Предупреждение

Если Лили и была в панике, то не подавала виду. Она пыталась сообразить, к чему все эти прелюдии. В конце концов, когда приспешники Волдеморта предложили ей с Джеймсом присоединиться к Пожирателям, они открыто угрожали и цели их были далеко не такими благородными, как сейчас. Быть может, Волди поменял стратегию? Но это ни к чему, ведь слухи о нем уже разлетелись далеко за пределы Британии. Хуже всего то, что Лили не знала, как реагировать на подобные реплики. Она решила, что лучше быть просто спокойной. Эндрю же, увидев её реакцию, словно заметил небольшие колебания, хотел что-то сказать, но передумал. Позже к девушке пришла какая-то женщина, она показала, где здесь столовая, и Лили смогла накормить сына. Гарри, в отличие от нее, чувствовал себя превосходно. Ночь, казалось, длилась слишком долго, но причиной этому могла быть бессонница. Лили понимала, что могла бы остаться, но боялась того, что, возможно, ей придется делать. В полдень к ней пришел Эндрю. — Ты будешь шпионить за Дамблдором, — выдал он с порога. Оказалось, совещание решило, что Лили (Милана) придет к Альбусу за помощью, рассказав легенду о том, как она жила с мужем-магглом в Австралии и как люди в черных капюшонах требовали, чтобы она присоединилась к Пожирателям смерти, да еще угрожали. Когда её муж не вернулся домой, а полиция не нашла никаких следов, девушка схватила ребенка и сразу явилась в Британию. В том, что Волдеморт с дружками побывали в Австралии, Эндрю не сомневался. — Можешь представиться Миланой, ведь это все равно выдуманное имя, — завершил он, — и не смотри так, ведь я не хочу знать настоящего. Вопросы? — Да, — Лили кивнула и прищурилась. — Вы меня совсем не знаете, так почему считаете, что я не могу быть двойным агентом? — Все просто. Наша встреча не могла быть подстроена, так как я не собирался заходить в «Дырявый котел». Никто также не мог чарами заставить меня пойти туда: я знаю кое-что о защите. Люди Альбуса множество раз встречались со мной, поэтому у них наверняка есть гораздо лучший способ найти меня, чем случайные встречи. Ты могла бы предать нас сейчас, когда узнала некоторые не очень приятные вещи, но это означало бы, что ты попросишь защиту у Дамблдора. Но ты не можешь этого сделать, верно? Ты знаешь о нем больше, чем притворяешься, что знаешь, — Эндрю самоуверенно улыбнулся, а Лили не могла не восхититься тем, как он пришел ко всем этим умозаключениям. Она почувствовала нечто, вроде уважения к этому мужчине, ведь он действительно не задавал неловких вопросов (хотя знал, что она многое скрывает). Но вместе с тем в ней начало расти недоверие. Никому нельзя доверять, даже тому, кто раздает подобные советы. И Лили согласилась. Она просто пришла в Хогсмид и сказала, что нуждается в помощи и что хочет увидеть Дамблдора. Старик был очень добр. Быть может, все считают это его некой слабостью — доверять людям, — но это не так. В смысле, он никому не доверяет. Он умный. Альбус внимательно выслушал Лили, которая для правдоподобия всплакнула. Даже Гарри заплакал, но это потому, что ему никогда не нравился Дамблдор. Ребенка не так легко одурачить, как его мать. И Дамблдор сказал, что она может присоединиться к Ордену Феникса, чтобы вместе победить злого колдуна, именуемого себя Волдеморт. Он сказал столько пафосных слов! Раньше они казались проявлением мудрости… Лили встретила своих старых знакомых. Сириус значительно изменился с тех пор, как она видела его в последний раз. Несомненно, он все еще блистал красотой (несколько раз он делал Лили грязные намеки, но он же не знал, что это Лили), хотя видно, что он немного подавлен из-за смерти друга. Был там и Римус. Бедняга, казалось, больше не знал, чем себя занять после предательства Питера и смерти Джеймса. У него не было ничего общего с этими тремя. Даже Питер казался решительней и уверенней по сравнению с Римусом. Это был единственный человек здесь, которого Лили жалела. Он просто попал не в то место не в то время. Еще там был Северус. Лили слышала в штабе Пожирателей, что он шпион, но не думала, что будет видеть его так часто. Когда-то она сильно любила его, но все прошло. Остался только горький осадок, и Лили не хотела поднимать все это. К счастью, Северус не знал, кто она, и никакого внимания на девушку не обращал. Однако ей было интересно, как он смог убедить Альбуса в правдивости своих намерений. Да, она знала, что Снейп — замечательный блоколог, только Дамблдор — далеко не дурак, чтобы ничего не заподозрить. И она подслушала. — Как идут поиски? — спросил Северус, когда Лили проходила мимо одной из комнат штаб-квартиры Ордена. — Никаких следов Лили, а тем более Гарри, — устало ответил Альбус. Лили самодовольно улыбнулась. — Ты знаешь, парень меня не интересует. — В этом вся разница между нами, Северус, — Дамблдор умолк и задумчиво продолжил: — Ты знаешь о пророчестве, а, значит, должен знать, что не получишь свою драгоценную Лили, пока не найдем Гарри. Потом девушка услышала шаги и успела вовремя удалиться. Так как она якобы жила в Австралии и достаточно