Инсинуация.

Василиса Воронцова: Хочу покрасить волосы в красный Девушка хихикнула и сбросила подруге фото, где она дурачиться на фоне Эйфелевой башни с каким-то парнем. Алиса Дайнеко: Мы с Мироном не разрешаем. Василиса закатила глаза и прочитала смс ещё раз. Блондинка задолбала её подкалывать, а все началось с недельной смски, которую брюнетка отправила по пьяне, где написала, что соскучилась по этому реперу. Да, кстати о фотографиях. Она то и дело заходила на аккаунт Оксимирона, чтобы посмотреть на их совместную фотку, на которой собралось множество лайков и гневных комментариев. Да, она такая секая, шлюха, которая мутит с мужчинами из звёзд. По-моему косых взглядов она избегала только за границей, потому что в Москве её уже просто, казалось, знают все. Хотя сама виновница чувствовала себя прекрасно, потому что вот уже месяц веселиться, разъезжая по Европе, заводя новые знакомства. Через два дня она возвращается в Москву, а уж потом только в Питер. Мама опять буду страстно отговаривать не ехать туда и перевестись в университет Москвы, а папа стараться, чтобы я жила на его счёт. Брюнетка понимала, почему он так жаждет этого. Полный контроль над ситуацией и самой девушкой, маленькая отрешённость и прощай квартира в Питере и свободная жизнь. Поэтому Василиса рвалась работать. Она снимала деньги с карточки, которые приходили на квартиру и откладывала их дома. 120 тысяч спокойненько были дома нетронутыми, а из собственной зарплаты были убраны двадцать тысяч, оставляя только десять на пропитание. Воронцовой это нравилось, но она, конечно же не голодала. Родители присылали ей деньги, но тратила она их только на походы в магазин или когда готовить совсем лень и шла в кафе. Сейчас, идя по тихим улочкам Парижа, куда не захаживают туристы, она была спокойна как никогда. Тут, власть её богатого папочки неважна, никто и саму-то девушку не знает, чему она была безмолвно рада. Красивые, по европейски, улицы, сплетались между собой, создавая чуть ли не лабиринт. Чисто и убрано, может даже слишком, но Васе это правда нравилось. Раздался рингтон и брюнетка взяла телефон, улыбаясь дисплею и тут же взяла трубку. Она ждала этого звонка. Мирон каждый вечер звонил, когда она вот так гуляла по разным городам и странам, разговаривая с ним на родном русском языке. Губы растянулись в немного глупой улыбке, от которой хотелось саму себя ударить. -Привет, - она сказала это крайне нежно и оглядела улочку. Этот район был знаком девушке, ведь именно тут они с Алисой загуляли в свои шестнадцать. Тут девушка себя чувствовала действительно умиротворенно, а воспоминания молодости нахлынули с новой силой. На другом конце провода стояла тишина несколько секунд, а потом разжалось хриплое приветствие и Вася мысленно полетела от переизбытка эмоций, которые она чувствовала в данный момент. Брюнетка зашла за угол и легла на асфальт, смотря на небо, где постепенно стали появляться звезды. -Чем ты там занимаешься? - раздался усталый голос. Мирон хотел спать, это было очевидно, но все равно позвонил и теперь расспрашивает её. Это грело душу, но Воронцова понимала, что этим нельзя злоупотреблять. Сейчас, лёжа на ещё теплом асфальте, она как никогда требовала чувство защиты, который давал ей Мирон. -Лежу на асфальте, - хихикнула девушка, на это заявление услышала глубокое дыхание мужчины, - Ничего не случилось. Я сейчас на...