Инсинуация.

До выхода из дома оставалось около двух часов, а Василиса уже не знала чем заняться. Она обыграла младшего брата в приставку раз пять, поиграла с папой в шахматы, помогла маме приготовить еду. Да, хоть родители и живут не бедно, готовить Валентина Григорьевна любила и делала это постоянно, от чего все приходили в восторг. Комната Василисы была на втором этаже квартиры, так же как и остальные спальни. Она была очень яркой. Светлый пол, нежно-фиолетовые стены, синий потолок, многие атрибуты разукрашивающие обстановку, придавали комнате более подростковый оттенок. Воронцова последний раз делала ремонт в свои пятнадцать, а потом стала мотаться по Европпе, выбирая лучшие отели. Именно с того возраста она потеряла свой дом. Владимир – отец Васи, начал усиленно контролировать девушку с помощью денег, а когда брюнетка это поняла, стала проявлять самостоятельность, что не понравилось родителю. Скандал. Валентина пыталась оставить дочь в столице, а она уехала в Питер. Скандал. Вечные разъезды по Европе и куча развлечений. Скандал. Вчера отец выговорил ей, что она слишком ветряная. Конечно же до него дошли слухи о том, что она крутиться со знаменитостями, один из которых поживает ее грязью, и, конечно же, ему это не понравилось. Мелкий, Дима, вообще потребовал автограф Оксимирона, на что девушка закатила глаза. Младшему брату было пятнадцать дет и он буквально знал все песни наизусть, когда он зачитал ей одну из песен, а потом отрывок из батла, то брюнетка просто ушла в себя, а потом призналась о своей дружбе с репером. В доказательство показала фотку с инстаграмма и фрагмент переписки. Мальчик был в ярости от того, что не узнал этого раньше и страстно выпрашивал у сестры знакомство с кумиром. Все это Воронцова вспоминала с улыбкой. День дома прошёл не так уж и адски, как она представляла. А сейчас ей хотелось быстрее оказаться в Питере и снова почувствовать свободу в городе, который так далёк от её родного. Собственно звонок её спас от только что вошедшей матери, которая уже хотела серьезно поговорить с дочерью. -Да,Мир? - она ответила на звонок и улыбнулась женщине, которая подарила ей эту жизнь, - Нет, свободна. Уже? Ладно. Где встречаемся хоть? Ок. Слушай,а... Хорошо-хорошо! Не ругайся. Валентина слушала отрывки разговора, а когда дочь положила трубку, то все таки решила начать разговор. -Василис, - брюнетка вздрогнула и повернулась к матери. Вот кого ей напоминал Мирон. Маму. Наверное поэтому она так и привязалась к нему. Он заботился, обнимал и вытаскивал её когда было особо трудно, наверное это ей и нравилось. Мать Воронцовой-младшей тяжело вздохнула и прошла по комнате, присаживаясь на кровать и поджимая губы. Ей не нравился интерьер этой комнаты, так как она считала его слишком ярким, но квартиры дочери в Питере ей бы определенно понравилась. -Мам, я спешу, - девушка заминается, - Извини, что не могу остаться на подольше, я просто обещала... -Мирону, - продолжает за неё мать и откидывает прядку светлых волосы назад, - О нем я и хотела поговорить. Твой отец был в ярости, когда узнал о твоём конфликте с тем мальчиком... Денисом, кажется, - начала она из далека, - Но больше всего его разозлила твоя дружба с этим мужчиной! Признаться, я не то чтобы разделяю его точку зрения, по судьбе человека не судят, он не виноват в том, что с ним происходило, но Василиса, не стар ли он для тебя? Сама подумай, тебе через пару месяцев исполнится двадцать, ты ещё молода и глупа, вспыльчива, хочешь приключений и опасности, захватывающе дух и поглощающая целиком и полностью любовь, а ему? Ему же семья уже нужна, дети, а ты сама как ребёнок. Молодая девушка выслушала мать, попутно переодеваясь на встречу с Фёдоровым. Слова Валентины летели кинжалами в сердце ее дочери и она это понимала, но