Пристраситие суицида.

Ты - это тот, кем тебя видят другие.

      Иначе и не скажешь. Я всегда нахожусь внизу, что бы я не делала. Моя самооценка не занижена, просто жизнь сама расставила приоритеты за меня.       Мне никогда не удавалось делать что-то в жизни правильно. Как бы я усердно не трудилась, все в итоге шло под откос, оставляя неприятный осадок на душе, который тяжее скатывался в огромный ком, будто набирающий в себя больше и больше. Но я не смогу сдерживать такую тяжесть в себе долго.       Я никогда не могла нормально ладить с людьми, которые имели хоть и небольшие, но различия в характерах. Возможно, мне просто не дано. Но я склоняюсь к тому, что я просто не могу понимать их. Мы слишком разные. Но чаще мне кажется, что люди видят меня насквозь, читают как открытую книгу. Но если сравнить меня с книгой, то я, судя по всему, книга без обложки, раз меня не судят. Всем просто все равно на меня. Да, возможно, это и к лучшему - не будет лишних возниканий в мой адрес, но мне это не нравится. Это все выглядит скучно. Честно сказать, я не могу жить без оценочности. Хоть я и не говорю никому, я всегда осуждаю людей, хоть и мысленно, но я всегда оставляю это в себе, потому что знаю, что точно задену чьи-то чувства своими высказываниями.       Мне никогда правильно не удавалось строить отношения. Это не обязательно романтические или дружеские отношения. Я даже своим странным взглядом могу отпугнуть любого человека от общения с собой. Ну, мне так кажется. Но когда я ловлю чужие взляды, направленные четко на меня, мне становится не по себе. Я же не спрошу "У меня что-то на лице?", "Что-то не так, почему ты на меня пялишься?" Я просто пытаюсь смириться, медленно забывая об этом, но обычно тщетно.

-Я жив.

      Я слышала этот голос ранее. Я не могу вспомнить где, но будто имя крутится у меня на языке, обжигая его все сильнее, что хочется просто сплюнуть или выблевать. Я понятия не имею, что нужно этому человеку, но, видимо, это что-то важное, раз он не поскупился на голосовое сообщение.       Я не была настроена на диалоги, ведь сейчас я поймала вдохновение за тонкий хвост, постоянно убегающий от меня. Я не могу потерять свой шанс. Ответив короткое "Ага, понятно", я приступила к рисованию. В голове я видела полный образ своего рисунка, но стилус будто не слушался меня. Рука дрожала, как и я вся. Приходит второе голосовое сообщение от неизвестного мне отправителя: —Неужели ты и вправду меня не помнишь? Я начинаю вырисовывать образ этого человека в своей памяти: где я могла слышать этот голос раньше? Навязчивое чувство дежа-вю крутилось где-то в висках, заставив меня непроизвольно прикусить губу: —Кто ты и что ты хочешь? Я не настроена на диалог сейчас, но твой голос кажется мне знакомым.       Я и в правду не помнила его. Одного голоса мне не хватало для выстроения полного образа человека, который будто бы всегда был со мной. У меня острое чувство того, что я слышала этот голос постоянно в голове.

Да не может быть.

      С моих губ непроизвольно сорвался тихий смешок. Я была так глупа, раз не узнала этот голос сразу —Андрей?       Через минуту ожидания собеседник начал набор своего сообщения: —Я скучал.       В эту секунду улыбка спала с моего лица. Как он выжил? Этого просто не может быть. Виталий ведь убил его.       Волна вопросов накрыла Андрея. Я, однако, была очень рада его встретить вновь. Но я совсем забыла о Матвее. Что мне сказать Андрею о нем?

