Холодное сердце

Костров резко прижал брюнетку к столу, заставляя ее облокотиться о предмет мебели. Ему нравилась ее реакция на него, это возбуждало: хотелось играть с ней, хотелось наблюдать за тем, как ее тело подчиняется ему. И это не могло не радовать. — Лизочка, скажи мне, ты ждала меня? — спросил мужчина и провел ладонью по пояснице девушки, заставляя ее прогнуться в спине. Елизавета молчала, не зная, что ответить: правду или ложь. Оба варианта сводились к одному. Даже если и соврет, потом все равно придется сказать, как есть на самом деле. — Я жду ответа, — произнес шатен и и спустил с брюнетки шортики. — Да, — ответила Романова, хватаясь за другой край стола, пытаясь устоять на ногах. Уж лучше сказать правду, которую она так сильно пытается скрыть, даже если сама не хочет этого признавать. — Интригует, — хмыкнул Костров и провел ладонью по внутренней стороне бедра, наблюдая за тем, как девушка дрожит от его ласк и сильнее цепляется за стол. Мужчина стянул с девушки трусики и провел по влажным складкам. — Да ты уже вся мокрая, — улыбнулся Дмитрий. — Значит, действительно ждала меня. А ты представляла, как я буду брать тебя? За все время, сколько мы знакомы, ты же думала обо мне? Мечтала видеть меня на месте своих клиентов, так ведь? — шептал Дмитрий. — Да, — судорожно произнесла Елизавета, не в силах сопротивляться этому человеку. Ему невозможно ответить «нет». Это не прокатит, увы. — Тогда почему отказывала? — шатен вошел в девушку двумя пальцами, подготавливая ее, а Елизавета простонала, закрыв глаза от удовольствия. Она молчала. — Я, кажется, вопрос задал, — произнес Костров. — Н-не знаю, — ответила брюнетка, на что Дмитрий всего лишь хмыкнул. Мужчина продолжал ласкать девушку, пытаясь расслабить ее. Он чувствовал, что она напряжена. То ли от возбуждения, то ли от волнения. И это его раздражало. Он терпеть не мог, когда его партнерша была в таком состоянии. Это только мешало. — Расслабься, я же не насиловать тебя собираюсь, — приказным тоном произнес Костров, и Елизавета его послушалась. Девушка прекрасно понимала, что он прав. Ей действительно нужно расслабиться — самой же будет легче, только на душе от всего этого будет погано. — М-м-м, пожалуйста, — простонала брюнетка, начиная двигать бедрами в такт движениям Дмитрия. — Я хочу… Костров чувствовал, как мышцы девушки сокращались, как она дрожала, как она его желала. — Чего ты хочешь, Лизочка? — спросил он, продолжая свои действия. Ему нравилось издеваться над ней, нравилось дразнить, нравилось наблюдать за тем, как ее поведение с каждым мгновением становилось все более и более развратным. Она как будто становилось той, кем являлась, показывая это своими действиями. И это заводило. Сносило крышу. — Пожалуйста… — Я не понимаю, чего ты хочешь, — издевательски произнес шатен, все также лаская ее. Он хотел, чтобы девушка наконец признала, что желает его. Ему хотелось услышать заветные слова. Хотелось показать, что она была дурой, когда отказывала ему. Но больше всего он хотел взять ее прямо сейчас на этом столе, но только после того, как она сама поймет и скажет, что хочет его. — Пожалуйста, — девушка уже срывалась на крик, желая получить разрядку. — Я хочу Вас, — ответила она, осознавая, что он желает услышать от нее именно эти слова, иначе так и продолжит издеваться. Костров ничего не ответил, а просто усмехнулся. Она все-таки признала это. Елизавета услышала, как мужчина расстегивает брюки, а потом вздрогнула, когда почувствовала, как что-то теплое упирается ей в бедро. — У тебя было когда-нибудь в такой позе? — Нет, — ответила брюнетка. — Тогда я буду первым, — усмехнувшись, Дмитрий плавно вошел девушку, словно давая привыкнуть к нему, а Романова застонала. Шатен начал двигаться, упираясь руками в стол, чтобы сохранить равновесие. Мужчина вколачивался в тело девушки резко, грубо, чувствуя, как она сжимает его член, но при этом он старался не причинить ей боли, ведь понимал, что это в дальнейшем может помешать ему, да и вредить не входило в его планы. Романова все сильнее цеплялась за края кухонной мебели, стараясь устоять на ватных ногах. Его действия ей нравились, хоть и были непривычны для нее. Этот мужчина был другим, он делал все совершенно иначе — грубо, но приятно. Елизавета ощущала, как темнеет в глазах, как подкашиваются ноги от его действий, что она вот-вот получит желанную разрядку. — Пожалуйста, быстрее, — простонала девушка, продолжая двигать бедрами. — Так не терпится кончить? — усмехнулся шатен, начиная входить в девушку медленнее, словно издеваясь. — Д-да, — ответила девушка. — Какая же ты нетерпеливая, Лизочка, — мужчина улыбнулся. — Я. Не. Думал. Что. Ты. Такая, — с каждым словом он совершал толчок. — Хотя. Чего. Еще. Можно. Ожидать. От. Шлюхи. Шлюха. Шлю-ха. Но. Моя. Теперь. Только. Моя. Елизавета задрожала и обессиленно облокотилась о стол, больше не стараясь зацепиться за его края. Девушка пыталась отдышаться, собраться с силами, но понимала, что это получится только после бодрящего душа и крепкого сна. — И больше никто не имеет права к тебе прикасаться, потому что ты только моя. Моя, — прорычал мужчина и излился на бедро девушки, опираясь на стол. Девушка облегченно вздохнула, что он кончил не в нее. Хоть она и не боялась забеременеть, ведь принимала таблетки, но была благодарна, что он избавил ее от этого неприятного ощущения. Но даже несмотря на это, ей всё равно хотелось смыть его следы со своего тела. Почему-то именно сейчас она чувствовала себя униженной. Настоящей шлюхой. — Можешь пойти в душ, после я пойду, а потом разогреешь ужин, — усмехнулся мужчина. — Если что-то нужно постирать, то можешь кинуть в машинку, — произнес он и подошел к окну. — Угу, спасибо, — буркнула девушка.

