Я не хотел снова видеть Его.

      — Ты так и не хочешь со мной разговаривать?       В моей голове снова зазвучал этот мерзкий голос.       — Посмотри на меня.       Я почувствовал, как на меня что-то давит и тянет вниз. Я попытался ухватиться за полку, но всё равно упал на пол.       — Джерард...       В голове раздался звон, заставивший пугливо свернуться в позу эмбриона.       — Посмотри на меня, сукин сын!       Я подполз к зеркалу, где и увидел его. Это было моё отражение. Оно улыбалось и закусывало губу, его глаза отсвечивали ярко-красным цветом, а изрезанные на запястьях руки прикасались к чёрной чёлке.       — Ты всё такой же гадкий.       Он пожирал меня взглядом. Я прикрыл глаза, не желая видеть своё собственное отражение.       — Джерард, посмотри мне в глаза! — кричал он, поднимая мою голову за подбородок, но я по-прежнему не открывал глаза.       — Я могу разозлиться.       Я попытался откинуться назад, но он схватил меня за горло. Наконец, открыв глаза, я встретился с его жестоким и чудовищным взглядом. Он откинул меня в сторону кровати одним резким движением. Я пытался вдохнуть в себя больше воздуха, но мои лёгкие были на пределе. Он душил меня, пробираясь своим ледяным взглядом к, казалось, моей душе. Было слышно его дыхание, как он буквально задыхался от злости.       — Джерард!       Я соскользнул на пол всем телом. Было тошно, невероятно холодно, и я не мог сдержать рвущийся поток слёз. На секунду мне показалось, что я умираю.       — З-зачем т-тебе я? — еле я выдавил из себя. Сейчас мне казалось, что я именно та бабочка, которой оторвали крылья. Я должен был вырваться, но я не мог. Я должен был убежать, но мне бы просто не хватило сил. Я слабый. Я всегда был слабым.       Он лишь усмехнулся и опустил руку с моей шеи. Слёзы лились из глаз, и я пожирал своими лёгкими воздух. Он встал и отвернулся. Так прошло несколько секунд. Я то открывал глаза, то медленно, как бы против своей воли, закрывал их. Всё вокруг мутнело. Попытавшись встать с пола, я снова упал.

***

      Очнулся я от отнюдь не приятных ощущений: что-то больно щипало мой лоб. Меня сдали на опыты? Они хотят добраться до мыслей в моей голове? Что им нужно?       — Джерард. — Это был голос Майки, я узнал его.       Приоткрыв глаза, я увидел своего брата. Он обрабатывал рану на моём лбу зеленкой.       — М-Майки...       — Джер, ты упал и сильно ударился головой об стол.       Нет, не об стол. Это он ударил меня. Он душил меня. Я до сих пор помню его глаза. Он хотел убить меня, нет, даже больше, он жаждал моей смерти.       — Спасибо. — Я приподнялся на руках.       — Я приехал не так давно. Ты лежал на полу, и я поднял тебя на кровать. Ты знаешь, что очень тяжёлый?       — Знаю.       Я прижался к стене и взял брата за руку. Я знал, что ему нельзя рассказывать правду, но я был искренне благодарен ему. Если бы я не был такой эгоистичной задницей, я бы смог заботиться о своём младшем брате сам, а так он живёт у бабушки, кажется.       — Будь аккуратнее, — буркнул он и, встав с кровати, захлопнул за собой дверь.       Я бросил взгляд на зеркало — отражение улыбнулось. Я сильнее съёжился на кровати, но через несколько секунд попытался взять себя в руки. Ноги совсем не слушались, и я, шатаясь, уселся в кресло возле стола. Прижав ладонь ко лбу, я зашипел от боли. Рана ещё кровоточила. Немного придя в себя, я посмотрел на часы.       «19:48».       Вечерело, но сон уже явно не входил в мои планы. Я знал, что он может прийти ко мне и во сновидениях. Да, я боялся. Я очень сильно боялся. От одного воспоминания о сегодняшнем дне мурашки ходили табунами, а сердце и вовсе аритмично отплясывало в груди, не давая покоя.

***

      Как только на белом чайнике загорелась красная кнопка, я залил кипятком свой кофе. Присев за стол рядом с Майклом, я отвёл взгляд.       — Как ты? — первым тишину нарушил Майки, и я тут же посмотрел на него.       — Нормально, а ты?       — Тоже. Не хочешь перебраться к бабушке?       — Нет, я буду один.       — С родителями типа, да?       — Угу.       — Ну, ладно. Только не разрушь своё будущее, как они когда-то.       — Ты когда уезжаешь?       — Я уже собрался. Мне не разрешили остаться на ночь.       — Тебе всего четырнадцать, это логично. — Я снова отвёл взгляд, и мы оба замолчали.

