Alpenliebe

Светлана Сурганова вошла в холл СПА-центра и с наслаждением вдохнула прохладный кондиционированный воздух. На улице было по-прежнему жарко, но по опыту Света знала, что стоит солнцу зайти за гору, как температура снизится сразу на несколько градусов. Поэтому, заехав в коттедж после пикника, она приняла душ и оделась с прицелом на вечер: на ней были темно-серые клетчатые брюки ее любимого «шароваристого» фасона и серо-белая футболка G-Star с длинным рукавом. Певица сняла солнечные очки и подошла к стойке администратора. Услышав шаги, блондинистый парень поднял голову от экрана компьютера и широко улыбнулся посетительнице: - Добрый день, чем могу помочь? - Добрый день. Вы не подскажете, где я могу найти Фриду Хуммельс? - Вы к ней записаны? - Нет, я ее хорошая знакомая. - Окей, - блондин вежливо кивнул и махнул рукой в сторону лифта, - третий этаж, налево по коридору. У нее сейчас клиентка, вы можете подождать в холле или прямо возле кабинета. - Спасибо. - Света бросила взгляд на часы. Нет, ждать полчаса в холле она не собиралась – у нее были совсем другие планы. Решительным шагом Сурганова направилась к лифту.

***

Габриэла Соукалова лежала на массажном столе, слушая расслабляющие звуки природы, которые по ее просьбе включила Фрида, и тихонько постанывала, пока сильные и умелые руки массажистки разминали ей спину и плечи. Габриэла отлично потренировалась в бассейне и теперь со спокойной совестью предавалась мечтаниям о том, как они со Светой проведут вместе этот вечер и, она надеялась, ночь. Она положила телефон рядом с собой на стул, чтобы случайно не пропустить Светин звонок. Вспомнив нежные прикосновения рук певицы к своим ягодицам и то, как призывно торчали ее соски под тонким топиком, Габи застонала чуть громче и резко свела ноги, ощутив мгновенное возбуждение. - Что, больно? Я слишком сильно надавила? – обеспокоенно спросила Фрида. - Нет, все в порядке, продолжайте, - заверила ее чешка и постаралась переключить свои мысли на что-нибудь другое. Как назло, отточенные движения опытных рук массажистки не оставляли ей выбора - ее тело настойчиво напоминало ей о Светиных ласках, а в голове возникали картины – одна слаще другой – того, как и в каких местах Сурганова будет сегодня к ней прикасаться. Габриэла с трудом сдерживалась, чтобы не начать ерзать на столе и вновь не спровоцировать Фриду на вопросы. Вдруг в дверь тихонько постучали. Фрида извинилась и отошла от стола. Спортсменка услышала звук открывющейся двери, а затем до нее донесся голос массажистки: - Габи, подожди минутку, я сейчас. - Окей, - ответила девушка и, удобно положив голову на маленькую подушечку, начала постепенно уплывать в сон. Сквозь дрему она слышала, как дверь снова открылась и закрылась, и через несколько секунд ощутила прикосновение рук массажистки к своим ногам. Они начали массировать ее ступни, затем икры, постепенно поднимаясь выше. Габриэла чувствовала, как тепло распространяется по натруженным мышцам и напряжение уходит из них, уступая место легкости. Девушка совершенно расслабилась, отдаваясь приятным ощущениям, но вдруг кое-что заставило ее вздрогнуть и очнуться – руки женщины добрались по ее бедрам до трусиков-танга, пальцы отодвинули тонкую шелковую ткань и неожиданно оказались в ложбинке между ягодицами, нежно, но настойчиво раздвигая их. - Фрида, что ты?.. – возмущенно зашипела Габриэла, повернув голову назад, и ошеломленно