Несущий свет

Часть 6 - Что, ты довольна, Моргауза?! Твой план провалился, и твоя дорогая сестрица еле выкарабкалась из лап смерти. Я вообще удивлен, как ей удалось сбежать из замка… И за все это время ты даже не заикнулась о том, что оказалась в проигрыше. Не я, замечу, а именно ты! Сначала надо было убедиться, что Моргана справится с порученным ей делом! - Ценред был зол. Нет, он пребывал в бешенстве, потому что, поддавшись на ее басни о захвате Камелота, доверился этой женщине, пленившей его своей красотой и могуществом. Да как же! Теперь они зализывают раны в одном из его приграничных замков, войско разбило лагерь в соседних деревнях и устраивает пьянки. Дисциплина катилась по наклонной. - Заткнись, Ценред! - спокойным, но властным голосом ответила на пылкую речь короля Моргауза и, отложив в сторону один из фолиантов, что читала, поднялась из большого кресла, стоящего у очага. – Я эти несколько недель время зря не тратила, да будет тебе известно. Пойдем со мной в темницы, я тебе кое-что покажу. - Надеюсь, это что-то стоящее, - Ценред не доверял колдунье. - Ты вскоре поймешь, насколько… – усмехнулась Моргауза, и тут на несколько секунд ее лицо искривила гримаса боли. Мужчина заметил, что в последнее время колдунья передвигалась как-то медленно и скованно, и сейчас от него не укрылось, как побледнело лицо ведьмы. – Идем... И возьми с собой одного из своих воинов. - Зачем? Но Моргауза уже скрылась за дверью, проигнорировав его вопрос. Ценред постарался не потерять последние остатки самообладания. Жрица древней религии умела приносить жертвы темным богам, истязать и доводить пленников до почти незримых конвульсий от сковывающей тело боли, но сейчас ей это было совсем не нужно. Она сама так сказала королю, когда он спустился в пропахший дымом от горящих факелов каземат. - Может, объяснишься? – Ценред с отвращением смотрел на полуголую фигуру покрытого шрамами невысокого человека, цепями прикованного к стене. Его голову обвивали желтоватые ветви странных растений. – К чему это все? - Позже… А сейчас ни звука, - сипло приказала ему Моргауза и, обхватив ладонями голову пленника, стала шептать слова на неизвестном Ценреду языке. Мужчина не любил смотреть, как колдует Моргауза: ему становилось жутковато от осознания того, что сам он не мог дать гарантию, что в один из дней колдунья не применит свои смертоносные силы и по отношению к нему. Голос Моргаузы вдруг стал громче, она произносила слова все быстрее и быстрее, прикованный человек закричал, оглушая и вселяя в сердце страх. Колдунью затрясло, но она не убирала рук, продолжая свое непонятное действо. Ценред отошел на несколько шагов назад к двери, где стоял один из его людей с расширенными от ужаса глазами. - Будь ты проклята! – пленник издал душераздирающий вопль и мгновенно обмяк, повиснув на цепях. Моргауза опустила руки и, развернувшись к Ценреду, обратила на него свой взор. - Готово! – удовлетворенно произнесла она. Король всегда боялся этих огненных глаз. - Что… что ты сделала? Он мертв? - Скажем так, он на грани жизни и смерти, хотя да – считай, что мертв, потому что его тело поддерживают лишь мои силы. - Ну и? – Ценред ничего не понимал. – Какой нам с него прок? - Я тебе покажу, - Моргауза поманила к себе воина за спиной короля. – Подойди сюда… - тот опасливо медлил. – Иди же! - Делай, как говорят! – рявкнул Ценред. Воин приблизился. Колдунья взяла его за руку, затем отпустила. - А теперь что? – недоумевал король. Моргауза медленно вытащила меч из ножен воина, и не успел тот хоть как-то среагировать, как она резко вонзила лезвие тому в живот. - Эй! – Ценред хотел возмутиться, как заметил, что из раны не течет кровь, его воин не падает замертво на пол, а стоит, уставившись на меч в руке Моргаузы. – Это как? Ничего не понимаю… Чудом выживший воин осматривал свой живот, поражаясь, как быстро затянулся глубокий разрез. Моргауза пояснила: - Этот пленник, бывший когда-то темным друидом, сейчас являет собой нечто вроде сосуда, куда я смогла поместить часть своей магии. Его душа порабощена мной, и стоит мне взять обратно отданную ему на время силу, поддерживающую жизнедеятельность тела, он умрет. Тогда потеряет свою неуязвимость и твой воин, которого я коснулась. - Удивительно, - только и смог сказать Ценред. – До меня теперь дошло, к чему ты клонишь. Армия бессмертных воинов. И даже рыцари Камелота будут тут бессильны. - Ты все еще считаешь, что я осталась в проигрыше? – улыбнулась Моргауза, вскидывая подбородок, пытаясь скрыть от короля, как ей сложно стоять на ногах и делать вид, что все в порядке - заклинание отнимало слишком много ее сил. - Приношу свои извинения, - голова мужчины уже была целиком занята предстоящим успешным захватом Камелота. - Тогда поторапливайся, собирай войско. Я же не буду касаться каждого, мне нужно произнести специальное заклинание, я смогу сделать это только один раз. И все должны присутствовать при этом. - Понял, будет сделано! После ухода Ценреда колдунья со стоном опустилась на каменный пол, сжимая кисти рук в замок и пытаясь не закричать от боли, переполнявшей все ее существо. Она решилась на это не ради Ценреда, который был всего лишь пешкой в ее руках. Моргана – вот та, кого она любила и берегла. И Камелотом будет править достойная королева! Именно поэтому Моргауза могла стерпеть любые страдания для достижения своей цели. *** После произошедшего на холмах, Артур и Мерлин так и не решились поговорить, стараясь делать вид, что ничего и не было, и все осталось по-прежнему. Гаюс старался не вмешиваться в их отношения, Гавэйн с Ланселотом делали ставки, когда же принц с магом уже перестанут валять дурака. Один только Рич и не думал сидеть сложа крылья. Он не для того оставил парней наедине, чтобы позже узнать, что ситуация совсем не изменилась, и продолжается неразбериха. - Эмрис, я не пойму, Артур что, снова наговорил тебе гадостей? Или же ты все за свое: прикидываешься бесчувственным чурбаном? – ворон вот уже битый час доставал мага, видя, как тот лежит на кровати, бесцельно уставившись в потолок. - Эй, ну скажи же, а то я полечу разбираться с принцем, и уж ему достанется от меня! - Уймись, - тихо ответил Мерлин, все еще не до конца разобравшись в себе, до сих пор вспоминая свою грубость и напор по отношению к Артуру. Почему? Что на него нашло? Ведь он никогда не доминировал, не чувствовал в себе желание брать вверх в постельных баталиях, подчинять и наслаждаться этим чувством. А ведь оно внезапно охватило не только его тело, но и мозг, не дав времени сообразить с чего вдруг? - И не подумаю, - Рич подобрался к подушке и легонько ткнул мага в плечо. – Я ведь переживаю… Скажи, Артур обидел тебя? Да? - Скорее, это я его… - с грустью поделился Мерлин, поворачивая голову и смотря на черную птицу. - Ты? Как же? - Сложно объяснить, но это так… И самое главное, что я не знаю, что со мной происходит. Почему я так поступил? И еще, что странно, другая часть меня не считает, что я был не прав. - Ты запутался, - констатировал Рич. - Но ведь если вы любите друг друга, то вскоре разберетесь во всем… - Если бы было все так просто, - вздохнул Мерлин. - Если Артур и любил меня, чего я не знаю, то, в любом случае, он любил другого меня. Сейчас вернувшийся я для него незнакомец, такой человек, как он, вряд ли сможет принять нового меня… - Глупости, - фыркнул ворон. – Сильные чувства справятся с любыми трудностями. И ты слишком несправедлив к себе. Ведь ты хочешь быть рядом с принцем, и не только как верный друг и маг, но еще и как возлюбленный. Только тогда ты счастлив. Мерлин удивлено посмотрел на Рича. - И ты понял все это за такое короткое время? - Не зря вороны признаны мудрыми птицами, - гордо ответил тот. - А может, у меня все на лице написано? – задумчиво предположил юноша. - Ха, - ворон взлетел и уселся на оконную раму. – Если бы ты видел свое отражение, то сразу отмел такую возможность. Ты умеешь скрывать свои эмоции. Это у тебя не отнять. Мак Лир хорошо тебя обучил. - Так как же ты все заметил? – Мерлин сел. - Я магическая птица, ну и вдобавок, я чувствую эмоции своего хозяина, если поклялся быть ему преданным до смерти. - Ясно. - Но в данном случае и без моих способностей все ясно, я видел глаза принца. Он нуждается в тебе, Эмрис, что бы ты там себе не надумал. Обидел ты его или нет, вам стоит поговорить об этом. И все наладится, вот увидишь! Маг обдумывал сказанное Ричем, он все еще не понял, как вернуть то доверие, что связывало его и Артура раньше, возродить тепло и нежность, изгнать из слов и поступков холод. Мерлин знал, что это все плата за возможность обладать тем могуществом, что наделил его Мак Лир. Он не мог позволить себе ошибиться, сделать неверный шаг. Поэтому он научился контролировать свои эмоции: от этого зависела жизнь тех, кого он хотел защитить. Вот только Артур был его слабостью, в его присутствии не всегда удавалось действовать разумно. С другой стороны, принц являлся для Мерлина тем, ради кого он стремился жить, делая все, что в его силах. Уберечь. Защитить. Быть всегда рядом, чтобы прикрыть спину. В дверь громко постучали. - Да? – вынырнул из своих мыслей маг. - Мерлин, извини, что мешаю отдыхать, - Гаюс был взволнован. – Но там вернулся патруль. И у них срочные новости. Артур собирает совет. - Что случилось? – Эмрис поднялся, решительно взял меч, ворон опустился ему на плечо. - Вроде как армия Ценреда вновь движется к Камелоту! - Идем быстрее, - Мерлин знал, что враги так просто не сдадутся. – Я должен слышать каждое слово воинов из патруля. *** - Их тысячи, Ваше Высочество, они, определенно, снова хотят напасть на нас, - рыцарь докладывал, еле стоя на ногах и держась за раненное плечо. - Почему ты вернулся один? Что с остальными? – спросил Артур, предчувствуя что-то плохое. - Это самое страшное: мы подошли к ним слишком близко, и нас обнаружили. А дальше… словно это все был один жуткий кошмар! Они превосходили нас числом, но дело не в этом. Я сражался вместе с сэром Патриком, мы с ним одновременно набросились на воинов Ценреда. Наши клинки, вонзившись, прошли сквозь тела врагов. И… и… - рыцарь запнулся, – и в следующее мгновение мы поняли, что воинам все равно, они и не собирались умирать от нанесенных им ран! Они убили сэра Патрика, он замешкался, не ожидав такого, а я успел уклониться от ответного удара. И я.. мне… удалось сбежать. Простите, - рыцарь склонил голову. – Я оставил там своих… Бросил их… - Тебе не за что извиняться, сэр Уильям, - заметил Артур, все еще пребывая в шоке от принесенных новостей. Что же это творится? – Ты сделал все правильно, мы теперь знаем, что воины Ценреда неуязвимы. Рыцарь кивнул. - Гаюс, займись им, - приказал Артур и молча обвел взглядом своих рыцарей и приближенных. - Что думаете? Никто не решался заговорить первым, не зная, что и сказать в такой ситуации. - Тебе стоит задать этот вопрос магу, - тихо заметил Ланселот. Принц напрягся, он все еще скованно держался рядом с чародеем, вспоминая сверкающие золотом глаза Мерлина, его жаркие губы и чувство полного подчинения, что он испытал там на холмах, захватившее его на какое-то мгновение и чуть не заставившее умолять о продолжении полного контроля над собой… - Мерлин? Полы фиолетовой мантии колыхнулись, маг, все это время стоявший позади принца, вышел вперед. Статный красивый, длинные волосы были перехвачены серебряным обручем. Ворон, сидящий на его плече, сверкнул красными глазами, заставив собравшихся испытать смешанные чувства страха и восхищения. - Здесь все ясно: задействована темная магия, очень сильная, связанная с некромантией. - Некромантией? – спросил сэр Леон. - Мир мертвых весьма могуществен, если знать, как подчинить себе его силу, - ответил Мерлин. Рыцари ахнули. Сэр Леон сжал рукоять меча. - Потому воинов Ценреда и не смогло убить оружие, - пояснил Эмрис. – Здесь наложено сильное заклятье. - Ты можешь снять его? – поинтересовался Пендрагон. Мерлин задумчиво ответил: - Чтобы понять это, мне надо лично увидеть этих заколдованных воинов. - Ты имеешь в виду… - принц догадался, к чему клонил юноша. - Да, мне придется отправиться на разведку, - кивнул Мерлин. Артур похолодел. - Это опасно, ты же слышал, оружие против них бессильно! - И что? – развернулся Мерлин и посмотрел принцу в глаза. – Вы забываете, милорд, что я владею магией, к тому же, я не собираюсь сражаться со всей армией… - Эй, я с тобой! - воскликнул Гавэйн. - Я тем более, - отозвался Ланселот. - Друзья, - Мерлин посмотрел на них. – Не стоит. Поверьте мне, вам лучше остаться в замке, иначе я буду думать еще о том, как защитить вас. - Но Мерлин, тебе не помешает наша помощь, - не унимался Гавэйн. - Я не хочу видеть вашу смерть, - Эмрис сказал это таким тоном, что рыцарь сразу умолк. – Я отправляюсь немедленно. Ваше Высочество, - маг сделал легкий поклон и направился к дверям. Артур смотрел ему вслед, заставляя себя стоять на месте и не думать о том, как не хочется отпускать Мерлина в логово врага. Но ведь к нему вернулся воин, а не тот неуклюжий мальчишка, что был раньше. Да что лукавить, тот мальчишка тоже обладал магией и мог постоять за себя. Принц знал, что сейчас он должен заботиться о своих подданных. Необходимо подготовить людей к новой битве. - Сэр Леон, что там насчет недавно восстановленных укреплений нижнего города? Сэр Дэвид, доложите о… Не думать о том, только не думать о том, что Мерлин в эти минуты покидает замок, отправляясь на встречу со злом. Один. Без него… *** Мерлин нашел их быстро. И как не найти, если эта темная энергия властвовала вокруг, затопив собой каждую частичку земли. - Они там! – ворону не надо было предупреждать его, маг и так уже заметил небольшой отряд, расположившийся на видном месте и совсем не заботящийся о маскировке. Они вели себя беспечно, и причина была ясна – если тебе не страшно оружие, то кто сможет убить тебя? - Вижу, - Мерлин плотнее обхватил рукоять меча и, вытянув руку вперед, собрав магию в одно целое, направил ее безмолвной волной в сторону воинов. Они должны были онеметь, впасть в состояние полной беспомощности и умереть от страха. Но этого не случилось. Люди, сидевшие у костра, просто ничего не ощутили. Не шелохнулись. Тогда Эмрис решился использовать направленное на уничтожение заклинание одно за другим, уже не думая оставаться в тени. Когда один из воинов загорелся, превратившись в двигающийся шар, Мерлина уже успели окружить. Юноша смотрел во все глаза на то, как полыхающий парень оставался спокоен, не чувствуя боли. Невероятно! Огонь медленно потухал, обожженная кожа становилась белой. - Только не это! Не может быть! - Мерлин не хотел, чтобы его подозрение на сей счет оказалось правдой. - Эмрис, надо уходить! – над головой кружил ворон. – Ты же видишь, что бессилен! Здесь мощные чары! - Я еще и воин, ты забыл? И не отступлю так просто! - Мерлин приготовился к сражению, лихорадочно соображая, какое еще заклинание использовать. - Дурень! – Рич увидел, как плотно сжималось кольцо вокруг мага. – Меч против них бесполезен, ты же слышал! - Да что ты?! – Эмрис ринулся в атаку первым, рубя клинком каждого, кто хотел насадить его как добычу на вертел. – Сейчас посмотрим! Несущий свет наносил воинам такие раны, что сразу начинали шипеть и гноиться, дымясь. Мерлин усмехнулся. Значит, не ошибся. Сотворенное при помощи магии и силы души оружие могло нанести этим мертвецам раны, которые и не думали заживать. И все же воинов было слишком много, Мерлина успели несколько раз серьезно задеть, а кто-то даже изловчился и проткнул его плечо. Чтоб их! Но когда до них начало доходить, что меч в руках мага необычный, и они увидели своих собратьев, стонущих от нанесенных увечий, то слегка охладили свой пыл. - Эмрис! Нет! – крикнул Рич, видя, что маг все равно проигрывает - один против такого многочисленного отряда он долго не продержится. Ворон уже видел кровь юноши, вытекающую из нанесенных ему ран. Силы стремительно покидали Мерлина, он не мог тратить их на поддержание гармонии в теле, потому что Несущий свет, карая воинов Ценреда, при этом отбирал у него слишком много магической энергии. – Что ж! Ты меня вынудил, маг! – ворон завис высоко над его головой, расправил крылья, затем из его тела начало исходить красное сияние, которое вскоре охватило и сражающегося Мерлина. Эмрис знал, что надолго его не хватит, и пытался найти выход из положения, осознавая, что допустил ошибку, так близко подпустив к себе этих воинов. Нужно было быть готовым к тому, что магия не сработает вообще. Несущий свет немного выручил его, только вот сил почти не осталось… Мерлин тяжело дышал, клинок его меча горел голубым пламенем, а враги продолжали наседать. Когда его внезапно охватил красных вихрь, отбросив врагов в стороны, маг окончательно впал в ступор, правда, мгновенно распознал теплую силу Рича. «Вот это ворон! Вызвал ветер перемещения!» – подумал Эмрис, прежде чем силы совсем покинули его, и он закрыл глаза. Ночь вступила в свои права, накрыв замок звездным небом. Артур шел из оружейной, когда к нему подбежал один из стражей. - Ваше Высочество, быстрее… Там, там… - Что такое? Говори яснее! – Пендрагон злился, когда его воины не могли нормально доложить. - Я как раз делал обход, как увидел огромный вихрь, появившийся вдруг в центре двора, он светился красным! Это точно магия! Я сразу побежал докладывать вам… - Предупреди рыцарей, - крикнул Артур, вынимая меч и уже бегом направившись во двор. - Будет сделано! Когда принц оказался на месте, то никакого вихря не увидел, зато на брусчатке кто-то лежал. Артур осторожно стал подходить ближе, а когда заметил блеск меча, вмиг узнав этот клинок, кинулся что есть сил вперед. Мерлин был весь в крови, пропитавшей его одежды, эти длинные волосы. Красивое лицо покрыла мертвенная бледность. - Очнись, что с тобой?! – Пендрагон опустился на колени, боясь прикоснуться к юноше, выглядевшему сейчас слишком беспомощно. Зачем? Зачем он отпустил