***

      Бессонница накрыла меня с головой. К моей удаче, Матвей обычно не спал в это время суток, так что собеседник на ночь был обеспечен. Мы общались практически всю ночь, пока меня не стало буквально отрубать.       Все утро я выглядела словно избитая. Одноклассники коло поглядывали на меня, но пытались не удерживать свой взгляд на мне. Я не успела выпить кофе утром, денек обещает быть "отличным". —А я говорил тебе идти спать. Зря ты отказывалась. Матвей всегда знал как меня подколоть, хоть он и не единственный кто заметил мое состояние. Настроения огрызаться не было, спорить тоже. Я решила просто проигнорировать его упреки в мой адрес и продолжить дремать на парте. —Ты серьезно будешь меня игнорировать? Я не собираюсь тебя учить жизни, ты ведь и сама знаешь что нужно ложиться спать вовремя. Моего терпения больше нет, невыспавшаяся я всегда оказываюсь токсичной по отношению даже к близким людям: —Слушай, у меня сейчас нет никого желания устраивать какие-нибудь перепалки ни с тобой, ни с кем другим. Я не спала этой ночью не потому что хотела просто сидеть с тобой всю ночь и дурачиться, а из-за раздумия очень важной для меня проблемы. Так что будь добр, не подходи ко мне буквально час, потом мы сможем все обсудить,— я мило улыбнулась в конце.       Матвею, как ни странно, нечего было сказать. Он обычно не мог заткнуться, слова из него лезли как из незатыкаемой помойки, и ему пришлось отступить в этот раз.

***

      "Я все это время думал о тебе. Я так скучал, ты просто не представляешь."       "И я до сих пор люблю тебя."       Люблю ли я? Тяжелый вопрос. Вроде бы, у меня теперь есть Матвей, и якобы можно поставить на этом вопросе жирную точку, но не все так просто. Тогда другой вопрос: люблю ли я Матвея? Вопрос еще сложнее. Я часто замечаю, как он общается с другими девочками даже теплее, чем со мной. Это уже давно заставило меня насторожиться. Он еще давным-давно стал ко мне охладевать, словно мы и никогда не встречались. Я бы сказала, что давно во время поцелуев он делает это все словно на "отъебись". Особенно сильно меня напрягает его игнорирование сообщений. В первые дни, когда мы только-только начали встречаться, он не мог перестать спамить мне. Сейчас же все иначе. Хотя в жизни он до сих пор не прочь пострекотать как соловей. Он просто не может закрыть свой рот. Так люблю ли я его? Скорее нет, чем да.       Неожиданно для нас двоих, мы с Андреем решили встретиться в кафе, чтобы уединиться в далеком углу и обсудить наболевшие темы. Я даже не знаю что сказать ему при первой встрече. Стоит ли его обнять, стоит ли пожать руку? Я постараюсь подстроиться под ситуацию. До встречи еще около 3-х часов. Вот бы они никогда не начиналась.

***

      —Так о чем ты хотел поговорить? Он ухмыльнулся мне как в те времена, когда мы еще были вместе. Как тогда, когда он первый раз встретил меня с Дашей в кафе. —Ты до сих пор любишь меня? И любила ли ты меня вообще? Этот вопрос поставил меня в ступор. Неужели так и начинаются свидания? —Что ты делаешь в Санкт-Петербурге? — ушла от темы я. Он широко улыбнулся, будто видя как я неловко ускальзываю от его вопросов. —Я думаю, ты прекрасно поняла мой вопрос. Я не намерен разговаривать, пока ты не ответишь. Ком в горле все продолжал скатываться, набирая в себя все больше наболевшего, горестного. Я еле держалась, чтобы не рассказать ему обо всем, что я пережила в его отсутствии. —Я правда любила тебя. Очень сильно. Ты был для меня не чем-то, а путеводной звездой в этой помойке. —А сейчас? Я очень громко сглотнула. Это был тот вопрос, которого я боялась больше всего на этой встрече. Но времени раздумывать не было, так что я неловко ответила "да". —Ну и славно. Я рад, что мы до сих пор имеем что-то общее. Я почувствовала, как на моем лбу выступил легкий пот. От нервов или от жары - не знаю. —Так... что ты здесь делаешь? Как ты попал в Санкт-Петербург? Он словно ждал этого вопроса. Он посмотрел на меня сверху вниз и , глубоко вздохнув, начал свою речь: — Ты не представляешь через что я прошел, чтобы найти тебя.