искренне считала, что для её маленькой девчонки так будет лучше. Она была не против мужчины такого возраста в целом, пожалуй это была идеальная разница в возрасте, но он знаменит, вокруг него много женщин, он пьёт и курит, а женщина не хотела, чтобы сердце её Василисы разбилось в дребезги. -Мам, - девушка застегнула джинсы и натянула свитшот. На улице по сравнению со вчерашним днём было довольно прохладно, - Я... Я пока не знаю, что между нами. Мне просто было плохо и он появился в моей жизни, у меня снова был проблемы и он пришёл. Я искренне не желала уезжать из Питера, а он подарил мне самый яркий день в этом туманном городе, а когда я в Париже, несколько дней назад была буквально на грани, хотя причин особо не было, он просто... Просто прилетел ко мне, мам. Я не видела, чтобы люди так помогали мне, так искренне и ничего не жаждая взамен, так бескорыстно!... И я хочу, не умом, а чувствами, дать ему все, что только он попросит и если честно я боюсь этого желания, боюсь, что цена за эту нежность будет велика, но одновременно с этим я просто изнываю от желания отдаться ему в духовном плане... Знаю, что это очень сумбурно и как-то странно звучит, но мам, он так привлекателен в своей агрессии, которую сдерживает, со своим стальным характером и умением попросту быть обаятельным. Мирон привлекает меня в своей манере держаться и... -Ты влюблена в него, - шокировано проговорила Валентина, смотря в глаза дочери через зеркало. Во время речи дочери, её глаза буквально светились от спектра чувств, что была в ней и это пугало женщину. Она тоже была молодой и была влюбленна, и у неё тоже было разбитое сердце, но пожалуй, слишком поздно менять. Василиса уже пропала. -Не знаю, - девушка взмахнула руками и улыбнулась, - Но от одной мысли, что сейчас я встречусь с ним, меня в дрожь бросает. *** Девушка встретилась с мужчиной около подъезда её дома. Мирон поцеловал её в щеку и обнял её, а она стянула с него солнцезащитные очки и надела на себя, вызывая улыбку у репера. Он помог погрузить чемодан девушки в такси и сесть ей в машину, на заднее сидение. За этим всем следила пара голубых глаз в которых была грусть. За Валентиной тоже красиво ухаживали и помогали, она тоже чувствовала себя счастливой в своей подростковой влюблённости, только вот сердце от этого не меньше болело в конце. А Вася облокотилась на Мирона, чувствую тепло его тела и руки, которая покоилась на талии и ощущала какое-то безмерное спокойствия, а с ним и эйфорию от происходящего. Она не видела Федорова сутки, а уже была готова не расставаться с ним надолго и это пугало её. Как так случилось, что она стала зависима от него, только за несколько дней за границей? -Василис, - такой родное, но одновременно новое, что заставило тело вздрогнуть, - Выходи. *** Было как-то неприятно находится в доме родителей сейчас. Полностью беспомощная, несамостоятельная после всего, что она делала и видела. Поссорилась с Мироном, по словам подруги, она ведь писала тот текст, который диктовала Василиса и материла её на чем свет стоит. Все эти гадкие слова, которые летели в его адрес болью отдавались в районе сердца. Он так и не помог ей с физической близостью, не помог ей справится с собой и научиться жить. Алиса была рядом всегда и брюнетка ценила это до такой степени, что иногда, как только слышала голос подруги в коридоре, срывалась с кровати и врезаясь во все, что только можно, но доходила до неё, едва сдерживая слезы на больше не видящих глазах. Прошёл год, а девушка тайно мечтала вернутся в Питер и подышать тем воздухом, что был там. Насладится спокойствием и осознать, что Мирон тут как никогда близко. За год бесстрастной жизни без него, она зачахла. Практически не улыбалась искренне, что не могло не скрыться от родителей. Она слышала разговоры