cuile

Разбудили нас ранним утром, когда Солнце только-только начало всходить и заполнять своим светом землю. Я чувствовал себя разбитым и уставшим, когда нас вывели на улицу и начали снаряжать оружием. Кстати, теперь его выдают только специальные доверенные люди Рейнара, среди них был и Дрого, который не упускал момента бросить на меня свой похабный взгляд. Возможно, он так смотрел на меня всегда, а я заметил только сейчас — раньше было не до него. Рейнар встретил нас на своём коне возле арки входа. Дроу давно уже вышли, а дворфы и люди буквально пару минут назад отошли. Главнокомандующий произнёс пламенную речь, которая только больше раздразнила подчинённых, и затем отправил первый строй седлать лошадей и отправляться. Я был во втором. Как только топот копыт начал стихать, Рейнар подозвал к себе некоторых эльфов из второго строя, в том числе и меня. Только один взгляд Рейнара вселял в меня ужас, страх и подчинение. Оказалось, мы будем находиться всё время рядом с главнокомандующим. Эльф объяснил это тем, что ему будет нужна защита. Но я ведь не мог даже себя защитить. Думаю, многие это осознавали, поэтому в строе зашептались, обсуждая мою «особенность». Мне стало неприятно и неловко, как когда-то давно в школе, когда я мялся у доски и ничего внятного ответить не мог, а одноклассники тем временем тихо посмеивались надо мной. Только одно это воспоминание заставило меня втянуть голову в плечи. Рейнар отправил оставшиеся отряды, напомнив им стратегию, которой они должны держаться. И только после этого мы отправились сами. Нас было четверо: первый шёл впереди Рейнара, чтобы защитить его от врага спереди; другие два по бокам; а я шёл сзади. Я не мог отвести взгляда от главнокомандующего. Когда он не сверлит меня взглядом, не кричит, не сжимает свои губы в ярости, то рядом с ним я чувствую себя в безопасности, хотя должно всё быть с точностью наоборот. Я должен его защищать, а не он меня. Мне казалось, что он меня защитил и тогда, когда выяснилось, что я помог предателям. Я был уверен, что такое тоже наказывается, но Рейнар проучил меня только тем ужасным зрелищем. Только теперь я понял, что он вовсе не желал мне ничего плохого. И взял меня с собой лишь затем, чтобы защитить. Снова. Никогда не любил себя чувствовать таким слабым и беспомощным. Мы шли медленно по протоптанной дороге, которая была сплошь покрыта следами лошадиных копыт, оставленных совсем недавно. Чем ближе мы подходили к деревне врага, тем сильнее в ноздри ударял запах дыма и гнили. Я невольно поморщил нос и прокашлялся, чтобы хоть как-то отделаться от назойливого мерзкого аромата. — Что, Айден, не для тебя запашок? — усмехнулся охранник, стоявший справа от Рейнара. Я хмыкнул и бросил недовольный взгляд на мужчину — он будто не чувствовал неприятный запах. Его лицо было невозмутимо, но губы искривлены в ехидной улыбке. Он хотел сказать что-то ещё, но Рейнар его прервал, раздражённо шикнув и вдруг остановившись. Главнокомандующий некоторое время молчал, а затем повернулся к своему подопечному слева. — Отведи его и не выпускай до конца. Я за ним вернусь. Я обомлел и удивлённо вытаращил глаза на Рейнара, который даже не удосужился посмотреть на меня. Я понимал, что он говорил обо мне. Его помощник взглянул на меня и кивнул в сторону, зовя за собой, но я не пошевелился. — Чего ты ждёшь? — эльф удивлённо поднял бровь, уже отходя на некоторое расстояние от главнокомандующего, а затем растерянно взглянул на Рейнара. — Похоже, Айдену больше по вкусу умереть сразу же, как только ступит на вражескую землю. Только тогда Рейнар повернул лошадь в мою сторону и пристально посмотрел на меня. Мне казалось, он чего-то ждал от меня. Или того, что я извинюсь, или неожиданно заговорю, прося его не покидать меня, или ещё неизвестно чего. Возможно, я бы и попытался выдавить из себя беззвучное слово, но мне нечего было сказать. Я сам не знал чего хотел. Внутри всё сжалось, и я опустил взгляд, чтобы избежать пристальных глаз главнокомандующего. Вдруг он поднял руки. — Правая ладонь будет значить «нет», а левая — «да», — он поочерёдно сжал ладони, а затем опустил свои руки, беря поводья, — ты хочешь жить? Я без сомнения поднял левую ладонь. — Хочешь пойти со мной? Я заколебался. Это были два противоречащих друг другу вопроса. Я нервно сглотнул и поднял правую руку. Мне показалось, что Рейнар вздрогнул, а взгляд его на несколько мгновений утерял прежнюю холодность. Возможно, это было лишь моё воображение. Рейнар затем отвернулся, кивнул моему будущему охраннику, а затем отправился с двумя подчиненными дальше. Мне не хотелось его останавливать или бежать за ним, но меня почему-то охватило чувство, будто я больше его не увижу. — Ну что, теперь пойдём? — вздохнул эльф. Я кивнул.