***

      Время близилось к ночи, Майки давно уехал, и я остался наедине со своим отражением и остывшим кофе. Я старался не смотреть в зеркала, но по всей квартире их было очень много. Поэтому я просто засел на кухне в компании чайника и Альфорда, который поглядывал то на миску, то на меня, разлёгшись на полу.       — Я и так тебя слишком много кормлю, Альф.       Собака лишь обиженно отвела взгляд.       Я уже успел проверить, смогу ли я залатать свой скетчбук, но сделал только хуже, пролив клей на оставшиеся рисунки. Смирившись со своей принадлежностью к древнему виду Homo sapiens rukozhopus, я выбросил альбом в мусорное ведро.       Позже эта принадлежность сказалась в очередной раз, когда я насыпал макароны в кастрюлю и она чуть не перевернулась. Честно говоря, я вообще не любил готовить, поэтому макароны и кофе — это был максимум того, на что я был способен.       Когда мой «изысканный» ужин был готов, я поделился им с Альфордом, и мы вместе начали жадно уплетать за обе щёки. В этот раз мне хватило денег только на макароны. Иногда, родители оставляли мне немного средств (из тех, что не успели пропить), а иногда я воровал. Да, я знаю, это очень плохо. Но согласитесь, когда тебе нечего есть и у тебя не семья, а сборище алкоголиков, не только на воровство пойдешь.

***

      Часа в три ночи я решил выйти на улицу и прогуляться. Спать, повторяюсь, я не собирался. Улицу освещало всего несколько фонарей, было немного жутко, но мне было хорошо. Ночной морозец обжигал кожу, а я, всё глубже утопая в своей куртке, просто гулял.       Пройдя ещё несколько шагов, я увидел человека, сидевшего на бордюре. Нет, он не был похож на пьяницу, слишком тощий и маленький. Я подошёл ближе, и он повернул голову в мою сторону. Свет фонаря падал прямо на его лицо.       — Д-Джерард? — тихо прошептал он, скорее в пустоту, чем мне.       — Да, а кто ты?       Я не узнавал незнакомца, хотя на секунду мне показалось, что этот голос я уже где-то слышал.       — Фрэнк. Мы познакомились сегодня на химии, ты не помнишь?       Я подошёл ещё ближе и пожал ему руку. Мальчик был одет во всё чёрное и лишь куртка была тёмно-синего цвета, по крайней мере, мне так показалось.       — Помню, конечно, — я улыбнулся. Надо же, Джерард первый раз улыбнулся кому-то живому, а не телефону или листку бумаги.       — Почему ты здесь так поздно?       — Решил прогуляться, а ты? — я опустился рядом на бордюр.       — Ну... я... эм… — он снял капюшон и отвёл взгляд куда-то в сторону, осёкшись.       — У тебя что-то случилось?       Сейчас, я не узнавал себя. Где весь мой эгоизм?       — Ну… Да. Тебе ведь это не так уж и интересно, правда?       — Фрэнк, скажи, я не отвяжусь от тебя.       — Я как бы из дома сбежал… Вот.       — Зачем?       — Родители поругались. Я не мог там больше находиться и решил уйти. — Он заметно поник и не отводил взгляд. Не знаю, откуда во мне набралось столько смелости, но я посмотрел на него, прямо в глаза.       — Я тебя понимаю, — произнёс я, решив немного подбодрить Фрэнка.       — Правда? — он вопросительно посмотрел на меня.       — Да. Я живу как бы с родителями, но один. Они пьют.       — О, Джерард, прости. Если бы я знал… Прости. — Он жалобно посмотрел на меня.       — Эй, всё хорошо. — Я не смог сдержать осторожной улыбки, засевшей в уголках рта.       — Ну, хорошо. Может, прогуляемся? А то не очень хочется в первый же день знакомства на пару получить обморожение задниц.       — Конечно, пошли.       Мы завернули в круглосуточное кафе, находившееся неподалеку. Я взял себе кофе, а Фрэнк — зелёный чай.       — Будешь сахар? — улыбнувшись, спросил он.       — Я пью кофе без сахара. Он, в какой-то степени, заменяет вкус самого кофе.       — А я люблю чай с сахаром и лимоном. — Он насыпал в свою чашку два пакетика сахара и начал размешивать всё маленькой ложечкой.       — Это тебя сегодня избил тот парень?       — Ну, да.       — Почему?       — Я пролил на его шлюху свой сок. Но на самом деле это она неслась как угорелая по коридору и налетела на меня со всей дури.       — Нос не болит?       — Уже не сильно, — Фрэнк улыбнулся и сделал пару глотков горячего чая.       — Ну, хорошо, — я улыбнулся в ответ и убрал чёлку с лица.       — Я в этой школе всего неделю, а уже успел подраться. Не о такой репутации я мечтал.       — Неделю? Я тебя раньше не видел.       — Ты просто не смотрел. Я не опаздывал и всегда садился за первые парты.       — Если хочешь, можешь сидеть со мной.       Сегодня я был на удивление дружелюбным. Ну, Фрэнк вроде хороший, так что можно ему разрешить садиться со мной на некоторых уроках.       — Спасибо, — он снова искренне улыбнулся, — Джи.       Когда напитки были допиты, мы оставили на столике деньги для сонной официантки и вышли на улицу.       — Смотри, уже светает, а нам через четыре часа в школу. — Я смотрел на слегка подёрнутое светлыми бликами небо.       — Хочешь, я заеду за тобой утром?       — У тебя есть машина?       — Да, старенькая, но ещё на ходу.       — Хорошо, — я улыбнулся, и мы попрощались.       Я быстро дошёл до дома и, открыв дверь, увидел сидящего на пороге Альфа. Пройдя в гостиную, я включил телевизор. Альф устроился со мной на диване и смотрел какой-то диснеевский мультик. Меня всегда удивляло, как эта собака смотрит на ящик с картинками: будто понимает, что там что-то происходит и вслушивается в звуки.