О чем думает ангел

      Слабо вспыхнувшая синеватым светом оптика вызвала у Рэтчета усталую, но счастливую улыбку. — Лежи спокойно, — тихо попросил он, осторожно спаивая провода. — Хватит уже, набегался. Бамблби сфокусировал на нём взгляд и издал что-то вроде хриплого смешка, сопровождающегося свистом изуродованной голосовой платы. — Я позову Оптимуса. — Военный врач выпрямился. — Только не дёргайся, пожалуйста, не доламывай хотя бы то, что цело. Жёлтый разведчик едва кивнул головой и откинулся на платформу, глядя вслед Рэтчету. Он совсем не помнил, как оказался на базе автоботов. Последним ярким воспоминанием была Искра, горящая в ладонях, подобно крошечной звёздочке, которую он без колебаний протянул Мегатрону. Что же произошло? Как он выжил? Как оказался дома, избежав неминуемой гибели? Вопросов было много, а вот ответы не спешили появляться. Впрочем, Бамблби решил отложить это на потом, смертельная усталость пульсировала в каждой части его организма, словно он промчался не одну сотню миль и выдержал долгий бой. «Я дома. — Жёлтый робот притушил окуляры, вслушиваясь в едва различимый гул аппаратуры где-то за стеной. — Я дома. Оптимус жив, с ним всё в порядке, Сэм далеко, и десептиконам до него не добраться. Всё хорошо». В ангар вошёл Прайм. Он стремительно пересёк огромное помещение и склонился над Бамблби, тревожно всматриваясь в его лицевую. — Би? — голос непривычно хриплый и в нём тревога. Разведчик скосил на него взгляд и дёрнул головой, кивнув в знак приветствия. — Никогда больше не поступай так. — Лидер автоботов прикрыл оптические датчики манипулятором. — Я думал, что потерял тебя навсегда. — Он осторожно сжал конечность Бамблби и улыбнулся уголками металлических губ. — Всё будет хорошо. «Знаю», — хотел сказать жёлтый трансформер в ответ, но только стрекотнул и виновато отвернулся. — Рэтчет, — позвал Прайм, выпрямляясь. — Ты можешь хоть что-то сделать с его голосовыми процессорами? Врач подошёл, бросив на своего лидера пронзительный взгляд, он наклонился и поддел пальцами незаизолированные провода, продемонстрировав их Оптимусу. — Ты серьёзно считаешь, что это можно восстановить? — буркнул он. — Платы вырваны с корнем, все контакты сломаны или расплавлены. Прайм, я врач, а не чародей. Здесь, на Земле нет ни запчастей, ни технологий. Хватит и того, что трубки подачи энергона придётся подводить заново. Бамблби! Лежи спокойно! Этот окрик вырвался у Рэтчета, потому что жёлтый разведчик приподнял голову и попытался сесть. Прайм качнул головой и усмехнулся, глядя на сердитого врача и несчастного робота-шмеля, чьи оптограни сложились в «домик», а на лице появилось умоляющее выражение. — Нет. — Оптимус сложил руки на груди. — А вот теперь я согласен – лежи и не дёргайся столько, сколько потребуется. Он отвернулся и вышел под пронзительный и просительный свист, который предпочёл не понять. Едва за ним закрылась дверь, как к нему подкатился Вили. — Ну что? — поинтересовался он. — Я так понимаю, что всё в норме? — Почти, — Оптимус кивнул. — Спасибо вам обоим. Даже не знаю, как благодарить за всё, что вы сделали. Крошка-робот пожал плечами. — Ну, в целом нам вполне хватит вашей защиты и гарантии, что мы можем и дальше жить тут, а не шататься по чужим квартирам и прозябать на балконах, как ненужные вещи. — Моё слово гарантирует вам неприкосновенность на этой базе. — Синий робот присел, чтобы заглянуть Вили в оптику. — Я никогда не забуду ту услугу, которую вы мне оказали. Маленький десептикончик самодовольно усмехнулся, бросив победный взгляд на своего собрата, который опасливо топтался поодаль. «Я же говорил!» — являл собой этот взгляд. Лидер автоботов не смог удержаться от улыбки, глядя на них и выпрямился, направившись к выходу с базы.