его одного?! Нельзя было разрешать ему в одиночку покидать Камелот! Артур проклинал себя, чувствуя, как телом завладевает холод. Цепко. Быстро. - Ну же, принц, поторопись! Ему нужна помощь! – с трудом произнес ворон, все это время находившийся возле мага. Артур был наслышан о способностях магической птицы, но ни разу не довелось ему быть свидетелем ее речи. - Что произошло?! - Их было слишком много… Магия против них бессильна! – лишь сказал Рич. – Я еле успел вытащить его оттуда… - Так мне стоит поблагодарить тебя? - принц аккуратно обхватил Мерлина и поднял. - Возможно… Но это позже, Пендрагон, сейчас тебе стоит позаботиться об Эмрисе. Подбежавшие рыцари, заметив окровавленного Мерлина на руках Артура, в замешательстве остановились. Один из них бросился было помочь, но принц остановил его: - Я сам! Лучше предупредите Гаюса! *** Хотелось пить. Сильно. Мерлин открыл глаза и попытался понять, где это он. Ярко-золотой балдахин? Спальня Артура. Он лежал в широкой постели, осознавая, как, оказывается, скучал по ее мягкости. - Ты очнулся? – спросил знакомый голос. - Артур… - юноша повернул голову и сделал попытку приподняться. - Эй, даже не думай, - принц осторожно помешал ему. - Ты еще до конца не поправился. - И долго я… вот так? - Три дня. Гаюс сказал, что ты был сильно истощен. - Ясно, что произошло за это время? Что Ценред? Артур помрачнел. - Его армия у стен замка. Они готовятся к штурму… - …этих воинов, их не убить даже при помощи магии, – произнес юноша, раздумывая, как дать понять принцу, что шансов у них нет. – Это будет не сражение, а кровавое месиво… Подумай, а стоит ли начинать его? - Нет! Я так просто не сдам им замок! Как раз ты должен это понимать, Мерлин! – Пендрагон вскочил со стула. В голубых глазах полыхала ярость. - Должен. И понимаю, - кивнул маг, все же садясь на постели. – И именно поэтому говорю это сейчас. Лучше проиграть одно сражение, но выиграть в войне! - Ты, наверное, бредишь! – принц не верил своим ушам. - Хотел бы, - покачал головой Мерлин. – Да ситуация не позволяет… Воцарилось молчание. - Тогда я не понимаю, - произнес Артур. - Если это магия, хоть и очень сильная, почему ты не можешь ей противостоять? Если наложено заклятье, то разве его нельзя снять? - Правильно мыслишь. Да вот только пока я дрался с этими бессмертными воинами, я понял, почему на них не действует ни одно мое заклинание. Все дело в том, что здесь надо убить либо саму колдунью, либо того несчастного, которого она использует в качестве сосуда для хранения сгустка темных сил, связанных с миром смерти. Некроманты тщательно выбирают своих жертв, чтобы значительно усилить заклинание. - Значит, вот оно что… Мне понятны твои мотивы, - Пендрагону стало не по себе, он даже и не мог представить всю ту чудовищную силу, которой владела колдунья. Но даже после того, что он узнал сейчас, он не собирался терять надежды. – Я уважаю твое мнение, и все же, Камелот – мой дом, и лучше достойно умереть за него, чем позорно бежать! - Хорошо подумай, Артур, я вернулся не для того, чтобы увидеть твою смерть! Лучше отступить сейчас, зато потом полностью сокрушить врагов! - Эмрис знал, что гордость Артура не позволяет ему мыслить разумно. И сейчас откинув уважительно-напускной тон, ему самому это надоело, он пытался достучаться до принца. Лицо Пендрагона потемнело от гнева. - Я не трус! И знаешь, может, ты поздно вернулся и пора признать, что ты уже ничем мне не поможешь! Твоя магия бессильна здесь и сейчас, но это не значит, что я должен сразу согласиться оставить Камелот этим ублюдкам! Я не ты! – резко бросил Артур, одновременно понимая, как больно могут ранить Мерлина его слова. - Что ж, - маг обессилено откинулся на подушки, чувствуя себя отвергнутым, уже не пытаясь хоть как-то защитить свою душу от летящих в нее ледяных стрел, посланных Артуром четко в цель. – Если тебе так станет легче, тогда признаю, что я не могу сейчас уничтожить заклятье… Только это не помешает мне сражаться рядом с тобой до последнего вздоха. И не думай, что я позволю тебе умереть раньше меня! – синие глаза Эмриса потемнели, заставив принца ощутить, как пропасть между ними увеличилась. Сжав кулаки и ничего не ответив, Артур ушел. Мерлин поднялся, раны на его теле стремительно заживали. Легкий толчок внутренней магии света – и ни осталось даже царапины. Эмрис быстро оделся, подхватил со спинки стула свою мантию, вновь принявшую безукоризненный внешний вид, будто не она была испорчена острыми клинками и пропитана кровью. На ткани не осталось ни следа. Снова гладкая и блестящая. Мерлин заметил, что с его волос кто-то снял украшения. Они небольшой горкой лежали на столе. Юноша задумчиво взял одно из них. Артуру не стоит знать о тех кошмарах, что продолжали мучить его даже пока он находился в беспамятстве эти три дня. Мерлин крепко сжал заколку в кулаке – что бы ни произошло в дальнейшем, он не отдаст принца в объятия смерти. - Пока я дышу, Артур, ты будешь жить. Клянусь! Часть 7 Камелот полыхал в огне. Как и думал Мерлин, они не смогли долго продержаться против неуязвимых воинов. Артур видел, как враги врываются в ворота замка, оставляя после себя трупы его рыцарей, орошая кровью землю. Принц испытал на себе, каково это - понимать, что твой меч бессилен против идущего тебя убивать воина. Мирным жителям он давно уже приказал спасаться через потайные ходы, уходить как можно дальше от замка, в дальние деревни. С ними в качестве охраны пришлось отправить отряды рыцарей. Остальные остались в замке для того, чтобы отдать свою жизнь за Камелот. И сейчас видя, что армия Ценреда беспощадно уничтожает его людей, Артур почувствовал, что, возможно, был не прав в разговоре с Мерлином. Кстати, где же он? Оглянувшись, принц искал мага. Повсюду слышались крики умирающих и ликующие вопли осаждающих, наконец пробравшихся внутрь. Да что же это он? Надо уходить отсюда. Если он сейчас погибнет, то это будет только на руку Ценреду и Моргаузе с Морганой. Идиотская гордость! Сейчас принц понимал, что хотел донести до него Мерлин. Пендрагон бросился наверх, к отцу и, поднимаясь по лестнице, увидел короля, спускающегося в полном боевом облачении. - Куда вы? Вам нельзя! - Я им так просто не сдамся! Я ведь король! – Утер вытащил меч. Появился Гаюс. - Я не смог его становить, милорд! - Теперь уже все равно. Идите к потайному ходу. Я найду Мерлина и догоню вас. - Артур, я остаюсь! – решительно произнес Утер. – А ты… уходи. - Что? – опешил принц. – Даже не думайте, отец, я вас не оставлю! В зале появились вражеские воины. И хотели уже броситься на Артура, стоящего спиной, но тут голубой клинок поразил сзади сначала одного, а потом другого. - Мерлин! – выкрикнул принц. – Где ты был? - Не важно. Артур, сэр Леон и остальные рыцари уже выводят уцелевших. Нам тоже пора! Король быстро спустился и навис над Эмрисом, приставив клинок к его шее. - Нет, отец! – закричал принц. Утер, не обращая внимания на сына, процедил: - А ты изменился, маг! Взгляд стал другим. - Вы хотите убить меня? Не время для личных разборок, - заметил Мерлин, не делая попыток обезоружить стоящего перед собой. – Замок захвачен. - Пока я лежал, прикованный к постели недугом, я видел много снов, и в них мне явилась моя жена, моя Игрейн. И я вспомнил, почему я ненавидел магию и всех, кто ею владеет. А потом ненависть моя ушла, оставив осознание того, что у меня есть мой сын. И ты ведь не знаешь, как он страдал все это время, пока тебя не было в Камелоте! И я думал: «Почему? Из-за мальчишки, из-за какого-то слуги! А я, его отец, ничего не могу сделать, чтобы вернуть сыну улыбку». И вот ты все же соизволил оказаться здесь вновь да еще и не побоялся открыто заявить всем, что являешься магом. Когда я узнал, то ощутил такой гнев, что порывался самолично убить тебя! - И что же мешает вам сделать это сейчас? – спокойно спросил Мерлин. - Скажи спасибо Гаюсу, он рассказал мне, как ты спасал моего сына от смерти множество раз, – король опустил меч. – Уведи Артура отсюда и пообещай мне, что всегда будешь защищать его! Мерлин кивнул, чувствуя, что Утеру нелегко было доверить ему своего сына. - Обещаю. - Не подведи! - Отец, к чему эти слова? – недоумевал принц. Утер развернулся, чтобы ответить, но в этот момент у подножия лестницы появилось несколько воинов с окровавленными мечами. Мерлин отшвырнул их магией к стене. - Бежим! Их это надолго не задержит. Все кинулись к тайному проходу. В коридорах замка было пусто. Они быстро нашли лестницу, ведущую в подземелье. Преследователи настигали их. Мерлин бежал последним. - Я прикрою! Спускайтесь. Гаюс взял факел и шагнул в темноту первым. Утер медлил. Топот ног приближался. - Отец, иди же! – Артур не собирался оставлять Мерлина здесь одного. – Мы пойдем следом. - Идите оба! Остаюсь я! – рявкнул король. – Я приказываю! - Нет! - Не перечь! По этим туннелям они нас быстро догонят. Я дам вам время уйти. - Отец! Так нельзя…– Артур не хотел мириться с таким исходом. Ведь можно придумать что-то еще. Утер переглянулся с Мерлином, Эмрис все понял (король желал видеть своего сына не только живым, но и на троне Камелота) и схватил принца за руку. - Артур! Уходим! – маг создал светящийся шар. Принц понимал, что нет времени на колебания. Уйти? Нет. И все же да. Уйти сейчас, принять жертву отца, чтобы позже вернуть законную власть. Сердце разрывалось от боли, и если бы не теплая рука Мерлина, крепко сжимающая его ладонь, вряд ли бы молодой Пендрагон подчинился воле отца. Артуру навсегда врезался в память прощальный теплый взгляд отца и его слова: - Твоя судьба покажет тебе твой путь… Доверься ей. Утер увел преследователей по другому тоннелю, где достойно принял свою смерть, нет, не от их мечей. Устроив обвал перекрытий, король заживо похоронил и своих врагов. *** Им удалось уйти на значительно расстояние, углубившись в леса. Мерлин вел Артура к месту, где договорился встретиться с другими рыцарями. Рич по просьбе Мерлина должен был сопровождать Гавэйна с Ланселотом и других оставшихся в живых. Светало. Гаюс шел чуть впереди, через его плечо была перекинута сумка, куда он успел положить несколько нужных книг и лекарственных зелий. Лишь часть, но все же они могут пригодиться. Артур за всю дорогу не проронил ни слова. Маг понимал, как тому тяжело сейчас, но времени придаваться грустным мыслям не было. Совсем. Нужно задуматься над тем, что делать дальше. Те мощные темные чары неуязвимости просто невозможно поддерживать слишком долго. Скорее всего, через день-два колдунье придется остановиться, чтобы самой не умереть, принеся еще и себя в жертву своему темному повелителю. Значит, не все еще потеряно. Мерлин не собирался позволить Моргане или кому бы то ни было еще править Камелотом. Ведь судьба видит все, и именно Артуру предначертано стать великим королем всего Альбиона, и годы его правления принесут землям благоденствие и процветание. Эмрис оглянулся назад. Принц шел, полностью погрузившись в свои мысли. Лицо сосредоточено. И, конечно, Артур не собирался делиться с ним своими переживаниями. И все же… Мерлин остановился. - Артур, Утер сделал свой выбор, он хотел защитить тебя, понимая, что если ты, его сын и наследник, останешься в живых, то вернешься и отомстишь за его смерть. Туманная дымка стелилась по земле, кружа вокруг их ног. Гаюс обернулся и хотел спросить, почему они остановились, но сразу все понял. Артуру действительно нужно было поговорить с Мерлином, и наедине. Потому лекарь, решив не мешать, двинулся дальше. Пендрагон посмотрел на Мерлина. - Ты стараешься проявить сочувствие, я понимаю. Но знаешь, твои слова не вернут мне отца. - Да, не вернут, - кивнул маг. – Я просто хотел сказать тем самым, что верю в тебя и всегда верил… И ты, несомненно, будешь достойным королем. - Мерлин, мой отец погиб, а я сбежал! Хотя не должен был делать этого! Зачем? Зачем ты не позволил мне остаться там, вместе с ним? – принц говорил тихо, но отчаянье и боль пропитали его голос. В небесных глазах застыли невыплаканные слезы. Маг сжал губы. Злость проснулась в нем. На Моргану, на Моргаузу и всех тех, кто посмел причинить Артуру, человеку, которого он любил, такие страдания. Он приблизился и твердым голосом произнес: - Моя судьба – быть рядом с тобой, не позволить тебе умереть. Я не допущу этого. И даже если ты возненавидишь меня теперь, после того, что случилось, я не отступлю. Утер совершил много злодеяний против магов. Все эти гонения, убийства. Его руки были по локоть в крови невинных… Но даже зная это, я никогда не смог бы убить его, потому что он твой отец. И что бы ни происходило, он очень любил тебя. И дорожил твоей жизнью больше чем своей. В конце концов, он доверился мне, иначе не отпустил бы тебя со мной. - Какой будет из меня король, если я проиграл в битве, позволив врагам захватить сердце королевства? – спросил Артур, все еще чувствуя себя отвратительно беспомощным. Презрение принца к себе не скрылось от Мерлина. - Прекрати это! Приди в себя! – Эмрис схватил Артура за плечи и встряхнул. - Ты не тот, кто так просто сдается. И если ты еще раз впадешь в уныние, я буду тем человеком, кто окажется рядом и хорошенько вдарит тебе. И я не посмотрю на твою принадлежность к королевскому роду. Запомни это. - Мерлин… Знаешь, ты ведь единственный человек на свете, который… понимает меня... - Артур распахнул глаза, вдруг осознав, что это не Мерлин изменился, а просто он сам никогда не замечал, насколько тот говорил правильные вещи. Просто раньше Мерлин, видя, что Артур не старается услышать и принять его слова всерьез, прекращал попытки и замолкал. Но то время осталось в прошлом. Они оба теперь словно избавились от «других себя», мешающих жить и слушать веления сердца. И глядя в синие глаза, в которых принц видел согревающее чувство любви, он понял, что Мерлин не говорит о своих чувствах к нему вслух лишь потому, что боится услышать в ответ «нет». – И прости меня за мою грубость в замке… Твоя поддержка и помощь нужны мне сейчас как никогда… А ты ведь даже после всего, что я наговорил тебе, остался со мной… Не понимаю… - Глупый, - голос Мерлина потеплел. Артур вдруг стал так искренен с ним, что сопротивляться этому очарованию было просто невозможно. Ледяная стена между ними пала сама собой. И к этому никто из них двоих даже не приложил особых усилий. Проигранная битва. Смерть Утера. Мерлин не думал, что такие горестные события могут послужить тому, что они с Артуром станут говорить на равных, словно так было всегда. – Мне надоело играть в «господина-слугу», я сказал тогда, что думал. Твоя жизнь мне дороже своей. И так будет всегда… - Не говори так! – Артур крепко обнял Мерлина, прижавшись своей щекой к его щеке. – Ты дорог мне! И я давно не считаю тебя слугой. И я проклинаю свою трусость, что не смог открыться перед отцом, все боялся, что гнев короля будет слишком жесток. И я потеряю тебя… Мерлин стоял, онемев, чувствуя дыхание принца у себя на шее. Он слушал и не верил тому, что говорил Артур, считая, что это всего лишь плод его фантазии. Насмешка подсознания. Руки Артура гладили его длинные волосы, нежно касаясь, заставляя дрожать от нахлынувших как утренний прилив ощущений. Туман рассеялся. Лучи солнца скользнули по листьям и осветили светлые волосы принца, заставив их гореть золотом. Блики-проказники побежали по доспехам, кольчуге, прошлись по лезвиям мечей обоих воинов, которые молча стояли, прижимаясь друг к другу, не чувствуя течения времени. Священный момент нарушил треск сучьев неподалеку. - Кто-то идет! – Мерлин очнулся первым и вытащил меч. - Гаюс? Он ведь был тут. Надеюсь, с ним все в порядке, - Артур последовал его примеру. Оба юноши приготовились отражать нападение неизвестных. - Наконец-то мы нашли вас, - послышался голос Ланселота. И вскоре он и Гавэйн вышли из-за раскинувших свои зеленые ветви елей. – И то благодаря Ричу. Мерлин расслабился. Артур убрал меч. Ворон обрушился на мага сверху, приземляясь на плечо. - Признайся, скучал же ты по мне, Эмрис? Наверняка! - Где Гаюс? – спросил маг. - Он нашел какой-то чахлый куст в низине и стал с каким-то сумасшедшим упорством выкапывать его из земли, - засмеялся Гавэйн. - А где остальные рыцари? – поинтересовался Артур, подходя ближе. - До них где-то день пути. Мы вернулись за вами. Что воины Ценреда? Они преследуют вас? – забеспокоился Ланс. - Нет, я не чувствую их поблизости. Скорее всего, они сейчас ликуют, празднуя победу, напиваясь в городе. - Это нам на руку, - заметил Гавэйн. - Что ж, идемте. Я рад, что ты и Артур живы, - Ланселот крепко обнял сначала мага, потом принца. Гавэйн хлопнул Мерлина по плечу, поймав предостерегающий взгляд Артура и не решившись повторить за другом. - Эй, вы там долго стоять будете? – появился Гаюс, перепачканный сырой землей, но довольный и улыбающийся. Из сумки торчали ветки. – Если хотим прийти в лагерь до темноты, нам лучше поторопиться. *** Когда битва закончилась, не все остались довольны. Моргауза, отдавшая столько сил и значительную часть своего здоровья, теперь была прикована недугом к постели, мучаясь жуткими кошмарами и ночью, и при свете дня. Моргана сидела у постели сестры, не отходя ни на шаг. Она могла только представить, что пришлось пережить Моргаузе, пока та поддерживала чары неуязвимости для воинов. Ценред разозлился из-за того, что Артур сбежал от него, а преследовать его никто из его людей не стал: все занялись разбоем, грабежами и пьянством. Даже войдя в главный зал Пендрагонов, опустившись на трон, Ценред не ощутил торжества, а лишь горькое послевкусие. Ведь пока Артур жил, именно он являлся законным правителем Камелота. Моргана не стала пока разрушать иллюзии короля, считающего, что Камелот принадлежит ему. Ценред оставался в живых только из-за того, что у них была одна цель – скорейшая смерть Артура Пендрагона. Колдунья это прекрасно понимала. А после уже можно будет легко расправиться с ненужным болваном и стать королевой. Таким образом, трон