Холодное сердце

Елизавета сидела на стуле и смотрела на девочку лет десяти, которая лежала на кровати, тихо посапывая. Рядом с кроватью стояла инвалидная коляска, и девушка старалась сдержать слезы. Она ненавидела помещение, в котором сейчас находилась. Это была больничная палата, куда она приходила почти каждый день, чтобы проведать свою сестру. — Ангелина, просыпайся давай, — произнесла девушка, поцеловав девочку в висок. — Завтрак проспишь. — Ммм, Лиза? — протянула она, открыв глаза. — Лиза, — улыбнулась девочка. — Ты пришла, как и обещала. — Ты же знаешь, я стараюсь сдерживать свои обещания, — ответила Романова, посмотрев на сестру. — Тогда почему скоро никак не наступает? Почему я не могу ходить? — спросила девочка и взглянула на девушку, перевернувшись на спину. Романова-старшая сглотнула, не зная, что ответить. Она прекрасно понимала, что это — единственное обещание, которое она никак не может выполнить. Обещает, но все никак не получается. Только вот если бы Лина знала, на что Елизавета пошла ради нее. Если бы только знала. И чего ей стоила сегодняшняя встреча с ней. — Понимаешь, чтобы ты смогла ходить, нужна операция. Она дорогая, очень дорогая. А сейчас у нас еще недостаточно денег на это, прости, — ответила Елизавета, чувствуя непонятную безысходность. — Но, надеюсь, что скоро все будет хорошо. Девушка не понимала, как она еще может объяснить своей сестре, что она будет ходить, только нужно подождать. Казалось, что уже ничего никогда не будет хорошо. Она столько раз пыталась все наладить, добиться успеха, но ничего не получалось. Все без толку. Романова думала, что жизнь никогда не станет прежней после того, как Лина попала в ту аварию. После этого жизнь стало адом, в котором Елизавета хотела сгореть заживо, лишь бы перестать чувствовать ту боль, лишь бы перестать жить так. — Но ведь мне уже делали операцию. И ничего не помогло, — не понимала Ангелина. — А еще мне уколы эти надоели, я устала. — Лин, понимаешь, так надо, — начала говорить Елизавета. Девушка помогла присесть девочке и потрепала ее по голове. — Потерпи еще немного, пожалуйста, — произнесла Романова-старшая. — Спящая Красавица тоже долго терпела, ждала своего принца, помнишь? — получив кивок, она продолжила. — Тебе тоже надо потерпеть. — Дождаться принца? — удивлённо спросила девочка. — Да. Но не принца, а операции. Пожалуйста. Потерпи. — А она меня точно спасет? — неуверенно спросила девочка. — Точно, — улыбнулась девушка. — А теперь давай умываться и завтракать? — Угу, — кивнула Лина и посмотрела на Елизавету, расплываясь в улыбке. Романова надеялась, что теперь все действительно наладится и что совсем скоро она перестанет приезжать сюда. Она надеялась, что сможет выполнить свое обещание. Сможет.