***

      Ночная тишина большого ангара едва нарушилась тихим скрипом идеально пригнанных блоков и шарниров. Бамблби сел и огляделся. Здесь не было никого кроме него, поэтому он рискнул встать и пройтись, проверяя своё состояние. При Рэтчете он не решился бы даже голову повернуть лишний раз, чтобы не нарваться на очередной выговор и требование не мешать организму восстанавливаться. Он уже неделю валялся тут, мучительно выдерживая вынужденное бездействие и все манипуляции врача, и терпение закончилось. Тихо пройдя по ангару, робот убедился, что все его механизмы в полном порядке и функционируют отлично. Он трансформировался, прокатился по ангару туда и обратно, вернул себе нормальный вид и направился к воротам. Покинуть ангар оказалось просто — Рэтчет стоял в соседнем блоке в излюбленной форме Хаммера и, похоже, был в отключке, Прайма нигде не было видно. Бамблби минуту смотрел на врача, словно о чём-то размышляя, а потом тихо вышел, почти неслышно стрекотнув что-то благодарное. Жёлтая Камаро проехала по широкому тоннелю к главным воротам и выкатилась наружу. Луна облила глянец машинного лака серебристым светом, от чего стало казаться, что краска на ней белая. — Ты далеко? — От высокой стены отделился силуэт и шагнул следом за Камаро. Бамблби резко развернулся на голос и откатился чуть назад. В лунном свете перед ним стоял Прайм, скрестив манипуляторы на груди и чуть склонив голову на бок. — «Прости», — выдохнуло радио. — «Я должен». Оптимус сел на выступ стены и грустно кивнул. — Знаю, — тихо сказал он. — Даже после всего, что с тобой сделали из-за него? Машина моргнула фарами. — «А как иначе поступить?» «Он не виноват», «Я верю в него». Радио умолкло и Бамблби поднялся, отводя взгляд. Он не знал, как сказать Оптимусу, что ему невыносимо так далеко от Сэма. Даже если бы он мог говорить, то и тогда вряд ли смог найти слова, а сейчас… Формер бестолково переступил с серво на серво и махнул рукой. — «Не поймёшь». — А вот тут ты ошибаешься. — Прайм качнул головой, притушив свет своей оптики. — Я понимаю тебя, как мало кто ещё из нашего вида. Ты не можешь без него, хоть предай он тебя и отвернись, ты всё равно будешь скучать по Сэму и хотеть быть рядом. Зов Искры слишком силен и никто из нас ему противостоять не сможет. Да в этом и нет нужды. Он хороший человек, просто заблудился немного и запутался в себе самом. Иди. Би минуту стоял, поражённый услышанным. Он ожидал, что Прайм сейчас прикажет ему остаться, или будет уговаривать не делать глупостей… Он бросился вперёд и упал перед большим синим роботом, ткнувшись лбом ему в колени. Прайм горько усмехнулся и провёл ладонью по жёлтому шлему и прижатым антеннам. — Я очень боюсь за тебя, но хочу, чтобы ты был счастлив. Прошу лишь об одном – если хоть что-то случиться с тобой или станет тревожить, помни, что здесь твой дом, и ворота для тебя открыты всегда. В любое время дня или ночи, неважно через сколько лет или дней, я буду ждать тебя, шмелёнок. Бамблби прижался щекой к большой тёплой ладони и заглянул в ясные светящиеся оптические датчики. Такие мудрые и чистые, что он чуть не заплакал. Вдруг захотелось сказать что-то тёплое и очень важное этому огромному родному роботу, который заменил семью и целый мир, не раз спасал, защищал и научил ценить свет Искры выше всего остального. Но проклятые голосовые процессоры снова только бестолково захрипели и чирикнули, словно насмехаясь над своим владельцем. — Не надо. — Прайм улыбнулся. — Я знаю, что дорог тебе и всегда буду в твоей Искре. Ступай. Жёлтый робот кивнул, отстранился и трансформировался. Камаро взвизгнула колёсами и умчалась прочь, провожаемая грустным взглядом внимательной синей оптики. «Я не стану говорить тебе, как горько ты пожалеешь об этом поступке, и как скоро это случиться. Я просто буду ждать, чтобы в любой момент успеть подставить тебе плечо и не дать свалиться в бездну отчаяния, если самый дорогой тебе человек предаст тебя или решит, что ты ему больше не нужен». Прайм откинулся на стену, глядя в звезды. Его Искра подсказывала, что расстаются они надолго.