Камелота пустовал, все еще не обретя законного правителя. *** Выживших оказалось больше, чем Артур думал до этого. Сэр Леон отлично справился с ролью командира в его отсутствие. Но все они - лишь горстка, и против тысячной армии Ценреда, даже если уже и лишенной своей неуязвимости, им не выстоять. Мерлин сказал, что чары колдуньи, скорее всего, иссякают или уже иссякли. - Где же искать помощи? - Разговариваешь сам с собой? – рядом на поваленное дерево опустился Мерлин, держа в руке миску супа. – Держи. Ты ничего не ел уже давно, а тебе надо быть сейчас сильным как никогда. - Спасибо, - кивнул принц. – Да вот не знаю, что и делать дальше… - И не надо… знать, - добавил Эмрис, заметив непонимание на лице Артура. – Ты сам только что сказал, что нужна помощь, значит, мы найдем союзников. - И где? – Артур рассеянно водил ложкой по краям миски. – Король Стефан поддерживал дружеские отношения лишь с отцом, да и то только когда это было выгодно ему. Король Байярд, тот вообще мог бы объединиться с Ценредом против Камелота, если б не боялся получить от того удар в спину. - А как же королевство Лионесс? Пендрагон чуть не выронил миску из рук. Поставив ее на землю, он произнес: - Мерлин, не время для шуток! - Я не шучу, и совершенно серьезен. - Ты понимаешь, о чем ты говоришь?! Лионесс – место, где магия не только разрешена, но и властвует практически надо всем. Тебе это известно. Мой отец не мог пойти на него войной лишь потому, что земли королевства окружены защитными барьерами. Я слышал, что граница между Камелотом и Лионессом, когда к ней приближаешься, загорается красным светом. Это предупреждение для врагов, желающих смерти магам. Мерлин улыбнулся. - И этим тебя в детстве, наверное, пугали? - Тебе смешно, Мерлин. А мне нет. - Нисколько. - Тогда этот разговор бесполезен. - Вовсе нет. Просто ты забываешь одну важную деталь. Камелот захвачен темными колдуньями. А Лионесс не то королевство, которое захочет вторжения в свои земли, а оно ведь рано или поздно произойдет. Если не Ценред, то Моргана захочет усиления своей власти. И тогда не думаю, что какой-то там барьер их защитит. - К чему ты клонишь? – недоумевал принц. - Мы направимся к ним и расскажем о том, что произошло в Камелоте. Обрисуем всю ситуацию… Попросим о союзе для борьбы… Артур закатил глаза. - Ох, Мерлин, ты слишком приукрашаешь наши возможности. Даже если нам и удастся пройти сквозь барьер, не умереть от рук магов, то в самой столице Лионесса нас все равно прикончат. И рта раскрыть не сумеем. - Слушай, а у нас есть выбор? – Мерлин поднялся. – Ладно, ты пока подумай над моим предложением. У меня есть одно важное дело. Артур хотел было спросить, какое такое дело, но так и не сделал этого, решив, что лучше уж он узнает об этом позже. От Мерлина можно ожидать чего угодно с его-то странными причудами, ставшими теперь еще более внезапными. Мерлин ушел. Рич, все это время сидевший у костра с рыцарями, заметив мага, моментально полетел к нему. Вот взять хотя бы этого говорящего ворона. Откуда Мерлин притащил его? Артур посмотрел на суп. Что ж, поесть, действительно, не мешает. Но не одному же. - Эй, что вы там обсуждаете? – и, подняв миску, принц направился к остальным. *** - Рассказывай, куда мы идем, - спросил Рич. - К озеру, - спокойно ответил Мерлин. - Зачем? – удивился ворон. – Ты хочешь искупаться? Холодновато, несмотря на то, что скоро лето. Простудишься, кто тебя лечить будет? - Я как-то оставил там нечто важное. И раз уж случилось, что мы оказались поблизости, я думаю, сейчас именно тот момент, чтобы я забрал его. - Его? Ох, мне становится все любопытнее. Мерлин шел, совсем не нуждаясь в том, чтобы создавать светящийся шар. Он мог отлично видеть в сумерках, если хотел, используя часть магических сил. Но не сейчас. Потому что на ночном небе светила яркая полная луна. Несколько часов пути, и перед магом и вороном открылся прекрасный вид на водную гладь, освещенную серебряным светом «ночного солнца». Эмрис остановился. - И что дальше? – спросил Рич. Маг подошел к краю озера, опустился на колени и вытянул руку вперед, коснувшись ладонью поверхности. Длинные пальцы опустились в воду. Легкая рябь прошла по ней, и золотая дорожка света быстро унеслась вперед, стремясь к центру озера. Поднявшись, Мерлин стал ждать. Через некоторое время поднялся сильный ветер, озеро стало неспокойно бурлить, испуская пар. Когда над поверхностью вознесся сверкающий меч с горящими письменами, идущими по лезвию, Рич ахнул, а Эмрис поднял уже обе руки и призвал оружие к себе. Ветер стал стихать, вода успокоилась. И когда в ладонь мага легла рукоять меча, он произнес: - Вот Экскалибур, закаленный магией дракона. Я знал, что когда-нибудь еще увижу его. - Он прекрасен! – восторженно заметил ворон. – Что ты будешь с ним делать, ведь у тебя уже есть Несущий свет? - Я и не собираюсь им владеть, его могуществом может пользоваться только истинный правитель. Только тогда меч способен показать все свои потрясающие возможности. Я уверен, с ним Артур обязательно приведет нас к победе! Рич смотрел на мага, говорящего об Артуре с таким восхищением, и еще больше убеждался, что Мерлин был послан Пендрагону самыми что ни на есть могущественными силами. Они не сразу вернулись к Артуру и остальным. До рассвета оставалось несколько часов. Маг прошелся вокруг лагеря, что-то высматривая. - Что мы ищем? – не понимал Рич. - Камень. - Камень? – ворон решил, что Эмрису пора пойти отдохнуть. – Что за камень? - Большой. - Ну… если подумать… - Рич напряг память. – Я вроде видел такой неподалеку. - Да? Показывай дорогу. Рич летел впереди, вспоминая место. - О, вот и он. Вижу. Мерлин вышел на небольшой холм. Молодая первая трава щедро покрывала все вокруг. В центре в окружении нескольких камней поменьше лежал внушительный валун. Он доходил магу до пояса. - Подойдет, - кивнул юноша. - Для чего подойдет? – Рич все еще оставался в недоумении. Мерлин не ответил и, достав завернутый в плащ Экскалибур, освободил его от ткани. Затем взявшись обеими рукам за рукоять и направив меч лезвием вниз, целясь в сердцевину валуна, произнес тягучее, но короткое заклинание. Меч легко погрузился наполовину в камень, из которого посыпались мелкие искры. - Отлично. - Я все еще не понимаю, что ты задумал, Эмрис. Даже мне с моими умными мозгами не додуматься! - Долго объяснять, - махнул рукой Мерлин и пошел в сторону лагеря. – Спать чего-то хочется… - Вот-вот, тебе надо беречь себя! – Рич полетел следом. *** Принцу не спалось, ведь Мерлин неизвестно где пропадал всю ночь, да еще к тому же спокойно уснуть не давали мысли о будущем Камелота. Что же все-таки делать? Ведь все верят в него, в особенности сам Мерлин. Почему же он так предан и откуда такая уверенность, что из него, Артура, выйдет достойный правитель? Перевернувшись на другой бок, юноша устало вздохнул. Неужели Мерлин говорил серьезно? Отправиться в Лионесс? Да это же практически самоубийство. С чего вдруг им станут помогать маги? Впрочем, в сложившейся ситуации, если действительно хорошенько подумать, то Артур не находил больше вариантов. Его рыцарей слишком мало, чтобы отвоевать обратно Камелот. И надеяться только на магию Мерлина бессмысленно. Все равно идея заполучить в союзники воинов-магов Лионесса кажется совсем безнадежной. За час до рассвета глаза Пендрагона закрылись и он, наконец-то, заснул. И не заметил, как вернулся Мерлин и лег с ним рядом, заботливо укрыв плащом. - Мерлин! Куда ты меня ведешь? И вообще, почему ты меня не разбудил и позволил проспать до полудня! Не время мне отлеживаться! – Артур злился, шагая через лес и совсем не понимая, почему когда он очнулся от слепящего солнца в глаза, вокруг никого не было, лишь Мерлин сидел рядом и разговаривал с Ричем о плывущих по небу облаках. - Туда, где нас ждут, точнее, ждут твоего прихода. - Ничего не понимаю, - пробурчал Пендрагон. – Что ты снова задумал? И кстати, где ты пропадал всю ночь? - У магов свои секреты, - улыбнулся Эмрис. - О, пожалуйста, избавь меня от этой напускной таинственности, - отмахнулся Артур. – Рич, может ты будешь более словоохотливым? Ворон, сидевший на плече у мага, нахохлился: - Неа. - Здесь зреет заговор, я чувствую, - сердито заметил Пендрагон. - Успокойся, мы уже почти на месте, - Мерлин стал подниматься по крутой тропинке, обходя высокие кусты. Когда они поднялись на холм, Артуру открылась следующая картина. Его рыцари сгрудились возле большого камня, и кто-то из них, кажется, сэр Персиваль, пытался вытащить из него что-то. Приглядевшись, принц заметил, что это меч. Остальной простой деревенский люд с интересом наблюдал за попытками рыцарей. - Ничего себе! – Артур стал подходить ближе. Когда его заметили, все разом отступили, явно смутившись. - Мерлин, он намертво врос в этот камень! – воскликнул Гавэйн. - Я пытался несколько раз! - И на что ты надеялся? – улыбнулся маг. – Этот меч может вытащить только тот, кто рожден повелевать… - Так, а теперь поподробнее… - обратился к Мерлину Артур. – Потому что я не пойму, что здесь происходит, и как меч попал туда? - Много веков назад, когда на этих землях правила магия, произошла великая война между Тьмой и Светом. На стороне Света был могущественный король-воин Брит, обладающий магическим даром. И много достойных людей полегло с обеих сторон, и никто не одержал верх, столь сильны оказались и те, и другие. И в последней битве Брит, смертельно раненный, вонзил свой меч в камень, надеясь, что в будущем найдется тот, кто сможет подчинить себе силу, что хранит клинок. Брит был настолько чист сердцем, потому понимал, что не скоро найдется тот, кто сможет это сделать. Артур стоял, раскрыв рот. - Эээ… Что-то я не слышал о такой истории… Впрочем, тебе виднее. Признаю. Но мы-то зачем здесь? Полюбоваться? Мерлин сложил руки на груди. - Вообще-то, Артур, ты должен попробовать вытащить его. - Я? Как-то даже не знаю, смеяться ли мне или сказать, что ты сошел с ума… - Пендрагон обвел глазами собравшихся, на их лицах застыло ожидание. – Вы что, все всерьез считаете, что у меня получится? - Если кто и может, то только ты, - кивнул Ланселот. Артур наклонился к Мерлину и прошептал: - Ты хочешь меня опозорить перед всеми моими людьми? Кто тогда пойдет за мной после такого? Остатки моей армии вообще разбегутся! - Артур, тебе стоит поверить в себя. Это не простой меч. Он наделен разумом. Как только ты коснешься его, он либо почувствует твою нерешительность и навсегда останется в камне, либо ты дашь ему понять, что готов биться до конца за Камелот, не щадя себя. Тебе выбирать – доказать всем, и прежде всего самому себе, что ты достоин носить корону, или же отступить, показав слабость. - Ты загнал меня в угол, Мерлин! – Артур постарался собраться с мыслями. – Хорошо. Раз уж я доверился магии, поздно уже что-то менять. Принц развернулся и, подойдя к ближе к валуну, ухватился за торчащую рукоять. На поляне воцарилась тишина, даже птицы, казалось, умолкли. У Артура вспотели ладони. Волнение. Страх. Сомнение. Все чувства разом обрушились на него. И стало так сложно выбрать из них те самые, что должны были в данный момент управлять всем его существом. Закрыв глаза, юноша постарался сосредоточиться, понимая, что меч так просто не поддастся ему. Здесь стоило не просто захотеть им обладать, а показать, что он достоин стать одним целым с магическим лезвием. Перед Артуром пронеслись картинки воспоминаний, обрывки образов из прошлого. И в голове вдруг зазвучали последние слова отца: «Твоя судьба покажет тебе твой путь… Доверься ей!» Судьба… Его судьба. Пендрагон вдруг увидел перед собой синие глаза Мерлина, его чарующую улыбку и все понял. Мерлин – тот, кто ведет его словно слепого, убирая с пути препятствия. Он верит в него, а значит, будет всегда рядом. И нельзя сейчас дать слабину, ведь после смерти отца он принял на себя ответственность за людей, за весь Камелот. И самое время показать, что он готов на все ради светлого будущего. Рукоять меча нагрелась. Ветер стремительно обрушился на Артура. Мерлин, стоящий позади, сделал знак остальным не двигаться и смотреть. Маг чувствовал, практически видел протянувшуюся духовную нить между разумом Артура и разумом Экскалибура. Происходило мощное слияние, внушающее трепет. И если б Эмрис до сих пор не любил принца, то сейчас обязательно бы отдал ему свое сердце. Столько властной силы исходило от Пендрагона, что хотелось преклонить колени и не вставать, пока тот не позволит. - За любовь к Камелоту! – выкрикнул Артур, потянув за рукоять. За спиной принца развевался алый плащ. В глазах полыхало голубое пламя. Лезвие меча засветилось золотым, и через мгновение освобожденное острие клинка смотрело в ясное небо. Порывы ветра стали стихать. Пендрагон опустился на колени, рассматривая лезвие меча, пытаясь прочесть на нем древние руны. Мерлин понял, что пора и ему выполнить свою роль в этом действии. Достав из мешка богато украшенную корону, сверкающую рубинами на солнце, он, подойдя со спины, водрузил ее Артуру на голову со словами: - Да здравствует истинный король Камелота - Артур Пендрагон! Артур поднялся, словно еще не совсем понимая, что сейчас произошло, и только раздавшиеся громкие крики со всех сторон: «Да здравствует король!» - заставили его ощутить всю тяжесть бремени правителя, что легла на него вместе с короной. - Ты не один, Артур! Всегда помни о том, что я рядом, - шепнул Мерлин, словно прочитав мысли Пендрагона. - Вместе мы победим, - кивнул Артур. – Я знаю это. И маг с королем обменялись теплыми взглядами. *** У большого костра собрались самые верные рыцари Камелота. Ланселот принимал поздравления – он получил от Артура рыцарское звание, поэтому улыбка не сходила с его лица весь вечер. - Что ты решил? – спросил Мерлин у Артура. - Я принял единственно правильно решение, и надеюсь, что меня поддержат остальные, - король поднялся. Разговоры стихли. – Друзья, верные соратники и те, кто присоединился к нам в этой битве, кто не испугался темного колдовства. Вы, наверное, уже много раз спрашивали себя за последние дни, что же будет дальше? Какую политику я изберу? Я отвечу, рассеяв ваши сомнения. Несмотря на то, что замок захватили при помощи магии, я не стану повторять ошибок своего отца, который боролся с ней. Я считаю, что магию в правильных руках можно обратить во благо. Мерлин – вот тот человек, который открыл мне глаза на истину, не побоявшись стать изгоем, – Эмрис, не ожидавший, что Артур при всех скажет о нем такие слова, еле смог сдержать слезы счастья. - Благодаря магическому дару, данному ему от рождения, я сейчас здесь, с вами, живой и полный сил, чтобы вернуть мир в ваши дома! И именно Мерлин предложил мне отправиться в Лионесс – тот самый город за магическим барьером, чтобы найти там союзников в борьбе против Морганы и Ценреда. Я долго думал об этом, прежде чем согласиться. И сейчас я считаю, что это наш шанс, если мы хотим победить в этой войне. И я спрашиваю вас здесь и сейчас, кто со мной?! - Мы с вами, милорд! - Да здравствует король Артур! - Ваше величество, мы за вами куда угодно! Лес наполнился торжествующими криками. Было решено, что на рассвете они выдвинутся к Лионессу. *** Звезды щедро усыпали небосвод. Мерлин нашел Артура вдали от шумного лагеря. Пендрагон стоял, прислонившись спиной к стволу дерева, и смотрел на луну. - Ты ушел, чтобы побыть один? – спросил маг, всматриваясь в усталое лицо. – Я помешал? Мне уйти? - Нет, - остановил юношу король. – Останься. Прошу. - Я надеялся, что ты скажешь это… - Мерлин не мог устоять, когда Артур с такой нежной мольбой смотрел на него. - Мерлин… Я соскучился, - Пендрагон притянул мага к себе и поцеловал. Настойчиво. Проявляя силу. Эмрис ответил на поцелуй, вновь чувствуя, как он изголодался по прикосновениям любимого. После того случая на холмах он боялся, что Артур не захочет вновь прикоснуться к нему. Покрывая поцелуями лицо мага, король будто бы просыпался от вечного сна, заставившего его так долго не позволять своим чувствам вырваться на свободу. - Ты.. прекрасен… Знай это, - шептал он, отстегивая заколку на фиолетовой мантии. Ткань беззвучно упала на землю. Пальцы Артура скользнули под рубашку, стараясь добраться до нежной кожи. Без шрамов. В свете луны длинные волосы Мерлина делали его похожим на сказочное лесное создание. - Артур… - Эмрис получал истинное удовольствие, когда Пендрагон проводил пальцами по всей длине его волос, накручивая длинные прядки, слегка оттягивая. Это возбуждало, кружа голову. Мерлин знал, что таким образом рано или поздно он потеряет контроль. И сейчас он не хотел спугнуть Артура своим напором. Пусть сегодняшняя ночь послужит примирению между их телами. Уступать под натиском сильных рук лишь частично, самому в то же время обрести власть над полетом наслаждений Артура, заставить его постанывать и шептать его имя снова и снова. Легкие поцелуи сменились игривыми покусываниями, страсть захватила обоих. Одежда не сковывала больше движений. Неровная кора дуба впивалась в оголенную спину Артура, пока Мерлин обводил горячим языком вокруг его сосков. Медленно. Сводя с ума. Пендрагон вскоре понял, что Мерлин поработил его, потому что тело не хотело подчиняться его желаниям, оно жаждало лишь прикосновений мага. А тот не спешил, словно издеваясь. Сладкие пытки волнами обрушивались на Артура, когда Мерлин опустился на колени, взял в рот его член и стал посасывать. И это было слишком горячо. Тяжело дыша, чувствуя, как ноги подкашиваются (их наполняла слабость), король кончил, испытав окрыляющее чувство свободы. Когда юноша поднялся с колен, Пендрагон опять увидел эти пугающе-манящие золотые искорки в синих глазах и в ту же секунду понял, что именно должно сейчас произойти, и что он не сможет сопротивляться больше. - Артур… Позволь, я не могу сдерживать… Это… Это сильнее меня… Гордость? Он забыл, что это такое. Любовь была сильнее. Поэтому Артур хотел исполнять все желания