отца о том, что у Мирона появилась девушка. Воронцова была слепа, но теперь её слух обострился и другие чувства. Она слушала треки Федорова и лежала на полу, не желая вставать, проводя так дни напролёт, покрываясь только на еду. -Вась, поехали в Питер, - как-то раз тихо произнесла Алиса, после разговора с брюнеткой, которая рассказала о своём маленьком желании, - Возможно, ты боишься оказаться в этом городе, но сама подумай, ты в Москве то гулять не выходишь практически. -Я боюсь его не встретить, - шепчет голубоглазая, смотря перед собой, - И боюсь одновременно оказаться перед ним такой слабой. Если честно, я хочу умереть. *** -Садись, - говорит блондинка и усаживает девушку на скамейку в парке, крутя головой в разные стороны. -Ты кого-то ждешь? - хмурится слепая и осторожно садиться, не желая показаться окружающим нелепой. -Нет, ищу мороженное, - как можно более беззаботно говорит Алиса и улыбается, - А, вот оно! Буду через секунду. *** Мирон был в каком-то смятение, когда ему написала лучшая подруга его...уже не его девушки. Он помнил все обидные слова, которые она писала ему и она была, пожалуй, одной из самых близких людей, которая так лихо ухитрилась его задеть за живое. Фёдоров ничего не хотел делать, у него начисто отпало желание писать, но он продолжал. Выпустил новый трек, который был на тему задетых сердец. Это не было сопливо или как-то сладко. Жестко и быстро. Никак иначе. Алиса просила встретиться как можно скорее и он согласился на сегодня в пять, в парке на лавочке около мороженного. Каково было его удивление, когда там, в не солнечную погоду, сидела Василиса с темными очками. Он следил за её социальными сетями, где практически не было обновлений, что его напрягало. Он не видел её год и сейчас, она сидит тут, перед ним, смотря в его сторону и просто молчит. Что-то внутри перевернулось и он быстро подошёл и сел на лавочку. Девушка поежилась и неловко повернула голову в его сторону. -Простите, вам, что-то нужно? - её голос звучал как-то слишком тихо и грустно, вызывая мурашки на теле. -Не узнала собирающего за всеми подряд вещи мудилу? - с усмешкой спросил Мирон, а девушка отшатнулась от мужчины, спрятав руки в рукава черного свитера. -Я... -Слепая что ли? - хмыкнул он, а девушка отвернулась, пряча лицо. Он задел её за живое. Опять. Почему она довольно спокойно отнеслась к тому, что его бешеная поклонница подсторожила её и испортила ей зрение, какой-то слабой кислотой, что она теперь калека, которая ничего не может без помощи других и оскорбления других её так не заботили. А он, видимо не зная правды, умудрился задеть её так глубоко, как ещё никто не смог. Фёдоров же не понимал такой реакции и его порядком достало это незнание и непонимание. -Может объяснишь мне, что я такого сделал, что практически год назад ты унизила меня? - спросил он и откинулся на спинку скамьи. -Мирон, я не могу говорить об этом. -А я хочу услышать ответ! - он практически прокричал ей это в лицо, срывая с неё эти солнечные очки, останавливаясь в ступоре, - Кто? Его тон был спокойным, но Василиса понимала, что это не так. Он старается не пугать её, хотя сам на грани. За этот год она научилась слышать все эмоции людей в голосе, определять по запахам сколько людей в комнате и кто куда ушёл, научилась по звукам ориентироваться в пространстве. Это было удобно, но ничто не заменит ей радужных картинок, которые она видела всю жизнь. -Я не знаю, - покачала головой девушка, опуская голову вниз, пытаясь нащупать на лавочке очки, но это не выходит, т.к. они лежат на земле и Мирон быстро подаёт ей их. Он до сих пор ещё в шоке от увиденного. Глаза девушки были не голубыми, как он привык. У них просто не было цвета и зрачков. -Ты поэтому отказалась от нас? - тихо спрашивает Фёдоров, ожидая ответа: -Да...