Холодное сердце

Девушка шла рядом с Дмитрием, стараясь сохранять спокойствие. Она понимала, что нужно вести себя более естественно, чтобы не подвести Дмитрия, потому что прекрасно знала, что не стоит идти против него.  — Все в порядке, Лиз? — спросил мужчина, понимая, что с брюнеткой что-то не так. Не хватало ещё проблем с ней. — Ты какая-то странная, что ли. — Да, вроде как, — неуверенно ответила девушка. — Просто я в первый раз в таком месте, и для меня все это неожиданно. Я даже не знаю, как правильно себя вести, — продолжила она. — Нет, конечно, я знаю основные правила этикета, но все равно волнуюсь, боюсь сделать что-то не так, боюсь Вас подвести, себя опозорить тоже боюсь… Девушка смотрела на белокаменный двухэтажный особняк, по периметру которого был забор из такого же камня. Недалеко от дома был фонтан в средневековом стиле, вокруг которого были клумбы с различными цветами. Все это было в новинку для Елизаветы, и она боялась заходить на территорию этого дома, понимая, что может сделать что-то не так и все пойдет не по плану. Но с другой стороны ей хотелось узнать, какая жизнь кипит за этим забором. — Хм, приятно, что ты так волнуешься, — улыбнулся шатен, заставив Лизу вернуться в реальность. — Но не стоит, Лиз. Все в порядке, правда. Просто меньше загоняйся на этот счёт. Легче будет, пойми. Чем меньше ты будешь об этом думать, тем меньше проблем будешь, — спокойно произнес Костров. — Я это понимаю, да, — произнесла девушка. — Но все равно какое-то непонятное ощущение… — Лиз, хватит, правда. Не накручивай себя. Не думай об этом. Да, я понимаю, тебя непривычно, но все когда-то бывает в первый раз, и это — тоже. Романова не понимала, что произошло, почему Дмитрий стал добрым по отношению к ней. Это было странно. Обычно он груб с ней, даже разговаривает грубо, а сейчас все иначе. Хотя совсем недавно, когда они ехали сюда, мужчина был другим. Теперь его словно подменили, и этого девушка никак не могла понять. И девушка никак не могла понять, почему он стал чаще называть Лизой, это было странно для него. Он почти всегда называл девушку Лизочкой, и ее это раздражало, о чем он прекрасно знал, но все равно продолжал так делать. А сейчас стал называть Лизой, и это было приятно. Приятно, что он услышал это. Но это всего лишь игра. И ей это почему-то нравилось. Было непривычно видеть его таким. Возникало ощущение, что ему не плевать, раз он стал таким. Или это его очередная ловушка, которую он затеял, чтобы потом еще больше поиздеваться над ней. Но было плевать на все. Хотелось верить, что это правда и ничего не изменится в ближайшее время. Девушка понимала, что не стоит ожидать от Кострова чего-то хорошего, просто хотелось верить, что мужчина на самом деле такой, какой сейчас, и всегда будет таким. — Хорошо, Вы правы. Скорее всего, я действительно себя накручиваю, чего делать не стоит, — произнесла брюнетка. — Можно мы еще минут пять побудем здесь, на улице, а потом пойдем? — Да, хорошо. Ты успокаивайся, а я покурю пока, — мужчина достал из кармана пиджака пачку сигарет и достал одну. — Будешь? — он протянул ее девушке и усмехнулся. — Нет, спасибо, — ответила Елизавета. — Я не курю. И Вам не советую. — Как хочешь, — улыбнулся он и закурил. — Не стоит переживать за мое здоровье, Лизочка. Но мне чертовски приятно.