***

Костров лежал на кровати, думая над тем, что произошло. С одной стороны ему было приятно, что все получилось именно так: он наконец получил то, что хотел. А с другой стороны он был недоволен, что сорвался в первый же день, ведь в планах было поиздеваться над этой девушкой: ходить по квартире в одном полотенце на бедрах, прижимать ее к стене, при этом делая вид, что ничего не происходит. Ему хотелось, чтобы Елизавета сама к нему пришла, сама сказала, что хочет его. А получилось все совершенно иначе. Но хотя у него еще есть год, и он надеется, что за это время сможет отыграться. Это было так странно, ощущать, что именно эта девушка сейчас находится в его квартире, за стеной. Мужчина не мог понять, что толкнуло его на этот поступок. Но ему это нравилось. Этот факт сводил его с ума, и ему хотелось продолжать эту игру, чтобы узнать, какой итог будет в конце, через год. И это заводило больше всего. Дмитрий понимал, что ему нужно быть более сдержанным по отношению к Елизавете, но он не знал, как это можно сделать. Было достаточно сложно контролировать себя рядом с ней, и он не знал, как это сделать. Костров закрыл глаза, понимая, что нужно отдохнуть, выспаться и избавиться от тех мыслей, которые не давали ему покоя. Тогда, быть может, он будет уже по-другому относиться ко всему этому.

-

Елизавета сидела на подоконнике и смотрела в окно, наблюдая за ночным городом. Девушка никак не могла принять тот факт, что что-то, чего она не хотела больше всего на свете, случилось. Ей казалось, что это все сон, но все оказалось совершенно иначе. Романова была уверена, что только благодаря Дмитрию она сможет осуществить свою самую заветную мечту. Ради этого она готова на все. Но самое главное, чтобы Костров об этом не узнал. И тогда все будет именно так, как она планировала. Это было единственной надеждой, что все будет хорошо. Главное — верить.