какой-то улице. Тут нет показателей,почему-то, но есть звезды, - она замолчала на секунду, - А у тебя как дела? Ты какой-то уставший. -Ты лежишь на асфальте? Ебанутая, - говорит Мирон и вздыхает, - Перелетов много, устал. Сейчас вот в отель иду. Девушка понимающе посмотрела на звёзды, как будто вместо них был Мирон и как-то сразу сравнила. Да, они так же далеко, как и Фёдоров. К сожалению. А она бы сейчас с радостью посмотрела на него, обняла и поговорила, возможно уломав полежать с ней. -Ты себя загоняешь с этими концертами, - покачала головой брюнетка и прикрыла глаза. В трубке послышались гудки. Это как будто отрезвило девушку, но глаз она не открыла, лишь поджала на пару секунд губы, желая сдержать обиду. Она ведь только беспокоилась о его самочувствие... Может, деньги на счёту закончились? Мысли сумбурно роились в её голове, тем временем рядом с ней кто-то оказался и девушке стало страшновато, но она решила притворится, что ей плохо. -Ты права, загоняю, - она почувствовала на губах опаляющее дыхание, вперемешку мятной жвачки, алкоголя и сигарет, и до дрожи приятный парфюм. Василиса открыта глаза и моргнула, а потом ещё раз, желая убедиться, что это не наваждение, это у неё прекрасно получалось, потому что даже когда она ущипнула себя, образ мужчины остался. Брюнетка тяжело сглотнула. Она не видела Мирона месяц, только представляя себе их встречу, но увидится с ним далеко за пределами Питера, да и страны, а тем более в богом забытом уголке Парижа было что-то невероятное и нереальное. -Ты тут? - тихо спросила она. Почему-то именно вечером у них происходили такие неожиданные моменты вдвоём, которые заставляли пару влюбляться друг в друга. Сейчас, девушка лежала между двух домов, на асфальте, с раскиданными по серой поверхности волосами и совершенно неработающим мозгом, а над ней, стоя на коленях, нависал Мирон, который то и дело жадно осматривал лицо, возвращаясь к глазам. Фёдоров не знал, почему сегодня сразу после концерта сел на самолёт и приехал в Париж, не знал, зачем попросил лучшую подругу Васи слить информацию где она находится, зачем нашёл её тут и зачем сейчас нависает над ней, страстно желая обнять. Он сделал все, чего хотел, но даже сейчас не чувствовал себя удовлетворенным. -Тут, - он ответил коротко и лёг рядом, давая себе и особи женского пола подумать о том, что происходит между ними. В очередной раз они не сделали то, чего хотели и почему-то обоих разъедало разочарование, но при этом счастье от встречи. Только Василиса не понимала, почему у неё такие смешанные чувства, а мужчина прикрыл глаза, не понимая, откуда у него появилось такое странное желание. Раздались голос людей с нерусской речью и паре пришлось подняться. Василиса отряхнула себя и нервно провела рукой по волосам, спуская её вниз. Она не знала, как начать разговор, о чем говорить, да и ещё все как-то пугало. Все было как-то нереально. Париж. Она с Мироном в Париже. И не там, где снуются вечные туристы, а в районе где она прожигала месяцы своей молодости. Первый парень был тут, первый секс был тут, первый алкоголь, сигареты и наркотики. Почему-то именно с этим городом было всего незабываемого, но при этом она не очень любила Францию. Слишком ванильно. Фёдоров же схватил девушку за руку и крепко сжал, повёл Васю в сторону ее гостиной. -А, почему ты приехал? - она наконец подстроилась под шаг мужчины, и теперь не тащилась за ним как безвольная кукла. Мирон на секунду посмотрел на девушку, которая смотрела себе под ноги, не желая споткнуться. Её черные волосы до поясницы то и дело подскакивали и немного развивались от прохладного ветра. Белая майка не обтягивающая тело, джинсовая куртка и черные с рваными коленями джинсы, подвернуты, а на ногах вансы. Она выглядела как молодая, следящая за модой девушка, но при этом казалось такой естественной и неиспорченной современным миром, что Фёдоров остановился и развернул Василису лицом к себе. Она была ниже его и немного испуганно посмотрела на него своими аквамариновыми глазами, желая запомнить образ мужчины. Сейчас, при свете парижского фонаря, на маленькой улочки, со звуками проедающих машин за пару домов отсюда, держащий лицо девушки так нежно, Мирон казался ей каким-то уж слишком прекрасным, таким сладким и запретным, что она отвела взгляд в сторону, лишив