того, кто владел не только его сердцем, но и телом. В тот первый раз после возвращения Мерлина, на холмах, между ними еще возвышалась ледяная стена, и страсть тогда просто разбилась об нее, разрушив начинавшуюся связь тел. Артур, не ожидавший, что Мерлин захочет вдруг стать главным и вести в танце любовных утех, оттолкнул от себя, как он тогда считал, «незнакомца». Но то ощущение давно стерлось. И сейчас ему на смену пришло желание принять в себя любимого, став с ним единым целым. - Не жди. Просто возьми меня, идиот! – улыбнулся Пендрагон. - Ты не пожалеешь! Клянусь… – выдохнул Эмрис, почти не соображая, что происходило с ним, потому что магия просилась наружу. «Владеть! Любить! Вонзаться!» Артур уже сам жаждал того момента, когда Мерлин настойчиво войдет в него, и когда это свершилось, король понял, что быть снизу ему даже нравилось больше. Вот только Мерлину это знать совсем не обязательно. Золотой свет окутал их тела, сплетенные в ритме любви. Эмрис, сам того не ведая, передал любимому частичку своей магии. Часть 8 Пока они были в пути в сторону Лионесса, Артур заметил, что сны Мерлина неспокойны. Он что-то шептал, словно в забытьи, при этом красивое лицо искажала гримаса боли. Слезы катились по щекам. Тогда король прижимал к себе любимого, пытаясь прогнать кошмар, успокоить своим теплом. Эмрис не говорил наутро о том, что же его мучило по ночам, а Артур и не спрашивал. Вдруг он доставит тем самым Мерлину еще большее беспокойство? Через несколько дней они оказались около светящегося красным светом барьера. Граница. По прозрачной поверхности бегали мелкие искорки. - Осторожнее, Мерлин! – забеспокоился Артур, видя, как юноша стал подходить ближе к барьеру. - Не волнуйся… - произнес маг, протянул руку, и жар, исходящий от барьера, лизнул его ладонь. – Легче простого. Как я и думал. - А? Что такое? – спросил король. - Ерунда, вот что! Правильно, Эмрис? – ворон сидел на плече у мага. Мерлин кивнул. - Сейчас я сниму его на то время, пока мы все не пересечем границу. - Давай. Маг запел, чарующе, обволакивая своим чуть хрипловатым голосом. Облеченный в песню язык древних, незнакомый никому из присутствующих кроме разве что Гаюса, заставил Артура затрепетать. Он не знал, что Мерлин умеет петь да еще так прекрасно. Красное свечение задрожало и прекратилось. Когда мелодия стихла, юноша обернулся. - Готово. - Мерлин, а ты колыбельные не поешь, случаем? – спросил Гавэйн и сразу получил локтем в бок от Ланселота. Артур подавил смешок. - Отличная работа, Мерлин. Вперед! – Пендрагон дал знак рыцарям. Мерлин забрался на одну из лошадей, что рыцари смогли раздобыть, и произнес: - Что ж, теперь нас ждет либо смерть, либо мы обретем то, что искали. - И это должно подбодрить? – спросил Артур, прежде чем пришпорить коня. - Нет. Просто надо здраво мыслить и не надеяться на чудо. - Пока ты со мной, я верю в чудеса, - серьезно сказал король. – Помни об этом. *** Незримый барьер остался давно позади, хвойный лес закончился, и вскоре рыцари уже двигались по широкому полю, приближаясь к видневшимся вдали строениям. - Как думаешь, нас сразу начнут атаковать или же подождут, пока мы пройдем вглубь королевства? – поинтересовался Ланс у Гавэйна. - Ты про магов? Если они есть в этой деревеньке, кто их знает, надо ожидать чего угодно. Я доверяю Мерлину. Он бы просто так не стал предлагать Артуру столь опрометчивый план – обрести союз с Лионессом, если б уже чего-то не придумал. - Скорее всего, все так и есть, - кивнул рыцарь. – И все же, у тебя нет гнетущего ощущения, что за нами кто-то наблюдает? У меня прям мурашки по спине… - Да, это неприятно, но чего ты хотел, мы же нарушили их барьер, и идем по их землям. И явно маги давно уже знают, сколько нас, и теперь следят, - беспечно ответил на это Гавэйн. - И ты спокоен? - А что мне раньше времени напрягаться? Вот начнется заварушка, тогда я уж себя покажу. - О, ты снова за свое, - засмеялся Ланселот. – Только бы покрасоваться! - Это у меня с рождения, - пожал плечами рыцарь и подмигнул мужчине. - Эй, смотрите! Там! - закричал кто-то из рыцарей, указывая вверх. Гавэйн с Ланселотом подняли головы и замерли. В небе парил, махая огромными крыльями, черный дракон. Отовсюду послышалось: - Дракон! - Настоящий! - Действительно… дракон! Рыцари прекратили движение по знаку короля. - Мерлин, разве драконы не вымерли? – спросил Артур, не зная, что делать, то ли доставать меч, то ли повременить с этим, пока маг не скажет, стоит ли. - Я знаю одного, и он утверждал, что последний в своем роде, - Мерлин вглядывался в летящее магическое создание. – Думаю, он ошибался… Или же недоговаривал, второе, я думаю, вернее. - Неважно, - отмахнулся Пендрагон. – Что делать сейчас? Он приближается… - Не двигаться, предоставь это мне! - Эмрис соскочил с коня и направился быстрыми шагами вперед, затем резко остановился, развернулся и, сделав рукой полукруг над головой, накрыл защитным полем камелотцев. - Это остановит его от нападения на вас! - крикнул Мерлин. - А как же ты? – встревожился Артур. По лицу мага скользнула снисходительная улыбка. Он ничего не ответил, и король понял, что когда дело касается магии, лучше не вмешиваться. Дракон стал снижаться, и все с удивлением заметили на нем всадника. Мужчина гордо держал спину прямо. Мерлину стало ясно, что он управлял драконом на мысленном уровне. Восхитительно! Мощнейшая связь между драконом и всадником поражала. Когда дракон приземлился, сложив крылья, мужчина легко спрыгнул на землю и встал рядом. Высокий темноволосый, лет сорока пяти, борода и усы черные как смоль. Темно-синяя куртка с символами на груди и штаны ей в тон, в руках уменьшенная копия обычного арбалета. От странного оружия шли потоки магической энергии. Мерлин ощутил трепет – перед ним стоял сильный маг, он внушал уважение. Но не страх. Их взгляды скрестились, изучая друг друга. Первым заговорил повелитель драконов: - Кто вы и почему вторглись в Лионесс? Это расценивать как нападение? Тогда… вы слишком самоуверенны или глупы, - мужчина обвел взглядом стоящих позади Мерлина рыцарей. – Войско немногочисленно, и я заметил раненых. Не думаю, что один маг в твоем лице даже при очень большом желании способен справиться с отрядами магов Лионесса, которых возглавляю я. - Да, мы пересекли границу, но на это нас вынудили. Думаю, не стоит говорить вам, что мы из соседнего королевства – Камелот. Вы это уже поняли и так... - Камелот, - хмыкнул мужчина. – Да, я узнал герб. Полагаю, Пендрагон использовал изображение дракона как символ, что он истребил их всех, как он думал. Как победу над магией! – голос его стал жестче. - Мне довелось бывать там много лет назад, и тогда я еле спасся от Утера. Ты не можешь знать, мальчик, каково это - терять друзей, одного за другим, понимая, что не можешь ничего сделать. Все они погибли в те ужасные годы Великой Чистки! - «Мальчик» испытал на себе всю тягость дара, который нужно скрывать, чтобы не быть преданным смертоносному огню на костре, - ответил на это Мерлин, спокойно смотря в карие глаза напротив. - Тогда почему ты сопровождаешь войско Пендрагона? Только отсутствие короля Утера среди рыцарей и наличие мага в рядах остановило меня от мгновенной атаки на вас. Именно поэтому вы пока живы! – Лорд Балинор, главный защитник Лионесса, командир охранного отряда «Стремительные тени» не стал озвучивать истинную причину: его заинтересовал длинноволосый парень, от которого струилась неведанная ему доселе магия, похожая на силу жрецов древней религии и все же иная, своеобразно сочетающая различные элементы природных стихий. Балинор мог читать мысли более слабых магов, те ставили слишком непрочные барьеры-заклинания, а вот в голову стоящего перед собой юноши соваться вообще не стоило: попытки могли закончиться не просто неудачей, а еще и чем похуже! Еще лорд с любопытством рассматривал сидящего на плече мага черного ворона, смотрящего слишком пристально, будто слушающего и понимающего разговор. - Его сын – Артур Пендрагон теперь король, - Мерлин заметил, что мужчина что-то недоговаривает, впрочем, он имел на это полное право. - И он понимает, что магия не зло, а опасность кроется в тех, кто встал на темную сторону, используя свой дар в целях наживы. Одна из колдуний обратилась к некромантии для захвата Камелота. И мы здесь лишь потому, что вынуждены искать союзников. - Союзников? – сомнение читалось в глазах Балинора. – Лионесс и Камелот? Я могу дать тебе отличный совет: скажи своему королю, чтобы поворачивал обратно, идти дальше бессмысленно. - Это почему же? – Мерлин не собирался менять своих решений, зная, что сейчас на кону будущее Камелота. - Поверь мне, у вас нет шансов. - Так думаете только вы. - Эмрис, что ты с ним церемонишься? Нашелся тоже мне противник! Подумаешь, на драконе летает! Выпендреж! – Рич не смог больше молчать. - Эмрис?! Не может быть! – услышав истинное имя Мерлина в мире магии, Балинор похолодел. - Неужели тот самый? Из пророчества? – вырвалось у него. Мерлин вопросительно посмотрел на мужчину, ожидая разъяснений. - Скажи, почему этот говорящий ворон так тебя назвал? – спросил Балинор, немного совладав с эмоциями. - Под этим именем меня знают друиды. Пророчество? Не слышал о нем, - пожал плечами Мерлин. – Моя судьба быть с Артуром и вести его королевство к величию. Лорд застыл в нерешительности. В Лионессе каждый маг с детских лет знал пророчество наизусть, его читали как молитву каждый день утром и вечером. В нем говорилось о великом маге-воине по имени Эмрис, который, став королем Лионесса, объединит под своим началом других магов, и начнется «Эра Расцвета», о которой позже будут слагать легенды. Именно по этой причине в королевстве не было короля уже несколько столетий. Всем управляли девять старейшин, самых сильных и самых умных. Если находился тот из магов, кто считал себя достойным носить корону, наплевав на пророчество, то он заканчивал свои дни на плахе. Подчинить себе столько разумов, наделенных даром силы от рождения, было просто невозможно, если только маги сами, добровольно не откроют свои сознания. А на такое подчинение способен, если верить пророчеству, только Эмрис. Еще в пророчестве упоминалось о мече, сотворенном при помощи божественных сил. Клинок, сотканный из света, обращенного в металл, горел голубым пламенем, разя врага. Балинор не видел оружия юноши, мешали длинные полы фиолетового плаща. Может, это просто совпадение? Вряд ли стоящий перед ним и есть будущий король Лионесса. И все же… Тогда есть только один верный способ это узнать - привести мага в замок. Пускай старейшины сами решают. - Хорошо, я пропущу вас к столице. Только небольшой отряд, ваша хоть и немногочисленная армия не должна появляться возле ворот города. - Я скажу об этом королю, - кивнул Мерлин и, развернувшись, направился к Артуру и остальным. - О чем вы разговаривали? - Пендрагон давно спешился и в нетерпении крутил в руке поводья. Мерлин подошел ближе и, проведя ладонью по мягким ноздрям лошади, сказал: - Он позволит нам проехать дальше, но как ты понимаешь, лишь нескольким. - Ясно, возьмем с собой Ланса, Леона, Персиваля и… - Пендрагон задумался. - И Гавэйна, – подсказал ему маг. - Да и Гавэйна, - с неохотой согласился король. Хоть ему и не особо нравился рыцарь своими вечными подкатываниями ко всему, что движется, он признавал, что тот сильный противник, особенно в сражении на мечах. - Про меня не забудьте, - произнес Гаюс. - Когда ты научился так бесшумно подкрадываться? Да еще со спины? – удивился Артур. - Практика, - пожал плечами старый чародей. – Мерлин, что еще сказал тебе повелитель драконов? Думаешь, это ловушка? - Кто знает, надо быть готовыми ко всему. Потому что он, только услышав мое второе имя – Эмрис, Рич болтливый же у нас… - Подумаешь… Что, тебя по имени уже нельзя называть? - пробурчал ворон. Мерлин не обратил внимания на ворона и продолжил начатое: - …сразу изменил свое решение. Стал говорить про какое-то пророчество, связанное со мной. Думаю, он ошибается на этот счет, но все же захотел присмотреться ко мне… Кстати, Гаюс, из его слов я понял, что он раньше жил в Камелоте. - Серьезно? – заинтересовался лекарь. – Я, к сожалению, отсюда плохо вижу его лицо, но я знавал многих повелителей драконов в те времена, но все они были убиты, как и сами драконы. - Но мы видим обратное: черный дракон и всадник точно не плод нашего коллективного воображения, - заметил Мерлин. - Это точно. Такая громадина. Как с картинки сошел. И кстати, ты мне позже расскажешь про твоего знакомого дракона, - король вставил ногу в стремя. - Всенепременно, - улыбнулся Эмрис. - Предупрежу рыцарей о наших планах, и можем двигаться, - сообщил Артур и развернул коня. – А ты передай этому лионессцу, что мы согласны, пускай показывает нам дорогу. - Мерлин, я присмотрюсь к повелителю драконов, как представится возможность, - кивнул Гаюс и направился к своей лошади. Армия камелотцев разбила лагерь. Вскоре небольшой отряд отделился от нее и направился вслед за летящим в небе драконом к столице Лионесса Мессии. Всю дорогу до города Мерлин испытывал на себе какое-то странное воздействие, кто-то настойчиво пытался покопаться в его голове. Сначала юноша просто это игнорировал, понимая, что в стране, где маги составляли большую часть населения, это нормально. Им все равно не удастся проникнуть в его сознание. Мерлин не скрывал своего нахождения в королевстве, хотя мог. Но вот когда началась полноценная атака из мысленных заклинаний многих тысяч магов одновременно, Эмрис решил прекратить это, и при помощи всего одного слова-посыла: «Тишина!» - начисто прервал какие-либо попытки. Тысячи магов после такого энергетического ответа потеряли сознание, сотни впали в ступор и занялись медитацией с целью прогнать из своего разума голос столь сильного мага, остальные бросились пить настойки от мигрени. И не один из них не решился после этого попытаться еще раз изучить ступившего на их земли чародея. *** Лорд Балинор не мог себе даже и представить, что пока он встречал войско Пендрагона и общался с подозрительным магом, в столице творились судьбоносные вещи. Совет старейшин был оповещен, что в главном зале на портрете, который передавался из поколения в поколение, наконец-то четко проступило лицо мага-короля Эмриса. И теперь они столпились у картины, все еще ошеломленные тем, что произошло. - Я не могу в это поверить! – лорд Саймон смотрел на картину, все еще пытаясь совладать с эмоциями. – Мы видим его! И теперь сможем узнать, когда он появится! - Какие глаза! У меня стойкое ощущение, что он смотрит мне в душу, - передернул плечами маг с длинной бородой. - Непривычно. Я думал, он будет старше, - заметил Сергил, стоя позади остальных старейшин и стараясь не показать остальным, как взволновали его проступившие миловидные черты Эмриса, казавшегося слишком юным. - Да что ты понимаешь, Сергил! Ах, какой же он красавчик! – колдунья Сирена прильнула к портрету ближе всех и теперь вздыхала каждую минуту. - А ты снова за свое, от тебя другого и не ожидалось! - ответил на это Сергил, зная девушку слишком хорошо, чтобы воспринимать ее слова всерьез. – Только дай волю - и ты ни одного смазливого лица не пропустишь! - Да ты просто завидуешь тем счастливчикам, кого я выбирала себе в качестве любовников, - надула губы Сирена. - Начинается… Да кому ты нужна такая? У меня не такой дурной вкус! - закатил глаза Сергил. - Уймитесь! Снова ваши перепалки, да в такой момент! Постыдились бы! – прикрикнул на них мужчина в длинной белой мантии с изображением орла на груди. Сказав: «Простите, Лорд Орфеус», - маг с колдуньей умолкли, и все снова обратили свой взор на портрет. Кто бы мог подумать, что они на своем веку увидят, как выглядит сам великий маг Эмрис. Сколько себя помнил каждый из них, входя в главную залу Совета, фигура мага-короля всегда оставалась в тени. И лишь совсем недавно, где-то с месяц назад, стали появляться отдельные части портрета. Постепенно. Краски отвоевывали себе пространство у темных пятен, с каждым днем все больше наполняя картину жизнью. - Кстати, – прервал тишину высокий юноша в зеленом камзоле. Его звали Стрэнк. Один из воинов-магов, ставший старейшиной лишь год назад. – Что там с тем магом? От лорда Балинора нет известий? Он ведь отправился проверить, как тот посмел нарушить барьер. - Пока нет, но мы, без сомнения, заинтересованы, – ответил лорд Орфеус. – В разум нарушителя не пробиться, чтобы узнать, кто он и каковы его мотивы… - Даже вам?! – удивленно воскликнул Стрэнк. - Даже мне. Нам остается только ждать… Лорд Балинор не зря выбран главным защитником Лионесса, он сумеет разобраться с этим магом. *** Перед воротами в город черный дракон приземлился, поджидая отряд. Балинор сказал что-то дракону и тот улетел прочь. Дождавшись отряд камелотцев, мужчина произнес: - Следуйте за мной, лошадей оставьте страже, с ними ничего не случится. Мы не пойдем по главной улице. Здесь есть специальный проход в сам замок. Гаюс, ехавший чуть позади, обомлел. Он смог разглядеть лицо незнакомца. Не может быть! Лекарь быстро накинул на голову капюшон, надеясь, что Балинор не успел его увидеть. Хотя за столько лет он, наверняка, уже и забыл о его существовании. Но все же, ведь Гаюс узнал повелителя драконов. Чародей думал, что Балинор давно мертв. Разве мог тот оставить свою возлюбленную Хунит, мать Мерлина? Ничего не понимая, Гаюс решил пока не делать поспешных выводов. Ступая по длинному коридору, где стены светились в темноте, заменяя факелы, Артур тихо спросил у идущего рядом Мерлина: - Чувствуешь опасность? - Нет. Но здесь такое сильное скопление магии, что я понимаю, стоит мне расслабиться, и я потеряю контроль. - Признаюсь, мне не по себе. Против магов мой меч бессилен… - покачал головой Артур. - Экскалибур? Ты еще не знаешь, на что он действительно способен, если тебе будет угрожать опасность. И ведь рядом есть я. - Да уж, без тебя я бы точно