Sleeping KaiHun

— Мне тут приснилось… — Сехун едва переводит дыхание и, вытаращив глаза в потолок, пересиливает себя в ответ на немой вопрос в глазах Чонина. — Приснилось… — прочищает горло, пытается сдержать нервный смешок. — Приснилось… — Да что тебе приснилось? — нетерпеливо бубнит сонный парень и трёт глаза ладонью, пытаясь взбодриться. — Говори уже. Мне завтра вставать рано на работу. Чунмён, знаешь ли… — Я беременный, — хрипло проговаривает Сехун и, глядя упор на лишившегося дара речи Чонина, добивает, — от тебя.

***

Ранее

Сехуну не верится в происходящее, всё кажется какой-то фантасмагорической чушью. Но Чонин, уверенно целующий его в ответ на все логичные в данной ситуации вопросы, будто утверждает тем самым, что «всё хорошо, я с тобой, любимый, а значит — всё так, как должно быть». Сехун в этом совсем не уверен. Для начала, его не устраивает, что парень (его парень, между прочим!) пахнет детским мылом. Не то чтобы О был так уж против, но аромат исходит ото всего тела Кима и особенно остро ощущается при поцелуе. Сехун тут как бы чувствует, что начинает возбуждаться от языка Кима во рту, но при этом словно окружён ватагой детей. — Чонин, — отстраняясь шепчет парень и мысленно чертыхается от совершенно бесстыдного выражения лица напротив, потому что «какого чёрта?!», — пожалуйста, мне очень нужно знать… — Это не может подождать? — так же шёпотом отвечает Чонин, и это нечестно, незаконно и «Ким Кай, Вы обвиняетесь в чрезмерной сексуальности и приговариваетесь к пожизненному заключению вместе со своим парнем»… Но Сехун — мужик. Сехун не первый год живёт с этим ходячим вулканом, а потому мужественно в буквальном смысле берёт себя в руки и непреклонно высоким тоном отвечает: — У меня пузо на нос лезет, куда ждать?! Чонин опускает взгляд на огромный живот своего парня — выглядит, будто тот проглотил арбуз целиком — и выдаёт гениальную по своей простоте фразу: — Ну, ты омега… Омега, альфа, бета… О чувствует, как в голове крутятся шестерёнки, переворачивая все ненужные до этого момента знания, выуженные из чьих-то мимолётных разговоров и господипрости — фанфиков (чего только не прочтёшь в скучных поездках). Блять. — Омега. Я? — ошарашенно переспрашивает и рефлекторно поглаживает себя по животу. — Дорогой… — мягко начинает Чонин и заглядывает в глаза опешившему Сехуну. — Что? Ты меня никогда так не называл, — отодвигается и выставляет руки вперёд в защитном жесте. — Кто ты и куда дел моего Ким КайЧона? Чонин выгляди оскорблённым. Поднимается с кровати (Сехун снова чувствует, будто его искупали вместе с десятком детей) и строго глядит на О сверху вниз. — Я твой альфа. И это я должен задавать вопросы. Куда ты дел моего спокойного барбарисного омегу? Сехун пытается вдохнуть, но что-то мешает. Запах мыла окутывает со всех сторон, душит. Взгляд карих глаз прожигает насквозь. И…

***

** — В общем, — заканчивает Сехун свой сбивчивый рассказ, — похоже, мы плохо предохранялись. Взгляд Чонина красноречив, как никогда, но парень всё же говорит это вслух: — Хун-а, по-моему, ты перечитал фанфики. Я открою тебе тайну, но мужчины не рожают. О фыркает и толкает Кима в бок. — Да знаю я. Просто сон правда странный. И фанфики тут не при чём. — Ну да, ну да… Чонин тянет Сехуна на себя и обнимает за плечи, слушает, как тот глубоко выдыхает, пытаясь успокоиться. — Знаешь, это жуть всё-таки, — наконец «рожает» Сехун. — Я — беременный. Вот другое дело — ты. Ким пытается не ржать, но всё же заливается смехом и ещё крепче стискивает парня в объятьях. «Кажется, это и есть любовь», — думает он. И, уже засыпая, выдаёт: — Из нас бы вышли отличные папы.