замолчала, поймав взгляд серо-зеленых глаз, в расширенных зрачках которых плясало пламя страсти. - Привет, - сказала Света еще более хриплым, чем обычно, голосом и поскребла пальцами ее трусики в районе промежности, - можно войти? Тело девушки отреагировало на этот двусмысленный вопрос однозначно: ощутив мощный прилив влаги между ног, Габриэла облизала пересохшие губы и, коротко кивнув, развела бедра. - Даа-ах! - простонала она, когда Света, слегка подразнив подушечками нежные лепестки, резким движением вошла в нее двумя пальцами, погрузив их внутрь на всю длину. Приподняв бедра, Соукалова прохрипела: – Еще! Сурганова глухо зарычала и, медленно вынув пальцы из девушки почти до конца, вновь пронзила ее плоть сильным толчком. За ним последовал еще один, и еще… Другой рукой Света крепко держала Габриэлу за плечо, не давая упасть со стола, зубами прикусывала сзади за шею, а твердыми, как камень, сосками, выступающими под майкой, водила по спине девушки, заставляя ее кожу покрываться мурашками. Почувствовав, как задрожало под ней упругое тело и вокруг пальцев сомкнулись влажные стеночки, Света осторожно вышла из нее. В ответ на брошенный на нее полный удивления взгляд она сказала: «Перевернись» - и, пока Габриэла выполняла просьбу, провела языком по пальцам, впервые пробуя ее на вкус. Ох, эта терпкая сладость, этот ни с чем несравнимый аромат женской страсти… Света втянула носом запах Габриэлы и зажмурилась от удовольствия. Девушка смотрела на нее широко раскрытыми глазами – она и не предполагала, что на нее можно ТАК реагировать. - Поцелуй меня ТАМ, - завороженная этим зрелищем, шепотом попросила она, трепеща от возбуждения. Света прочертила ладонью влажную дорожку по ее животу, потянула указательными пальцами резинку трусиков вниз – Габриэла приподняла бедра – и освободила ее от белья. Нетерпеливо раздвинув девушке ноги, Сурганова начала покусывать внутреннюю поверхность ее бедер – сначала игриво и почти незаметно, потом укусы стали более чувствительными. Дыхание Габриэлы участилось, ноги дрожали, она развела их еще шире, изнемогая в ожидании прикосновения к самому чувствительному месту. Отстранившись на несколько секунд, Света полюбовалась раскрытой, манящей плотью, в складках которой в приглушенном свете массажного кабинета поблескивали жемчужные капли. Затем она вновь наклонилась к лону Габриэлы и, сжав в руках ее ягодицы, сомкнула губы на клиторе, нежно втянув его в рот. Ощутив подбородком новый прилив влаги и услышав слабый всхлип, слетевший с губ девушки, Света поняла, что она на правильном пути. Она провела языком по интимной щели, собирая нектар любви, лизнула горячий холмик с одной стороны, потом – с другой, с удовлетворением отметив, как он набух и напрягся от ее легких прикосновений. Габриэла прикрыла глаза и, кусая губы, вцепилась пальцами в края массажного стола, полностью растворившись в ощущениях и двигая бедрами в попытке усилить контакт с языком Светы. У Сургановой путалось сознание – она ничего не видела, не слышала и не чувствовала, кроме часто вздымающегося перед лицом живота Габриэлы, ее хриплых, рваных стонов и пульсирующего клитора в обрамлении восхитительно нежных складочек. Она дразнила его, посасывала, обводила, и с каждым прикосновением языка и губ Светы Габриэла все быстрее двигала бедрами. Потом внезапно замерла, максимально широко разведя ноги. Повернув голову, она закусила подушку, чтобы не