Не буди воспоминания

Катя поправилась быстро, через два дня уже была почти полностью здорова. Хоть и кашель, конечно, еще остался. Тема ухаживал за ней. И ей не было скучно. Они вспоминали еще много веселых историй. Только Катю расстраивало то, что они проводят время вот так, у ее кровати. Когда температура у Кати спала, и погода улучшилась, Тема позвал ее на прогулку. Он как будто специально водил ее по тем закоулкам маленького шахтерского городка, и эти закоулки вызывали те или иные вспоминания. Вот только эта прогулка была омрачена встречей с местными отморозками, которые ходят без дела по городу и портят окружающим людям настроение своим присутствием. И все бы было да ничего, стоило только одному ляпнуть про Тему, что он "предатель Родины", раз играет за американский клуб. Вот тут Панарин не сдержался и "начистил обидчику морду". "Хорошо, хоть другие не полезли", - подумала Катя, она отговаривала Панарина не лезть к ним, и он бы и не стал. Если бы не это обидное для Темы заявление. Дураков же хватает. Она боялась за него, лишь бы ничего ему не повредили. В драке он вышел победителем, парни разбежались. Не намного уж и младше они были Панарина, а может, и почти одного возраста. Тема отделался лишь ссадиной на брови над левым глазом. Катя возмущалась, что ей пришлось переживать за него. - Прости, Кать, но оставлять такое без внимания я тоже не могу. Выступаю за сборную России, трачу свое здоровье, последние силы, потом долго восстанавливаюсь. А приходится слышать такое? Если бы я играл за сборную другой страны, это уже и был бы другой вопрос, - Панарин выругался. - Всех не перевоспитаешь, мудаков хватает, - вздохнула девушка. Дома Катя протирала ваткой с перекисью водорода Темину бровь. Ему это не нравился, он недовольно морщился, но бровь сильно саднила, и приходилось мужественно терпеть. В тоже время Теме было приятно, как Катя осторожно прикасалась к месту его "боевого" ранения. Когда она закончила, их лица снова на несколько секунд были максимально близко друг к другу. Катя даже вздохнула от неожиданности. "Решай, Панарин. Сейчас, или никогда". Он осторожно подался вперед, и легко, словно спрашивая разрешения, коснулся своими губами ее губ. Сначала едва-едва, точно привыкая, потом уже смелей. Теме казалось, что от этого легкого поцелуя можно опьянеть. Однако, все закончилось довольно быстро. Катя пришла в себя и отскочила от Панарина в сторону двери. - Катя, стой, - он схватил ее за руку. Сделал то, чего не сделал тогда. Она вздрогнула, но остановилась, - ты нужна мне. Он выдохнул. Не хотел, чтобы она уходила. - Я не хочу, чтобы ты из-за меня плакала. Катя все еще не поворачивалась к нему. Просто стояла и тяжело дышала. - Тема, не делай себе больно. И мне. Пожалуйста. - Я хочу, чтобы ты переехала ко мне, - серьезно сказал Панарин. Катя наконец-то повернулась к нему. И посмотрела на Тему своими большими голубыми грустными глазами. -Ты же знаешь, что я все равно не смогу сразу все бросить? У меня есть договоренность с работой, и бабушка здесь. Он крепко прижал ее к себе. - Знаю. Я терпеливый. Катя, я не хочу тебя снова потерять, - он посмотрел ей в глаза, ища в них надежду. - И это ты мне говоришь за четыре дня до отъезда? Панарин понимал, что Катя права. Впереди тяжелые месяцы работы - со сборной в Питере перед Кубком Мира, сам турнир. А потом возвращение в НХЛ. - Знаешь, я вчера долго думала, пока не могла уснуть. Опасно менять привычки. Если бы я приехала в августе, я бы снова тебя не увидела. Все бы было по-старому. Прости. - Кать, - у Темы опустилось сердце, он даже отступил на шаг от нее от неожиданности. Он так и не услышал от нее хоть что-то, позволяющее надеяться. Не услышал, но чувствовал ее, иначе бы не предложил ей поехать с ним. - А теперь я не знаю, смогу ли я без тебя дышать, - закончила она. Теперь он не знал, что сказать. Какие-то странные у них признания выходят. Как школьники, ей богу. - Молодежь, что это вы тут сидите, погуляли б лучше, - в гостиную зашел Семен Аркадьевич, а глянув, на лицо внука, продолжил, - хотя, смотрю, уже погуляли. Тем, что произошло? - Просто не все в Коркино хоккей любят, дед, все уже нормально, - отмахнулся Тема. - Ну-ну, Катя чуть не плачет, - дедушка Темы кивнул в ее сторону. Он посмотрел на Катю, а та, растерявшись, вышла из комнаты. Панарин вскочил за ней. Почему-то ему казалось, что если она сейчас уйдет, то уйдет совсем. - Кать, останься, - он ее обнял. - Я бабушке обещала помочь, - девушка высвободилась из объятий Темы и вышла из дома. - Черт. Что я делаю не так? - Панарин был расстроен. - Мы, конечно, прожили с бабкой твоей душа в душу сорок лет, сам не знаю, как так получилось. Но у нас все как-то проще. Вот уехала к подруге, мне ее сейчас не хватает. Может, Катя боится? - Чего? - не понял Тема. - Перемены мест, одиночества, предательства. Тем, она - девушка. Она может бояться чего угодно. Панарин вздохнул. Он действительно не знал, что ему теперь делать. Как убедить Катю в том, что бояться не стоит? Ему тоже было не по себе, когда он переезжал в Чикаго, но рядом был его друг, который помог адаптироваться в незнакомом государстве. А Катя первое время будет все равно одна, пока он будет в разъездах с командой. Но он сдаваться не привык. Катя сидела на чердаке и перебирала гитарные струны, наигрывая старую любимую песню про художника и алый парус*. Она не все слова помнила. Но чем-то эта песня и ее историю напоминала. Учила ее еще в школе. И не так просто сыграть ее на гитаре. - Катюш, что грустишь? - Амалия Петровна последние две минуты слушала Катину песню, а та ее даже не заметила. - Тема, кажется, влюбился в меня. Предлагал с ним уехать. Я такого не ожидала. И как-то слишком быстро я снова к нему привязалась. - Тут, по-моему, радоваться нужно. Или тебя мучат сомнения? - Просто все слишком быстро, - повторила Катя. - Ой, - Амалия Петровна всплеснула руками, - да так только и бывает в жизни! Катя улыбнулась. - Прислушайся к себе, чего ты хочешь на самом деле. Это сложно, но можно. Девушке на телефон пришла смс от подруги с приглашением на выходные съездить в Магнитогорск. Она сразу подумала про Тему. У них и без того мало времени. Если она уедет, то останется два дня. Да и он может все неправильно понять. А Кате было просто необходимо разобраться в себе.