не пошел просить помощи у Лионесса, я не настолько безумен как… - рыцарь не успел договорить, потому что они подошли к полупрозрачным дверям из хрусталя. - Мы пришли, - произнес Балинор. – Дальше лестница, которая ведет к главному залу, где заседает Совет Старейшин. Вас позовут после того, как я сообщу о вашем прибытии. Двери бесшумно растворились. И путники увидели винтовую лестницу, уходящую вверх. - Мы подождем, - кивнул Мерлин, проходя и вставая около резной деревянной колонны. Балинор, чувствуя себя под взглядом мага слишком неуютно, поспешил покинуть камелотцев. Рич молчал, сидя на плече у Мерлина, насупившись. Лишь после того, как лионессец ушел, ворон недовольно произнес: - Хм, как-то с гостеприимством у них плоховато. Нам даже не предложили чего-нибудь выпить или поесть! - Потерпишь, Рич, я же терплю, - отозвался на это Гавэйн. – У меня есть сухарик, хочешь? Ворон демонстративно отвернулся. - Только не говори потом, что я не предлагал, - усмехнулся рыцарь. Еще перед въездом в город Мерлин накинул капюшон, скрывающий лицо, и теперь он ощущал, стоя в этой странной зале из хрусталя, что за ним наблюдает множество глаз. Холод не покидал тело. Использовать против него такую мощную магию мог только очень отважный чародей. Эмрис это оценил, но в ответ ничего не предпринял. *** - Балинор привел его, точнее их. С магом еще несколько рыцарей! - воскликнул Саймон, смотря в волшебную чашу, установленную на круглом столе. - Дай-ка посмотреть, - оттолкнула мужчину Сирена. – Ох, да тут прямо цветник. Только вот тот маг в красном одеянии староват. - Это ты как определила, он же в балахоне с капюшоном, - удивился Саймон. - Глупый вопрос, будто ты не умеешь раздевать взглядом… - улыбнулась девушка. - Фу… А тебе не противно? Все же старческое тело… - Дурень! Я только лицо посмотрела! - Отойдите! – властно велел лорд Орфеус. – Вы не на того смотрите, старый чародей мне не интересен. Вот он – в фиолетовой мантии… Чувствую, он специально скрывает лицо… Так… - мужчина замер, напряженно вглядываясь. – Мантия! Все дело в ней! Через нее не пробиться – она как защитное покрывало. Я впервые вижу такую магию! И этот маг хочет нам ее показать, будто зная, что мы будем пытаться увидеть его лицо. - Да какая разница, как он выглядит? – Сергил сидел на стуле, даже не пытаясь подойти к чаше. – Не все ли равно? - Здесь важны глаза, в не внешность! Не забывай, в них вся сила, и увидев их, сразу понимаешь, какого уровня перед тобой маг. Ты же знаешь это… - Знаю, - кивнул Сергил и перевел взгляд на портрет. Ему внушали страх эти синие, с таящимися в них золотыми всполохами глаза. Поэтому сейчас его совсем не интересовали нарушители барьера. Он все думал о том, как может король, выглядевший таким юным, иметь такой пронзительно-властный взгляд. - Лорд Орфеус, - в обсуждении все не сразу заметили, как Балинор вошел и приблизился. – Я привел их. - Так. Расскажи, кто они и откуда? - Из соседнего королевства Камелот. - Из того самого, где магов убивают? - не сдержался от восклицания Стрэнк. - Да, - Балинор смотрел на Орфеуса. – Но я не стал убивать их как раз потому, что удивился, что с молодым королем Пендрагоном, сыном Утера – моего старого врага, путешествует маг. И потом оказалось, что именно он привел рыцарей к нам. - Любопытно, - задумчиво произнес Орфеус. – Что еще? - Ка бы это сказать, - замялся Балинор. – Вы все уже, думаю, пытались проникнуть в сознание этого мага, - старейшины закивали. – Так вот, я думал, может, когда наши взгляды встретятся, у меня получится подчинить его разум, но… - Ты видел его глаза?! – перебил повелителя драконов Саймон. Лорд Орфеус и остальные с нетерпением ждали, что скажет Балинор дальше. - Но я ничего не смог сделать. Словно туман скрыл от меня все его мысли. И у меня отпало желание пытаться прорваться сквозь это завесу. Это опасно, клянусь! А потом я… - Балинор думал, как сообщить магам об имени, услышанном от ворона, он поднял глаза выше и замер – на него с портрета смотрел тот самый маг, которого он видел всего минуту назад! - Он! – мужчина указал трясущейся рукой на портрет. – Это он! - Да. Это Эмрис. Мы еще не успели сообщить остальным, что король-маг явил нам свой лик. Это свершилось! Правда, чудесно? – защебетала Сирена. – Только не думала, что тебя он так испугает… По-моему, он прекрасен. Балинор прикрыл лицо руками. - Невероятно! - Да, мы тоже в восхищении. Но давай позже об этом, ты что-то хотел сказать о том маге из Камелота… - Сергил поднялся, вдруг заинтересовавшись. - Э… Эм… Эмрис здесь, - дрожащими губами произнес Балинор. - На портрете он. Мы знаем. - Нет! - покачал головой мужчина, повысив голос, наконец переборов оцепенение. - Когда я говорю, что Эмрис здесь, это значит, что он действительно среди нас! В замке! - Ничего не понимаю, у меня начинается мигрень, - старейшина с белой бородой потер виски. - Ты там с дракона случаем не падал? – усмехнулся Стрэнк. - Лорд Балинор, объяснитесь! – твердым голосом потребовал лорд Орфеус. - Тот маг, что прибыл с королем Камелота, и есть Эмрис! Вот о чем я! Повисло молчание. На лицах старейшин отразилось сразу несколько эмоций от удивления до неверия. Второе победило. Стрэнк не смог сдержать смеха. Сирена хихикнула в ладошку. Остальные старейшины хранили полное молчание. - Балинор, ты случаем не бредишь? У тебя, наверное, просто шок от увиденного лика Эмриса на портрете! Или, возможно, приезжий маг хорошенько промыл тебе мозги? – предположил лорд Орфеус. – Ступай, приведи камелотцев. - У меня не шок, старейшина! Хорошо же, вы сейчас сами все увидите, и хочу вас предупредить – не смотрите ему в глаза слишком долго! – повелитель драконов развернулся и быстрыми шагами направился прочь из залы. - Одинокий человек, что с него взять, все с драконами да драконами, вот и сошел с ума, - пожал плечами Саймон. Маги сели за стол. Сергил занял свое место у окна и вновь посмотрел на портрет. Их привычная жизнь слишком быстро стала приобретать непредсказуемый характер. *** - Старейшины вас ждут, - Мерлин заметил, что говоря это, лионессец старался не смотреть в его сторону. - Тогда ведите нас. Артур? – обернулся маг в сторону короля. И они стали подниматься по лестнице. Оказавшись в круглой зале, Мерлин сразу заметил висящий на стене портрет, с которого на него смотрел… смотрел он сам! Что здесь происходит вообще?! Юноша сжал рукоять меча, скрытого плащом. Может быть, это какой-то хитрый план этих магов, что сейчас с любопытством разглядывали вошедших. Проверяют его реакцию? Если что, юноша готов защитить своих друзей. Любой ценой! И эти девять магов и повелитель драконов испытают на себе его гнев. Рич ощутил, как напрягся Эмрис, и вскоре тоже заметил портрет. Его вообще было сложно не заметить. Он был освещен золотым светом и притягивал взгляд. Рядом с Мерлином ахнул Артур, остальные рыцари так же были поражены и обескуражены. - Что за… – начал было король, но Эмрис остановил его, тронув за руку. - Значит, вы из Камелота. Я лорд Орфеус, один из старейшин Лионесса. Что же заставило вас при помощи магии нарушить барьер? - Мы были вынуждены это сделать, - произнес Мерлин. – Нам нужны союзники в борьбе против темных колдуний. Поэтому мы пришли к вам. - Союзники? С чего ты решил, маг, что мы станем помогать королевству, которое десятилетиями истребляло нам подобных? - Это в прошлом! – вмешался Артур. – Теперь в Камелоте все будет иначе. И я, Артур Пендрагон, как законный король готов поклясться, что приложу к этому все усилия. Но из-за того, что воинов моего врага наделили при помощи темного колдовства неуязвимостью, от моей армии осталось всего несколько тысяч рыцарей. И только своими силами я не справлюсь. - В любом случае, почему мы должны согласиться на такой союз? – продолжил лорд Орфеус, мельком взглянув на светловолосого рыцаря, правда, отметив магический меч у него на поясе. – Какая нам с того выгода? Мерлин ответил за Пендрагона. - Наверное, потому, что ваш барьер эти колдуньи снимут так же легко, как это сделал я. И они придут сюда, в Лионесс. И тогда ваше мирное королевство узнает, что такое видеть кровь своих близких, умирающих у вас на руках, и слышать предсмертные, мучительные стоны людей, которых уже ничем не спасти. Стрэнк, самый молодой из старейшин, вскочил в ярости: - Да кто ты такой, чтобы приходить сюда да еще говорить нам такое?! Ты даже скрываешь свое лицо! Трус! Ты жалок! Артур вытащил Экскалибур, сделав движение в сторону выскочки-мага. - Нет! Он того не стоит! – остановил короля Мерлин. - Но он же назвал тебя трусом! - Меня это не волнует. - Так-то вы хотите помощи от нас, - усмехнулся Сергил, вставая из-за стола и подходя ближе. – Молодой король слишком импульсивен, а его маг не лучше – остер на язык. Может, нам стоит вас убить здесь и сейчас каким-нибудь простеньким заклинанием? – старейшина блефовал, но продолжал расслабленно улыбаться. Он хотел вывести стоящего перед собой мага на эмоции. - Можете попробовать, - Мерлин откинул полу плаща и вытащил Несущий свет, вмиг засиявший голубым пламенем. – Но я вам это не советую по одной простой причине – вы умрете первыми. Сергил застыл от увиденного - такая мощь исходила от клинка, что задрожали колени. - Кто ты? – еле выдавил он. – И что это за оружие? Стрэнк обнажил свой меч и выбежал вперед, закрывая старейшину. - Ты хочешь узнать имя того человека, кто лишит тебя жизни? – спокойно поинтересовался Эмрис. – А про мой меч тебе нужно знать лишь одно – он убивает. - Маг, тебе стоит прекратить угрожать нам! - воскликнул Орфеус. – Ты ведь пришел не за этим, разве не так? - Так, но вам не следует даже думать о том, чтобы напасть на меня и моих друзей. - Да перед вами же Эмрис! Я видел его лицо! И меч, разве не сказано про него в пророчестве? – Балинор встал между старейшинами и камелотцами. - Ты снова за свое. Что за пророчество? - Мерлин опустил меч. - Смотри, маг, ты видишь тот портрет? Ты же не мог не узнать на нем себя, верно? – повелитель драконов решил уже открыть правду для всех. Ему надоело стоять в стороне. - По глазам твоих друзей я понял, что и они в замешательстве. - Я посчитал, что это какая-то ловушка, - ответил Мерлин. – Да и сейчас так считаю, иначе бы и не обнажил меч. - Да не ловушка это! Именно сегодня портрет, который до этого скрывал в тени лицо короля-мага, наконец явил нам его черты. И если вкратце, то согласно пророчеству, его будут звать Эмрис, и появившись, он подчинит всех магов королевства. И да настанет Эра расцвета! Стоявшие у самой двери рыцари находились в недоумении. - Ты что-нибудь понимаешь? – тихо спросил сэр Персиваль. - Нет, - пожал печами сэр Леон. - А ты? - Вот и я так же. Артур шепнул Мерлину: - Это кажется сущим бредом, если честно. - Что, разве я не могу стать королем? Это задевает твою гордость? - Тоже мне, нашел время острить… Делать что будем? Вон, смотри, эти старейшины тоже забеспокоились, столпились и теперь наверняка обсуждают, как нас прикончить… - Не думаю, - Эмрис отчего-то поверил в искренность повелителя драконов. Чувствовалось, что тот не врет. А маг всегда доверял своим чувствам. – Хорошо, если я действительно тот, кто станет вашим королем, что если я не согласен? - повысил он голос, обращаясь к старейшинам. – Когда, тем более, только этот человек считает, что я тот самый… - Чтобы понять, правда ли ты тот, о ком говорит пророчество, мы должны увидеть твои глаза, – сказал лорд Орфеус. – Сейчас под капюшоном ты можешь принять облик любого, даже самого Эмриса, но твои глаза все равно выдадут в тебе самозванца. Учти это. - Да он это! – Балинор уже устал доказывать свою правоту. - Тебя могли околдовать, - хмыкнул Стрэнк. - Разве трус на такое способен? – усмехнулся Мерлин. - Что ж, смотрите, - и откинул с головы капюшон. На старейшин был обращен взгляд темно-синих глаз. В нем читался вызов. И маги сразу попали под полный контроль этой синевы, уводящей их мысли куда-то далеко, в другие миры. Из рук Стрэнка выпал меч, лорд Орфеус схватился за амулет, Саймон хлопнулся в обморок, а Сирена расплылась в улыбке и дрожащей рукой поправила выбившийся из прически локон. На Сергила в мгновение ока обрушился целый каскад чувств, он обомлел, не зная, то ли выразить слова восхищения, готовые сорваться с уст, то ли пасть на колени, ожидая позволения подняться. - Эмрис… - беззвучно произнесли его губы, и он склонил голову в знак полного подчинения. Остальные старейшины последовали его примеру. В зале воцарилась тишина. Мерлин постепенно понимал, что все происходящее действительно не обман. Он ощутил, как разумы этих магов вдруг открылись для его внутреннего взора. И для этого юноша не задействовал ни одного из заклинаний. - А что, Эмрис, тебе пойдет корона, - заявил через некоторое время Рич, довольно взмахнув крыльями, – а я буду возлежать на фиолетовой бархатной подушке в окружении десятков слуг-магов. - Я так понимаю, - произнес Мерлин, – что союз между Камелотом и Лионессом – это дело уже решенное? Лорд Орфеус пришел в себя первым. - Конечно, Эмрис, мы займемся приготовлениями. Мы наберем лучших воинов для Вас. Управимся за неделю. - Я готов отправиться с Вами! – заявил Стрэнк. – И прошу, простите мне мою грубость… Я ведь не знал, что Вы… наш будущий король… я… - молодой старейшина боялся смотреть Мерлину в глаза. - Я все же не ваш король, - спокойно заметил маг. – Мне не важно, что там говорит это пророчество. Я хочу спасти Камелот от власти темных колдуний. И если вы согласны оказать нам помощь… - Ты должен принять корону, мой мальчик, - вдруг в разговор вмешался старый чародей, откидывая с лица капюшон. - Почему это, Гаюс? Ты же знаешь, что у меня другая судьба… - попытался возразить Мерлин. - Твоя судьба быть королем Лионесса, и объединившись вместе с Артуром, вы станете непобедимы. Вы оба наделены лидерскими качествами, ты лучший среди магов, Артур среди рыцарей. В вашем союзе великая сила. Да ты и сам это прекрасно понимаешь. - Он прав, Эмрис, - согласился ворон. – Дело говорит. Мерлин посмотрел на Артура. Что тот думал обо всем этом? Не разрушит ли все это их отношения? Но в голубых глазах он нашел ту поддержку, что искал. «Я всегда с тобой, Мерлин», - говорили они. «Какое бы ты решение не принял». Маг тепло улыбнулся. - Гаюс, Рич! Вы не щадите меня! Совсем. Давайте мы поговорим об этом позже, сейчас надо думать о предстоящей битве. - Хорошо-хорошо, - кивнул лекарь. – Но прежде, не мешало бы нам всем поспать. - И в самом деле, - Эмрис повернулся к Пендрагону. – Что с твоими людьми? - Конечно, - опомнился Артур. – Леон, Персиваль, возвращайтесь обратно в лагерь. Передайте, что с нами все в порядке. - С ними отправят обозы с провизией и всем нужным, - лорд Орфеус был сама любезность. – А Вас мы проводим в лучшие комнаты. - Вот и отлично, а то у меня вновь разболелась спина, - лекарь направился к дверям. Балинор, не долго думая, последовал за ним. Пока Гаюс разговаривал с Мерлином, повелитель драконов вглядывался в знакомые черты лица чародея. Неужели глаза не обманывали его и это действительно его старый друг? А он ведь думал, что тот погиб, Утер же не щадил никого. Когда камелотцы ушли, и за магом в фиолетовой мантии закрылись двери, совет старейшин смог наконец-то выплеснуть все эмоции, обратив их в слова. Они просидели несколько часов, обсуждая Эмриса, его глаза, рассказывая о тех образах, что посещали их, когда маг смотрел на них, смакуя каждую деталь. И все сходились в одном: стоявший пред ними юноша с длинными волосами действительно их будущий король Эмрис, рожденный править Лионессом. *** - Гаюс, постой! – Балинор догнал спускающего по лестнице лекаря. – Ты что, не узнал меня? - Узнал и сильно удивился… - объяснил мужчина, продолжая идти. - Я считал тебя погибшим. - Мне чудом удалось выжить, я был серьезно ранен. И я тоже думал, что ты уже в ином мире. Ведь Утер убивал всех, кто имел хоть какое-то отношение к магии. Не пойму, как тебя миновала эта участь? Чародей остановился и, развернувшись, посмотрел на повелителя драконов холодным взглядом: - Пришлось отказаться от своей веры, спрятать свои знания так далеко, что даже пытки каленым железом не смогли явить их на свет. - Прости… Я не хотел напоминать, - поспешил извиниться Балинор. – Но почему ты говоришь так тихо? - Не хочу, чтобы Мерлин знал, что мы с тобой знакомы, - пояснил Гаюс и, видя, что маг с королем стали спускаться вниз, добавил: - Поговорим позже. Наедине. Балинор не понимал, что на уме у Гаюса. Но он точно что-то скрывал от него. Эмрис с королем Пендрагоном прошли мимо, занятые разговором. Мужчина смотрел им вслед, не понимая, почему ему так хочется, чтобы маг обернулся и позвал его с собой? Из-за чего в груди какая-то странная ноющая боль? Балинор вспомнил Эалдор, прекрасные глаза Хунит и ее прощальные поцелуи. Его друзья помогли ему скрыться, раненому. Не думал он тогда, что очнувшись после недели лихорадочных снов, узнает о том, что от Эалдора осталось одно пепелище, и всех жителей, подозревая в колдовстве, убили люди короля Утера Пендрагона. Ему некуда было возвращаться, и он даже не смог похоронить свою любимую, так как пепел от их сожжённого дома развеяло по ветру. *** Мерлин доверил Гаюсу собирать отряды магов, желающих отправиться в Камелот, предупредив, чтобы те знали, что возможно идут на смерть. Маг зря допускал возможность, что это кого-то заставит отсиживаться в безопасности. Узнав о том, что сам Эмрис теперь с ними, боевые маги без колебаний вступали в ряды новобранцев, собирающихся на войну. Старый чародей был занят всю неделю, поэтому пересечься с Балинором ему так и не удалось. Впрочем, повелитель драконов тоже не сидел сложа руки. Он по поручениям совета Старейшин летал на своем драконе в отдаленные города по всему королевству, сообщая о том, что пророчество, наконец, начало претворяться в жизнь. *** - Коронация?! – Мерлин поднялся из широкого кресла, стоящего в зале Советов, где последние несколько