закричать в голос, а руки запустила Свете в волосы, удерживая ее голову между своих ног. Удовольствие было настолько всепоглощающим, что мощная волна оргазма застала Соукалову врасплох, она накрыла ее с головой, заставив выгнуться дугой на массажном столе. Запрокинув голову, она неосторожно отпустила подушку, и находящиеся в коридоре отдыхающие были немало удивлены донесшимися из-за двери массажного кабинета сладострастными стонами. Стонали обе – и Света, и Габриэла. «Хорошая массажистка, надо к ней записаться», - подумала проходящая мимо кабинета ухоженная, подтянутая норвежка лет сорока, прилетевшая в Швейцарию «на воды», чтобы восстановиться после болезненного развода. Она еще не знала, что эта мысль в корне изменит всю ее дальнейшую жизнь… Когда Габриэла, наконец, вынырнула из водоворота блаженства, расслабив ноги и бессильно свесив руки по бокам стола, Света, не распрямляясь, облизала перемазанные соком губы и стала пробираться вдоль стола, покрыв поцелуями треугольник с тонкой полоской светлых волос, пупок, плоский животик… задержавшись на груди, она обхватила полушария ладонями, зарылась носом в ложбинку между ними и восторженно выдохнула: - Ты такая вкусная! Габриэла счастливо рассмеялась и, взяв Свету за плечи, притянула ее к себе – грудью в грудь. Подняв голову, она поцеловала ее в губы – сначала осторожно, а потом, осмелев, слизала остатки своего сока с губ Сургановой. - Это… необычно. Ты – необычная! – пробормотала Габриэла, продолжая целовать Свету. - Я тоже хочу тебя почувствовать. - С этими словами Соукалова протянула руку и, нащупав ширинку на брюках Сургановой, дернула бегунок вниз. Ловко просунув пальцы внутрь, девушка дотронулась до ее насквозь влажных боксеров. - Тсс… нет! - Мягко, но категорично Света убрала руку Габриэлы, хотя одного ее прикосновения к чувствительной зоне было достаточно, чтобы и без того напряженный клитор получил новый прилив крови и болезненно восстал, требуя разрядки. - Но почему? – Габи была обескуражена. - Да потому что у тебя сеанс уже закончился! Фрида сейчас вернется, она не может вечно пить кофе! – Сурганова засмеялась, отводя взгляд. Настоящую причину своей стеснительности открыть она не могла. Во всяком случае, пока. К счастью, этот ответ удовлетворил Габриэлу. Вздохнув, она спустилась на пол и стала одеваться: вернула на место трусики и надела черное платье-халат с коротким рукавом, строгого покроя, но выгодно подчеркивающее ее формы. Нащупав под столом сабо, Соукалова подошла к зеркалу, чтобы привести себя в порядок. В это время Света плескала себе в лицо холодной водой из крана. К моменту возвращения Фриды Хуммельс на рабочее место обе женщины выглядели уже почти прилично. Сурганова похлопала массажистку по плечу и тихо сказала ей: - Спасибо за помощь. - Пожалуйста, - Фрида подмигнула Свете и украдкой бросила взгляд на Габриэлу, которая у зеркала расчесывала спутанные волосы. На щеках ее все еще играл румянец. – Лене привет! Подмигнув массажистке в ответ, Света подхватила со стула футболку и натянула ее на себя. Подождав Габриэлу, она обняла ее за талию, с трудом удерживаясь, чтобы не спуститься рукой ниже, и они вышли в коридор. Вызвав лифт, Сурганова предложила взять такси и поехать в рыбный ресторан, где она заказала для них столик. Соукалова с радостью согласилась – ей очень хотелось лучше узнать эту женщину, и разговор за ужином был отличной возможностью это сделать.

