Моменты

Рассветное солнце рисовало узоры на темном потолке. Должно быть, уже четыре. Летом рассвет приходил раньше. Джейс бесшумно выдохнул и бесшумно ступил на холодный паркет. Ноги в кроссовки, толстовка на футболку, рюкзак на плечо. — Когда вернешься? — сонный голос. Джейс вздрогнул, но в темноте его собеседник этого не заметил. Он тихо прикрыл за собой дверь. Он знал, что не вернется. Пустые улицы Питтсбурга, а чего он ожидал? Экран телефона сообщил ему, что уже пять утра. Джейс набросил капюшон толстовки и заткнул уши наушниками. Ему предстоит выбегать из себя всю эту ночь. Первый километр пошел хорошо. Джейсу удалось ни о чем не думать и только смотреть, как асфальт исчезает под ногами. Он вдыхал запах асфальта после дождя, и становилось легче, будто дождь мог очистить и его самого. Джейс тряхнул головой, и капельки пота сорвались с кончиков волос. Нужно было принять душ. Теперь неизвестно когда еще будет возможность помыться. Батарея на телефоне села, и он остановился отдышаться. Через дорогу девушка протирала витрину кофейни. На входной двери знак оповещал об открытии и Джейс направился туда. — Доброе утро, — улыбнулась девушка, пряча тряпку. — Желаете сделать заказ? — Американо, — пока девушка готовила напиток, он нашел розетку и подключил телефон. — Ты сломан, и тебя не исправить, — Джейс уронил телефон от неожиданности. — Ч-что? — Холодильник опять сломался. Прошу прощения, говорю с собой вслух. Привычка. Третий день не можем решить проблему, — девушка озадаченно рассматривала холодильник с чашкой в руке. Джейс сел на барный стул и уставился на свои руки. С чего он ждал, что он увидит что-то, когда поставит телефон на зарядку? Кофе оказался неплохим и он позволил напитку отвлечь себя на короткое время. Он не был фанатом кофе, не таким, как Алек. Но мог оценить умелую работу. — Вкусный американо, — заметил он вслух. — Рада, что вам нравится, — улыбнулась девушка и вернулась к просмотру чего-то на своем планшете. Джейс пошарил в карманах толстовки, и, не найдя ничего, по привычке хотел проверить внутренние карманы, но правое плечо дало о себе знать резкой болью. Он дернулся и сжал кулаки до белых костяшек. Иногда он забывал о ранении, которое получил в миротворческой миссии в Афганистане. Но он не должен был забывать. Не мог позволить себе. — Мистер? — девушка обеспокоенно смотрела на его напряженную фигуру. Джейс быстро достал банковскую карту, положил ее на барную стойку и встал. — Удачного вам дня, — сказал он, когда ему вернули карту. На улице начался слабый дождь. Джейс побежал. У него не было плана, он не знал куда бежит. У него было достаточно средств из пособия, чтобы улететь сегодня же в свою часть. Они готовились к новой миссии, он мог успеть с ними. Хотя, он прекрасно понимал, что вряд ли полковник Стаквезер позволит ему вернуться когда он еще не до конца оправился. Джейс игнорировал боль в плече и бежал дальше. Ноги привели его на широкую улицу и он прибавил темп. Он любил бегать, еще с детдома. Бег освобождал мысли, помогал видеть все четче. Иногда, Джейс скучал по совместным пробежкам с Алеком и Изабель, по спаррингам с Люком, по своему отряду, по работе. Старквезер любил повторять, что человеку, который не может унять своих демонов, нечего делать на поле боя. Ожидалось, что хороший солдат будет хладнокровным. Но Джейсу снились кошмары, он будто даже помнил все их лица. Лица детей, которым не суждено вырасти, лица… — Джейс, мать его, Эрондейл! Джейс резко остановился. — Робертс? Майя улыбнулась. — Решил остудить пыл? Или все-таки зайдешь? — она открыла двери своего бара. — Мы только открываемся. Джейс взвесил варианты и зашел. В баре никого не было в такое время, Майя готовилась к открытию. — Кофе? — предложила она. — Водки. Она подняла на него глаза. — Тяжелая ночка? Джейс поморщился, вспоминая прошлую ночь. Холодные пальцы, горячие губы. Влажные поцелуи, слово «еще» шепотом. И то, как он выдохнул Джейсу в рот. — Да, не мог уснуть, — сказал он, отводя взгляд. Майя не стала задавать вопросов. За это он и любил бывшую подругу по оружию. Обсудив все, что касалось их отряда, разговор перешел к их гражданским жизням. — Как у вас с Клэри? Саймон говорил, она обосновалась в Нью-Йорке. — Мы расстались прошлой осенью. — Ясно, — Майя протерла барную стойку бумажной салфеткой. — А как твой… — Мы не общались уже несколько лет, — сказал Джейс слишком резко, уткнувшись взглядом в свои руки. — Себастьян — сложный человек, — решил добавить он. — Он не подарок, — сказала Майя. — Вы давно