дней он проводил большую часть времени. – Сейчас не до этого, Орфеус, вам так не кажется? - Но ведь все признают Вашу власть… И стоит соблюсти все формальности. Церемонию проведем накануне отъезда в земли Камелота. - Они под впечатлением от вашего так называемого пророчества, - спокойно сказал юноша, глядя в глаза старейшины, чувствуя, что должен кое-что прояснить. – Я хочу, чтобы маги шли за мной не потому, что так сказано где-то там в пророчестве, а из-за того, что они доверят мне свои жизни, чувствуя во мне лидера. Зачем мне фальшивая корона? - Так ведь они уже Вам доверяют, - заверил мага Орфеус. – Разве Вы не видите? - Они чувствуют страх перед магией, живущей во мне, силу которой им не дано превзойти. Поэтому. Лишь в бою я смогу доказать и им, и себе, какой из меня король. Только действуя заодно, мы сможем скрепить наши разумы такими узами, что их не способны будут разрушить никакие хитрости темного врага. - Я не совсем понимаю, но если Вы так считаете, Эмрис, то я не буду настаивать. - Орфеус, посмотри на Артура, - привел пример Мерлин. - Вот кто настоящий король, рожденный повелевать. Его рыцари сражались бок о бок с ним до самого конца, когда Камелот был охвачен огнем. Боль от ран и потерь, слезы, они все это пережили и не кинулись в бега, хотя знали, что их оружие бессильно против черного колдовства. Они остались, чтобы не посрамить своего командира. - Лионессцы тоже пойдут за Вами куда угодно. Вы убедитесь в этом сами, и уже очень скоро, - сказал Орфеус, видя, что Эмрис еще сомневается, думает, стоит ли принять власть над целым королевством. - Будет видно, - кивнул Мерлин. – Перейдем к делам насущным. Остальные старейшины уже оповещены, что мы выступаем на рассвете следующего дня? - Да, они заканчивают последние приготовления в своих отрядах. - Отлично, ты можешь идти, я побуду один. - Как изволите, Эмрис. Не буду мешать, - и лорд Орфеус, поклонившись, покинул залу. Мерлин подошел к магическому портрету. Изображенный на полотнище силами древней религии он сам был таким уверенным в себе, властным, внушающий трепет. Неужели он на самом деле такой в жизни? Юноша не верил в это. Он и подумать не мог, что когда он вернется из владений Мак Лира, все для него так изменится. И он будет стоять здесь, в зале замка столицы Лионесса, и не знать, как правильно реагировать на происходящее с ним. Пророчество? Оно и есть судьба? Гаюс так считал. И Мерлин действительно хотел в это верить, но… Люди в этом королевстве ведь совсем не знают, какой он на самом деле, что и ему, способному подчинять разумы многих, неподвластны эти жуткие сны-видения… Именно видения, Мерлин чувствовал, что каждую ночь видит свое будущее. Их совместное будущее с Артуром. И это финал, к которому ведет судьба? И кому тогда нужно такое пророчество, если после всего, что они смогут достигнуть вместе, оба короля обречены на вечные страдания? И только из-за того, что маг не хотел расстраивать Артура, юноша скрывал от него, о чем были эти сны. Делал вид, что просто не мог уснуть из-за предстоящей битвы. И знал же ведь, что любимого так просто не обмануть, видел его всепонимающие глаза. Но все же молчал. Мешал страх, что если озвучить эти картины, дать им при помощи голоса вторгнуться в этот мир, то тогда уже ничего не спасти. Эмрис сжал руку в кулак, кольцо, подаренное Мак Лиром, вдруг стало нагреваться, потом засветилось бело-голубым. И яркая вспышка, сорвавшись с кольца, устремилась к картине, висевшей на стене, где был изображен цветущий вишневый сад. И рассыпавшись мелкими искрами, вспышка погасла. Мерлин ошеломленно уставился на ставшую «живой» картину. Он ощутил дуновение теплого ветерка и аромат цветков. В центре появилась фигура человека в бледно-зеленом одеянии. Он медленно шел, касаясь зеленых ветвей. Длинные белые волосы, заплетенные в косы. Знакомая поступь. - Мананнан… - произнес шепотом маг, все еще не веря своим глазам. - Эмрис, я так и знал, что мне придется все же навестить тебя… - Но как? Мы далеко от моря! - Мое кольцо, что я тебе дал, сработало как проводник, - улыбнулся Повелитель вод. - Ясно, - Мерлин потрогал кольцо, от которого шло приятное тепло. – Почему ты здесь? - Он еще и спрашивает! Невероятно! - Мак Лир подошел к самому краю картины. – А кто здесь предавался плохим мыслям? Да ты уже заживо похоронил себя! Это непростительно для того, кто носит священный меч и обладает великой силой! И тебе совсем не совестно? Мне, твоему наставнику, даже пришлось отлучиться из своего имения. - Объясни, Мак Лир, что я делаю не так? Я действительно запутался! - Ты не запутался, ты топчешь свою волю. Сам. А воля у мага должна быть на первом месте. Из нее он черпает свои силы, те, что ведут его вперед, несмотря ни на что. Ответственность - она давит, понимаю. Но ведь я тебе не раз говорил, что ты - творец своей судьбы. И никто другой. Вот взял бы и хорошенько врезал тебе, да не могу! – Повелитель вод пристально смотрел в синие глаза Мерлина, и разорвать образовавшийся контакт между ним и Мак Лиром маг не смел. - Но мои видения… - начал было Эмрис. - Что твои видения? Я уже знаю, что хочешь спросить: видишь ли ты будущее? Отвечу: да. Но прежде, чем ты впадешь в полное самоуничижение, я еще кое-что напомню. Помнишь те образы в зеркале, что я тебе показывал в нашу первую встречу? – Мерлин кивнул, сердце его стучало в груди как сумасшедшее. – Что я тебе тогда сказал? - Что будущее многогранно, и не существует одного пути… - Вот именно. - Но ведь ты тогда поэтому оставил меня у себя, решив обучить силе, чтобы я смог избавить Артура от того, что видел… Что вижу сейчас каждую ночь в своих снах! – Мерлин вдруг сорвался на крик, потеряв контроль над собой, чего не случалось с ним уже очень давно. - Мерлин, приди в себя! Подумай хорошенько, почему ты видишь эти сны, и что ты сделал, чтобы изменить их? Ты сомневаешься в себе, в окружающих, не хочешь принять то, что должен. Пойми, пока ты не используешь всю силу, которой я тебя наделил, ты не сможешь спасти Артура! Эмриса затрясло. Страх. Гнев. Печаль. Боль. Он согнулся пополам, пытаясь превозмочь обрушившийся на него удар энергии. Тело охватила какая-то странная лихорадка, словно его кинули в ледяную воду, и теперь неведомые силы тянули его ко дну. Воздух! Ему нужен воздух, чтобы дышать! Откуда-то издалека доносился спокойный, но настойчивый голос Мак Лира: - Борись, Эмрис! Борись с самим собой. Открой в себе силы, чтобы изгнать страх, сомнения, все, что мешает тебе жить! В голове стоял такой невыносимый шум, что Мерлин решил: это за ним пришли демоны. Или сам Владыка тьмы. И теперь они хотели забрать его душу себе. Неужели он так слаб и действительно позволит, чтобы кто-то за него решал его судьбу? Какой толк от него, если он не может защитить тех, кого любит? Он ведь должен сопротивляться, плыть против течения, он же об этом думал все то время, пока жил во владениях Мак Лира! Он не давал себе поблажек, мечтая лишь о том, как вернется к Артуру и не даст сбыться тому, что он видел в волшебном зеркале. А теперь он почти поддался! Глупец! Из-за снов-видений решил, что это конец? И все решено? Мак Лир прав во всем, как же он прав! Все это время Мерлин делал вид, что он стал мудрее и сильнее, когда на самом деле внутри образовался застой. Лед сковывал тайные знания. Сейчас он дал трещину и стал крошиться. Эмрис открыл глаза и понял, что стоял на четвереньках, под ним был холодный мраморный пол. - Тебе лучше? – спросил Мак Лир, давно присевший на траву и наслаждавшийся солнцем. Медленно поднявшись, убрав волосы с лица, стерев со щек слезы (предательская влага!), Мерлин выпрямился и произнес: - Прости меня, учитель. Я изгнал из сердца сомнение. Моя истинная сила открылась мне. - Другого ответа я и не ждал, - улыбнувшись, Мак Лир встал, расправив складки на мантии. – Теперь мне пора, я и так задержался в этом мире. До встречи, Эмрис… - Повелитель вод исчез, а яркая вспышка, вновь озарив комнату, сорвалась с картины и исчезла в кольце. Металл вновь стал холодным. В дверь постучали, затем вошел Гаюс: - Мерлин, Артур просил тебе предать, что у него все готово. Он доволен теми воинами из Лионесса, что изъявили желание присоединиться к его армии. - Хорошо, а как отряды боевых магов? - Готовы к бою. Им всем понравилась моя идея насчет одинаковых для всех фиолетовых плащей с вышитым на них парящим черным вороном. - Гаюс, ты решил стать придворным костюмером? – улыбнулся Мерлин. – Что это за плащи такие? Я не в курсе. - Они не совсем простые, с магическими защитными свойствами. Не нужно будет применять заклинание, чтобы отразить атаку воинов Ценреда. Сберегут от мечей и стрел. - Что ж, я думаю, так маги смогут действовать быстрее… Я оценил, - похвалил чародея Эмрис. Гаюс подошел ближе, обеспокоенно всматриваясь в лицо воспитанника. - Ты сам как? Выглядишь таким уставшим. - Плохо спал, только не волнуйся за меня. - Предлагать тебе травяной ромашковый чай я не стану, тебе лучше просто пойти и выспаться. И это мой хороший совет, - дотронулся до плеча юноши Гаюс. - Спасибо… Может, стоит пару часов провести в постели… - Мерлин ощутил, как глаза стали сами закрываться, и он уже с трудом боролся со сном. - Правильно, я попрошу, чтобы тебя никто не беспокоил. Пойдем, пройдусь с тобой до твоих покоев. Зал советов опустел, только аромат вишневых цветков все еще витал повсюду… Часть 9 Гаюс спешил, солнечные лучи робко коснулись горизонта – рассвет. Чародей знал, что все девять отрядов боевых магов под командованием старейшин уже присоединились к армии Артура за чертой города. Мерлин увел их полчаса назад. Гаюс остался, чтобы кое-что закончить здесь, в Мессии, а именно, разговор с Балинором. Повелитель драконов ждал его на специальной каменной площадке, расположенной на одной из башен замка, где огромный черный дракон разминал свои крылья, чтобы отправиться на битву за Камелот. - Я уже начал думать, что ты так и не придешь, - Балинор заметил вошедшего чародея. - Это было бы подло с моей стороны вот так вот уйти. Кто знает, что ждет нас в этой битве. Я уже не молод… - Но зато стал еще мудрее, ведь так? – мужчина приблизился, на ходу застегивая ремень с мечом. – Да. Ты прав. Ошибки, которые я допустил в молодости, меня многому научили. Но сейчас речь не обо мне… Я пришел спросить: почему ты не вернулся за Хунит, раз выжил? Балинор стиснул зубы от накативших боли и гнева. - Не вернулся?! Да я был там, среди пепла, видел сгоревшие тела и все еще не выветрившийся запах крови. Утер – он убил ее! Ни в чем не повинную и самую добрую девушку на свете! Хунит… Мое сердце осталось там, где был наш дом. Я ушел с болью в душе, зная, что люди Пендрагона еще рыщут в округе. - Как? Ты все это время считал ее погибшей? – удивленно спросил Гаюс, видя страдания на лице старого друга. – Но… - О чем ты? Что ты хочешь сказать?! – повелитель драконов замер. - Балинор, она жива! Твоя Хунит! - Как? – мужчина бросился вперед, схватил Гаюса за плечи. – Ты же не врешь? Ты говоришь правду? Так ведь?! - Да! Только успокойся! – чародей отстранился от мужчины. – Ты мне кости сломаешься! - Но как? – повторил Балинор и убрал руки. - Да, на деревню действительно был налет, убили всех, кого нашли. А Хунит же еще после того, как тебе помогли скрыться, отправилась в Камелот, чтобы сообщить мне о тебе. Узнав, что я на пыточном столе в подвалах замка, Хунит не понимала, что ей делать дальше. Думала или отправиться обратно в Эалдор, или же остаться в Камелоте. В итоге она побоялась идти домой. Нашла приют у одной семьи, а через несколько недель мне позволили вернуться к себе в покои, Утер оставил меня живым в качестве придворного лекаря. И тогда именно Хунит, узнав о моих ранах, которыми меня «наградили» в пыточной, стала ухаживать за мной, пока я не окреп. А после мы вместе отправились в Эалдор и узнали о том, что случилось. Пытались найти тебя, но как, ведь даже если и оставались те, кто знал, где ты, они, скорее всего, давно уже сбежали в другие земли. Я предлагал Хунит вернуться со мной в Камелот, но она твердо сказала, что останется в Эалдоре, где чудом уцелевшие жители стали заново отстраивать деревню. Я спросил у Хунит: «Почему ты хочешь этого?» Она ответила: «Если он жив, то обязательно вернется!» Она всегда ждала тебя, Балинор, думаю, ждет и сейчас. По лицу Балинора телки слезы, рыдания сотрясали его тело. Он плакал и от счастья, и от боли, представив, что пришлось перенести его любимой за все эти долгие годы. Гаюс стоял, не двигаясь, прекрасно понимая, что узнать такое после стольких лет непросто. Совсем. - Но есть кое-что еще… - начал он, видя, что Балинор вытер слезы и выпрямился, вспомнив, где он и кто он. – Я считаю, ты должен об этом знать, и это именно та причина, из-за которой я не открыл глаза на наше знакомство Мерлину. - Говори. - Ты пропал, а несколько месяцев спустя я узнал, что у Хунит родился мальчик – это твой сын, Балинор. - У меня есть сын? – повелитель драконов ощутил, как земля уходит из-под ног. – Я не знаю, каково это - быть отцом! Но подожди-ка, - в его голову закрались подозрения, – если он мой сын, то он, скорее всего, обрел магический дар с рождения. А жить с ним непросто. Постоянно скрывать… - Да, – кивнул Гаюс. – Но Хунит воспитала мальчика как следует, и когда он вырос, она отправила его ко мне, зная, что обладая таким даром, он простым земледельцем уж точно не будет. - В Камелот? Но ведь там запрещена магия! Что с моим сыном сейчас? Как он? – обеспокоился Балинор, эмоции не подчинялись контролю. Чувствуя, как взволновал его хозяин, дракон позади них шумно захлопал крыльями. - А теперь собственно то, о чем я не могу промолчать, - продолжил Гаюс, – Твой сын, мальчик, который пришел ко мне и сразу стал колдовать при первой нашей встрече. Он… - чародей запнулся. - Эти светящиеся золотом глаза, легкая улыбка, игривый взгляд из-под черной челки… навсегда остались у меня в памяти, и такое ощущение, что это произошло всего несколько дней назад… И ведь он даже не знает, что ты жив, Балинор… - Я хочу его видеть, Гаюс! Где он сейчас? Что с ним? Не томи же меня! - Ты уже видел его, он ведь похож на Хунит и у него твое упрямство… Ага, - заметил чародей, смотря куда-то в сторону и хитро улыбаясь. - Гаюс, я начинаю впадать в бешенство от твоего спокойствия! – мужчина сжал кулаки. – Ты говоришь загадками. Где я мог его видеть?! - Прости, у нас же так мало времени. – Гаюс стал серьезным. - Хунит назвала его Мерлин. - Мерлин? Не хочешь же ты этим сказать… что… этот маг из пророчества и есть мой сын?! Эмрис?! - Все именно так. И знаешь, я считаю, что тебе решать, говорить ли Мерлину, что ты его отец. Балинор пытался переварить обрушившуюся на него, как снег на голову, информацию. Хунит жива. У них есть сын. И этот сын – это Мерлин – маг, будущий король Лионесса! Невероятно! Это оглушало. И теперь мужчина понимал, почему тоска по Хунит овладела им в первый день их встречи с Мерлином. Родственные узы. Они сильные. А значит, он может сделать кое-что прямо сейчас. - Мерлин… - прошептал повелитель драконов, прикрыв глаза и распахнув свой разум, послав словесное сообщение на расстоянии, наполнив его своими чувствами. – Сын мой… За городом Мерлин, восседая на черном жеребце, в гриву которого были вплетены мелкие колокольчики, вздрогнул, услышав голос Балинора в своем разуме. Он не ставил барьеров. Да и знал, что обычным магам все равно не пробиться сквозь них. А сейчас… Потрясение охватило его. Он увидел перед собой лицо матери, ее добрые глаза и всепонимающую улыбку. И понял, почему именно этому человеку удалось дотронуться до его разума. Тепло разливалось по телу… - Отец, - прошептал маг, не разобравшись, как реагировать на то, что он узнал. У него был отец – Балинор. Не зря он еще при встрече ощутил силу повелителя драконов и восхитился им. Теперь он стал еще сильнее, чувствуя поддержку отца. Они победят. Вместе. И тогда после битвы он сможет обнять его, утонуть в теплых объятьях и услышать, как бьется сердце его родного отца. «Спасибо, отец. Я рад, что ты со мной», - ответил он мысленным сигналом, отправив еще и частичку любви. - Он знает, - Балинор открыл глаза, улыбнувшись Гаюсу. – Теперь он знает… - Тогда в путь! – чародей направился к дракону. – Только привяжи меня ремнями покрепче к его спине. И скажи, этот ящер меня не сожрет, если я схвачусь за одну из выпирающих чешуек? Балинор рассмеялся: - Не посмеет… Уж я позабочусь. Черный дракон взмыл в небеса, неся на себе двух всадников. *** Отряды боевых магов выдвинулись первыми. Мерлин вел их к границе. Их задачей было принять на себя основную магическую атаку, позволив рыцарям действовать более свободно. За ними шла армия Пендрагона, где объединились воины Лионесса и рыцари Камелота. Артур распределил войско, разбив на несколько частей и назначив командирами Леона, Персиваля, Гавэйна и Ланселота. *** Моргауза, ослабевшая из-за внутренних телесных ран, что нанесла ей некромантия, с трудом передвигалась по замку. - Где Моргана? От нее до сих пор нет вестей? – ворвался Ценред в залу, где колдунья как раз смотрела в большое зеркало, прислоненное к стене. – Она должна была уже сообщить, где Пендрагон! Ведь заверяла меня, что создав свои «патрули смерти» из темных друидов, вмиг отыщет его! - Терпение… - Моргауза провела ладонью перед зеркалом. – Смотри лучше сюда. Поверхность колыхнулась. И вскоре перед колдуньей и королем предстала следующая картина. Многочисленные всадники в темно-фиолетовых плащах двигались по лесу, впереди на иссиня-черном коне ехал длинноволосый юноша с прямой спиной, на его плече сидел ворон. Моргауза в ужасе отшатнулась. Картинка пропала. - Н-е-е-е-т! – закрывшись руками, колдунья осела на пол. – Эмрис! Он здесь! Ценред… Он вместе с Артуром! Отряды магов идут на Камелот, а за ними тысячи воинов Пендрагона. - Так, значит, началось! Отлично! – в предвкушении битвы потер руками король. – Магом пускай