***

- Ты давно профессионально занимаешься музыкой? – спросила Габриэла, когда им принесли закуски и белое вино. Отпив из бокала, Света начала свой рассказ: - В детстве я училась в музыкальной школе, играла на скрипке. Потом стала писать песни, а в августе 1993 года я познакомилась с Дианой Арбениной… - Той самой Дианой Арбениной?.. – изумилась Габриэла, вспомнив вчерашний прокол в ресторане. - Той самой, - грустно усмехнулась Света. – Мы понравились друг другу, а потом она улетела домой… И Света рассказала ей все: о жизни в Магадане, о работе в группе Ночные снайперы, и про болезненный разрыв, после которого ей пришлось начинать все с нуля. Она даже призналась, что ее удочерили. Габриэла оказалась отличным собеседником – она внимательно слушала, эмоционально реагировала, задавала уточняющие вопросы. При этом она смотрела на Сурганову так проникновенно, что в груди у нее все переворачивалось от страстного желания поцеловать девушку, прижать ее к себе и никуда не отпускать. Это пугало Свету, и она не могла не задать вопрос, который с самого начала не давал ей покоя. Залпом допив вино, она взяла Габриэлу за руку, легонько погладила большим пальцем по тыльной стороне ладони и, дотронувшись до обручального кольца, осторожно спросила: - Габи, ты понимаешь, что ты сейчас делаешь? - Я знаю, - Соукалова вздохнула, неловко заерзала на стуле, но руку не убрала, - знаю, как это выглядит. Я всю ночь думала о тебе, о себе, о нас. - Неужели? И как же? – Света была приятно удивлена, но ее опыт кричал о том, что нельзя спускать все на тормозах - надо обязательно получить четкий ответ, чтобы понимать, чего ждать. - Как будто я решила развлечься. Не буду врать – я люблю своего мужа. Он для меня - единственный мужчина в мире. Подожди, дай мне закончить. - Габриэла приложила палец к губам Светы, когда та раскрыла рот, чтобы что-то сказать. – С тобой все по-другому. Я не представляла, что могу испытывать такие фантастические эмоции по отношению к женщине. Но сейчас, когда в моей жизни появилась ты, - спортсменка помедлила, подыскивая слова, - у меня будто пазл сложился. Понимаешь? - Думаю, да, - задумчиво покивала Света, разливая остатки вина по бокалам. – Я уже слышала нечто подобное от своих замужних фанаток. «И сразу отшивала их», - добавила она про себя. - Упс, я не оригинальна. - Габриэла слабо улыбнулась. - Оригинальна. И уникальна. - Сурганова сжала ладонь девушки. – Я с первого взгляда – тогда, в аэропорту – поняла это. - Значит, у меня есть шанс? –Света поймала полный надежды взгляд серо-голубых глаз. - А ты еще сомневаешься? – вдруг развеселилась она. Ее позабавило то, что после произошедшего в массажном кабинете Габриэла все еще не уверена в себе. - Ура, - прошептала Соукалова и, потянувшись через стол, оставила легкий поцелуй на ее губах. – Ты будешь моей первой и единственной женщиной. - Надолго? – не удержалась от вопроса Света, хотя ей уже было все равно – она хотела эту девочку, хотела ее сегодня, завтра, в ближайшие недели, а дальше – будь что будет. - Вы на сколько дней приехали? - На две недели. - А мы на три. Останешься? Я хочу провести с тобой каждый день и каждую ночь из этих трех недель. Или тебя дома кто-то ждет?... - по лицу Габриэлы пробежала тень. - Нет, никто, - покачала головой Света. – Останусь. Если можно украсть у вечности три недели, я готова! Взгляды женщин встретились, и Габриэла решительно махнула рукой официанту. - Пойдем отсюда? Я не хочу терять ни минуты. - Пойдем. Только плачу я. Не возражай. - Она смотрела в глаза Габриэле и боролась с желанием уложить ее прямо на этот стол. Света попросила счет, и, прихватив с собой бутылку шампанского, они вышли из ресторана. Едва они сошли с освещенного крыльца и оказались в относительной темноте, Сурганова притянула Соукалову к себе за талию и с жадностью припала к ее губам, кусая, целуя и лаская их. Габриэла прижималась к Свете, дрожа от желания. - Ко мне? – спросила Света, с трудом оторвавшись от сладких и мягких губ. - Лучше к нам. Надо проведать Онджея. - Но как?.. Он же все поймет! – Сурганова отступила на шаг назад и с тревогой посмотрела на девушку. - Онджей не только мой тренер. Он – мой лучший друг, и он умеет хранить секреты. Пошли! – Габриэла решительно взяла Свету за руку и потянула в сторону своего коттеджа.