***

Елизавета поняла, что снаружи дом совершенно другой: не такой, как внутри. Да, интерьер в этом же стиле, но выглядит все иначе. Гораздо красивее. Даже около входной двери висели картины знаменитых современных художников, и это завораживало, интриговало. Девушке казалось, что дальше будет только интереснее, красивее, все будет более роскошно. Только вот это не для нее. Брюнетка усмехнулась, понимая, что на этом вечере не будет случайных людей, здесь будут только те, кто этого достоин. Но она не понимала одного — что она тут делает. Для нее все это было чужим, незнакомым. Ей хотелось узнать что-то новое, увидеть мир с другой стороны, но ей казалось, что это будет слишком сложно. — Дима, здравствуй, — к паре неожиданно подошел мужчина, и Романова вздрогнула, понимая, что сейчас Дмитрий может рассказать правду своему другу, сделает ей больно. Специально. — Я смотрю, ты не один, — улыбнулся он, а Елизавета подняла свой взгляд на него и тоже слегка улыбнулась. — Познакомишь? — И тебе не хворать, Лазов, — усмехнулся Костров, пожимая своему другу руку. — Конечно, куда же я денусь? — усмехнулся он. — Знакомься, Игнат, это Лиза, — улыбнулся шатен. — Лиза, это мой очень хороший знакомый, Игнат Лазов. — Приятно познакомиться, — улыбнулся Лазов и протянул руку девушке для пожатия. — Мне тоже, — ответила Елизавета, пожав руку мужчине. Он был достаточно красив: высокий, подтянутый блондин с голубыми глазами. Достаточно пухлые губы придавали ему определенную изюминку. Он был одет в черный костюм, черные лакированные туфли, черный галстук, белая рубашка, и ему это определенно шло. Девушка заметила, что абсолютно все были одеты в черное или темно-синее, и это придавало своеобразную гармонию. — Вы очень красивая, Елизавета, — произнес Игнат, взглянув на Романову. — И, как мне кажется, в душе Вы такая же. Если оно так, то я рад за Диму, что у него наконец появилась девушка. — Я не… — начала брюнетка, не зная, что ответить. — Лиза не моя девушка, — спокойно произнес Костров, усмехнувшись. — Содержанка. Проще говоря, шлюха. Елизавета нервно сглотнула, стараясь не заплакать. — Лиза, простите, я не знал, — извинился блондин, взглянув на девушку. — Не стоит, — перебил Дмитрий. — Ее проблемы, пусть знает, кто она на самом деле, я этого скрывать не собираюсь. — Дим, это тебе не стоит так относиться Лизе. Она же ничего такого не сделала, — ответил Игнат. — Лазов, я не хочу с тобой ругаться. Тем более, выяснять отношения на твоем вечере, поэтому давай не будем ссориться из-за какой-то шлюхи, ладно? — ответил Костров, не обращая внимания на Елизавету. — Хорошо, давай не будем ругаться. Но, пожалуйста, не нужно так относиться к Лизе. Хотя бы сегодня вечером, хорошо? Сделай мне своеобразный подарок таким образом. — Хорошо, — согласился Дмитрий, взглянув на друга. — Надеюсь, что так и будет. Сейчас мне нужно отойти. Удачного вечера, — улыбнулся Лазов и, развернувшись, направился в сторону другой комнаты. Елизавета молчала, стараясь унять дрожь во всем теле. Она не хотела, чтобы Костров видел ее в таком состоянии, поэтому уговаривала себя успокоиться. Девушка не понимала, почему он так быстро менял к ней свое отношение. Грубый, нормальный, снова грубый. Романовой казалось, что это действительно игра, что ему нравится издеваться над ней и у него это хорошо получалось. — Зачем Вы так со мной? — тихо спросила девушка. — Чтобы ты, Лизочка, ничего себе лишнего не придумывала, — спокойно ответил он. — Чтобы ты знала, кем являешься. Чтобы ты не забывала, кто ты. — Я прекрасно помню это… Вы просто хотите унизить меня, да? Вам приятно смотреть на мою боль? — Возможно, — усмехнулся Костров. — Все. Я больше не намерен продолжать этот разговор. Мы сюда не за этим приехали. — Я не понимаю, почему Вы такой разный. То пытаетесь унизить, то успокоить. Почему? — Я же сказал, что не намерен продолжать этот разговор. Ты тупая или прикидываешься? Мужчина и сам не понимал, почему он так обращается с девушкой. Да, он осознавал, что нельзя так к ней относиться, но так было проще. Костров давно заметил, что если он относится к Елизавете нормально, он чувствует что-то непонятное, непривычное ему, и он этого боялся. Быть сволочью гораздо проще. Особенно по отношению к ней. — Хватит! — прикрикнула девушка. — Пожалуйста, хватит так со мной обращаться! — Не то место ты выбрала, чтобы кричать, Лизочка, — грубо произнес мужчина, схватил девушку за руку, притягивая ее к себе. — Скажи спасибо, что здесь никого нет и никто не видит твоих психов, деточка. Успокаивайся и постарайся не опозорить ни меня, ни себя, прошу, — продолжил он. — Ванная там, — прошипел Костров и толкнул девушку в сторону двери. — Вернусь минут через пять. Только попробуй не успокоиться, поняла? Шатен отпустил девушку и направился в сторону выхода.