Федорова возможности созерцать душу, стоявшей напротив него девушки. -Ты не рада мне? - спросил он, поворачивая голову набок, всматриваясь в глаза юной особы. Девятнадцать лет. В ноябре будет двадцать. Она так юна, ей только предстоит попробовать эту жизнь на вкус. Почувствовать разочарование, радость, страсть, любовь, боль, разлуку... То, чем наполнена жизнь каждого человека, ей предстоит только узнать и понять, что ничего не бывает просто, и что мгновения счастья бывают слишком редко, что их надо беречь. Мирон понимал, что нужно дать ну дышать без него, он осознал это когда месяц назад проснулся один, хотя помнил, что засыпал рядом с девушкой. Нет, они не переспали, просто приехали к нему и лежали на кровати, обсуждая все на свете и уснули вдвоём. Но вместо обещанной свободы он тут же написал ей смс, а она ответила посмеявшись. Ежедневные переписки, вечерние и ночные звонки и разговоры с разницей в несколько часовых поясов. А сейчас он вообще стоит перед ней. -Рада, - еле слышно говорит она и кладёт свои руки ему на кисти, снимая их с лица, перекладывая на талию. Мирон, получив такое разрешение сжимает тело и скользит под курточку, поглаживая горячую кожу, сквозь тонкую ткань. Она делает неуверенный шаг вперёд, сокращая между ними расстояние и кладёт свои руки ему на грудь, опуская взгляд от смущения. -Я соскучился, захотел к тебе и прилетел, - пояснил он, - И вот,я тут. Он улыбается как-то мягко и нежно, что было с его характером почти невозможно. -Я безумно скучала, Мир, - тихо шепчет она, нерешительно смотря в серые глаза мужчины, которые сейчас казались через чур темными, - Каждый день... -Тшш, - шепчет Фёдоров, прикрывая глаза и, слегка отрицательно качая головой, прижимает тело девушки к себе. -Я хочу поцеловать тебя, - неуверенно продолжает Василиса, то и дело сжимая и разжимая ткань майки на его теле. Мирон кажется замер, окаменел. Он видел, что девушка не пьяная и явно не под кайфом, но почему сейчас она настолько открыта, он не понимал, - Но неуверенна, правильно ли это будет. Ответа она не услышала, так как, кажется, Мирон уже не слушал её. На его губах появилась едва заметная улыбка и он быстро нагнулся, касаясь губами губ девушки. Они замерли в таком положение, не решаясь продолжить, но отстранится было выше их сил. Казалось, будто когда их губы соприкоснулись, в небе раздался гром, а внутри каждого из них, взорвался свой фейерверк. Васе казалось, будто она может упасть совершенно в любой момент от переизбытка чувств, что сейчас переполняют её. Только, было чувство нереальности. Мирон же не выдержал первый и скользнул рукой вниз, хватая брюнетка за попу, а потом спустил их вниз, сжимая, начал целовать её губы, как можно мягче, но с каждой секундой все больше распылялся сам и распылял девушку, которая с лёгким стоном стала отвечать, закидывая руки на шею и прижимая тем самым Федорова ближе к себе. Он взял её за талию и прижал рывком к себе так, что между ними не осталось и пару миллиметров, а потом быстро залез под майку, начиная поглаживать разгоряченную кожу. Василиса плавилась в его руках, отвечая дрожью на каждой невесомое прикосновение и это чертовски нравилось мужчине. Рядом раздался Французский лепет, который быстро перерос в уверенный тон и брюнетка оторвалась от такого желанного мужчины и начала быстро что-то говорить, невинно улыбаясь. -Что она сказала? - спросил Мирон, снова приближаясь к лицу девушки, улыбаясь и обнимая её за талию. -То, что мы вообще-то в приличном месте, - говорит брюнетка, прижимаясь к реперу, который только рад такому, - Пойдём в отель, пожалуйста. *** Мирон открыл глаза и уставился в потолок, вспоминая вчерашний вечер. Осознания произошедшего заставило его самодовольно улыбнуться и посмотреть на спящую рядом. Василиса тихо посапывала, то и дело ворочаясь, стараясь найти более