***

- Тсс, не шуми! – Света шикнула на Габриэлу, когда они вошли в коттедж и девушка с громким стуком захлопнула за ними дверь. Спортсменка прислушалась и рассмеялась: - Слышишь храп? – И правда, из-за двери комнаты тренера доносились заливистые раскаты. – Можешь чувствовать себя абсолютно свободно, Онджей спит очень крепко. - Могу? – Глаза Сургановой хищно блеснули. Она достала из рюкзака бутылку и протянула ее Габриэле. – Тогда поставь шампанское в холодильник, оно нам позже пригодится. Габриэла скрылась за дверью кухни. Света, сбросив с ног мокасины и стянув футболку, быстро последовала за ней. Девушка стояла, наклонившись, и пыталась найти в небольшом холодильнике место для бутылки. Когда она, наконец, впихнула ее и закрыла дверцу, разогнуться ей не дали сильные руки, которые обхватили ее сзади и, повернув, уложили грудью на обеденный стол. Она и охнуть не успела, как Света одной рукой крепко прижала ее к столу, а другой задрала подол платья и сдернула трусики. - Не двигайся! - хрипло приказала Сурганова и убрала руку со спины Габриэлы. Этот приказ было выполнить довольно сложно, потому что спустя несколько секунд Соукалова почувствовала, как горячий язычок проскользнул у нее между ног, дразня и лаская. Она инстинктивно чуть шире расставила ноги. Теплые пальцы прошлись по гладко выбритым складочкам, чуть расправляя их, а потом язык проник внутрь, а на клитор легли два пальца и начали нежно поглаживать его. Это были абсолютно новые ощущения, и Габриэла чувствовала, как низ живота буквально скрутило узлом желания. Она уткнулась лицом в лежащие на столе руки, млея от влажных и дразнящих прикосновений, поэтому, когда вместо языка в нее вошли пальцы, а на ягодицы посыпались легкие, но чувствительные укусы, она едва сдержалась, чтобы не застонать. После нескольких толчков Света осторожно вынула пальцы, легла на Габриэлу сверху, взяв руками за плечи, и прошептала на ушко: - Пойдем в постель. Я хочу тебя как следует трахнуть. От этих слов, произнесенных женщиной, огонь вожделения вмиг взметнулся вверх по позвоночнику и проник в мозг Габриэлы. Перед глазами у нее заплясали разноцветные искры. Она прошептала: «Пойдем» - и позволила Свете отвести себя в спальню. Подведя Габриэлу к кровати, Сурганова расстегнула платье и стащила его с плеч девушки. Она покрыла их нежнейшими поцелуями, с упоением вдыхая аромат ее тела. Потом губами поднялась по шее девушки и, прикусив за подбородок, скользнула языком по ее губам. Когда Габриэла приоткрыла рот, впуская в себя Светин язык, та мягко повалила ее на кровать и, не опираясь на руки, позволила ей ощутить вес своего тела. Шершавая ткань брюк терлась о нежную кожу бедер. - Сними их. Пожалуйста, - прошептала Габриэла. – Я хочу тебя почувствовать. Света молча поднялась и, стоя на кровати над прекрасным телом, ждущим её ласк, расстегнула брюки и проворно скинула их с себя. Оставшись в одних боксерах и майке, она легла между раздвинутых ног девушки и толкнулась в нее бедрами, опираясь руками на кровать. Еще раз, и еще. Габриэла закусила губу и потянула вверх ее майку. Заметив сопротивление Сургановой, Соукалова взмолилась:«Пожалуйста» - и все-таки смогла освободить Свету от этого предмета одежды. Когда обнаженная грудь соприкоснулась с ее грудью, ей страстно захотелось видеть Свету, чтобы запомнить не только свои ощущения, но и ее взгляд, руки, губы, тело… она потянулась к прикроватной тумбочке и включила ночник. Сурганова тут же заслонилась рукой: - Выключи свет, пожалуйста. - Почему? Я хочу тебя видеть. - Нет. Я не могу. Габриэла не стала спорить. Она погасила ночник, и через некоторое время Света расслабилась. Она нашла в темноте губы Габриэлы и, захватив нижнюю губу, стала посасывать ее. Опираясь на левую руку, правой рукой Света провела по тонким ключицам, дотронулась до груди и, нежно погладив животик, накрыла ладонью лобок, пальцами перебирая