***

— Хм, и где же ты шлялась все это время? — ухмыльнулся Дмитрий, взглянув на Елизавету, как только девушка появилась на пороге квартиры. — Ты вроде отпросилась только на два-три часика, а тебя не было целых пять. — Во-первых, Вас не касается, где я была. Во-вторых, сами понимаете, в каком городе мы живем, какие иногда бывают пробки, а личного вертолета у меня нет, — ответила брюнетка, взглянув на мужчину. — Здесь нет моей вины. Девушка направилась в свою комнату, но Костров прижал ее к стене. — Трахалась с кем-то, я прав? — прошипел он, со злобой смотря на Елизавету. — Ч-что? — спросила Романова. — Что слышала. Я вроде предупреждал тебя, Лизочка, что ты не имеешь никакого права быть с другими мужчинами на протяжении этого года. Теперь ты — моя, только моя. И трахать тебя ближайший год буду только я. Вспомни, за сколько я тебя купил, — произнес мужчина. — Я все прекрасно понимаю, и знаю все это, — сказала Елизавета, взглянув на Кострова. — У меня были дела, это личное. Я не хочу посвящать Вас в это. Девушка понимала, что сейчас не самое лучшее время, чтобы дерзить, врать. Но сказать правду она не могла. Уж лучше пусть он думает, что она была с кем-то другим, чем узнает правду. Этого Романова не могла ему сказать. Костров не тот человек, кому нужно это знать. Ему лучше вообще не ведывать ни о чём из её жизни. — Что же это за дела такие, о которых я не должен знать? — усмехнулся Костров, смотря на девушку, надеясь услышать правду. — Реально была с кем-то? — Вы правы. Я действительно недавно, как Вы говорите, трахалась. Но это было вчера вечером. У Вас в квартире, на кухне. Думаю, Вы должны знать об этом, ведь Вы принимали в этом участие, — ответила Романова. — Как же ты меня достала своей дерзостью, но в то же время мне это так нравится, ты даже и представить себе не можешь, как сильно. Даже не столько нравится, сколько возбуждает. И знаешь, из всего этого может выйти что-то интересное. Благо, у меня есть еще год, чтобы окончательно в этом убедиться. — Вот и убедитесь, — произнесла Елизавета. — А теперь, быть может, отпустите меня? — Хорошо, иди, — недовольно буркнул мужчина. Ему хотелось еще поиздеваться над этой девушкой, но сейчас не самое подходящее время. — Ах да, забыл сказать. Через два часа приедет моя сестра. Надеюсь, вы подружитесь. Пройдётесь с ней по магазинам, завтра ты мне нужна для одного мероприятия, и выглядеть ты должна соответствующе. Что за мероприятие, расскажу потом. — Как скажете, — ответила Романова и направилась в свою комнату, пытаясь собраться с мыслями. Костров усмехнулся, думая, что девушка будет возражать, а она спокойно на это отреагировала, даже ничего не сказала.

***

— Знакомься, Лизочка, это Карина, моя сестра, — произнес шатен, взглянув на Романову. — Карина, это Лиза, моя содержанка ближайший год. — Или говоря человеческим языком, самая обыкновенная шлюха, которая продала себя за кругленькую сумму богатенькому придурку, — передразнила девушка. — Приятно познакомиться, Карина. Надеюсь, ты не такая, как твой братец. — Я тебе это припомню, на коленях извиняться будешь. Заодно посмотрю, как ты сосешь, — зло прошипел мужчина, не стесняясь сестры. — Мне тоже приятно, Лиза, — спокойно ответила Кострова. Елизавета взглянула на Карину и улыбнулась. Девушка была достаточно красивой: голубые глаза, волосы каштанового оттенка, которые были собраны в пучок. На лице был легкий макияж. Одета она была достаточно просто: красная клетчатая рубашка, джинсы и черные кеды. Также она была похожа на Дмитрия, и складывалась такое ощущение, что они двойняшки. — Лиз, если ты готова, мы можем ехать, — произнесла Карина. — Да, конечно. С радостью свалю из этого места, — ответила брюнетка, стараясь показать и Карине, и самому Дмитрию, что она презирает его. — Тогда поехали, — сказала шатенка, понимая, что Елизавета специально себя так ведет, чтобы вывести Дмитрия из себя, и это не было хорошей идеей, и это могло очень плохо закончиться. — Угу. Костров выдохнул, когда остался один в квартире, ведь понимал, что еще чуть-чуть, и он сорвался, и ему точно было бы плевать на сестру. Плевать на все. И он благодарил бога, что ничего не произошло. Но все еще впереди. И он обязательно припомнит ей все. — Тебе так просто от меня не отделаться, Лизочка, — произнес мужчина в пустоту. Шатен достал телефон и набрал чей-то номер. — Алло, Виолетта, жди меня во второй ВИП-ке, я через пятнадцать минут буду.