удобную позу для сна, хотя Фёдоров подозревал, что это из-за того, что девушка в одежде. Да, если вы думали, что они переспали, то глубоко ошибаетесь. Flashbacks Мирон прижал Васю к стойке администратора, касаясь её тела в районе талии под одеждой, когда та спрашивала стул, не переставая улыбаться и внутренне светиться. Молодой парень, который стоял на рабочем месте, грустно посмотрел на брюнетку, которая как только забрала ключи со смехом помчалась к лифту, утягивая за собой репера, который нагнал её прямо в замкнутом посещение и поцеловала губы, буквально подчиняя молодую особу себе. Они кое-как добрались до номера, то и дело отвлекаясь на поцелуи, а о открытие треклятой двери вообще можно умолчать, потому что если Воронцова хоть и как-то пыталась открыть дверь, то мужчину в принципе ничего не смущало и он продолжал целовать шею девушки, доводя её до дрожи умелыми ласками. Но вот, дверь с стуком отворилась и брюнетка развернулась к предмету воздыхания и страстно поцеловала его, таща за собой в номер, захлопывая дверь. Ключ был брошен на тумбочку, куртка полетела туда же, а сама пара упала на кровать с тихим смехом. Василисе казалось, что Мирон везде. Вот он сжимает её ягодицы, вот мнёт попу, вот нежно проводит руками от живота до груди, а тут целует шею, зону декольте, то и дело возвращаясь к губам, которые уже распухли. Она обняла его бёдрами, но ужасные картинки её изнасилования встали перед её глазами, и она отвернулась, стараясь перебороть себя. То, что с ней делал сейчас Мирон, было до изнеможения приятно, но воспоминания о грубости, жестокости и насилие не давали упасть в объятия наслаждения и страсти. -Нет, - зашептала она, отталкивая Мирона, - Нет,нет,нет,нет! Нет!!! Он отскочила от него и обняла свои колени руками, прижимая к себе, начиная успокаивающее раскачиваться. and flashbacks Василис, - тихо позвал Мирон, но девушка никак не отреагировала на своё имя, тогда мужчина перевернулся и обнял тонкую талию, прижимая брюнетку спиной к себе, откидывая её волосы. Шея была красочным напоминанием их вчерашней мимолетной страсти, отчего Мирон улыбнулся и нежно поцеловал особо яркий кровоподтёк, скользя пальцами руки к джинсам, но останавливаясь около края. Он помнил, как вчера она была напуганна и не хотела подпускать его к себе, как он успокаивал её и дал обещание помочь справиться с этим. Но желание было слишком велико. Фёдоров скользнул рукой под майку, теша себя надеждой, что не получит по лицу, когда девушка проснётся. Его рука коснулась бюстгальтера, натыкаясь на застёжку между чашечек и быстро щёлкнул ею, освобождая себе путь к груди, накрыл ладонью левую грудь и легонько сдал её, ловя промежутками между пальцев сосок. Девушка слегка заворочалась и слегка простонала, поворачиваясь на спину и заодно предоставляя мужчине больше простора для действий, чему Мирон был рад. Если честно, он не мог остановиться, взять и прекратить касаться её, да и сейчас, когда она такая податливая, было невозможно противостоять. Брюнетка стала чаще дышать, когда Мир поднял майку и коснулся губами края рёбер. -Мирон, - раздался тихий, как шелест листьев голос. Она буквально выдохнула его имя и открыла глаза, хватая его за руку, потянула вверх. Мужчина поцеловал её в губы и отстранился. -Доброе утро, - тихо прошептал он и снова утянул её в поцелуй. *** -Ты подождёшь меня или поедешь в Питер? - спросила Василиса, перед подъездом дома родителей, поворачиваясь к Оксимирону. Было светло и тепло, так что брюнетка была в шортах и лёгкой майке, с завязанными в хвост волосами. -Дождусь, - говорит он, - Завтра поезд в Питер. Буду ждать тебя на платформе. Иди. -Пока, - говорит она и улыбается, забегая в подъезд. Путь до девятого этажа на лифте казался очень коротким. -Привет, дочь, - говорит отец, пропуская брюнетку в квартиру, - Как Европа? Сутки ада.