складки плоти, которые под этими прикосновениями становились горячими и мокрыми. Габриэла чувствовала участившееся сердцебиение Сургановой, ее влажное, сбивчивое дыхание на своих губах. Она широко раздвинула ноги, приглашая Свету внутрь. С каким-то отчаянным вздохом Света оседлала бедро чешки и, отведя таз назад, сделала резкое движение вперед, направляя свои пальцы в разогретое лоно девушки. С первым же толчком она «поплыла». Влажная ткань ее боксеров терлась о гладкое, упругое бедро Габриэлы, а рука ее, подталкиваемая движением бедер, буравила тугую плоть, все ускоряя темп. - Да, да, трахни меня, трахни меня, пожалуйста, - стонала Соукалова, запустив пальцы под ткань боксеров и вцепившись ими в ягодицы Сургановой. Светины пальцы погружались в тело девушки на полную длину, но ей хотелось быть еще ближе к ней, ощущать ее всеми органами чувств. Перестав тереться об ее бедро, Света переместилась ниже и удобно устроилась между ног Габриэлы, добавляя к пальцам язык. Постанывая от страсти, она то дразнила им вход в лоно, то поднималась к уже скользкому, твердому клитору, слегка касаясь его вершины, надавливала на чувствительный холмик, заставляя Габриэлу все сильнее дрожать, приближаясь к пику. Она насаживалась на пальцы Светы, приподнимала бедра, жадно ловя прикосновения языка. Глухие стоны Сургановой у нее между ног подстегивали ее и без того разгоряченное либидо… Вскоре разряд острого наслаждения пронзил тело Габриэлы, подбросив его вверх и заставив рухнуть обратно. Света крутанула пальцы внутри, слегка сгибая их, пока гладкие стеночки ритмично смыкались вокруг. Бедра Габриэлы исполняли танец оргазма, но Света не вынимала пальцев из девушки, носом она терлась об ее лобок, а ее ловкий язычок продолжал ласкать нежный бугорок, пока Соукалова, наконец, не распласталась на кровати, удовлетворенная и обесточенная. Она чувствовала, как в каждой клеточке разливается нега, когда Светины пальцы еще несколько раз осторожно погладили ее изнутри и медленно покинули ее тело. Сурганова провела перемазанными соком пальцами по ее грудям и тут же прошлась языком по липким следам. Потом она оперлась на локти и, нависнув над Габриэлой, оставила на ее губах соленый поцелуй, нежно водя по ним неутомимым языком. Она упустила из виду тот момент, когда рука Габриэлы оказалась у нее в трусах, а палец девушки лег ей на клитор. - Ох, какая ты мокрая, - услышала Света восторженный шепот. Соукалова уже вошла во вкус и получала удовольствие от проявлений женской страсти, направленных на нее. Света попыталась вынуть руку Габриэлы из боксеров, но та была непреклонна. – Расслабься, - тихо, но твердо сказала она и, скользнув пальцем по половым губам, проникла им внутрь. Света распахнула глаза – благо, в темноте это было незаметно, - она очень давно не позволяла никому быть в ней. Но сил сопротивляться настойчивым ласкам прекрасной Габриэлы у нее не было, как не было и воли. Поэтому она лишь охнула и приподняла бедра, позволяя девушке добавить еще один палец. Это было восхитительное ощущение: сильные, но такие нежные пальцы ритмично погружались в нее и выходили почти до конца, чтобы вновь углубиться; ладонью Габриэла накрывала эрегированный клитор, с каждым толчком прижимаясь к нему и усиливая возбуждение. Через минуту Света уже не контролировала себя: она рвано дергала бедрами, вбирая в себя длинные пальцы, ладонями сжимала груди Габриэлы, губами терзая упругие соски и оставляя на груди следы от укусов и жарких поцелуев. Ох, каким ярким, каким сильным был этот первый оргазм, полученный от рук рыжеволосой красавицы! Света замерла и резко вздрогнула, еще раз, и еще. Закрыв глаза, она позволила волнам удовольствия прокатиться по телу концентрическими кругами. Когда тело ее перестало дрожать, она вновь легла на Габриэлу – при этом рука той осталась у нее на лобке - и прошептала в ее раскрытые, пересохшие губы: - Хочу еще.