***

      — Сэм! — Карли ворвалась в спальню, на ходу застёгивая платье. — Сэм! Я всё понимаю, но мы же не планировали устраивать на газоне парковку! Зачем я потратила столько сил и денег на этот фонтан с херувимами, если от него осталось только воспоминание?! Парень приоткрыл глаз и непонимающе уставился на девушку. Он вчера специально убрал свой линкольн в гараж, чтобы не раздражать подругу, которая не выносила небрежность и бардак. Так какие к нему претензии? Зевая во весь рот, он выбрался из-под одеяла и поплёлся к окну, почёсывая спину. — Карли, золото моё, — начал он. — Я вчера загнал машину в… Слова оборвались сами собой. На газоне прямо под его окнами стоял, сверкая глянцевым боком в утренних лучах, жёлтый автомобиль. — Би?! — Сэм завопил от радости и вылетел из дома, бросившись к машине. — Би! Где ты пропадал столько времени?! Мне такого о тебе порассказали! Ты даже не знаешь, что у меня творилось и приключилось! Как ты меня разыскал?! Он бегал вокруг трансформирующейся машины, тараторя о своих приключениях и новостях. Бамблби сел на газон и протянул Сэму руку, радостно сверкая оптикой и тихо посвистывая. Карли хмуро смотрела из окна и грызла кончик ногтя. Нет, она не относилась к инопланетным роботам плохо. Она даже по-своему их уважала, но вот появление этого заводного шмеля заставило её беспокоиться. Они с Сэмом уже месяц жили припеваючи и строили планы на будущее. Но как показала практика, стоит только появиться жёлтому автомобилю, как всё летит кувырком. «Я не хочу потерять тебя, Сэм!» Девушка выглянула в окно и крикнула достаточно громко, чтобы её услышал не только парень. — Сэм! Убери машину с газона! Бамблби вскинул на неё взгляд и дёрнул оптогранями, сперва расстроенно, а потом удивлённо. «Убери машину? Я что ей, игрушка, что ли?» Но Сэм, почему-то, торопливо кивнул и повернулся к роботу. — Э-э-э, Би, слушай, пойдём лучше в гараже поговорим. Мы только новый газон посеяли, на нём следы останутся. Жёлтый робот согласно кивнул и последовал за парнем в гараж, совсем не понимая происходящего.

***

      — Надеюсь, он ненадолго. — Карли перевернулась в кровати, уставившись в окно. — Я не знаю. — Сэм зевнул. — Пусть живёт, что в этом дурного? На работу я, конечно, не смогу с ним ездить, но в целом… он же не мешает. Девушка помолчала, прикусив губу. — Знаешь, он сегодня сломал наш фонтан совершенно нечаянно. Пойми, я не виню его ни в чём, но вот мы с тобой хотели детей завести. Это будет просто небезопасно для них. Вдруг наступит или решит поиграть… — Ты преувеличиваешь, — возразил Сэм. — Би, конечно, неуклюжий, но всё же не настолько. — Твои тёплые воспоминания о нём всегда меня восхищали. — Карли дёрнула плечом. — Лучше бы ими и оставались. Сэм ничего ей не ответил, ласково обняв и погладив по руке. Эти разговоры стали нормой, но он держался, упрямо не желая отказываться от своего друга. Хотя в душе уже понимал, что их мало что связывает. Он уезжал на работу, а гонка стояла в гараже. Вечером после напряжённого дня хотелось полежать на диване в обнимку с Карли, на то, чтобы погонять по трассе просто не оставалось сил. Иногда он приходил в гараж и сидел на жёлтом капоте, глядя его рукой, но чувствовал себя стариком рядом с детской юлой. — Знаешь, я лучше поеду к твоей маме пожить, — однажды сказала Карли. — Пока ты не наиграешься в свои сладкие воспоминания. — Нет. — Сэм подскочил на месте. — С чего такие радикальные решения? Давай поищем компромисс! — Давай! — Девушка плюхнулась рядом с ним и скрестила на груди руки. — Как он будет выглядеть? Сэм снова сидит на двух стульях, а Карли прыгает вокруг?! Нет, прости, но это решение мне не подходит. Если тебя устраивает такая жизнь, то лучше я буду собирать вещи! Я хочу нормальную семью, ребёнка, пикник в выходные, а не разваленный сад и риск быть раздавленной! — Ты перегибаешь палку! — Сэм вскочил и нервно заходил по комнате. — Я же не могу указать Би на дверь только потому, что он снёс вчера клумбу. — А неделю назад прошлифовал по газону! — Он пошутил, — попытался возразить парень. — Отличная шутка, Сэм, на двести долларов! — Карли вскочила. — Знаешь, с меня хватит, или я, или эта дурная гонка! Сэм поднял глаза и долго смотрел на неё, словно, не веря в услышанные слова. Потом резко отвернулся и вышел, громко хлопнув дверью.

