Во имя любви

Спок спустился на планету. Солнце уже жарило во всю, испепеляя растительность на планете. Раскопки раскинулись перед ним огромным кратером, огороженным острыми насыпными валунами. Сама впадина и ее содержимое было скрыто круглым выпуклым куполом, который блестел и переливался на солнце. Большегрузные машины рассеивались в кружении золотых искр и по одной заезжали в проем купола, поднимая пыль и в без того душном воздухе. Разгрузка была в самом разгаре. Коммандер окинул взглядом представшую его взору картину и начал осторожно спускаться к основанию кратера. — Мистер Скотт, как у вас дела? — запыхавшийся от пыли коммандер подошел к главному инженеру. — Да, все в порядке, сейчас разгружаем уже вторую партию машин. Осталось еще оборудование поменьше, — посмотрев на коммандера, он продолжил. — А где Джим? Мне сказали, ему стало плохо на мостике. Что с ним? — У него приступ аллергии, я думаю, в ближайшие дни мы не увидим его здесь. — Аллергия? Тогда ему не стоит пока приближаться к раскопкам, здесь сейчас такая пыль из-за ветра. Ему лучше спустится в лагерь археологов, он закрыт горами. И там пообщаться с этими людьми. — Ты уже говорил с главным археологом? — Спок пытался закрыть лицо ладонью, но пыль и песок все равно мешали ему говорить. — Да, общался. Этот тип, — Скотти показал рукой на высокого человека недалеко от них, — не очень то и разговорчивый. Но может вам, коммандер, повезет больше. Спок подошел к человеку, на которого указал Скотти. Ему на вид было лет двадцать пять. Он был худой и очень высокий. На его загорелом лице была пыль и недельная щетина. — Вы, мистер Алекс Смит — руководитель археологической экспедиции? — Да. А вы кто? — зеленоглазый Алекс Смит был не очень похож на свою сестру Дебору, она была невысокого роста и немного постарше. — Я, коммандер Спок, исполняющий обязанности капитана USS Энтерпрайз. — Понятно. А где ваш капитан? — Алекс недоверчиво посмотрел на Спока. — К сожалению, он сегодня не сможет спуститься на планету по состоянию здоровья. — Вам лучше разгрузится и всем подняться на корабль. Сегодня и завтра будет пылевая буря, ветер усиливается, работы приостановлены. Объявлен оранжевый уровень опасности. А через два дня я жду здесь вас и вашего капитана, — Алекс четко руководил процессом, хотя был очень молод для этого на первый взгляд Спока. — Здесь всегда такая погода? — Нет. Это скорее природный катаклизм. Через два дня буря прекратится. До встречи, коммандер, — и Алекс зашагал в сторону купола, который уже был плохо виден из-за непогоды. Спок постоял, глядя ему в спину. Алекс Смит был сложным человеком в общении. Им с капитаном придется с ним нелегко. — Коммандер Скотт, закачивайте здесь разгрузку и поднимайте людей. Я дойду до лагеря и тоже вернусь, — Спок сквозь усиливающийся ветер пытался докричаться мистеру Скотту. Получив от него кивок, он двинулся дальше к лагерю за скалами.