зарабатывала, Лили сказала, что имеет деньги на жилье, но очень переживает за мужа (хотя он, возможно, мертв) и сына. Поэтому ей дали работу спрашивать магглов. Она распечатала на маггловском принтере фото воображаемого мужа, а также свою с Гарри фотографию. Она знала, что подобная работа просто не могла принести пользы Ордену, как понимала, что делает это, лишь бы не болтаться под ногами у Дамби. Но общая картина у нее была. И, идя в штаб-квартиру Пожирателей смерти (ведь на самом деле ей было негде жить), Лили не знала, что стоит рассказать, а что — скрыть. Но пока никто ничего не спрашивал, и Лили всё устраивало. Скоро наступило Рождество. Пожиратели, как ни странно, напевали колядки и делали всё возможное для создания праздничной атмосферы в этих мрачных коридорах. — Рождество — это не время, а люди, — сказала Беллатриса, когда Лили встретила её, одетую в зеленый вязанный свитер с рисунком ёлки. Все это выглядело немного по-дурацки, но девушка почему-то решила просто расслабиться. Маскирующие чары уже вошли в привычку, поэтому даже не сомневалась, что испортит что-то под воздействием алкоголя. В одном из залов собралось не так много Пожирателей, как Лили ожидала. Большинства из них она не знала. Эндрю позже сказал, что все, конечно же, отмечали с семьей, и девушка на миг загрустила, потому что её семьей был только Гарри-он-же-Рик. Петуния ни за что бы не усадила её за рождественский стол. Среди оставшихся в штабе был и Питер, портивший настроение одним своим видом. Он боялся вернуться домой, ведь там его могли ждать Сириус и его верный пёс Римус (после этой мысли Лили попросила у Люпина прощения. Правда, тоже мысленно). Но, к счастью, Питер почти сразу куда-то удалился. Лили села в уголке. Гарри играл на полу с какими-то игрушками, которые, похоже, сам наколдовал, а она медленно протягивала вино из бокала. Красное. Сухое. Ужасный вкус, и этим Лили тоже наслаждалась. Она не сразу заметила, что к Гарри подошел Эндрю и начал играть с ним. Парни выглядели так мило, что Лили невольно подумала, каким бы хорошим отцом для Гарри мог стать Эндрю, не будь он Пожирателем смерти. Наигравшись, мужчина подошёл к ней, и они говорили о каких-то банальных вещах. — Иногда я вижу будущее, — вдруг сказала Лили. Она была достаточно пьяна, чтобы не понимать, уместно ли это. — Например, в первом видении моя мать крутилась в колесе, как хомяк. Только это было обычное колесо для машины. А на следующий день она умерла в автокатастрофе. Я думала, мне просто приснилась какая-то фигня, и это лишь совпадение, — девушка горько усмехнулась, продолжая попивать вино. Эндрю не сводил с неё взгляда. — На второй раз я увидела отца. Ему на грудь прыгнула красная пантера. И потом он умер от инфаркта. Он был магглом, и не ходил в больницу колдунов. Иначе они бы его спасли. И я все время думаю: почему я не повела его в больницу? Я ведь знала, что что-то случится… И я всегда проклинала видения, потому что в них, знаешь, много абстрактного. Лили запнулась, и Эндрю спросил, не хочет ли она отдохнуть. Видимо, он устал от жалоб глупой девицы. Но Лили знала, что говорит (хотя вряд ли понимала, зачем это делает). — Когда у меня было последнее видение, я не так много поняла. Но сейчас все складывается. Дамблдор плохой, это точно. Он хочет убить Лили или отдать её Снейпу. Знаешь, мы когда-то очень хорошо дружили, но он был слишком занудным… и подлым. Не суть. Дамблдор хочет взять Гарри и сделать из него оружие против Волдеморта. Я понятия не имею, почему именно Гарри и как малыш может победить сильного мага. Может, он подождет, пока парень вырастет. И еще они говорили что-то о пророчестве. — Ты была откровенна со мной, — заметил Эндрю после недолгой паузы, — поэтому я тоже хочу кое-что сказать. Дело в том, что мы — не те, кто ты думаешь. Мы действительно хотим не позволить Альбусу завладеть реликвиями. И готовы убить его, если понадобится. И наш лидер — так называемый Лорд Волдеморт. Но мы никогда не убивали невинных людей и не пытали их. Дамблдор сам организовал лже-Пожирателей во главе с Люциусом Малфоем (ты его знаешь, да?), которые пугают людей по всему миру. Никто не видел настоящего Волдеморта. Кроме Пожирателей смерти, конечно же. Лили хотела спросить, когда же ей выпадет такая честь, но не успела, ведь Эндрю продолжил: — Ты говорила о пророчестве. Суть его в том, что один парень может победить Лорда Тьмы, или же будет убит им. Потому что вместе им жить не дано. Причем неизвестно, кто этот парень, ведь по описанию вариантов несколько. Один из них — Гарри Поттер. Уверен, именно из-за пророчества Дамблдор хочет использовать мальчика. Больше Эндрю не поведал ничего важного. Они постепенно переключились на пустые разговоры. «Все завтра,» — подумала Лили. Завтра она соберет эту информацию в кучу, завтра подумает, всегда ли говорила о Лили в третьем лице, завтра будет надеяться, что Эндрю не спросит Северуса, не знал ли он никакой Миланы раньше. А сейчас она целовала этого шикарного парня, пока Гарри мирно сопел, окруженный волшебными игрушками.