***

      Бамблби катался по гаражу взад-вперёд, слушая музыку, летевшую из динамиков. Он ждал вечера. Сегодня был выходной, и Сэм обещал, что они поедут на рыбалку, возьмут с собой Карли и рванут к озеру, где такой красивый закат. Би ради этого вытряхнул весь салон и привёл его в порядок, спрятав на самое дно бардачка фотографии прошлых лет. Когда Сэм вошёл в гараж, нервно дёргая в руках брелок от ключей, робот не заподозрил ничего дурного и приветливо свистнул. — Би, — позвал он, не глядя на машину. — Слушай, нам надо поговорить. Дождавшись, когда автобот трансформируется, парень сел перед ним прямо на пол, старательно отводя глаза. — Тебе надо ехать к Прайму, — глухо сказал он. — Ты больше не можешь находиться со мной рядом. Бамблби чирикнул расстроенную ноту и отрицательно покачал головой. Он не понимал, что случилось, но уезжать не хотел. — Пойми, — парень сцепил руки в замок и шумно выдохнул, — ты не можешь вечно прятаться в гараже. Это тяжело и тебе, и мне. Би сверкнул оптикой, расстроенно приподняв оптограни. Всё точно, как в истории с колледжем. — «Это всё ты виноват», «цветы, цветы», — зачирикало радио, но к этому прибавился вопросительный свист самого робота. — Дело не только в газоне. — Сэм махнул рукой. — «Обещал никогда не уходить!» — заговорило снова радио. — Да пойми ты! — Сэм встал и прошёлся по гаражу, засунув руки в карманы. — Карли хочет нормальной жизни, детей, дом за городом. — «Я не буду мешать». — Жёлтый робот пристально посмотрел на парня. — «Просто буду рядом». Сэм опустил голову, чувствуя ком в горле. Надо было решать сейчас, потому что от сложнейшего выбора в жизни всё равно убежать не получилось бы. — Нет, — решительно сказал он. — Знаешь, у каждого должна быть своя жизнь. Я хочу семью и детей, ты – гонять по дорогам и развлекаться. Я люблю тебя Би, но выбирать придётся. Я прошу тебя, уезжай к Прайму. Бамблби долго-долго смотрел на него, понимая, что повлиять на Сэма всё равно не сможет, уговорить и упросить – тоже. Парень сказал, что у каждого из них должна быть своя жизнь, но как быть, если он и был жизнью Би? Трансформер бессильно заплакал и отвернулся от человека. Вот тебе и вся поездка к озеру, к которой он так готовился, вот и все выходные. — Не рви мне сердце. — Сэм погладил его по манипулятору. — Прошу тебя, уезжай. Бамблби вскинул на него ярко сверкнувшую оптику. «Значит, твоё сердце рвать нельзя? А мне вот так в самую Искру ударить можно?! Вот так расчётливо и точно, чтоб наверняка! Я же ради тебя готов был на всё… Нет, я ради тебя пошёл на всё. Предал Прайма, эту самую Искру живьём из груди вырвал… Сэм… Эта девушка стоит того?!» — Уезжай, — повторил парень, отворачиваясь. — Пойми меня правильно… Робот упал на колени, резкими рывками приводя в движение поршни и детали. Его трансформация была больше похожа на торнадо. Сэм едва успел отскочить в сторону, чтобы не быть сбитым. Из-под колёс, юзом вылетевшей за ворота машины ему в лицо полетели пыль и обрывки газет, окатив его, как из ведра. Парень понял, что люто обидел своего друга, потому что до этого ни единого раза Бамблби не позволял себе вот так вылетать прочь, совершенно не заботясь о том, что может сбить Сэма. — Прости меня, — прошептал он вслед удаляющимся габаритным огням и поплёлся в дом, согнувшись, как старик.

***

      Би летел прочь, выплёскивая в истошном крике радио свою обиду и боль. Он мчался, не разбирая дороги, наплевав на все знаки и скоростной режим города, виляя между другими машинами, как сумасшедший. Всё чего ему хотелось, это добраться до базы «НЕСТ», свалиться рядом с Праймом и дать волю своим эмоциям. Прокричаться, заплакать, услышать от мудрого приёмного отца, почему люди такие жестокие и злые, почему даже лучшие из них не способны сохранить такую простую и чистую дружбу. «Вызываю всех автоботов! — ворвался в его эфир голос Оптимуса. — Вызываю всех автоботов! Мы подверглись нападению…» Мотор Камаро бешено взревел, выжимая из себя предельную скорость. «Прайм! Я еду…»