***

Джим открыл глаза и сразу их закрыл, узнав лазарет. Мог бы и не отрывать, потому что этот больничный запах и писк приборов ни с чем нельзя было перепутать. Доктор МакКой, среагировав на движение головы Кирка, подошел к его кровати и снял кислородную маску с его лица. Капитан хотел, что-то сказать, но из горла донесся только хрип и он в непонимании обратил свой взгляд на доктора. — Да, ты не можешь сейчас говорить. Успокойся. У тебя был приступ аллергии. Отек еще не спал, — он поправил приборы и, подняв его руку, посчитал пульс, сверив его с показаниями приборов на мониторе, — но тебе уже лучше. Джим откинулся обратно на подушку. Что могло быть хуже — он не только в лазарете, так еще и возразить ничего доктору не может. Капитан облизал сухие губы и закрыл глаза. — Вот только не надо из себя строить умирающего. Я могу дать тебе лекарство, и ты сможешь говорить, но это не полезно для твоего горла. Все должно произойти естественным путем. Капитан все также молчаливо лежал с закрытыми глазами, обидевшись на доктора. — Если хочешь что-то сказать. Я принесу тебе падд — ты можешь там написать, — ответа не последовало, капитан даже не пошевелился, продолжая, упрямится. — Хорошо, тогда если тебе ничего не нужно, я, пожалуй, пойду… — доктор уже было развернулся, но Джим резко распахнул свои голубые глаза и умоляюще на него посмотрел. — Ладно… только говори тихо… — доктор не вытерпел его сверлящего взгляда и подал ему стакан воды с лекарством. Джим сначала закашлялся, а потом уже присев на кровати прохрипел: — Спасибо, доктор. Вы сегодня просто сама щедрость. — Как ты себя чувствуешь? — Нормально, — Джим еле говорил. — Почему у меня приступ? Я ничего такого не ел. — Диана принесла тебе кофе, в нем был мед. — Мед? Разве мед можно получить из репликатора? Я думал, Спок давно заблокировал эту опцию. — Да? Я тоже так думал. Но она каким-то образом его оттуда получила. — Боунз, ну не злись на нее. Она не знала, что у меня аллергия на мед и, наверное, просто напутала, что-то там у репликатора. — Она чуть не убила тебя Джим. Если бы не Спок, твоя смерть была бы мгновенной, я бы даже не успел добежать до мостика. Хорошо еще, что я озаботился этой проблемой раньше и оставил на мостике комплект для оказания первой помощи при твоих приступах, — доктору сейчас бы тоже не помешало бы успокоительное. — Ну, ты же у нас гениальный доктор, — Джим мило заулыбался ему. — Я просто не сомневаюсь в тебе, Боунз. — А ты еще спрашиваешь меня, зачем мне нужна эта черепаха, а я просто хочу, чтобы ты жил нормальной жизнью, без этих приступов. Потому, что каждый раз для тебя может оказаться последним. А ты этого не понимаешь, Джим. Джим, конечно же, все это очень хорошо понимал и ценил заботу своего доктора. Чтобы хоть как-то поддержать его Джим приложил ладонь к сердцу и сказал: — Боунз, клянусь тебе, как только ты меня выпишешь отсюда, я сам лично обыщу весь корабль, найду эту чертову черепаху и притащу ее в лазарет. Давай, не расстраивайся так. Все ведь уже хорошо. Доктор отмахнулся от него. А Джим у которого наконец-то прорезался голос разговорился: — Так, а где Диана? Она, наверное, очень испугалась? — Да, наверное… она уже была здесь, и орошала слезами твое «бездыханное» тело… Я не мог ее отсюда выгнать. — Она была здесь и плакала? — удивленный Джим сейчас счастливо улыбался. Доктор посмотрел на него как на умалишенного.  — Я сейчас не совсем понимаю, что тебя радует в этой ситуации? — Боунз, ну это же прекрасно. Жаль, что я этого не видел, — Джим продолжал мечтательно вздыхать. — Так, давай сейчас же позовем ее обратно и обрадуем, что я уже очнулся. — Это невозможно, Джим. Спок увел ее под арест. — Что?.. — Джим подскочил на кровати. — Он в своем уме? Вызови его, срочно. Ее нужно отпереть. Зачем он закрыл ее? — Я не могу его позвать — Спок спустился на планету. — Мы что, уже прилетели на Папилион? Вот черт! — капитан провел рукой по лбу, потом резко откинул одеяло и начал вставать. — Куда ты собрался, Джим? — Дай мне одежду, я должен открыть ее, а потом мне нужно спуститься на планету, — Джим был сейчас сама решительность. Он резко встал, отчего голова его закружилась, и он плюхнулся обратно на кровать. — Ладно, планета пока подождет. Но Диану я не позволю держать взаперти. Сколько она уже там? Леонард никак не реагировал на уговоры Джима. — Обещаю, я только спущусь вниз, выпущу ее и вернусь обратно. Боунз и сам переживал за девушку. В итоге он не выдержал, подошел к шкафу и кинул Джиму одежду: — Если ты свалишься где-нибудь в коридоре, я не буду тебя больше лечить. — Хорошо док. Я постараюсь дотянуть до лазарета. Через пятнадцать минут Джим, наконец-то, дошел до нужной палубы. Охрана удивленно уставилась на его болезненный внешний вид, но он махнув рукой, показал, что с ним все в порядке. Прислонив большой палец к сканирующему устройству, капитан открыл камеру. Стеклянная дверь бесшумно отъехала, и капитан увидел находившуюся внутри девушку. Она сидела на полу и не видела его, опустив голову на колени. Сердце капитана сжалось при виде ее. — Диана, вы можете быть свободны, идите в свою каюту, — Джиму было очень неловко за произошедшее. Она его гостья, как Спок мог сюда ее привести и закрыть. Капитан сделал шаг назад, чтобы уйти, но оступился и чуть не упал. Диана испуганно подняла глаза на капитана и подбежала к нему, поддержав его за талию. — Капитан, почему Вы не в лазарете? Вы в порядке? — Я уже сейчас туда иду, — Джим немного подумал и продолжил. — Диана, мне что-то нехорошо, Вы не могли бы туда меня проводить? Диана сильнее обхватила его рукой за талию, положив его вторую руку себе на плечо. Его форменка на спине на ощупь была уже вся влажная. Вероятно, капитану тяжело давался каждый его шаг. Лицо его заливал румянец, а в глазах горел нездоровый блеск. — Да, конечно, я провожу Вас. Они вышли в коридор и медленно пошли в сторону турболифта. — Диана, я хочу извиниться за произошедшее, это не должно было случиться. Это просто нелепая случайность. Вы ничего не знали про мою аллергию. Не переживайте так. Мне уже намного лучше. — Джим, Вы должны знать — я ничего не добавляла Вам в чашку. Я сделала просто кофе из репликатора. Я не понимаю, как там мог оказаться мед. Как давно Вы страдаете аллергией? — Да, это у меня с рождения. Я родился семимесячным в медицинском спасательном шаттле в космосе. Доктор МакКой считает, что там я и нахватался радиации, и моя иммунная система дала сбой. — У вас часто бывают эти приступы? Я так испугалась за Вас. — Бывают да, но такого сильного давно не было, — Джиму было так приятно идти с ней в обнимку, если бы его так еще и не шатало, он был бы сейчас самым счастливым человеком. Они, наконец, дошли по палаты. Джим уже еле держался на ногах, но не показывал виду Диане. — Спасибо, дальше я сам, — Джим с неохотой выпустил из своих рук Диану. — Я могу Вас попросить найти Питера. Я два часа назад заставил его убираться в оранжерее. Боюсь, он там уже натворил дел. — Да конечно, я найду его, не переживайте. Отдыхайте, капитан. Джим дошел до своей кровати и завалился на нее прямо в одежде. Сил у него больше ни на что не было. Он сразу же отключился. Проходя мимо палаты, доктор МакКой увидел, что дверь в нее открыта. Он зашел и увидел, что Джим уже вернулся. Он подошел ближе — все как он и думал, этот парень не успокоится, пока не угробит себя. Доктор уложил его поудобнее на кровать, поставил ему опять капельницу и, выругавшись, ушел в лабораторию.