***

Пока мы шли, я чувствовал отвратный запах мертвечины всё больше. Казалось, что мы наоборот идём в самый центр кровопролитных событий — несколько раз даже слышались истеричные крики. Но, кроме них, ничего: ни звуков мечей, ни криков солдат, ни плача детей и женщин. Мой спутник объяснил это тем, что я слышал голоса тех, кому удалось выбраться из деревни, но эльфы быстро с ними расправились. В основном, это были женские крики. Я не понимал, почему нужно было обязательно убивать всех, ведь обычно под огонь ставили только мужчин. Неужели, Рейнар хочет истребить весь этот вид? Но это невозможно, учитывая, что орки разбросаны по всему миру. Как бы много я об этом не думал, но ни к чему так и не пришёл. Однако я узнал, что моего спутника зовут Эльз. Остановились мы в каком-то полуразрушенном деревянном домике, который весь скрипел и был покрыт толстым слоем пыли и паутины. Мой новый друг привязал лошадей к низкой ветке ближайшего дерева, а сами мы вошли в дом, или, вернее, то, что от него осталось. Внутри было ещё хуже, чем снаружи — никогда не видел столько грязи. — Надеюсь, ты не брезгуешь сидеть на полу, — Эльз по-доброму улыбнулся мне и сбросил свою походную сумку на пол, подходя к одной из стен. Он первым сел на пол и вокруг него тут же поднялось облако пыли, из-за чего мой спутник рассмеялся. Я широко улыбнулся, сдерживая смех, ибо зрелище было правда забавным. Подойдя к нему, я аккуратно приземлился рядом, стараясь не поднимать такого количества пыли, какое было поднято моим охранником, и оперся спиной о ненадёжную стену дома. — Ну что, Айден, доставай свои принадлежности и будем разговаривать. Он казался добрым. Немногие из окружения Рейнара были такими. Его глаза, улыбка и лицо буквально светились, озаряя своей лучезарностью и добротой. Эльз не мог не внушать доверия. Я, доставая из сумки слегка помятый блокнот и немного затупленный карандаш, посмотрел на спутника. — В детстве мне рассказывали, что всякие люди становились калеками в обмен на магическую способность. Кто-то терял части тел, кто-то терял зрение, а кто-то — голос. Какая у тебя способность, а? — он вновь улыбнулся и по-дружески пихнул меня локтем в бок. Меня это рассмешило. «У меня отлично выходит предавать.» — Это точно, — Эльз слегка покачал головой, — не бойся, Рейнар не злится. Да и Лиана, думаю, тоже. Мёртвые не злятся. Наверное, он так хотел пошутить, но последняя фраза звучала несколько устрашающе. — Ты, случайно, не истинный моего главнокомандующего? — спутник неожиданно посерьезнел и внимательно посмотрел на меня. Я слабо понимал, что это значит, и нужно ли на это вообще как-то отвечать. — Извини, мне… нам, то есть… кажется странным немного, что он приставил к тебе личного охранника, чтобы сторожить твоё белоснежное тельце. Либо он тебе обязан жизнью, либо… Я лишь пожал плечами. Меньше всего мне хотелось разговаривать о нём, ведь это напоминало мне, что он неизвестно где и может умереть. Или уже мёртв. — Хочешь помочь ему? — его голос стал таким тихим, будто кто-то нас подслушивал. Мне даже пришлось немного наклониться в сторону Эльза, чтобы расслышать его слова. Я ответил не сразу, потому что, ну, чем я могу помочь? Отвлечь на себя какого-нибудь орка и дать шанс Рейнару уйти от смерти, пожертвовав своей жизнью? Хотя, эльф уже занял неплохое такое место в моей жизни, но умирать за него я никак не собирался. Я неуверенно поднял левую руку. — Класс! Мы зря сюда притопали, потому что нужно вновь седлать верных скакунов! — Эльз взял сумку и вскочил, тут же направляясь к двери. Если бы я встретил его в своей прежней жизни, то подумал бы, что он обкуренный. Это не вселяло никакой безопасности, но зато я чувствовал прилив смелости.