осиротели? Вы ведь сводные. — В двенадцать, — Джейс покрутил стакан в руках. — Как это произошло? Если это личное — не отвечай, — девушка подняла руки. — Все в порядке. Джейс вздохнул. — Мама встретила отца Себастьяна, когда мне было восемь. Они поженились, мы жили вместе. Потом авиакатастрофа и бам — их нет. — Авиакатастрофа? — Майя задумчиво закусила нижнюю губу. — Как же тебя занесло… — В ВВС? — усмехнулся Джейс. — Я всегда любил небо. — И… как вы ладили со сводным братом? — Дрались. Ссорились. Терпеть не могли друг друга, — Джейс наблюдал за игрой солнечных лучей на барной стойке. — А затем, мы стали не разлей вода. Он был моим лучшим другом, — добавил он едва слышно. — Был? Что произошло? Девушку не поделили? — усмехнулась Майя и достала чашку для эспрессо. — Мы… разошлись во мнениях. Выросли совершенно разными людьми. — А как у него на личном фронте? — спросила Майя, отмеряя кофейные зерна. Его чуть не стошнило. В ватной голове замелькали образы. Джейс с силой сжал край барной стойки. — Он… Джейс пытался говорить, но мысли все поскальзывались на тонком льду, на котором он танцевал все это время. Перед глазами мелькали образы, отрывки, фразы. — Я… Он… Себастьян улыбается ему, когда они играют в футбол. Они целуются за школой. — Себастьян… Себастьян пялится на него весь выпускной. — Он, понимаешь… Себастьян опускается перед ним на колени с ухмылкой предвкушения. «Время для ночной молитвы. Прямо как в детстве». — Он не… Себастьян выдыхает его имя прошлой ночью. Он слышит, как отодвигается барный стул, как он прощается с Майей, как забрасывает рюкзак на плечо. Он бежит. Он не может остановиться. Набережная. Который час? Джейс помнит, что в кармане пара сотен, и несколько тысяч в рюкзаке. Он взял с собой самое необходимое. Он может уехать сейчас же, взять такси до аэропорта, что угодно. Запах бергамота, любимая кривая ухмылка и острые скулы. Он мог бы пожить у Лайтвудов. Ладони еще помнят, как водили по напряженным рукам. Язык помнит очертание ключиц. У Блэкторнов, у Майи, даже у Льюиса. Стоит только позвонить. «Мы — части одного, брат. Мы невозможны друг без друга». Жаркий шепот, капельки пота на волосах. Если постараться, можно даже с Клэри договориться. Ему не нужно возвращаться в его квартиру, в их квартиру. Это продолжалось слишком долго. Первый друг, первый поцелуй, первая любовь. Но он не такой, нет. Он… Его интересуют девушки. Его интересовала Клэри. «Поиграй с ней, пока не наскучит. Я подожду». Джейс всегда возвращался к нему. Это было сильнее его. Ноги болели, но Джейс не останавливался. Если он остановится — все закончится. Нужно продолжать бежать. Сейчас он в силах прервать эту нездоровую связь. Сейчас он в силах очистить себя в своих же глазах. Служить своей стране, влюбиться в девушку. Он может все это получить. Нужно всего лишь сесть на самолет. В Питтсбурге летом бывали самые красивые закаты, по мнению Джейса. Он выкуривал третью сигарету и наблюдал. Когда небо успело стать таким? Он не помнил. День был таким долгим. Он не слышал шагов, но слышал дверь. — Давно ты здесь? Джейс молча выпустил дым. Кроссовки и гравий. Рука коснулась его волос и взъерошила их. Как делала мама. Как делал его брат. — Я знал, что ты вернешься, — губы невесомо коснулись скулы. Джейс выбросил сигарету. Себастьян уткнулся носом в его висок. — Ты что, бегал? — Я рядовой авиации первого класса. Мне положено бегать. — Во-первых, не рядовой, а сержант Эрондейл. А во-вторых, будешь дерзить — заставлю надеть форму. Ты ведь не хочешь ее испортить, да? — поцелуй за ухом. Джейс прикрыл глаза. — У меня билет на самолет в кармане, — сказал Джейс, не открывая глаз. — И что? — Себастьян расстегнул его толстовку. — Я улетаю. — Куда? — холодные пальцы на горячей коже. Джейс вздрогнул. — Я… — Да? — звон пряжки, звук молнии на джинсах. — Нас могут увидеть, — Джейс запрокинул голову назад и открыл глаза. Уже почти стемнело. Он заметил несколько звезд. — Когда нас это останавливало? — хмыкнул его брат. — Почему ты не остался ни в одной приемной семье? Зачем ты постоянно саботировал свой шанс получить будущее? — Потому что мое место здесь, — Себастьян поднял на него взгляд. Легкий румянец проступил на его скулах. — Рядом с моим братом. Я чего-то не понял? Ты улетать собрался? Мне уйти? Больше Джейс не проронил ни слова. Он прокусил кожу руки до крови, когда пытался не шуметь. Себастьян целовал его руку и больное плечо. Пытаясь собрать его, залатать его, сшить его, прогнать его демонов. Рассветы в Питтсбурге были ничуть не хуже закатов.