Buffy the Vampire Slayer.

— Если явился отомстить, то лучше не начинай, — мрачно усмехается Фэйт, когда боковым зрением замечает приближающегося к ней небритого громилу в кожаной куртке. — Я отошла от дел, но навык не потеряла. — Если бы я хотел вскрыть тебе глотку, то сделал бы это в подворотне, а не посреди бара. Очень захудалого, кстати, — брезгливо оглядываясь, оборотень по имени Дерек Хэйл без приглашения садится напротив бывшей Истребительницы. — Привет, Фэйти. Давно не виделись, правда? — С тех самых пор, как я твой дом сожгла, — флегматично уточняет Фэйт, сканируя Хэйла тяжелым взглядом. — Купишь мне выпить в честь этого грандиозного события, или что? — Или что, — беззлобно парирует Хэйл. — Не ершись, я не в претензии. Дом пустовал, кстати — его и до тебя жгли, там жить было невозможно. Так, перевалочный пункт… — Обожаю светские беседы с заклятыми врагами, — саркастично вздыхает Фэйт, всем своим видом демонстрируя обратное. — Я серьезно, Дерек. Чего тебе надо? — Помнишь мое имя, — белозубо ухмыляется оборотень. — Хороший знак. — Я помню имя каждой задницы, которую нашпиговала серебряными пулями. Уж такая у меня особенность, это не твоя заслуга. — Но в моей заднице твоих пуль и не было. — Ты меня утомляешь, я серьезно, — хмуро сводит брови на переносице Фэйт. — А я-то думал, мы вполне себе неплохо беседуем… Ладно, не психуй, я понял. К делу, значит к делу. Я открываю школу. — Ты… Что? — Фэйт глядит на Хэйла, как на сумасшедшего. — У меня или со слухом что-то не так, или ты что-то конкретно перепутал. — Ничего я не перепутал, Лэхэйн, — возражает оборотень настойчиво. — Заткнись и послушай, ты же хотела обойтись без лишней болтовни. Я открываю школу сверхъестественных наук, если тебе угодно. Я еще не совсем определился с точным направлением, но мне хотелось бы воспитать своего сына не дикарем, бегающим по лесу каждое полнолуние, а полноценным членом общества. Людского общества. Мне нужны лучшие из лучших — те, кто сможет вложить в головы юных идиотов правила, которые важны для выживания всех видов. Сверхъестественное может стать частью обыденного — под должным руководством… — Ты долбанутый что ли?.. — откровенно спрашивает Фэйт, прерывая эту внезапно льющуюся песней речь. — Ты пришел с этим ко мне? Ко мне?.. Я твой дом… — Сожгла, я помню, — усмехается Хэйл снова этой своей невыносимой белозубой улыбочкой. — Но ты же была вроде как не в себе. И ты изменилась. Я все о тебе знаю, я следил за тобой. Ты влачишь жалкое существование, не зная, что делать с грузом прошлого. Сидишь вечерами в этом убогом баре, тратишь свою жизнь на какое-то невнятное дерьмо. — Мне, может, нравится это, — бурчит Фэйт раздраженно, но все же ловит себя на том, что ей хочется дослушать бред Дерека до конца. Как минимум. Как максимум, в этот бред можно и уверовать. — Не нравится тебе это, — парирует Хэйл уверенно. — Я же сказал, что следил за тобой. Поехали со мной в Вирджинию. Станешь наставницей. Это немного не то, к чему ты привыкла: никого не нужно убивать. Но можно и нужно создавать общество тех, кто будет безопасен для тех, кого ты всегда хотела оберегать. Это все еще может быть твоим предназначением, только в созидательном ключе. — Если я скажу тебе отвалить, ты не отвалишь? — Нет, Фэйти. Потому что я уже вижу огонек, который зажегся в твоих глазах. Ты же не хочешь чтобы я отвалил на самом деле. Фэйт молчит долго-долго, испытующе глядя на совершенно невозмутимого Хэйла, а затем трясет головой, не желая признавать своего поражения, но и не имея сил отказать. И тогда она спрашивает другое: — У тебя есть сын? Откуда у тебя сын? — Я тебе все про него расскажу, он классный. Когда познакомишься с ним, сразу поймешь, почему я вообще придумал все это… У Хэйла глаза горят, когда он говорит об Илае. Фэйт не знает, как его заткнуть первые пять минут, а затем уже и не думает об этом. Дерек ведь прав, она влачит жалкое существование где-то на задворках жизни просто потому, что не знает, куда себя деть. Может, стоит попробовать, рискнуть? В конце концов, она ведь ничего не теряет. Кроме свободного времени, которое ей абсолютно некуда девать.