занимается Моргана, а я расправляюсь с Пендрагоном! Оставшись одна, Моргауза, еле поднявшись, двинулась в сторону лестницы, ведущей на смотровую площадку на северной башне. Необходимо было использовать те силы, что у неё ещё остались. Например, создать защитный купол над замком. *** Леса вблизи Камелота патрулировались темными магами. Нет сомнений. «Я чувствую, что поблизости зло», - Эмрис общался со старейшинами при помощи мысленной связи. – «Приготовьтесь отражать атаку!» «Они заметили нас. Их много», - Сергил напряженно вглядывался в лесную чащу. «Значит, мы возьмем их на себя, дав армии Артура пройти дальше. К замку. Дайте знак магам равномерно распределиться!» «Будет сделано, сир», - пришел мысленный ответ от всех старейшин. И тишина. Все замерло вокруг: птицы, все лесные создания попрятались, чувствуя, что скоро начнется битва. Мерлин ощущал Ее. Моргану, преисполненную ненавистью и злобой. И тех людей, что пошли вслед за ней. Они были здесь. Желавшие крови. Несчастные, отмеченные тьмой. Когда перед одним из боевых магов Лионесса вдруг появился светящийся зеленым шар, превратившийся в длинную веревку, затем обвившую его шею и начавшую душить, Мерлин увидел их, выступивших из-за деревьев. Они возникли как призраки. Друиды в черных капюшонах. Начался хаос. Две волны, фиолетовая и черная, ударились друг в друга, смешавшись. Свет и тьма вступили в схватку. Мощная энергия обрушилась на лес. Заклинания наталкивались на защитные щиты. Магические атаки посыпались с обеих сторон. - Пошел! – выкрикнул Эмрис, пришпорив коня. Прорываясь сквозь ряды друидов, разрубая их своим мечом пополам, отсекая головы, маг мчался вперед. Он искал Моргану. Капюшон давно слетел с головы, и встречный ветер развевал длинные волосы. Рич летел следом, избегая пылающих световых шаров, то и дело норовивших задеть его. Когда конь выметнулся из леса, оставив позади сражающихся, Мерлин увидел колдунью. Белый конь под ней бил копытом о землю. Она была одна. Поджидала именно его. Здесь. Зная, что он тоже стремился сразиться с ней. Глаза Морганы слегка расширились при виде мага. Самолюбие ее было задето. Злость из-за того, что ее провел бывший слуга Артура, обрушилась с ужасающей силой, придав ей еще больший стимул. Теперь она не просто хотела убить его, она мечтала об этом всей своей черной душой. Мерлин спешился, сжимая в руке Несущий свет. - Готова к смерти? - Это стоит спросить у тебя, Мерлин! – прошипела девушка, спрыгивая на землю и вынимая притороченный к седлу меч. - Неправильный ответ, - маг бросился в атаку первым. Их мечи встретились, и тут Моргана поняла свою ошибку. Лезвие ее меча сломалось от первого же удара Мерлина. - Ах ты… - колдунья отскочила в сторону и, выставив руку вперед, обрушила заклинание. – Умри! Легко уйдя от смертельной волны, Мерлин произнес: - Твоя слабость в твоей ненависти. Подчинись мне! – маг выставил перед собой меч, сиявший до этого голубым, а теперь переливавшийся радужным светом. Моргана похолодела, ее объял страх. Снова это наваждение. Оцепенение обрушилась на нее, притягивая к земле. Ноги задрожали, словно цепи сковали ее тело. Краем глаза Моргана увидела, что войско Пендрагона направилось к замку. Плащи с золотым драконом на алом фоне. Артур скакал во главе своей армии. Девушка не собиралась так просто сдаваться, она сначала убьет этого глупца Мерлина, а затем и Артура. Заставит их обоих истекать кровью и молить о пощаде. Артур ни за что не сядет на трон Камелота! Она просто этого не допустит! Злобный смех колдуньи заставил Мерлина напрячься. Вроде все шло по плану, и силы колдуньи сковала энергия его меча. Но случилось непредвиденное. Моргана выпрямилась и злобно процедила: - Думал, что меня так просто подчинить? С последней нашей встречи я тоже кое-чему научилась. И ради своей мести я пошла на это. Пришлось. Колдунья разорвала платье на груди, и магу открылась зловещая кровоточащая пентаграмма. Сейчас она стала светиться кроваво-красным. - О, мой повелитель, прими мое тело, сделав его своим сосудом! Призываю тебя! Мерлин ринулся было остановить этот ритуал, но не успел вонзить Несущий свет в сердце колдуньи, натолкнувшись на стену. Потратив драгоценные секунды, чтобы убрать ее, Мерлин увидел, как душа Морганы унеслась в подземный мир. Пентаграмма ярко горела, причиняя невыносимую боль глазам. Сгустились темно-серые тучи на небе. Земля задрожала и вздыбилась. По ней пошли трещины. - Эмрис, она призвала Темного Владыку! – в ужасе выкрикнул ворон. – Он уже в ее теле! - Да, вижу, - стиснул зубы Мерлин. – Что ж, придется сразиться с ним. - Что?! Ты погибнешь! - У меня нет выбора, Рич! – Мерлин опустил голову, закрыл глаза и стал молиться богам, призывая их свет и прося их дать ему сил. - Я возьму и твою душу, Эмрис, - зловещий голос, уже не принадлежавший Моргане, донесся до мага. - Попробуй, и ты узнаешь, что такое поражение! – выставил перед собой клинок Мерлин. В руке колдуньи возник пылающий огнем меч. Ее лицо искривила усмешка. Зрачки глаз объяло красное пламя. - Ничтожный, ты скоро покоришься мне! И умрешь с моим именем на устах! - Не дождешься! И они сошлись в поединке, исход которого не был предсказан ни в одной из книг. *** Лионессцы и камелотцы, оказавшись около стен замка, натолкнулись на защитный купол, что поставила Моргауза. И никак не могли начать осаду замка. - Что за ерунда? - выругался Гавэйн. – Ценред трус. - Маги остались в лесах, - покачал головой Ланселот. – Артур, что делать? Может, нам привести нескольких оттуда? Они смогу снять эту штуку. Наверняка. - Нет, – отрезал король. – Это слишком опасно. Ты видел этих черных друидов. Они убьют тебя, стоит им одним пальцем шевельнуть! - Смотрите, дракон! – закричал кто-то из рыцарей. - Это Балинор с Гаюсом! Точно! – присмотрелся Персиваль. Черный дракон приземлился неподалеку. И Гаюс вскоре предстал перед королем. - Чтоб я еще сел на это животное! Я чуть душу праотцам не отдал! Артур улыбнулся при виде ворчавшего лекаря, а потом его осенило. - Ланс, вот тебе и маг, получай! Гаюс, здесь магия мешает нам начать осаду замка. Скажи, ты сможешь снять эту защиту? - Сейчас я переведу дух, - кивнул чародей, – а там посмотрим. Вообще-то, я именно поэтому и сказал Балинору снижаться. Мы с ним сразу заметили этот купол. - Купол? – заинтересовался Артур. - Да. Замок накрыт своеобразным куполом. То есть, сверху в замок тоже не проникнуть. Например, на драконе. - Понятно. Тогда действуй. Гаюс кивнул. Затем вышел вперед и мысленно погрузился в самую суть сплетенного колдуньей заклинания, пытаясь нащупать основание, чтобы убрать его. Совсем. Балинор ощутил, что старому чародею нужна помощь, и присоединился к нему, встав рядом. Артур, стоявший позади, с волнением наблюдал за магами, стараясь даже не дышать. Вибрация магического холода прошла по телу Гаюса. Моргауза. Это она. Но как же слаб ее внутренний огонь жизни. Она на грани смерти. И использовала свои последние силы на поддержание купола. Чародей и Повелитель драконов усилили натиск, ворвавшись как два смерча в сознание колдуньи, разрушая кокон заклинания. Давя. Сильнее. Еще сильнее. Зная, что вот-вот ее силы иссякнут совсем. И ее накроет собственная тьма, которая уже близко. Рядом. Дышит в затылок. На площадке северной башни упав на спину, Моргауза услышала, как к ней приближалась ее Смерть. На незримых крыльях. Перед тем, как уйти в небытие, колдунья успела понять, что ее сестра Моргана полностью отдала себя Темному Владыке. - Пусть так… Сестра, пусть будет все так, как ты хочешь… Прощай… Гаюс и Балинор одновременно повернулись к Артуру. - Путь свободен, милорд. - Спасибо. А теперь мы покажем воинскую доблесть! – Пендрагон вскочил на коня. – Вперед! За любовь к Камелоту! - За Камелот! – армия подхватила клич короля и ринулась в атаку. Ценреду, стоявшему на крепостной стене, уже не терпелось обагрить свой меч кровью Пендрагона. *** Отражать удары с каждой секундой становилось все сложнее. Мерлин прихрамывал, получив глубокую рану в бедро. Из-за этого юноша двигался слишком медленно. Порой не успевая среагировать как надо. И это уже чуть не стоило ему жизни. Кровотечение он смог остановить, но вот затянуть рану не удалось. Она была нанесена этим темным мечом, сейчас пылающим жарким пламенем, что держала в руках Моргана. Точнее Владыка, завладевший ее телом. - Эмрис, ты же все равно проиграешь, сдайся! Зачем терпеть боль? – он насмехался над магом. - Я же вроде сказал тебе: не дождешься! Память отшибло? – Мерлин откинул волосы со вспотевшего лба. - Хватит! Мне надоели эти игры! Прими же смерть от моей руки! – Владыка обрушился на юношу, нанося удар за ударом, не останавливаясь. Под таким напором Мерлин понял, что долго не выдержит. Рука, державшая меч, слабела, внутренние силы он растрачивал слишком быстро. Плохо дело. - Держись, Эмрис! Я иду! – ворон налетел на врага сверху, клювом вонзившись в горло плененной Морганы. Хлынула кровь. Владыка закричал, но не от боли, от ярости! - Прочь! – он сжал птицу в кулаке и отшвырнул в сторону. Он отвлекся. Всего на миг, но… Мерлин слышал, как затрещали, ломаясь, кости ворона. Рич дал ему шанс, и нельзя было сейчас им не воспользоваться. Юноша качнулся вперед, раненное бедро пронзила острая боль, но она придала ему еще больше стремления убить стоящего перед собой врага! Маг направил Несущий свет в самый центр пентаграммы. Нечеловеческий крик разнесся по округе. Молнии засверкали в темном небе. Эмрис пронзил сердце, зная, что душа колдуньи давно в ином мире. И теперь здесь только оболочка. Мерлин провернул лезвие, и затем стал петь мощное заклинание. Глаза его при этом засветились золотым. Он управлял магией меча, и с каждым словом древней религии мощь Темного Владыки угасала - меч врага перестал испускать пламя и начал стремительно ржаветь, на глазах превращаясь в пыль, которую ветер сразу уносил прочь. Тело Морганы стало покрываться жуткими волдырями, вены вздулись. И в последней попытке Владыки убить мага дрожащие пальцы обхватили горло Мерлина, сдавливая шейные позвонки. Песня юноши оборвалась, но он продолжил хрипло шептать заклинание, свободной рукой пытаясь ослабить нечеловеческую хватку. Голубой свет клинка становился ярче, а пентаграмма начала блекнуть. Мерлин практически из последних сил, ему не хватало воздуха, смог закончить длинное заклинание. И сразу пальцы, душившие его, разжались, а тело колдуньи упало к его ногам. Темный Владыка покинул Моргану, высосав из нее все жизненные соки. Эмрис вытащил Несущий свет, впитавший в себя кровь, и с трудом опустился на колени. - Моргана, просто ты выбрала не тот путь. Мне жаль… - маг вспомнил смеющееся лицо девушки, когда тьма еще не коснулась ее сердца. И дни в Камелоте, когда королевская воспитанница возилась с котятами во дворе. Мерлин хотел запомнить ее такой: доброй, с улыбкой на устах, играющую с милыми невинными созданиями. Тяжело поднявшись, Эмрис подошел к лежащему ворону. Бережно взяв Рича в ладони, он коснулся его перьев губами. - Не время умирать, - тихо произнес он и подул на птицу. Ворона охватило мерцание. Он зашевелился и, открыв один глаз, недовольно сказал: - Быть твоим другом, Эмрис, слишком опасно для жизни! Будь я твоим слугой, то вряд ли бы кинулся на самого Темного Владыку, знаешь ли… - Ты храбрый, Рич. И без тебя я бы точно не справился. Спасибо. - Пустяки! Просто мне бы Артур из-за тебя голову тогда бы точно оторвал! Мерлин позволил себе улыбнуться, но потом посмотрел в сторону замка, где послышались крики «За Камелот!» - Началось… Мы нужны там, Рич. - Знаю, но ты еле на ногах стоишь, - заметил ворон, забираясь магу на плечо. - Ты прав, но когда мне это мешало? - юноша оглянулся в сторону леса, откуда появились отряды боевых магов и, заметив Эмриса, сразу направились в его сторону. Бедро теперь не просто ныло. Оно горело. Темный сгусток магии, проникший через рану, двигался к сердцу мага. Юноша увидел, как горизонт качнулся в сторону, а земля вдруг оказалась перед его глазами. И черная паутина окутала его сознание. *** На осаждающих лили кипящее масло, вниз летели камни, дождь из стрел обильно косил ряды рыцарей у стен. - Надо открыть ворота! – крикнул сэр Леон. – Мы несем потери. И все зря! Артур сам видел это. И прекрасно знал, что Камелот неприступен, и его простым штурмом не возьмешь. Балинор на драконе слишком заметен, он не сможет выполнить эту задачу. Он и так поливал огнем воинов Ценреда. - Гавэйн! Ланс! - король позвал к себе рыцарей. Когда те оказались возле него, Артур приказал: - Знаете, где тайный ход? - Да, - кивнул Гавэйн. – Мне Мерлин показывал… - Хорошо, идите. Только помните, что там должно быть поставили ловушку, зная о том, что мы попытаемся проникнуть в замок таким образом. Откройте ворота, парни! Я верю в вас! - Не подведем! – широко улыбнулся Ланселот. И рыцари бегом ринулись выполнять приказ своего командира. Волнение за Мерлина не покидало Артура даже в разгар битвы. Не было ни одной секунды, когда он не думал о том, как сейчас его любимый. Не видя Мерлина рядом с собой, Пендрагон чувствовал себя неуютно, каким-то потерянным и слишком нервным. Маг - его талисман и его надежда. Во всем. Крепко сжав поводья, Артур заставил себя взбодриться. Нельзя раскисать. Не время для этого. *** - Ты точно уверен, что нам здесь нужно поворачивать? – Ланс шел позади рыцаря по темному подземному ходу. - Да, я на память никогда не жаловался, - бросил Гавэйн. Он держал в руке факел, с помощью которого освещал себе путь. – Осталось совсем немного. Вот. Нам сюда. Показались ступени, ведущие к окованной железом двери. - А теперь нам придется применить свою силу, чтобы открыть ее! – заметил он. - А зачем? – Ланс взялся за кольцо на двери. – Смотри, она не заперта. - Это тебе не кажется подозрительным? – насторожился рыцарь. - Кажется… - Ланселот первым вошел в просторный холл и сразу же замер на месте: на него из темноты поперло что-то жутко зловонное и огромное. Несколько пар сверкающих красных глаз внушали ужас. Факел Гавэйна осветил стены, и рыцари увидели, что жуткое чудовище перед ними – это большой паук. - Он, определенно, здесь не для украшения! – крикнул Ланселот, бросаясь в сторону и видя, что паук открыл свою пасть и двинулся на него. - Надо избавиться от него! – Гавэйн ринулся на животное, вонзая меч в его тушу. Паук взревел и сжал рыцаря в своих лапах. Ланселот поспешил помочь другу, видя, что если помедлит, то Гавэйну сейчас откусят голову. Подняв факел с пола, рыцарь размахнулся и, прицелившись, кинул в паука. Огонь попал в глаза чудовища, и Ланс, воспользовавшись его замешательством, забежал за спину и прыгнул на него сверху. Оседлав паука, рыцарь начал наносить мощные удары мечом. Хлынула вязкая темная кровь. Лапищи разжались, освобождая Гавэйна, и паук в последнем порыве ярости шарахнулся в стену. Ланселот успел вовремя соскочить, чтобы не быть придавленным тяжелым телом. Монстр был мертв. Гавэйн поднялся и, оглядев друга, хмыкнул: - А ты даже бываешь круче меня. - А ты думал… - Ланселот хлопнул рыцаря по плечу. - Ты в порядке? Тогда идем. Артур ждет. - Ага, - кивнул Гавэйн. *** Когда рыцари Камелота и воины-лионессцы смогли получить доступ внутрь крепости, ход битвы переломился. Артур ворвался как ураган во главе своей армии, убивая на своем пути захватчиков, ища взглядом короля Ценреда, посмевшего связаться с темной магией, решившего, что может так просто смешать с грязью имя Пендрагонов. Но Артур нигде не видел того, чью жизнь он должен сегодня отнять. Прячется как крыса? Затем король понял, где может быть его соперник. Только в одном месте. Двери в главный зал были распахнуты настежь. Пендрагон медленно вошел, смотря на Ценреда, нагло развалившегося на королевском троне. - Ну наконец-то, - мужчина в черном кожаном костюме резко вскочил и вытащил два острых меча из ножен за спиной. – Я уже начал скучать. - Ценред, тебе придется либо умереть, либо сдаться. Твой выбор? - Я выбираю свой вариант - отправить тебя к твоему папочке! – откровенно насмехался Ценред. Артур не собирался вестись на провокации, нужно держать под контролем свой гнев. - Было предложено… - Пендрагон ринулся в атаку. Завязался поединок, из которого только один из королей выйдет победителем. Экскалибур в руке Артура жил своей жизнью, легко отражая удары сразу двух мечей врага. Пендрагон второй раз после того, как вытащил меч из камня, ощутил это небывалое единение с оружием, завладевающее разумом. Меч словно подсказывал ему, как нужно отклониться и куда нанести следующий выпад, и с какой силой выполнить тот или иной замах. Это делало бой захватывающим и наполняло его остротой. В середине схватки Ценред заметил, что Артур практически не устал, тогда как он сам дышал с трудом. - Что за колдовство?! – выкрикнул он, отступая назад. – Ты дерешься не по правилам! - Это сила, дарованная мне по праву, - Пендрагон обрушил еще каскад ударов, при этом выбив один из мечей Ценреда у того из руки. - Ты врешь, ублюдок! – злость вскипела в Ценреде, и он подался вперед, надеясь на свою быстроту, думая вонзить клинок под ребра Артура. И это была его самая большая ошибка. Светловолосый рыцарь легко ушел от нацеленного в него острия и, метнувшись вправо, опустил меч на шею Ценреда. Хлынула кровь, и голова захватчика покатилась по каменному полу. - Все кончено, - произнес Артур, касаясь лбом рукояти меча, закрыв глаза. Руны на Экскалибуре сверкнули золотым и погасли. *** В войске Ценреда, узнав о гибели своего короля, кто бросился в бега, кто сдался на милость победителя. Слушая доклады о числе погибших и раненных Артур, всерьез забеспокоился, когда битва закончилась, а Мерлин так и не появился в замке. - Что с отрядами боевых магов? Где Мерлин? – спросил он у Балинора, слетавшего по его просьбе в сторону лесной полосы, где происходила битва светлых и темных сил. На лице Повелителя Драконов лежала тень. - Маги понесли много потерь, но все же смогли