дверь! Вполне должно сработать!.. Хоппс смотрит на Ника, который словно сверлит её своим печальным взглядом. Нет, только не это... Можно она просто уйдёт от всего этого? Она обещает, что забудет! Однако, не всем её хотениям было суждено сбыться. Или суждено?.. — Морковка... — лис осторожно подходит к ней, втайне надеясь, что Хоппс не заметит его действий, — я... — Ник, — крольчиха шумно вздыхает, пытаясь сделать вид, будто она вообще здесь лишняя, хотя ей хочется, чтобы это было так, — можно я пойду к шефу? Не хочется, чтобы он переживал и... — Он не будет переживать, — отрезает напарник, всё ближе подходя к кролику, — я... — Он свалит на меня всю бумажную работу, если заподозрит, что я отдыхаю в кабинете, прохлаждаясь... Можно я пойду? — Морковка... — Ты же знаешь, как работа важна для меня, так ведь? Пожалуйста, пропусти... — Он не будет ничего с тобой делать! — повышенным тоном восклицает Ник, чуть оскаливаясь от нахлынувшей злобы из - за поведения напарницы. Джуди замечает это, и мурашки пробегаются по её спине, словно объявили стрелок и все как бешеные двинулись со старта. Ушки прижимаются к плечам, и она обречённо опускает свои лапки, понимая, что от серьёзного разговора ей не уйти, как бы она не пыталась это сделать. Лис заметил резкую перемену в поведении Хоппс, и тут же успокаивается, виня себя за свой только что сделанный поступок. На его морде отражается его сожаление о содеянном, но это пока не тронулось вниманием крольчихи. Тяжело вздыхая, он протягивает свою лисью лапу к лапке Джуди, и, нежно, боясь сделать больно, хотя это казалось невозможным, берёт конечность и сжимает в своей. Это было не больно, однако выдернуть лапку было весьма затруднительным, если бы Джуди попыталась это сделать. Она отрывает свой взгляд от пола и смотрит в глаза лучшего друга, который сейчас точно не будет шутить и ухмыляться. Ну, ухмыляться он сможет чуть - чуть, но до шуток не дойдёт. Это уже было немного жутковато. — Пожалуйста, — просит он, ещё сильнее сжимаю лапку Хоппс в своей, — я хочу поговорить с тобой. Услышав последнее, крольчиха отчаянно отворачивает свою голову в другую сторону, желая, чтобы он не видел выражение лица. Ей казалось, что её сейчас загнали в угол. В тупик. Ей никуда не деться от неизбежного... Как же хочется, чтобы всё это оказалось каким – то дурным сном! Нет, она не хочет быть даже свидетелем такого... Но ей придётся быть. И даже не свидетелем. — Не отворачивайся от меня, — прошептал до боли знакомый голос прямо в ушко Джуди. Это было неожиданнее неожиданного, с тем поцелуем можно сравнить. Но о появлении того можно было бы хотя бы по атмосфере догадаться, а тут... Прямо в ухо! Хоппс инстинктно разворачивает свою голову, и в следующее мгновение отрывисто жалеет о своём сделанном действии; её носик плотно соприкасался с носом лиса. Это было мило, но, хрен его дери, какие усилия надо прилагать, чтобы не выдать румянца Хоппс! Другие мысли, другие направления... Уайлд на это событие лишь издаёт еле слышный смешок со своей стороны, ему очень нравилась сложившаяся ситуация. А мордочка Джуди, казалась, его вообще прикалывает лучше всех приколов! Но заметив немного смутившуюся и недовольную мордочку, он поспешил прогнать смешные мысли, которые приносят смех да радость, и, прокашлянув, сделал вид, будто ничего не было. — Ты... Давай присядем на диван? — он старается сделать серьёзный вид, но это лишь подливает масла в два огня Джуди; первый огонь – раздражительности, второй – желания смотаться от предстоящего разговора хотя бы в дикие племена! Или в джунгли! Куда угодно, лишь бы этого не было! Но сегодня был явно не день Хоппс. Лис не дожидается реакции или ответа от крольчихи, а тянет её за собой на мебель. Та сначала думала сопротивляться, и даже была готова предпринять попытку, но вовремя одумалась от исполнения подобного; не хотелось ей чувствовать раздражительность напарника. Очень не хотелось. Нет, она знала, что он никогда не посмеет себе поднять на неё лапу или что – то в этом роде, но... Она не помнит мгновения, когда ощутила под собой мягкую обивку дивана. Уайлд присел рядом с ней, не разжимая лапы, но принося меньше дискомфорта в этой области конечности. А чего Хоппс могла ещё ожидать? Конечно она знает, что Уайлд любит её побесить. Нику конечно нравственно видеть обозлённое, и в то же время такое милое личико напарницы. От Финника ведь научился... Конечно он будет церемониться!.. Однако, до такой степени... — Выслушай, — произносит он чуть ли не шёпотом, чем заставляет крольчиху поднять на него взгляд, — Быкан подождёт... — Не называй... — Уже назвал, — отрезает он, снова сжимая лапку подруги сильнее. Она приковывает свой взгляд к его глазам, надеясь хоть что – то в них увидеть. Погодите, она надеется? С чего бы ей надеяться? Вот уж решилась! Минуту назад и свидетелем быть не хотела, а сейчас пытается увидеть ту самую искорку. Ну конечно... Интересно, стоит ли перебивать его? Стоит ли пробовать его остановить, бросить «мы всего лишь друзья» и уйти? Хотя... Что же это даст? Ничего не даст, кроме очередной ссоры или окончательного срыва Ника. Ничего. Потерпи, Хоппс, потерпи... Она ничего не понимает в этом. Может быть, из – за этого ей не хватает терпения? Но она пересиливает себя, выжидательно слушая тишину, но и ту прогнал лис. — Вчера ты... — он делает паузу, которая разрывает Джуди изнутри. Но и ему не лучше, наоборот, даже хуже, — я... Понимаю, это было, наверное, слишком резко и неожиданно для тебя... Неожиданней быть просто не могло. — И я... Понимаю, почему ты убежала, — со вздохом произносит Ник, освобождая из своей правой лапы лапку Джуди и проводя ею по плечу напарницы, — прости меня... Но я... Остальное пропускалось мимо ушей. Она уже не слышала, что говорил её друг. Внутри будто что – то треснуло... Услышав последнее, крольчиха отодвигается, причём делает это так, что может показаться, будто она боялась лиса. А ведь она и вправду боялась. Боялась таких отношений. Кто же мог такое придумать, что её, бедняжку, приравнивают к таким отношениям? Она не виновата, она невинна. Хоппс и подумать не могла, что что – то подобное может случиться в её жизни, а то и перевернуть её всю. Кто ж знал? Как она могла подозревать, что лис, — Ник Уайлд, — может чувствовать к ней что – то подобное? Всего лишь друзья, напарники, друзья, друзья, напарники... Волчком крутились эти слова в её голове. Но она ничего не могла поделать с этим. Хрен его побери, она не понимает, что сама чувствует! Разделяет ли она с ним той же любви? Или он ей как друг? Или не как друг? Да она запутается в таком темпе, в конце – концов!.. Прижав ушки к плечам, крольчиха тихонько поднимает фиолетовые глазки на лиса, который по – прежнему гладит её по плечу и успокаивает искренним взглядом, видит, как его губы шевелиться, знает, что он что - то говорит, но она не слышит. И лишь одно осознание: он её в этом темпе и запутал.