-

Елизавета посмотрела на свое отражение в зеркале и усмехнулась, понимая, что Дмитрий прав. Шлюха. Вот кто она. И ей не за что на него обижаться, ведь на правду не обижаются. Уже нет той девочки, которая была совсем недавно. Каких-то пять месяцев назад она жила не совсем обычной, но другой жизнью. Училась, готовилась к экзаменам, к поступлению в институт, работала, чтобы хоть как-то заработать на жизнь и собрать денег на операцию для сестры. А потом она встретила его. И все поменялось в худшую сторону. Да, деньги появились, но она потеряла себя. Романова вздохнула, вспоминая прошлую жизнь. Если была бы возможность, она бы вернулась в те времена, но девушка прекрасно понимала, что пути назад уже нет. Неожиданно дверь в ванную открылась, и на пороге появился Дмитрий. Он опоздал минут на пятнадцать, и девушка поняла, что за это время он успел выпить. Мужчина закрыл дверь на защелку и усмехнулся, осматривая девушку. — Вот мы и одни, Лизочка, — Дмитрий стал подходить к Романовой ближе. Запах алкоголя неожиданно ударил в нос. Виски или коньяк. — Раздевайся, — приказал он. Брюнетка испуганно взглянула на мужчину. — Я не… — Тебя никто не спрашивает, — грубо произнес он. — Раздевайся. Твоя самая главная функция — раздвигать свои ноги, когда я попрошу. А, ну и еще ртом работать, но это потом. — Нет, — ответила Елизавета, понимая, что все равно ничего не изменится. — Раздевайся по-хорошему, Лиза. У меня нет настроения спорить с тобой. Да и я не собираюсь целый вечер ходить с этим, — усмехнулся мужчина и кивнул на свой пах. — Это Ваши проблемы, — произнесла девушка. — Это и твои проблемы тоже, — Костров подошел к Романовой еще ближе и улыбнулся. — Ты всего лишь шлюха, не более. Твоя обязанность — удовлетворять своего клиента. В данном случае твой клиент — я. — Вы пьяны, Дмитрий Борисович… — прошептала девушка, надеясь, что это поможет. Но она прекрасно понимала, что спорить с пьяным человеком бессмысленно. — Пьяны… — Мне это никак не мешает, Лизочка. И тебя это волновать не должно. Будто бы я первый пьяный, который будет тебя трахать, — усмехнулся он и провел ладонью по щеке девушки, стирая слезы. — На колени, — произнес Дмитрий, смотря на Елизавету. — Давно хотел проверить, как ты сосешь, вот и повод появился, — он провел рукой по ее спине, медленно расстегивая молнию. — Не надо… Я не буду эт… — Ой, да что ты такое говоришь? Не будешь? Да кто ты такая вообще? Здесь я решаю. Лучше чем болтать, работай языком в нужном направлении, — Костров надавил на плечи. — Ну, давай. Сделала дело — гуляй смело, — усмехнулся он. — Тем более, тебе не привыкать. Ты же шлюха. Каждая шлюха сосет, это ваша работа. Мужчина продолжал давить на плечи девушки, заставляя ее опуститься на колени, но Романова сопротивлялась, надеясь, что сможет вырваться. — Хватит делать вид, что ты ничего не понимаешь. У тебя есть десять-пятнадцать минут, время пошло, — ухмыльнулся он, придерживая девушку. Романова посмотрела на Дмитрия, и поняла, что его не переубедить, что он все равно будет стоять на своем и придется с этим смириться, хоть это и было сложно. — Перестань ломаться, Лизочка. Это твоя работа, — произнес он. — Так что будь добра выполнять ее. Или ты перестанешь себя так вести, и я обо всем этом забываю, или… — улыбнулся Костров и полностью расстегнул молнию на платье девушки. Мужчина начал стягивать с Елизаветы платье, а она плакала, понимая, что больше ничего не сможет сделать, он — сильнее, и сопротивляться точно бессмысленно. Оставался только выход. Главное, чтобы все получилось. Елизавета резко ударила мужчину в пах, и, когда тот осел на пол, подбежала к двери, открыла ее и вышла в гостиную, пытаясь найти хоть кого-то. — О, Лиза, я как раз вас с Димой ищу, — окликнул брюнетку Лазов. — Начало через десять минут, а вас все нет и нет. — Хэй, ты чего? — удивленно спросил он, взглянув на девушку. — Что произошло? — Он… Он хотел… меня… изнас… — Кто? — перебил Лазов. — Дмитрий Борисович. Он, видимо, выпил… приказал раздеваться… Я отказала… и он начал… молнию расстегивать… На плечи давил, чтоб я… на колени… А я… — всхлипывая, говорила девушка. Игнат ничего не ответил, а просто обнял девушку, но она отстранилась, испуганно посмотрев на него. — Т-ш-ш, успокойся, — улыбнулся он. — Все хорошо. Иди в гостевую комнату, жди меня там. Там в мини-баре есть вода, а в тумбочке аптечка, должно быть успокоительное. С Димой я разберусь сам, хорошо? — А как же Ваш вечер? Начало же скоро… — Не переживай, перенесу на сорок минут. Ничего не случится. Тем более, еще не все собрались. — Я тогда… пойду? — неуверенно спросила Романова, не зная, как вести себя рядом с этим мужчиной. — Мне правда нужно побыть одной, успокоиться. — Да, конечно. — Спасибо. Только Вы не говорите никому про это… пожалуйста. Костров меня убьет… если поймет, что кто-то об этом знает… Романова прекрасно понимала, что мужчина не простит ей, если кто-то узнает про этот случай. Он же так волнуется за то, чтобы его репутация была чистой. И ее это раздражало. Она не понимала, почему все так волнуются за свой статус, ведь это не самое важное в жизни. Но не в этом обществе. — Здесь только мы. Все в зале. Всё хорошо, Лиза. Иди в комнату. Мужчина не знал, как реагировать на случившееся, ведь прекрасно понимал, что все это странно. Он знал, что Дима точно не сможет так поступить с девушкой, но внешний вид девушки говорил совершенно об обратном. — Игнат… спасибо Вам… — Еще не за что, — произнес Игнат. — Иди в комнату, там вон Дима вышел, — шепотом произнес Лазов. — Иди-иди, пока он тебя не заметил, — девушка кивнула и направилась в гостевую. — Ну, дружище, что ты там натворил? — серьёзно спросил блондин, направляясь в сторону Кострова.