уничтожить всех друидов. Не осталось ни одного темного колдуна. А Мерлин… он… - Балинор не знал, как сообщить королю, что узнал сам и видел совсем недавно. - Говори же! – Артур сердцем чувствовал, что случилось что-то непоправимое. – Он жив?! - Жив, - поспешно ответил мужчина. – Но магам никак не удается привести его в сознание. - Что случилось? - Как мне сказали, Темный Владыка завладел телом Морганы, и Эмрису пришлось сразиться с ним, он не мог допустить, чтобы эта темная мощь обрушилась на вас, милорд. Мерлину удалось победить в этой неравной схватке, но Владыка ранил его темным мечом, а такие раны смертельны, не важно, куда их нанести. Если бы Мерлин не обладал той силой, что есть в нем, то он умер бы мгновенно. Но он продолжал сражаться до самого конца, пока не уничтожил тело колдуньи, захваченное Владыкой. - Я должен видеть его! – крикнул Артур, бросаясь к конюшням. - Постойте, - Балинор догнал короля. – Старейшины решили перенести Мерлина с помощью круга девяти в Мессию. В Лионессе, где магией пропитано практически все, у юноши будет больше шансов… - И что? Значит, я направляюсь в Лионесс. Без Мерлина я никто! – в небесно-голубых глазах Артура разверзлась бездна отчаяния. Он с трудом сдерживал слезы, понимая, что это сейчас ненужная никому слабость. - Милорд, - коснулся руки Пендрагона Балинор, - я понимаю и разделяю ваши чувства… - Ты? - Да, я только недавно узнал, что Мерлин - мой сын. И я не хочу потерять его, когда только обрел. - Значит, ты со мной? Повелитель драконов кивнул. - Только позвольте предложить вам полететь на драконе – так мы быстрее достигнем Мессии. - Ты прав, - согласился Артур. – Подготовься. Я сейчас отдам приказы своим рыцарям и вернусь. *** - Лорд Орфеус, может быть нам стоит попробовать еще тот Семирадужный ритуал? – предложила расстроенная Сирена. - Нет. Не поможет, - покачал головой маг. – Нам так просто не вытащить темный сгусток… Здесь нужно что-то иное… - А продержится ли Эмрис, пока мы тут раздумываем? – подал голос один из Старейшин. – Сколько еще нужно тьме, чтобы поглотить его сознание полностью? - Я не хочу даже думать о таком исходе! – взорвался Сергил. – Эмрис - сильный маг, в конце концов, он наш будущий король! - Тише, мы все здесь переживаем, - нахмурился Стрэнк. – Этот странный ворон, который сейчас не отходит от Эмриса, он как-то сдерживает распространение темной магии. Удивительно. - Это птица из времен древней религии, она существовала еще до возникновения нашего королевства. И если магия ворона способна на такое, нам стоит только благодарить богов, - Орфеус устало вздохнул. – А вот мы бесполезны и не знаем, как помочь Эмрису… - Это угнетает, - застонал Саймон. – Надо всё же испробовать всё, что можно! Тут двери в зал советов распахнулись с громким грохотом, и Артур стремительно приблизился к Старейшинам. - Что с Мерлином? Где он?! Я должен быть с ним! Маги вскочили со своих мест. - Пендрагон! Но разве тебе не стоит сейчас быть со своими подданными? – спросил Сергил. - Не выводи меня из себя, маг! – пригрозил Артур. – Без Мерлина не будет ни Камелота, ни меня тоже! Лорд Орфеус заметил, что руны на лезвие меча короля стали светится то золотым, то голубым светом. Неспроста все это. - Это знак, - прошептал он. – Сергил, уймись. Пойдемте, Ваше Величество, я проведу вас к Эмрису. Когда Старейшина и Артур ушли, Сирена не удержалась и высказала все, что думала: - Ты просто невозможен, Сергил! Да как у тебя язык вообще повернулся сказать Пендрагону такое? - Что тебя снова не устраивает? – маг с недоумением посмотрел на колдунью. - А до тебя не доходит? Ты сам не заметил, что Артур с Эмрисом любят друг друга? Ха, да ты не знаешь, что такое любить, иначе подумал бы, прежде чем что-то сказать! – Сирена в гневе была прекрасна. Ее зеленые глаза сверкали, рыжие волосы разметались по плечам, личико разрумянилось. - Я.. Просто… - Сергил впервые не знал, что ответить девушке на ее слова. Она ведь была права, а он действительно глупец, да еще и слепец! Неужели все, кроме него, поняли, что за сильная связь существует между Эмрисом и Пендрагоном? – Простите меня, – маг развернулся и, опустив голову, направился прочь. *** И снова это поле, которое уже тонуло в крови… Смерть, она словно злобно смеялась, забирая себе жизни своей жуткой косой. Мерлин пробивался через вражеских воинов, понимая, что его ждет его король, его Артур где-то там, и ему нужна помощь. Его магия и защита. Вперед. Только вперед. Что же это за крики в голове? Нечеловеческие, словно демоны звали его к себе. Мерлин пошатнулся – воины вокруг него потеряли очертания и исчезли. А его ноги вдруг сковал холод, и он не мог двигаться. Несущий свет в его руке покрылся льдом. И тут Мерлин увидел Артура, солнце осветило его фигуру на холме. Он сражался, но враги все наступали, а король был совершенно один. Никто не спешил ему на помощь. Никто не мог прикрыть его спину. Маг застонал, пытаясь выбраться из невидимого плена, сделать хоть шаг в сторону Артура, добраться, доползли, чтобы встать спина к спине и быть рядом до самого конца. Нельзя же вот так просто оставаться в стороне! Но тело не слушалось его. Мерлин мог только стоять и смотреть, как его королю, его возлюбленному вонзают в плоть острые клинки. «Не-е-е-т!» - Мерлин знал, что это его крик, наполненный болью, вырвался из горла и понесся вперед. Туда, где истекая кровью, умирал светловолосый правитель Камелота. Находясь в темном кошмарном забытьи, Мерлин переживал этот момент раз за разом, по кругу. И с каждым повторением сновидения жизненная сила покидала его тело. - Он здесь? – спросил Артур, ступая на мягкую зеленую траву. – Это мне снится? Целый сад под крышей? - Мы создали это место специально, здесь множество растений, которые не растут в лесу. Да и вообще в природе. Здесь наибольшая концентрация магии, поэтому именно сюда мы принесли Эмриса. Перейдя по навесному мостику (круглое озеро с зелеными кувшинками было спокойно), Артур увидел Мерлина. Он лежал, утопая в белых розах. - Какой ты бледный, - Артур опустился у ложа, покрывая поцелуями лицо мага. Ворон устроился на раненом бедре. Король не тревожил птицу, Рич находился в трансе. - Он помогает сдержать натиск зла, - тихо объяснил Орфеус. - Вы сами делаете что-нибудь? Он же просто не может умереть! Он сильный! – Пендрагон провел ладонью по волосам Мерлина, коснулся лба, скул. - Мы не сдаемся, но не знаем, как вернуть Эмриса к жизни, навсегда изгнав темноту… - Но вы ведь маги! – в отчаянии не понимал Артур. – Неужели не знаете способа? - К сожалению… - развел руками Орфеус. Артур видел, как тяжело дышит Мерлин, как мелкие бисеринки пота вступают на его лбу - ему было больно, он переживал что-то слишком жуткое. И невозможно было просто сидеть и ничего не делать. Взяв руку мага в свои ладони, король крепко сжал ее. - Я останусь здесь, - сказал он Старейшине. - Хорошо, я пойду к остальным, - кивнул тот. Медленно текли минуты, а Артур сидел возле Мерлина, чувствуя, как сам умирает вместе с ним. - Как же тебя спасти? - шептал он. - Не покидай меня, слышишь? Я с тобой! И так и будет – мы ведь единое целое. Без тебя нет меня. Молю тебя, вернись к свету, ко мне… Кольцо на большом пальце правой руки Мерлина засветилось, заставив Артура вздрогнуть. - Что это? Радужный свет вырвался из украшения и, достигнув глади озера, растворился в нем. Из воды вдруг появилась фигура высокого человека с длинными белыми волосам. Он выглядел молодым и был прекрасен собой. Артур замер, смотря как тот, медленно ступая по воде, приблизился, и его босые ноги коснулись травы. - Кто ты? - Мананнан Мак Лир, Повелитель Вод. - Тот самый… - Да. Я научил Эмриса всему, что он знает, - Мак Лир подошел к лежащему юноше. - Ты пришел, чтобы помочь ему? - Конечно. - А почему только сейчас? - Потому что это стало возможным, - произнес Мак Лир. – Я не мог пробиться даже при помощи кольца: Эмрис так далек, он поглощен тьмой. Но ты своими чувствами смог пошатнуть расставленные тьмой барьеры. И я воспользовался этим шансом. Артур ощутил трепет в груди. От Мак Лира исходило божественное сияние, дарующее тепло. - Ты спасешь его? - Я нет. Здесь нужен ты. Я лишь помогу тебе. Возьми Эмриса за руку, закрой глаза и настройся на него, стань с ним единым целым. Ты ведь хочешь, чтобы он жил? - Да! – Пендрагон сделал все так, как ему сказал Мананнан. Вскоре он стал погружаться во тьму, и она не испугала его, он знал, что где-то там его ждет Мерлин. Почему же тогда сложно двигаться? Мерлин был весь в крови своих врагов, и все шел вперед, зная, что Артура надо спасти, защитить. А сил совсем не осталось. Несущий свет - он не светился, голубое сияние померкло. И маг ощутил, как что-то и в нем оборвалось. Где-то внутри. Сердце пронзила острая боль, белая пелена упала на глаза. Вот так? Прямо сейчас он уйдет из мира, где все еще сражается его король? Не может быть. Медленно оседая, Мерлин опустился на колени, чувствуя, как дрожат его руки, как кончики пальцев охватывает холод. Смерть. Она уже коснулась его, увидев его слабость. Да, он слаб. Именно сейчас. Так вот отдать себя в лапы небытия, оставив Артура – это ведь предательство. Такое нельзя простить. Невозможно… Артур… Он не простит… Мысли смешались, Эмрис падал на спину, закрыв глаза, уже не слыша ничего вокруг себя… И в этот момент чьи-то сильные руки подхватили его, не дав коснуться земли. - Мерлин! Мерлин! Очнись! Ты нужен мне! – теплый такой родной голос настиг мага, когда он готов был уже уйти в манящую тьму. - Артур? – прошептали его губы, прежде чем Мерлин смог открыть глаза и увидеть перед собой встревоженное лицо короля. – Прости, я, как мог, спешил к тебе... правда… - Ты успел, Мерлин. Успел, – Артур крепко обнял мага, сдерживая слезы. – А я убил своего врага. Мы победили в этой битве. Вместе. Оглянувшись, Эмрис увидел, как рыцари в алых плащах бродили по полю, ища выживших. - А я боялся, что опоздаю… - облегченно улыбнулся маг и, закрыв глаза, увидел перед собой свет. А затем, когда вновь открыл их, удивился. Он лежал на небольшом возвышении среди белых роз, а Артур на коленях стоял возле него, держа за руку. Король спал. А позади него был Мак Лир. - Что случилось? – спросил Мерлин. - Тьма почти унесла твою душу, но Пендрагон спас тебя. Если бы не ваша любовь, даже я не смог бы справиться с магией Темного Владыки. - Значит, опасность миновала? - Да. И теперь мне пора… - Подожди, скажи, Мак Лир, то будущее из моих кошмаров – оно ведь тоже отступило? - Теперь я могу с уверенностью сказать, что да – это ответвление вы с Артуром миновали… Сила любви…Признаться, я сам не ожидал, что у вас получится. - То есть, ты хочешь сказать, что обманывал меня все это время? – обомлел юноша. - Я хочу лишь сказать, чтобы ты помнил: судьбу изменить нельзя, а вот будущее можно. - То есть? Ты меня запутал, - напрягся Эмрис. - Подумай, твоя судьба – быть с Артуром, и только ты решаешь, какое будущее вас ждет… - Если так рассуждать, то да… Я понял. - До встречи, - улыбнулся Повелитель Вод. – Береги себя. И своего короля, который действительно предан тебе. Мак Лир рассыпался мелкими жемчужными каплями, скатившимися в озеро. Шар света поднялся из воды и втянулся в кольцо на пальце Мерлина. Рич завозился на бедре мага и очнулся. - Эмрис! – радостно завопил он, разбудив короля. – Твоя рана… Она затянулась! Даже шрама нет! Артур приподнялся, выныривая из образов сна. - Мерлин… - он увидел родную улыбку и потерял дар речи. Так красив был сейчас юноша. Маг коснулся светлых волос короля. - Спасибо, Артур. За все, что ты сделал для меня. Пендрагон подался вперед и, заключив Мерлина в объятья, вовлек в страстный поцелуй, словно проверяя, что любимый действительно живой, он здесь, с ним, и все происходящее реальность. Рич понял, что он тут лишний, и полетел из магической залы. Эпилог Мерлина короновали, он стал первым королем в истории Лионесса. После битвы с Темным Владыкой его популярность среди жителей только возросла. Ворону Ричу тоже досталась слава – на темно-фиолетовом гербе Лионесса появился его профиль. Эмрис оставил Совет Старейшин, сказав, что большую часть времени жить он все же будет в Камелоте, с которым Лионесс заключил торговый и воинский союз. Начался обмен опытом между королевствами. Камелот разросся – земли Ценреда отошли к нему. Маги, до этого скрывавшиеся в Камелоте, теперь могли не опасаться, что их отправят на костер. Те страшные времена канули в прошлое. И многие, узнав, что король Лионесса – боевой маг Эмрис, живет в замке Пендрагонов, шли туда, чтобы выразить ему свое почтение. - Так, кто согласен с этим предложением, пожалуйста, поднимите руку вверх, - лорд Орфеус обвел взглядом старейшин. – Воздержавшихся нет. Отлично. Осталось только заверить печатью и направить вместе с Балинором документ в Камелот. - Вы думаете, Эмрис с Пендрагоном пойдут на это? – засомневался Саймон. - По-моему, это самый разумный шаг. Так мы успокоим жителей, а то находятся недовольные, непонимающие, почему их король живет в другом королевстве. - И они правы в своем возмущении, - заметил Стрэнк. – Где это видано? - Именно поэтому мы и составили этот документ, - пояснил Орфеус. - Если они оба подпишут, тогда такое долгое пребывание Эмриса в Камелоте станет обоснованным. - Ах, они обязаны! – всплеснула руками Сирена, мечтательно вздохнув. – Это же будет так замечательно! - Это мы с вами понимаем, а вот они… - скептически произнес Сергил. – И вообще, как-то я должен был загладить свою вину перед Пендрагоном! - Признаться, я от тебя такого не ожидала, отличная идея,– Сирена приблизилась к магу, говоря совершено серьезно, без намека на подтрунивание. И не успел Сергил ответить, как колдунья приподнялась на носочках и поцеловала его в губы. – Вот тебе за это награда! Сергил, не ожидавший такого, выпалил, стараясь скрыть смущение: - А вот это явно лишнее! Что ты ко мне прилипла? - Какой ты вредный! Неблагодарный! Чтоб я еще к тебе подошла! - Да больно надо, тоже мне, красавица нашлась... - Что?! Да ты на себя посмотри… Старейшины стали поспешно покидать залу. Лорд Орфеус скрутил бумажный документ в свиток и тоже направился к выходу. *** Гаюс нашел двух королей на тренировочной площадке, где те сражались на мечах. Рич деловито комментировал выпады противников. - Милорды, - обратился к ним чародей, – прервитесь на минуту. - Что такое? – Мерлин опустил меч. - Ну вот, а я только начал побеждать… - разочарованно протянул Артур. Они подошли к Гаюсу. - Балинор прилетал с посланием из Лионесса. Вот оно. - Надо подписать очередной приказ? – спросил Эмрис. – Ради этого ты прервал нас? - Нет, здесь послание к вам обоим, поэтому я счел необходимым, чтобы вы сразу получили и прочли его. - Что ж, давай сделаем это быстрее, - Артур взял из рук Гаюса свиток, сорвал печать и стал вчитываться в строчки. По тому, как вытянулось его лицо, Мерлин заподозрил неладное. - Что там? Читай вслух! -… сим документом мы, нижеподписавшиеся, согласны на то, чтобы между Лионессом и Камелотом кроме торгового и воинского союза был заключен еще и… - Пендрагон запнулся, все еще не веря, что это кто-то мог написать. - И? - …был заключен еще и династический брак между королем Лионесса Мерлином-Эмрисом и королем Камелота Артуром Пендрагоном. - Ты шутишь что ли? – Мерлин выхватил бумагу. - Нет, сам взгляни! - Они серьезно? – не понимал маг. - Ловко придумано, - заявил Рич. – А мне нравится… - А что вас смущает? – улыбаясь, поинтересовался Гаюс, до этого молча наблюдавший за разыгравшейся перед ним сценой. – Старейшины просто отстаивают интересы королевства – раз ты, Мерлин, не желаешь постоянно находиться в Лионессе, занимая по праву принадлежащий тебе трон, то у тебя должны быть веские на это причины. То, что твоя судьба – Артур, для жителей Лионесса звучит как-то неубедительно. Пойми. А вот если король соседнего королевства выступает в качестве твоего супруга, то это меняет абсолютно все. Эмрис теперь тоже увидел разумность этого предложения, но ведь не один он здесь решает. - Я согласен подписать… И династический брак – это мудрый ход. Вот только… - Мерлин взглянул на Пендрагона. - А ты, Артур, что думаешь? Все-таки брак с мужчиной… Для Камелота это будет в новинку. - Когда ты так смотришь на меня, я готов спрыгнуть с обрыва, - засмеялся Артур. А потом произнес уже серьезным тоном: - Не сомневайся во мне, Мерлин. Если ты хочешь, я подпишу… - А ты? Ты сам хочешь? - Да я и без этой бумажки уже давно твой, какая мне разница. Официально, так официально. Все-таки король Камелота именно я, значит, мое решение непреклонно. И моим подданным придется принять наш брак, в любом случае. - Артур… - Мерлин не знал, что ответить, слыша такие искренние слова. С тех пор, как он очнулся в саду среди белых роз, увидев рядом с собой любимого, он каждую ночь засыпал счастливый и видел только приятные сны. Все плохое отступало прочь, если с ним был Пендрагон. – Ты ведь знаешь, что ты - мое слабое место. - Может, я в чем-то и уступаю тебе, но вот приятно осознавать, что я тот, перед кем ты капитулируешь, если дело касается любви, - гордо произнес Артур. - Посмотрим, кто в спальне первым сдаст свои позиции, - лукаво усмехнулся Мерлин, зная, что любимому нравится подчиняться, когда дело касалось постели. И все же светловолосый король имел над его душой сильную власть. Здесь Мерлин давно признал себя побежденным. Как можно уйти от поражения, если сердце не подчиняется разуму? - Значит, я пойду, растоплю воск, чтобы поставить королевскую печать на документ, да… - сообщил Гаюс, откашлявшись. – Рич, а ты мне поможешь. - Да-да… Ох, как я люблю свадьбы… - ворон полетел вслед за Гаюсом, думая, что его судьба благосклонна к нему. Он смог встретить великого мага Эмриса, чтобы после стольких лет узнать, что самая сильная магия не сокрыта в тайных амулетах, не покоится на дне океанов, а живет в таком прекрасном и вечном чувстве как любовь. Конец.